Скрытое Пространство Темного Лордона

— Сегодня? — невесело уточнила я.

— Устал за тобой гоняться, — лениво пояснил принц.

— Зачем тогда гонялся и спасал?

Стивник так недобро рассмеялся, что ответ пришел сам:

— Спокойно хочешь? С полными силами? С чувством, с толком, с расстановкой? — уточнила я.

— Именно, — улыбнулся королевич. — Нужно придумать для тебя что-нибудь особенное.

— Не дамся просто так! — пригрозила ему, нервно озираясь по сторонам.

План был прост: сейчас уставший кровожадный наследник уснет, а мне остается только делать ноги. Снова и снова. Если долго биться в одну и ту же стену, то пробьешь. Вот и я найду выход домой.

— Не смеши меня и не тешь себя иллюзиями, — посоветовал Стивник.

Одним рывком он поднялся, сгреб одежду с камня и медленно направился к выходу. Изящно накинул на мускулистые плечи льняную рубаху, поверх камзол и удалился. Тут же последовала его примеру. Сорочка, которою пожертвовал для меня Расти, была все еще сырой, но другого шанса спокойно одеться, могло и не быть.

Снаружи послышалось ржание коня, затем стук камня о камень, и в темноте проступили очертания Стивника, задвигавшего валунами вход в пещеру.

Костер уже догорал, не давая и десятой доли прошлого тепла. Стивник расстелил попону около пепелища и кивком позвал меня:

— Ложись.

— Да я лучше тут, — на всякий случай отодвинулась подальше и легла прямо на землю, закутавшись в плащ Расти, точно в кокон.

Мало ли что придет на ум этому психованному потенциальному убийце? Мне уже таксиста-извращенца за глаза хватило. Лучше не испытывать судьбу, а сразу обозначить границы наших с ним взаимоотношений.

— Как знаешь, — не стал уговаривать королевич. — Мне же удобнее будет.

Я лежала на твердом каменном полу, свернувшись калачиком, и не сводила глаз с тлеющих углей.

Заснуть бы до того, как костер погаснет полностью, мечтала я, но сон как назло не шел — холод ли был тому причиной, или неудобное ложе, а может и присутствие постоянного угрожающего принца. Фиг теперь убежишь — он и выход заложил. Камни мне ворочать точно не под силу.

Последний уголек испустил красноватый луч и потух. Наступила кромешная темень. Принц не издавал ни звука. Тишина давила на уши, темнота колола глаза. И тут, снаружи, раздался протяжный, леденящий кровь, вой. Я вздрогнула и зажмурилась что было силы. Вой повторился, над головой раздалось тревожное хлопанье крыльев.

Я быстро развернулась и закуталась в плащ с головой — слышала, если летучая мышь вдруг застрянет в волосах, то выход только один — выстричь клок. Распутать мерзкие перепончатые крылья с острыми коготками, вроде как нереально.

Кто-то взвыл совсем близко и противно заскрежетал по камням. Рассекая воздух, со свистом сквозь темноту пронеслось что-то молниеносное. С хлюпаньем вонзилось в плоть.

"Стрела", — догадалась я, сжавшись в комочек ни жива ни мертва.

Вой, переходящий в предсмертный скулеж, разнесся по пещере, когтистые лапы еще помолотили о камень в агонии, но вскоре все затихло. Еще одна стрела заставила пискнуть обладательницу крыльев и ее тушка свалилась ко мне в ноги. С ужасом, брезгливо оттолкнула от себя летучую мышку, закусив рукав сорочки, чтобы не закричать.

Воображение живо рисовало красками по темноте картину пронзенного стрелой волка, свесившего мертвую голову через камень вовнутрь пещеры. Близость убитой мышки все-таки заставили меня позвать принца:

— Стивник.

— Спи, не бойся, — спокойно отозвался он. — Или ко мне надумала перелечь?

— А ты не сделаешь мне…

— Сегодня — нет. Сказал уже, — перебил он меня.

Чиркнула местная зажигалка и улыбающееся лицо Стивника озарилось в темноте. Я все так же лежала в нерешительности.

— Да, брось, принцесса, хотел бы, — уже бы сделал. Или ты думаешь, если будешь лежать в сторонке, то не достану тебя?

Вздохнула, признавая его правоту. Да и застрявший меж камней убитый зверь красноречиво толкал под крыло принца. Рядом со Стивником тоже будет страшно, но не так, как наедине с дохлым зверем.

Я медленно поднялась, сгребла плащ и подошла к королевичу походкой приговоренного к эшафоту. Он подвинулся, освобождая место. Опустилась на самый краешек попоны, как можно дальше от него. Принц хмыкнул и демонстративно отвернулся.

Пару минут я лежала в тишине, прислушиваясь к звукам снаружи и внутри пещеры, но, кроме мерного дыхания парня, так ничего и не услышав, прошептала:

— Стивник.

— М-м… — полусонно отозвался он.

— Тот убитый зверь так и торчит сейчас у входа? — боязливо поинтересовалась я.

— Угу. Завтра уберу, — мирно пообещал королевич. — Не мешает же?!

