Эпопея Звёздные войны. Циклы романов"Странствия Джедая","Приключения Хэна Соло","Тёмные силы", "Галактика страха","X-Wing","Трилогия Трауна", "Школа Джедаев".Компиляция. Книги 1-33

Анакин испугался выговора Мэйса Винду. Так же серьезно Мэйс Винду обратился к Оби-Вану.

– У тебя сомнения насчет твоего падавана, Оби-Ван? Если это так, поделись ими. Естественно они не очевидны для Совета, после того, как ты стоял на этом самом месте и уверенно утверждал, что он готов к поездке на Иллум, чтобы сделать свой световой меч.

Итак, Оби-Ван должен был бороться за то, чтобы взять его на Иллум! Анакин вспыхнул от возмущения и вздернул подбородок. Вот как? Если у Совета все еще есть колебания насчет него, то скоро они убедятся в обратном.

– Пожалуйста, извините меня за вмешательство, – мягко прервал Канцлер Палпатин. – Я думаю, что понимаю колебания Оби-Вана Кеноби. Даже со своим ограниченным знанием традиций джедаев, я понимаю, что Анакин Скайуокер – особый случай. Естественно, джедай хотел бы защитить его больше, чем другого ученика.

Лицо Анакина вспыхнуло. Особый случай! Нуждается в защите! Он чувствовал себя оскорбленным.

– Анакин Скайуокер – не особый случай, – сказал Оби-Ван твердым голосом. – Только его экстраординарные способности выделают его. Он, конечно, не нуждается в защите. Возможно, я выразился неправильно. Я считаю его полностью способным выполнить любое задание, которые пожелает дать ему Совет. Мое колебание было поспешным. Я принимаю задание для меня и моего падавана.

Мэйс Винду медленно кивнул. Йода сделал также, но его пристальный взгляд задержался на мальчике.

Анакин не волновался. Учитель поручился за него. У них есть задание. Остальное не имеет значение. И теперь появилась возможность встретиться лицом к лицу с Крейном. Это было самой важной вещью из всех.

Глава 5

Корабль коликоидов был массивным и простым. Даже дипломатические суда коликоидов обслуживались как грузовые, и планетарные проектировщики кораблей были известны своей изобретательностью, а не стилем. Они лучше, чем кто-либо в галактике, смогли создать больше места для груза на крейсере, сжав жилую площадь. Каюты и общие помещения были тесными и неправильной формы, большей частью зажатые в углы корабля, так что полет обещал быть далеко не роскошным.

К своему собственному счастью, Оби-Ван, наконец, достиг состояния гармонии с окружавшей его обстановкой, и теперь ему оставалось лишь достичь гармонии с предстоящей миссией. Анакин, однако, был потрясен уродством транспорта коликоидов. Когда дело касалось космических кораблей, Анакин был сторонником скорости и элегантности.

– Я думал, что дипломатические суда должны быть лучшими в планетарном флоте, – пробормотал он Оби-Вану, когда они остановились.

Они следовали за гидом вниз, в узкую прихожую, протискиваясь через панели оборудования и грузовые контейнеры.

– Этот является лучшим во флоте, – пробормотал в ответ Оби-Ван.

Они достигли мостика. Командный центр был меньше, чем полагалось кораблям такого размера. Команда за техническими пультами была зажата напротив друг друга. Даже потолок использовался для обслуживания груза: на нем были натянуты дюрастиловые сети, которые использовались для хранения груза, из-за чего освещение блокировалось, создавая тени на мостике. В итоге образовывался глубокий мрак.

– Капитан, Джедаи прибыли, – доложил их гид.

Капитан не оборачиваясь, махнул длинной рукой.

– Свободен.

Гид развернулся и ушел. Капитан, продолжая игнорировать джедаев, пялился на монитор, установленный на технической консоли.

Оби-Ван знал, что коликоиды едва терпят их присутствие. Если капитан хочет поиграть с ним в игру терпения, он не будет участвовать. Кеноби предостерег Анакина взглядом – он не должен проявлять никакого нетерпения. Анакин немедленно привел в порядок свои чувства и успокоил свой стучащий, по сервисному поясу, палец. Оби-Ван еще мог догадаться, что его падаван обеспокоен, но коликоид уже нет.

