Я - другой 5

– Такая же фигня, – расстроенным голосом ответила ей девушка. В экспедицию отправлялись лишь «Ковчег» и «Кейташи». На Европе остались затопленными несколько крупных кораблей флибов и куча разнообразного добра в герметичных контейнерах. С появлением военных, все это можно было считать потерянным. Да и вернуться в случае неудачи похода обратно на Европу уже не получится, – я уже дала команду на прогрев пробойника, через пару минут откроется портал.

– Пробойник на моем корабле еще не функционирует.

– Ерунда, доделаем его на той стороне.

План был из разряда особо опасных. Латха предупреждал, что мир криссов охраняют какие-то роботы и если «Ковчег» погибнет в схватке с ними, то «Кейташи» с нерабочим пробойником никогда не сможет вернуться обратно. Но и задерживаться в родной системе было не лучшим вариантом, ведь здесь придется убивать своих. Леманн после этого сомнительного удовольствия пил вторые сутки подряд. А линкоры уже нащупали своими радарами беглецов и разворачивались, чтобы начать преследование. Поэтому когда перед «Кейташи» появился черный шар с извивающимися протуберанцами, Эмили не колебалась ни секунды.

– Курс на портал, – скомандовала она.

глава 11

– Раскрываем крылья! – приказала Эмили Риз, как только чернота пробитого навылет, искореженного и сжатого пространства исчезла с обзорного экрана. Дезориентацию от прыжка, когда разом отказывали, а потом снова включались все органы чувств, офицеры ВКФ учились преодолевать еще в академии. А команда «раскрыть крылья» для любого носителя носила исключительно важный, приоритетный характер, поэтому соответствующие службы кинулись выполнять ее со всех ног.

Сам по себе носитель был по сути всего лишь большим транспортником не несущим никакого серьезного ударного вооружения. Вся его мощь заключалась в истребителях и чтобы «Кейташи» мог реализовать эту силищу, истребители должны были не пылиться в ангарах, а нарезать круги  в космосе. По команде «раскрыть крылья» носитель превратился в гигантский пулемет, только выплевывал он не пули, а боевые машины с пилотами внутри. Только когда «Молнии» образовали вокруг «Кейташи» идеальную защитную сферу, Эмили Риз позволила себе обратить внимание на сканеры, чтобы понять, куда же их занесло после прыжка.

Синяя, переливающаяся как сапфир, звезда. Даже приглушенная светофильтрами картинка захватывала дух – криссам вместо солнца досталась настоящая драгоценность! Правда, свет их звезды выкрашивал лица в мертвенно-бледную синеву, делающую стоящих на мостике «Кейташи» людей похожими на мертвецов. Что было дурным предзнаменованием, учитывая слова латха о том, что землян в этой системе ожидает только смерть.

Но это было еще не самими плохими новостями. У блистающего «сапфира» была всего одна планета, вернее то, что некогда планетой было.

– Помоги нам Ласка Милосердная, – пробормотал кто-то на капитанском мостике «Кейташи», от расстройства забыв, что Ласка вроде как покинула чертоги богов и сейчас летела на соседнем корабле.

С губ самой Эмили едва не сорвалось грязное ругательство. Планета была похожа на яблоко, от которого кто-то очень голодный отгрыз добрую треть. За «огрызком» тянулся шлейф из обломков разной величины и пыли.

– Все, как латха и говорили, – еле слышно прошептала Эмили.

От писка входящего сигнала все дежурные офицеры вздрогнули. На экране появилась чем-то довольная Ласка.

– С прибытием в логово врага, капитан!

– Не разделяю твоей радости. Планета разрушена.

– Да я вижу. Тут еще Рома высказался, что катастрофа произошла недавно. По астрономическим меркам. Обломки еще не успели растянуться по орбите вокруг звезды.

– Весело, – совсем невеселым тоном отреагировала на заключение ученых Эмили, размышляя над тем, что стоит ли ей прямо здесь застрелиться или обратно на Землю прыгнуть. И уже там тихо и мирно под трибунал пойти.

– Давай подойдем поближе.

– И что ты там хочешь увидеть? – в голосе капитана «Кейташи» плескалась тонна скепсиса.

– Что-нибудь мы там все равно отыщем. Снимем данные, попробуем смоделировать то, что здесь произошло…

– Да какое к черту моделирование! – сорвалась Эмили, – нам не моделировать надо, а думать какие судьям показания давать! Тебе нужна была взорванная планета? На – любуйся сколько влезет!

На мостике что-то пискнул офицер по тактике, но Эмили в запале не расслышала, что он сказал.