Я не могла сомкнуть глаз, беспокойно ерзая на ложе. Жестокому королевичу, может и не мешает торчащий в проходе труп волка, а вот мне, даже очень. Живого, наверняка, боялась бы меньше.

— Лив, ты как маленькая! — принц развернулся и я почувствовала его тяжелую руку на своей талии.

Тело молниеносно напряглось. Так мы не договаривались. Нечего свои грабли распускать. Я только открыла рот, чтобы высказать возмущение, как послышалось:

— Расслабься, — ладонь совершила пару дружеских похлопываний и замерла в районе солнечного сплетения. — Сейчас ты под моей защитой. Никто не посмеет тронуть тебя.

— Не могу… — тихо призналась я, сжавшись в единый комок нервов.

— Понимаю, — его глубокий бархатный голос словно пытался ее убаюкать. — Но нужно выспаться. Завтра выдвигаемся на рассвете.

— Стивник, куда ты меня везешь? — попыталась вновь выяснить свою участь.

— Увидишь, красавица. Спи, хорошо?

Принцева рука совершила еще несколько невинных поглаживаний и затихла.

Его дыхание сделалось размеренным и спокойным. Я снова начала замерзать. Как-то само собой получилось, что оказалась у него под боком. Во сне он уложил мою голову на свое плечо и обвил второй рукой.

Несмотря на страх и ненависть к нему, в тот момент я не испытывала отрицательных эмоций. Только тепло, уют от его объятий, и действительно чувствовала себя защищенной. Как… как жена, рядом с любимым мужем. Только разница была в том, что свадьба между нами — абсурд, а он мне не муж, а пленитель, каждый час напоминавший, что должен убить. И жива я до сих пор лишь потому, что кровожадный королевич, видите ли, не придумал еще особо изощренного способа…

Терзаемая мыслями из крайности в крайность, я и сама не заметила, как уснула.

Утро застигло не вовремя: посреди идиллического сна, где мы со Стивником жили в собственном доме на берегу озера и играли с золотистым ретривером Пиратом в мячик.

Стивник аккуратно потряс меня за руку и потрепал по щеке:

— Просыпайся принцесса.

— Нет… — сонно простонала я. — Еще пять минуточек, пожалуйста…

— Никаких минуточек! Вставай, я пока туманного уберу.

Тут же зажмурила глаза, пытаясь забыть последние слова и вернуться к Пирату — надо же! Даже кличку ему уже придумало мое подсознание. Чудеса!

Стивник фыркнул и удалился. Пират, как назло в голову уже не лез. Я привстала, ощутив, что больше не могу дышать носом — забит, а голова тяжелая и «трещит по швам».

"Простудилась… о, черт, вернее как тут принято, Лордон! — простонала про себя. — «Терафлю» и «Колдрексов» у них тут точно нет». О пшикалке, сужающей сосуды и мечтать не могла.

Да хоть обычного аспирину бы — потерла висок. Ранение на боку также дало о себе знать неприятным пощипыванием.

— У, садист проклятый! — тихо взвыла я, дотронувшись до раны и поминая таксиста.

Стивник тем временем освободил проход от камней и, подняв на руки бездыханное тело туманного пса, покинул пещеру. Я увидела лишь рыжеватый пушистый хвост животного и снова вспомнила Пирата. Стало еще хуже: как бы хотелось остаться там во сне, где не надо бояться чокнутого кровожадного принца, каждую минуту грозящего изощренной казнью, а просто играть с ним в выходные. С ним и с нашей собакой, а не туманным монстром, пожелавшим сожрать незадачливых путников прошлой ночью.

Помотала головой, отгоняя сюрреалистичное видение. Этот Стивник, небось и не знает, что бывают выходные, а псов можно не только убивать, но и играть с ними. При мысли о королевиче меня взволновали более насущные проблемы: заплести поаккуратней волосы, умыться, зубы почистить, ну и другие элементарные утренние заботы. В общем, не хотелось предстать перед ним растрепанной после сна.

Приведя себя в минимальный порядок, насколько это возможно в походных условиях, я с опаской выглянула из пещеры. Принца нигде не было видно. Невдалеке в низине журчал горный ручеек. Обрадованная, я дернулась к нему и блаженно погрузила ладони в ледяную чистейшую воду. Умылась, попила, налюбовалась на себя в водной глади.

— «Ох, сейчас бы зубную щетку сюда и пасту!» — мысленно вздохнула, признавая, как мало человеку нужно для счастья.

— Красивая, красивая, — раздался над головой глубокий бархатный голос. — Завтракать идешь?

Он протянул руку, помогая подняться, второй же удерживал холщевый мешочек, до краев наполненный давешними ягодами, будь они не ладны, из-за которых меня чуть в болото не затянуло.

— Собери наши вещи из пещеры, а я пока ягоды помою. — Приказал Стивник, нагибаясь к воде.

— К тебе в рабыни не записывалась! — тут же разозлилась я. — Сам иди и собирай. А я мыть буду.