Коликоиды являлись интеллектуальной расой, имели бронированное туловище и мощный змеевидный хвост. Хоть коликоиды и были знамениты как смертоносные бойцы, они направили свою энергию в бизнес. Реализуя свою жестокость в торговле, они стали богатой расой.

Наконец капитан повернулся. Его ожидания не оправдались. Он щелкнул двумя своими паукообразными ногами в нетерпении.

– Я капитан Анф Дек. Мы отчалим через шесть минут, – сказал он. – Вы можете свободно передвигаться по судну, но не путайтесь под ногами.

Оби-Ван перешел на бесцеремонный тон капитана.

– Если какие-нибудь подозрительные суда войдут в зону видимости, вы сообщите нам?

– Нет нужды в тревоге. Мы не ожидаем неприятностей. Так сказал нам Сенат, – капитан жутко улыбнулся, обнажая прямые ряды острых зубов. – Джедаи на борту.

– Однако, мы ожидаем, что нас проинформируют вовремя, если появится потенциальная угроза, – твердо ответил Оби-Ван.

Капитан пожал плечами.

– Как пожелаете, – слова были произнесены подобно взрывной волне. Видимо капитан Анф Дек не любил получать приказы, только отдавать их. – Теперь идите. Мы заняты.

Оби-Ван и Анакин развернулись и покинули мостик.

– Дружелюбный парень, – сказал Анакин.

– Я думаю, лучше держаться подальше от коликоидов, – ответил Оби-Ван.

– Нет проблем, – пробубнил Анакин.

Они вернулись в тесную комнату, которую им приходилось делить друг с другом. Анакин аккуратно поместил свой набор выживания в узкую тумбочку. Оби-Ван знал, что его падаван все еще расстроен встречей в Храме. Обычно в начале миссии Оби-Вану приходилось успокаивать ученика. Мальчик на избытке энергии и ожидания кидался изучать все сразу. Анакин которого он знал, бросил бы свой набор выживания и ушел бы осматривать корабль. Но этот новый, тихий Анакин просто сидел на кровати и глядел на окружающее его пространство, нелюбопытным взглядом.

Оби-Ван думал, что сказать. Он знал, что беспокоило Анакина – мальчик был обеспокоен как осторожностью Совета Джедаев к его пригодности и значению, так и тем, что он отличался от других учеников джедаев. Это не особо волновало Оби-Вана. Он знал, что вера Анакина в себя была очень сильна. Анакин был другим, и он учился принимать это, как часть своей силы. Такое положение не должно было его обособлять. И ранее Оби-Ван сказал ему, что он не должен принимать суровость Совета на свой счет. Это не значило, что они считают, что из него получится плохой джедай. Такова была их работа, искать возможные чувствительные точки, чтобы быть строже с учениками, чем их учителя. Без сомнений они, как и Оби-Ван, увидели, как Анакин потянулся к световому мечу при упоминании работорговли.

Нет, молчание Анакина было не из-за реакции Совета или слов Палпатина. Он был задет тем, что Оби-Ван хотел отказаться от задания. Падаван решил, что у него не было веры в ученика, но это было далеко от истины.

Ранить человека можно одним словом, в то время как на лечение уйдет много времени. Оби-Ван не мог заверить Анакина, что его слова были поспешны. Он волновался о влиянии этой миссии на падавана. Если они действительно встретятся с Крейном, самые глубокие эмоции Анакина вырвутся на свободу. Оби-Ван знал, что его падаван еще не сталкивался по-настоящему с годами позора и гнева, проведенными в рабстве. Когда-нибудь это должно произойти, но Оби-Ван очень хотел, чтобы это было после того, как Анакин закончит обучение. Все же он подозревал, что именно из-за этого Мэйс Винду и Йода выбрали их для этой миссии, и не впервые Оби-Ван посчитал методы Совета слишком грубыми.

Однажды они временно отстранили Оби-Вана, лишив его статуса джедая. Ему было тринадцать лет, и в то время он не понимал всей серьезности Совета. Ему пришлось смирить чувства, чтобы понять свою вину в таком решении. Он понял, что был неправ, и осознание этого пристыдило его. Только после разговора с Куай-Гоном он понял, что стыд не давал ему восстановиться.