– Никогда не думала, что командиры ВКФ так легко сдаются, – не осталась в долгу Ласка, – теперь понятно, почему вы нас почти сто лет выследить не могли.

– Четырнадцать целей! Направление – неизвестная планета! Быстро приближаются! – краем уха услышала доклад тактика Эмили.

– Ладно, хорошо. Мы сейчас подойдем ближе и вышлем поисковые группы, – несло каптана «Кейташи» дальше, – но если мы ничего не найдем… чего?!

Ее последнее слово было обращено к офицеру-тактику.

– Четырнадцать отметок, тип неизвестен, приближаются к нам со стороны планеты! – обрадовался тот, что капитан наконец-то обратила внимание на его крики.

Замешательство Эмили мгновенно сменилось боевым настроем.

– Группе охранения, перестроиться в боевой порядок! Выпускайте еще четыре звена и оставляйте их на прикрытие носителя! «Ковчег» занимайте позицию за нами, держитесь в трех кликах!

– Эмили, не лезь вперед… – Ласка попыталась оспорить принятые Риз решения.

– «Ковчег» повторяю – держитесь позади нас. Только у вас есть рабочий пробойник, если вы получите повреждения, мы застрянем в этой системе навечно!

Несмотря на то, что буквально пару секунд назад оба командира собачились с упоением, Ласка благоразумно не стала больше спорить с Риз. Да и опыта командования в широкомасштабных космических сражениях у Эмили было больше. Вот если надо было набежать, обхитрить и разграбить, тот тут да, подруга Гвоздева в этом качестве была бы неповторима.

– Сколько машин вы готовы поднять? – спросила Риз у Ласки.

– Прямо сейчас десять «Бульдогов» и два «Мародера». Я – в ангар, через минут пять еще двух «Мародеров» запустим и…

– Не смей покидать мостик! Ты нужна мне в кресле капитана! – Риз знала, насколько важно сохранить командную цепочку в разгар боя. Опытный и главное авторитетный командир на своем месте, гораздо ценнее, чем десять пилотов в кабинах, –  через тридцать секунд дашь график запуска своих машин.

Риз бросила взгляд на тактический дисплей. Передовой отряд ее «Молний» построившись в клин, уже двинулся на неизвестные корабли.

– Кто нам противостоит? Обновление данных!

– Пока данных немного. Это маломерные суда. Но не истребители, они явно крупнее тех же «Мародеров». Аналог земной канонерской лодки по размерам.

Канонерки. Промежуточное звено между москитным флотом и крупными боевыми кораблями. Универсальные суденышки, призванные бороться и с первыми и со вторыми.

– Скоростные характеристики? Вооружение? Наличие силового поля? – на все вопросы капитана тактик отрицательно качал головой, – понятно, будем выяснять все на практике.

– Пробуем наладить контакт? – встрял связист.

– Ага, передавайте на всех частотах – мы пришли с миром, – хохотнула оставшаяся на канале связи Ласка, – сбивать их без предупреждения, кроме криссов здесь быть больше некому!

Сбивать так сбивать.

– «Молнии», сблизитесь на один клик, меняйте формацию на «Омега-2». «Бульдоги» не лезьте в свалку, дождитесь, пока мои ребята свяжут противника боем. «Мародеры»! Вы наименее маневренная цель, держитесь в стороне, ваша задача – снайперские выстрелы. Снимайте их полными залпами по одному. И не дай-то вам бог залепить по своим, – Эмили командовала так, будто расставляла на доске шахматные фигуры. И делала это с максимальной осторожностью. Когда возможности противника неизвестны, планы лучше строить от обороны и сокращения возможных потерь.

– Все, парни, разворачиваемся, – на дисплее клин «Молний» уже почти соприкасался со сбившимся в кучу потенциальным противником. По команде Эмили машины, находящиеся на острие клина сбросили скорость, их начали обгонять истребители, летевшие позади. «Молнии» четко, как на учениях выполняли маневр охвата противника. Правда, один из истребителей ВКФ вывалился из строя, описав дугу. Одновременно с этим наконец-то появилась картинка с камер истребителей и люди смогли разглядеть своих противников.

– У меня вышли из строя двигатели, – доложился вывалившийся из строя пилот, – перед этим сканер засек энергетический всплеск, скорее всего меня подбили. Разрешите выйти из боя?