Нет, ну в самом деле. С какой радости командует здесь? Он не мой принц, я вообще из другого мира, и нечего ему тут условия ставить. И вообще, я — девочка. И мне легче ягодки в речке помыть, а не…

Стивник, явно не привыкший чтоб ему кто-то перечил, вытаращился на меня черными глазами и прервал мои рассуждения:

— Очень ошибаешься, на счет рабыни, — процедил он, поднимаясь во весь рост.

«Ой, мамочки!» — пятилась я от надвигавшейся на меня темной двухметровой громадины с молниями в антрацитовых глазищах.

Допятилась, пока не уперлась спиной в скалу. Вжалась, побледнела, с ужасом наблюдая, как он с яростью откидывает мешок с ягодами. Медленно, не теряя зрительного контакта, заносит кулак.

— Узнаешь свое место. Я тебя сейчас так проучу, что навсегда запомнишь, как с принцем разговаривать, если жива останешься! — быстро прошипел он сквозь зубы.

«Сейчас как вмажет, и никто мозги не отскребет», — ошалело успела подумать я, почувствовав, как кулак пронесся в миллиметре от лица и удар пришелся на стену.

«Промахнулся? Нет, вряд ли, пожалел», — и тут боль в ране заставила меня согнуться пополам.

— Эй, не притворяйся, — прорычал разгневанный принц, — не трогал я тебя.

Я не смогла разогнуться, так и сползла по стеночке, держась за бок. Перед глазами все плыло и разлетались разноцветные мушки.

— А ну, вставай! — начал беситься он по новой. Схватил за руку и дернул на себя что было силы.

Меня, конечно, подбросило кверху, как тряпичную куклу, но устоять на ногах, я не смогла. Так и повисла на нем.

— Что с тобой? — чуть смягчился его голос. — Лив, не молчи!

Он приподнял меня за подбородок и заглянул в полные слез и искр от боли глаза.

— Ммм… — невнятно промычала в ответ и потянулась к ране.

Вот теперь я наглядно поняла, что означает выражение: «увидеть небо в алмазах». Зверский королевич продемонстрировал мне его во всей красе.

— О, Лордон! — рыкнул принц.

Он осторожно прислонил меня к стене, опустился рядом на одно колено и задрал сорочку. Мне было не до стыда.

— Похоже, у тебя жар, — озабоченно проговорил злыдень растеряв весь свой запал. — И рана воспалилась.

Потер руки и накрыл разогретыми ладонями пылавший лоб и ранение. Я, было, дернулась, но он успокаивающе прошептал:

— Не бойся, лежи, сейчас должно пройти.

Мне и впрямь полегчало через какое-то время. Стивник понял это и прикрыл шрам сорочкой. Потрепал пленницу по щеке и неожиданно наклонившись, коснулся губами моих губ. Я боялась пошевелиться, только глаза мои, что называется, поползли на лоб, когда он попытался поцеловать меня по-настоящему. Еще ни разу не целовавшись, боязливо сжала губы, но, вопреки страхам, принц не стал проявлять настойчивость. Разогнулся, поднялся и протянул мне руку.

— Последнее тоже было частью лечения? — чтобы убрать неловкость нервно спросила я.

— Нет, — очаровательно улыбнулся Стивник. — Последнее — исключительно домогательство. В самой наглой форме. Воспользовался, так сказать, моментом.

— Ну, ты и коварный тип! — полушутя-полуобиженно возмутилась я.

— Обаятельный гад, — подтвердил он, веселясь.

— Неужели и правда, ударил бы? — мне нужно было что-то говорить. Поцелуй действовал на меня как-то очень странно. Чувствовала себя мега неловко.

Стивник вновь остановился и, развернув, заглянул в глаза.

— Не доводи меня, красавица. А то быстро красоту твою подпорчу. Зубки-глазки повыбиваю. Мало таких, кому понравится подобная прелесть!

Глава 9

Макса и Алистера мирно трясло в зоне турбулентности. Парень прикрыл глаза, все еще не веря до конца, что удалось пересечь границу по поддельным документам. Профессор, несмотря на всю свою чудаковатость оказался весьма пронырливым типом, имевшим кое-какие связи с околокриминальными структурами. Все-таки у него учились дети разных слоев населения. И этих, в числе прочих. Хороших оценок, понятное дело, тоже хотелось всем.

То ли профессор всегда таким был, то ли грядущее приключение так взбудоражило его кровь, но после согласия Макса он развил бурную деятельность. Обратился к знакомым и в кратчайшие сроки раздобыл ему фальшивый паспорт на имя Максимилиана Байера, двумя годами старше истинного возраста Платова, и за несколько дней оформил им визы и другие необходимые бумаги. По настоящим документам Макс не мог лететь, во-первых без разрешения родителей, а во-вторых, при пересечении границы он мог тут же угодить в полицию по делу об убийстве Лив.

Медленная грустная песня в наушниках парня служила отличным саундтреком к воспоминаниям о странной одинокой девушке-изгою с необычным именем, и как теперь выяснилось, принцессе, которую кроме как Максу, спасти было некому.