Мог ли он преподать своему падавану тот же самый урок? Куай-Гон проделывал такое с характерным сочетанием серьезности и мягкости. Никто не мог соединять две столь разные вещи, как его учитель. Оби-Ван затруднялся быть серьезным с Анакином. Его учитель сильно на него влиял, но он не Куай-Гон. Он должен был найти свой собственный путь. Учитель должен руководить падаваном согласно своим потребностям. Он или она должны сочетать заботу и дисциплину по отношению к падавану, исходя из его или ее характера.

Предостережение Куай-Гона время от времени раздражало Оби-Вана. Теперь он полностью его понял. Тень Ксанатоса всегда стояла за плечом Куай-Гона. Будучи его падаваном, Ксанатос перешел на темную сторону. Куай-Гон изо всех сил старался не сравнивать Оби-Вана и Ксанатоса в своих мыслях и действиях. Он не хотел обучать Оби-Вана теми же способами, которые, возможно, подвели Ксанатоса. Оби-Ван стремился к такому же доверию и дружбе между ним и Анакином, и они уже начали выстраивать такие отношения.

– Я получил больше информации о Крейне, прежде чем мы отбыли, – сказал Оби-Ван Анакину. – Ты должен изучить этот файл.

Он загрузил информацию на свою информационную деку и вручил его ученику.

– Это профиль судна Крейна и его незаконных действий, а также файлы на двух его партнеров. Этого вуки зовут Раштах. Очень жестокий и опасный. Необычно для вуки быть вовлеченным в торговлю рабами, но он очень предан Крейну. Другую зовут Зора – женщина, человек.

Анакин просматривал голографический файл.

– Здесь есть больше информации о ней?

– Нет. Она присоединилась к Крейну год назад.

Оби-Ван отвернулся. Он все знал о Зоре. Йода и Мэйс Винду информировали его конфиденциально, прежде чем он уехал. Анакину пока не нужно было знать, что Зора – бывший Джедай. Более того, Зора была другом Оби-Вана. В прежние времена ее звали Сири, и она обучалась в Храме вместе с Оби-Ваном. Это было год назад. Но он знал ее не намного лучше, чем остальные. Ее самые глубокие эмоции были известны только ей самой. Будучи падаванами, они участвовали вместе в некоторых миссиях. Выбранная в ученицы членом Совета Ади Галлией, Сири была умной и отлично помнила все правила джедаев. Ее лояльность Ади Галлии не подвергалась сомнению, пока не появились серьезные разногласия. Ади Галлия была известна своей интуицией, но не теплотой. Она выбрала самый трудный путь, который мог выбрать учитель, не давая рекомендаций своему падавану для становления рыцарем-джедаем. Разъяренная этим, Сири немедленно покинула Орден. Оби-Ван пытался найти ее, но она порвала все связи с Храмом. Блуждая по Галактике, без ее джедайской семьи, без каких-либо связей, она попала в плохую компанию и теперь использовала свои навыки, чтобы работать с Крейном. Это было неожиданное перевоплощение, но Куай-Гон учил Оби-Вана, что он не должен удивляться темным силам, которые проявляются во всем. Сири боролась со своей темной стороной и проиграла.

Оби-Ван и Анакин почувствовали вибрацию двигателей под ногами. Судно медленно взлетало с площадки, чтобы нырнуть в космос. Скоро они уже были далеко от Корусканта, запуская гипердвигатель.

– Как вы думаете, Крейн нападет на судно? – спросил Анакин, рассматривая небо сквозь маленький иллюминатор.

– Коликоиды считают, что нет, – сказал Оби-Ван. – Но кто знает? Крейн действует очень непредсказуемо для всей Галактики. Может, он захочет избежать неприятностей с джедаями.

На лице Анакина проскользнуло что-то вроде разочарования.

"Он хочет встретиться с Крейном", – понял Оби-Ван. Наверное, это была нормальная реакция для человека, ищущего приключения. Или это было что-то темное?

– Ты, кажется, отреагировал на имя Крейна, во время брифинга, – заметил Оби-Ван, Ты слышал о нем?

Анакин пристально посмотрел на Оби-Вана. Тень мелькнула в его глазах, но Анакин был уверен, что Оби-Ван заметил это.

– Я знаю таких, как он.

Падаван что-то скрывал. В действительности он не ответил на вопрос учителя. Так как Анакин всегда говорил правду, Оби-Ван с глубоким чувством неловкости понял, что сейчас мальчик солгал ему.