– Разрешаю, возвращайся в ангар, – Эмили всматривалась в экран, стараясь разглядеть противника получше. Хотя чего там рассматривать, сплюснутые сфероиды стального цвета, поверхность абсолютно гладкая, взгляду зацепиться не за что. Хотя стоп! На гладких бортах начали открываться прямоугольные орудийные порты, из которых выезжали толстые стволы с какой-то путаницей из проволоки на дульных срезах. Эх, права была Ласка, побеседовать о мирном космосе и праве каждой расы на жизнь точно не получится.

Глава 12

Если Клим о чем и жалел, так только о том, что он сейчас не висит на хвосте у Леманна. Слетаться с кем-нибудь из флибов он не успел и двигался сейчас в строю в качестве одинокого «свободного охотника». В стандартных тактиках военно-космического флота одиночные истребители использовались редко, поэтому пилот чувствовал себя неуютно без надзора «мамочки»-ведущего. Выпускникам вообще предписывалось отправляться с свободный полет не ранее, чем после года службы. Но судьба Климу для подготовки этот год предоставлять не собиралась.

«Бульдог» Климу нравился. Пилот смог благодаря своим способностям быстро подстроиться под управление пиратским истребителем и по достоинству оценил его. «Бульдог» уступал по летным качествам «Молниям» и не имел настраиваемого модульного вооружения. Он был дубов. Но именно в этой дубовости и была его своеобразная прелесть – «Бульдог» был прост и надежен, как топор. К примеру, в высокотехнологичной «Молнии» специально смодулированные ИИ управляющие сигналы могли идти хоть по обшивке корабля. Пиратские корабелы такими изысками не заморачивались, пуская от кабины до двигателя сразу три управляющих кабеля и заворачивая их в бронированную ленту. И для предстоящего боя, где ему предстояло выступить в роли штурмовика, «Бульдог» подходил как нельзя кстати. Истребитель был как бы построен вокруг здоровенного орудия-рельсотрона, предназначенного больше для стрельб по крупным кораблям, нежели чем по юрким истребителям.

Перечислял все достоинства «Бульдога» у себя в голове Клим не просто так. Он несся внутри разряженного пиратского построения прямо на врага. «Бульдоги» шли во второй волне, а «Молнии» уже сцепились с врагом. Зрительного контакта с местом боя у пиратов еще не было, зато тактический дисплей выдавал кучу из зеленых и красных меток, перемешавшихся друг с другом. Клим приблизил изображение, стараясь лучше понять рисунок боя. Но какое там! Вокруг четырнадцати… а нет, уже тринадцати целей сновали метки дружественных целей казалось бы совершенно хаотично. «Молнии» используя свое преимущество в скорости, жались к вражеским канонеркам борт к борту, из-за чего те, не успевая разворачиваться, теряли сектора обстрела. Клим уже наметил себе ближайшую к нему цель и собирался взять курс на нее, как с «Кейташи» пришло сообщение: 

– «Бульдоги», получайте распределение по целям, – и в тот же миг на тактическом дисплее появился дополнительный маркер-кружок, помечающий персональную цель Клима. Канонерка находилась чуть не в самом центре скопления вражеских кораблей.

А вот и визуальный контакт! Впечатление было такое, что Клим наткнулся темной безлунной ночью на стайку зараженных бешенством мечущихся светляков. Вот только светлячки не плевались разноцветными огненными трассерами и не вырастали с пугающей скоростью до размера слонов. Будь у Клима настоящее живое сердце, оно бы сейчас молотило по ребрам от перевозбуждения, а так его лоб всего лишь покрылся испариной.

Он ворвался в ночную феерию светляков-переростков не сбавляя скорости, и автоматически подмечая скорости и курсы окружающих его объектов.

– У меня нос исчез! – запаниковал кто-то из флибов, – в смысле у истребителя! Кабина крошится и разваливается! Но попадания не было! В меня никто не стрелял!

– Подтверждаю, – на общем канале пришел ответ от «Кейташи», – оружие противника невидимо! Повторяю – нет никаких видимых следов его использования. «Бульдог-шесть» прекратите паниковать, мы подберем вас.

– Только быстрее! – не унимался подбитый пилот, – кажется, в меня еще раз попали, разваливается левая плоскость, прямо на глазах!

Клим выключил бедолагу из общего канала связи, все равно он ничем не мог ему помочь. И сосредоточился на управлении. Невидимое оружие с одной стороны это плохо – сканеры не смогут предупредить о несущейся на тебя смерти. А с другой стороны – хорошо, лети себе, ни о чем не переживай и на тревожные сигналы не отвлекайся. Клим как будто с головокружительной скоростью падал на дно колодца, стены которого сформировались из беспрестанно мечущихся кораблей. А внизу его ждала цель, этакий сплюснутый серый мячик. Мячик резво вращался вокруг своей оси, стараясь взять на прицел пару «Молний». Мяч в перекрестье, готовность орудия, ответ о готовности – выстрел!