Глава 6

– Не трогай это! – коликоидский офицер несся вперед, щелкая ногами. Анакин отступил от пульта оборудования в технической комнате. Они скоро должны были выйти из гиперпространства.

– Я и не трогал его, – сказал Анакин. – Я только смотрел. Я никогда не видел технический пульт подобно этому прежде".

– Хорошо, уходи, – сказал офицер, закрывая пульт. – Это не место для маленьких мальчиков.

Анакин обратился к Силе. Он знал, что это была смесь его собственной воли и Силы, легко выявляемой, всегда достижимой. Он пристально посмотрел на офицера.

– Я – не маленький мальчик. Я – Джедай.

Коликоид явно занервничал, как нервничал молодой человеческий мальчик минуту назад. После того, как тот посмотрел на него взглядом, наполненным Силой, потребовалась вся его воля, чтобы устоять.

– Хорошо, но все равно уходи, – пробормотал он, отворачиваясь от тревожного взгляда мальчика. – Это место не для тебя.

Анакин сразу решил, что технический пульт не был столь интересен, чтобы рисковать конфронтацией. Он ушел с достоинством, которое, на самом деле, скрывало собой его раздражение. Коликоиды были обидчивыми, когда дело касалось их кораблей. По своему опыту он знал, что большинство существ гордится и хвалится своими кораблями. Коликоиды, по-видимому, не привязывались к своим судам, они смотрели на них, как на то, что может перевозить их с одного места на другое. Обычно он убивал время тем, что осматривал укромные уголки и трещины корабля, но коликоиды постоянно дышали ему в спину.

Он никогда не думал, что миссия может быть такой скучной. Только бы Крейн напал!

Анакин остановился, потрясенный мыслью, которая так быстро появилась в его голове. Джедаи не желают конфликта, но встречают его, если он появляется. Они всегда ищут мирные пути. Он не должен хотеть пиратского вторжения, чтобы украсить скучную миссию. Это было неправильно.

Но если честно, он не хотел нападения Крейна потому, что ему было скучно. Мысль о пирате походила на лихорадку в его крови. Он хотел, нуждался в том, чтобы встретиться с Крейном лицом к лицу. Он хотел знать, было ли то видение в пещере правдой.

Он все еще чувствовал себя виновным во лжи Оби-Вану. Он не мог сказать своему наставнику, что воспоминания вспыхнули в нем с новой силой, что проснулась его память, полная свежих и болезненных деталей, таких же, как и шесть лет назад.

Хорошо, он не совсем лгал – он просто не дал полного ответа. К сожалению, для джедая, это было то же самое, что и ложь учителю. Иногда строгие колебания джедаев были очень раздражительными.

Он не мог говорить о Крейне. Если бы он говорил так громко о своих воспоминаниях, они бы задушили его. Он боялся пустоты, которую он чувствовал всякий раз, когда вспоминал о матери. Было так много бессонных ночей, когда он ругал себя за столь удобную кровать в Храме, за столь обильную пищу, за превосходное образование, и, главным образом, за его счастье. Как он мог еще раз удовлетворенно вздохнуть, когда его мать была рабом на пустынной планете?

Сначала, когда он только прибыл в Храм, он мог вспоминать ее голос и легкую улыбку. Он мог повторить ее мягкие слова по отношению к нему: "Самый лучший подарок для меня, Эни, если ты примешь свою свободу".

Но ее голос становился более слабым, а улыбка более тусклой. Иногда ему нужно было стараться изо всех сил, чтобы вспомнить ее живое лицо, цвет ее кожи. Он не видел ее четыре года. Он был таким молодым, когда уехал. Его самым большим страхом было, что когда-нибудь она оставит его навсегда. То, что он потерял бы ее, подобно мечте. Тогда бы он стал пустым внутри.

Оби-Ван рос в Храме с тех пор, как он был младенцем. Он не мог по настоящему знать, как детство могло быть ужасом и стыдом, смешанными с комфортом и любовью. Он знал это через интеллект, но не через опыт. Видеть эффект ужасного детства – это одно. Жить этим каждый день – совсем другое. Поэтому, когда его любимый учитель посоветовал ему принять гнев и дать ему пройти через себя, слабый подленький голосок внутри Анакина прошептал, что его учитель не знает, о чем говорит. Он не знал, что такое гнев.