Чбам! Врезало по ушам, даже сквозь шлем. Снаряд рельсотрона разгонялся до немыслимой скорости, и даже радар «Бульдога» показал его лишь мельком. Но пробоину в сплюснутом шарике и кусок отвалившейся обшивке Клим успел заметить, проносясь мимо цели. Однозначно есть попадание! И снова тоннель из суетящихся кораблей, затем черное усыпанное звездами небо. Тягу на ноль, мощность на маневровые двигатели, разворот и снова тяга на полную! Клим отрабатывал маневры как на тренажере. В каком-то смысле бой и походил на тренировочный, связанные «Молниями» противники представляли собой легкую добычу. Маркер на шлеме снова вывел Клима на цель, он лег на нужный курс. Справа пролетел целый водопад огня, занявшие позиции «Мародеры» расстреливали чужаков как в тире. И Клим очень не завидовал тому противнику, который получил полный залп от тяжелого истребителя пиратов.

Снова перекрестье, цель и новый удар по ушам. Визг приводов, подававших следующий снаряд в орудие. На этот раз заход вышел удачным, и Клим успел всадить в мячик сразу два снаряда, один за другим. Но уже на отходе его машину слегка качнуло, и на визоре шлема появился аварийный значок. Ничего страшного, слегка оцарапало правый борт. Ладно, зараза, настало время расплаты! Развернув «Бульдога» Клим кинул истребитель на врага.

Четвертая выпущенная в сфероид болванка тому явно пришлась не по вкусу, его корпус треснул и развалился на две неравные части.

– Бульдог-одиннадцать, прошу целеуказание! – прохрипел в шлемафон Клим.

– Секундочку, – отозвался «Кейташи», – «Бульдог-одиннадцать» возвращайтесь на носитель. Дело сделано.

Как сделано? Кем сделано? Клим бросил взгляд на дисплей. В пылу собственной маленькой войны он и не заметил, что метки врагов гасли одна за другой. И в данный момент на дисплее горел всего один рубин, который добивали «Молнии» и «Мародеры». Диспетчер права, дел для Клима не осталось. Взяв курс на «Ковчег» Клим начал подсчитывать оставшиеся зеленые метки. Они победили, но какой ценой?

Глава 13

– Пять «Бульдогов», два из них невосполнимые. Пилоты все целы, запасные истребители на «Кейташи» имеются, – Ласка поделилась с Эмили информацией о состоянии авиакрыла на «Ковчеге».

– У меня две «Молнии» повреждено. Один пилот погиб, – Эмили было давно известно, что побед не бывает без жертв, но на слове «один» ее голос все же дрогнул.

Маленькая эскадра людей одержала верх над противником ценой небольших потерь. И упадническое настроение капитана «Кейташи» сменилось азартом. Конечно, криссы могли оставить здесь охрану для сугубо ритуальных целей, сторожить покой уничтоженного мира и все такое, но чутье ей подсказывало, что в их системе могло остаться что-нибудь ценное. Хотя бы с точки зрения технологий или информации. Носитель выплюнул следующую партию истребителей и окруженный ими не спеша двинулся к остаткам планеты. За ним потянулся и «Ковчег».

– Я формирую пять исследовательских партий на челноках, – Ласка уведомила Эмили.

– Я закончу переоборудование трех спасательных ботов примерно через два часа. Они тоже могут присоединиться к поискам.

– Четырнадцать отметок! – прозвучало на мостике «Кейташи».

– Как? – не поняла Ласка, – мы же их того…

– Снова четырнадцать? – переспросила своего офицера Эмили Риз.

– Да. И появились примерно из той же области пространства.

– Первая волна, скорее всего, проверяла наши силы! Это была разведка боем! – мозг Эмили переключился на боевой режим, – Сейчас противник кинет на нас все что есть! Запуск истребителей!

Эмили была очень недовольна собой. Надо же, размечталась о скрытых в руинах чужой цивилизации сокровищах! Да она сама бы поступила точно также – бросила несколько дронов на противника, разведала бы его возможности, а потом врезала бы по нему от души!

– Так подруга, ну-ка пропусти нас вперед, – Ласка попросила «Кейташи» слегка подвинуться.

– Опять ты за свое? Мы это уже обсуждали – «Ковчег» должен оставаться за «Кейташи».

– У Ромы идейка одна появилась. Он проанализировал особенности движения противников и предлагает шарахнуть по ним главным калибром.