Как он мог позволить ярости пройти через него? Оби-Ван никогда не понимал, как она бьется внутри него, угрожая никогда не исчезнуть. Она имела мощь, пожирающую его. Это пугало Анакина, он не хотел также принимать страх. Значило ли это, что ему никогда не стать рыцарем джедаем?

Когда он думал о страхах, его мысли разбегались, раздувая искру паники глубоко внутри него. Лучше было притвориться, что в нем нет гнева. Разве джедай не должен все контролировать? Он должен был найти свой способ управлять чувствами. Это был лучший выход.

Внезапно, Анакин почувствовал сотрясение корабля. Это заставило его слегка споткнуться. Сотрясение сопровождалось взрывом, который отправил его в полет к стене. Зазвучал сигнал тревоги. Анакин бросился через лабиринт коридоров к своей каюте, чтобы найти Оби-Вана. Корабль получил еще одно попадание и приступил к маневрам уклонения. Анакин знал, что судно слишком большое, чтобы превзойти в маневренности другие корабли.

Он прошел полпути, когда увидел бегущего к нему Оби-Вана.

– Мы атакованы. Это – Крейн, – кратко сказал Оби-Ван. – Давай доберемся до мостика".

Глава 7

Двое неслись во мраке мостика. Команда напряженно сидела за пультами, в то время как несколько офицеров носились от одной станции к другой. Через иллюминаторы можно было видеть следы протонных торпед и град взрывов. Судно тряслось при каждом близком попадании. Это была засада: Крейн знал, где они должны были появиться.

Капитан Анф Дек стоял, вцепившись в подлокотник своего кресла.

– Где корабль? – прокричал он. – Где корабль?!

– Он нырнул под нас, капитан! – воскликнул один из членов экипажа.

– Полный вперед! На полной скорости! Нет, левые двигатели на полную! – кричал капитан Анф Дек; он был на грани истерики. – Где он теперь?

Корабль накренился в одну сторону, так как экипаж пытался выполнить противоречивые приказы капитана. Этот крен сопровождался еще одним взрывом, который заставил всех пошатнуться на мостике.

– Крейн далеко от нашего порта, сэр, – ответил один из членов команды. – Мы получили удар по топливному приводу".

– Что он делает?! – закричал капитан Анф Дек. – Он что, не знает кто мы такие?

– Да, капитан. Мы сообщили, что это судно коликоидов с джедаями на борту. Как Вы и приказали, – многозначительно добавил член команды.

– Боковые дефлекторные щиты уничтожены, – прокричал другой член экипажа.

– Что? -спросил капитан и кинулся смотреть на отчет. – Как это возможно?!

– "Мы не смогли вовремя использовать его полностью?

– Идиоты! – Капитан Анф Дек почти упал, когда другой взрыв ударил в судно, – Это – засада! Должно быть, они изменили координаты в нашем навигационном компьютере!

Анакин и Оби-Ван уставились в обзорный экран, когда пиратский корабль попал в зону видимости. Он был меньше судна коликоидов, но намного более маневренным. Судя по платформам орбитальных орудий и лазерных пушек, корабль был также значительно вооружен.

Благодаря своей глубокой связи с Силой Анакин знал, что он может и умеет правильно анализировать происходящее. Ему не нужна была Сила, чтобы понять, что с поврежденным кораблем и паникующим капитаном их дела плохи. Если они не могли избежать Крейна или обогнать его, какие варианты оставались? Он посмотрел на своего учителя. Когда было необходимо стратегическое мышление, он полагался на Оби-Вана. Его учитель мог не только рассмотреть все аспекты трудной ситуации, но и за считанные секунды придумать несколько путей решения проблемы и остановиться на лучшем из них.

– Наша единственная надежда состоит в том, чтобы взять маленький корабль и устранить судно Крейна, – произнес Оби-Ван. – Если мы проберемся на его борт, то сможем отключить оружейные системы".

– Что? – капитан коликоидов повернул свою длинную голову, – Что вы сказали?

– Вы дадите нам один из своих транспортов? – спросил Оби-Ван.

– Зачем?

– Чтобы устранить корабль Крейна, – повторил Оби-Ван. – Это единственный способ избежать захвата или уничтожения".