– Да вы с ума сошли! Вашими снарядами хорошо луны в порошок крошить, но никак не по канонеркам отстреливаться! – Эмили с сожалением подумала о том, что герои былин оказались на всю голову отбитыми аферистами наглухо потерявшими связь с реальностью.

– Перестань думать о нас как о дебилах, – как будто угадала ее мысли Ласка, – мы не бронебойными шить будем, а специальными зенитными снарядами. Они – продукт экспериментов, еще со времен переделки «Ковчега» остались. Почему бы их сейчас и не потестить?

– И правда. Разорвутся они у вас в канале ствола, и нянчиться мне с вами больше не надо, – едко ответила Эмили.

На ее удивление, допотопные боеприпасы показали себя с лучшей стороны. Эмили попридержала москитный флот возле носителей, не желая, чтобы он становился объектом неудачных экспериментов. «Ковчег» выйдя из-за носителя. жахнул сразу из четырех стволов, сканеры «Кейташи» аж завыли, регистрируя чудовищный выплеск энергии. Эмили была готова к разделяющимся боеголовкам или банальному фугасному взрыву с разбросом облака поражающих элементов. Но ее ожидал сюрприз – судя по показаниям радаров, снаряды ГК просто пролетали ряды упорно перевших на них сфероидов и тут у них раскрылись алые призрачные крылья. Именно так показалось наблюдающей за ними Эмили.

– Это что?!

– В каждом снаряде – восемь головок наведения, мощный тремоядреный реактор, система накачки лазеров и веерные излучатели. Все очень мощное, но одноразовое. Система наведения засекает вражеские корабли и дает команду на залп, когда снаряд пролетает мимо их скопления. После залпа вся начинка выгорает, – Рома подключился к разговору и кратко описал принцип действия зенитных снарядов.

– Ты сам эти самоходные батареи придумал?

– Нет, ты не поверишь – их идею когда-то давно предложил человек, в честь которого ваш корабль называется. Правда, он их придумал для боевых действий в атмосфере, но я его идею немного модифицировал.

– Восемь кораблей противника уничтожены! – потрясенно доложил тактик, – нарезаны дольками, как апельсины.

– Можем еще залп дать, – предложила Ласка с дисплея связи.

– У вас большой боезапас?

– На пять залпов.

– Тогда пока придержим наш козырь. Поход нам предстоит долгий и мне что-то подсказывает, что эти снаряды нам еще не раз пригодятся. Истребители! Вперед по плану «Дельта-двенадцать»! – Эмили бросила в бой своих асов.

Тактика на этот раз ею была выбрана иная. Вперед не спеша вышли «Мародеры» и сразу же от них к врагу метнулся рой ракет. К этому бою Эмили приготовила неприятелю новый сюрприз, приказав навесить на многочисленные подвески тяжелых истребителей грозди ракет. Если хочешь побеждать, значит должен импровизировать и избегать повторов в своей тактике. Иначе как раз на повторе тебя и подловят.

Канонерки чужаков не стали суетиться, уходя от ракет, они просто открыли встречный огонь из своего невидимого чудо-оружия. Все на мостике затаив дыхание смотрели на то, как исчезают с радара отметки приближающихся к врагу ракет. Без вспышек, без взрывов. Просто исчезали и все. Зато когда изрядно поредевший рой таки добрался до канонерских лодок, всполохи взрывов были видны невооруженным глазом даже с капитанского мостика носителя. Из огненного вихря выбрались всего два врага, причем мотало их из стороны в сторону, как вернувшихся на Землю после полугодового вояжа и просидевших две недели в баре астронавтов.

– Фас мальчики! – голос Эмили дрожал от кровожадности.

Клим в расправе над чужаками участия не принимал. Его вместе с истребителем оставили в ангаре «Ковчега», как попавших под удар неизвестного оружия криссов и сумевших выжить. Автодок тщательно изучив Клима, выдал заключение о том, что никаких отклонений от нормы и загадок его тушка не содержит. Поэтому исследовательская команда во главе с Романом Исправляющим приступила к осмотру «Бульдога». По правому борту истребителя шла шероховатая с неровными краями борозда. Когда Рома прикоснулся к ней тонким зондом, из нее на палубу посыпался мельчайший серый песок.

– Пепел? – спросил наблюдающий за экспериментами Клим.

– Не похоже. Броня вообще не имеет следов воздействия высоких температур…

– Но тогда что это? – Клим пальцем коснулся поврежденного места, и это прикосновение вызвало новый ручеек пыли.