Двоелуние

Дон в мгновение спустил их с бёдер Энн. Энн снова поддела их ногой и бросила Ронни. Она зарылась в них лицом, футболка её давно задралась, обнажив небольшие острые груди. Ронни ласкала их одной рукой, вторая уже скользила вниз, под её розовые трусики.

Тем временем и шаловливые пальцы Дона уже проникли в промежность Энн. И они не встретили там сопротивления. Там было мокро и горячо. Тонкие пальцы Дона проскальзывали все глубже, вызывая приятные ощущения. А вид Ронни, которая ласкала себя, глядя на них с Доном, делал эти ощущения ещё острее. Энн освободилась от его пальцев, резким движением спустила шорты Дона вместе с трусами. Его член упруго раскачивался прямо перед её лицом. Длинный и обрезанный. Энн посмотрела на Ронни. Она села поудобнее на кресло, поставив ступни на его подлокотники. На ней уже не было ни футболки, ни трусиков. Она раскрыла пальцами свою пещерку, давая полюбоваться ей Энн. Сама же не сводила глаз с неё. Энн никогда не брала члена в рот, но видела не раз как это делают другие в разных фильмах для взрослых. Сейчас она чувствовала себя такой же актрисой. Такой же развратной, такой же раскованной. Она ждет от неё шоу. Что же, пусть будет так.

Энн обхватила член Дона рукой, поднесла его к своим губам, слегка коснулась самого кончика. Какой нежный! Дон тихо застонал, обхватил её голову руками, начал страстно тыкаться им в её полураскрытые губы, ожидая продолжения. Энн уверенно, так, словно делает это не впервые, направила его себе за щеку. Краем уха, она услышала, как Ронни застонала от удовольствия. Отлично, значит все она делает правильно. Энн заглатывала член Дона до самого основания, чувствуя, как он становится ещё больше,ещё тверже. Ей нравилась эта роль. Она чувствовала на себе восхищенный и возбужденный взгляд Ронни. И он, словно ласкал её, распалял ещё больше. Энн впала в неистовство, она яростно насаживалась ртом на фаллос, яростно мяла его мошонку.

- Стой... стой...

Кто это? Опять Ронни? Нет, в этот раз Донни. Член его пульсирует, он вот-вот извергнется, наполнит её рот спермой. Ну и пусть! Нет, он не хочет этого. Энн неохотно выпустила свою добычу изо рта. Дон приподнял её с пола, но лишь затем, чтобы снова опустить на колени. Он поставил её на четвереньки лицом к креслу, где сидела Ронни. Их взгляды снова встретились. Темный, затуманенный страстью у Ронни и серый искрящийся у Энн. Ронни одной рукой теребила свой бугорок, второй, двумя пальцами сновала в своей пещерке. Пальчики на ногах сжимались от удовольствия, рот был слегка приоткрыт, каждый раз когда палец достигал глубины, она высовывала кончик языка. Энн при виде этого розового кончика почувствовала новую волну возбуждения и во это время член Дона медленно, с напором стал проникать в неё. Он наполнял её полностью, горячий, упругий, невыносимо приятный. Дон достиг глубины, замер, потом задвигался быстро и резко. Его руки сжимали ягодицы Энн, он с силой насаживал её таз на себя. Энн не могла оторвать взгляда от лица Ронни. Дон словно исчез, те его движения, что заставляли её протяжно стонать, наполняли экстазом и удовольствием, сбивали с ног ассоциировались у неё с Рондой. Это она сейчас неистово трахала Энн. Лицо Ронни напряглось, глаза закрылись, движения в промежности стали резче. Она сжала свою руку бёдрами, прикусила губу,растопырила пальчики с французским маникюром на ногах, нежно застонала. Её настигал оргазм. Энн не выдержала этого зрелища. В момент, когда Ронни дергала тазом, в голове Энн вспыхнула молния, пробежала по всему телу. Член Дона в очередной раз достиг самой глубины, промежность Энн запульсировала, она закричала, забилась в приятной судорге. Последним не выдержал Дон. Он резко выдернул из Энн пульсирующий член и со стонами стал брызгать спермой ей на спину.

Энн встала, её шатало.

- Где у вас душ? - спросила она срывающимся голосом. Энн ещё трясло от пережитого экстаза. Дон устало мотнул головой вправо и откинулся на спину. Его член ещё раскачивался в боевой готовности, но уже постепенно клонился в сон. Энн встала и взяла Ронни за руку. Та удивленно посмотрела на неё.

- Не хочешь посмотреть, как я моюсь? - спросила Энн, облизнув губы.

Ронни улыбнулась и прикусила губу в предвкушении. От блеска в её карих глазах Энн почувствовала, как защекотало что-то внизу живота. Она ещё никогда не чувствовала себя столь же свободной, как сегодня.

Разговор с подругой

- Все-таки, ты такая классная! - сказала Юля Вике, потом уткнулась лицом в её светлую блузку и стала в неё плакать. Она была сильно пьяна, сливочный ликер оказался гораздо коварнее, чем казался на первый взгляд.

Вика часто задышала, её небольшая грудь была без лифчика, ей были приятны эти влажные прикосновения. Она была на две головы выше Юли, атлетически сложенная, со волосами убранными в высокую косу, как у амазонки, она казалась гораздо старше своей подруги. Она сейчас чувствовала мамочкой для Юли, небольшой сдобной блондинки с фиалковыми глазами, широким носом. Когда Юля улыбалась, между передними её зубами была видна щель. Но она очень нравилась Вике. Говорят, женщины с диастемой более страстные в постели. Вика при мысли об этом чувствовала жар по всему телу, от кончиков ушей до кончиков длинных пальцев на ногах.

- Не понимаю, как он мог меня бросить? - не унималась Юля, - у нас все было идеально, понимаешь, и-де-аль-но!

Вика запустила руку в её крашеные в платиновый цвет волосы, нежно пропустила их между длинными пальцами с изогнутыми бордово-красными ногтями.

- И в чем была эта идеальность? - спросила она низким грудным голосом, стараясь скрыть хрипотцу возбуждения.

- Во всем! В музыке, в одежде… Знаешь, мы же познакомились в магазине одежды! Да, меряли одну и ту же рубашку.

Вика хмыкнула, она давно заметила тягу Юли к мужским рубашкам.

- И секс! Как это было клёво!

- Тебе нравилось, как он тебя трахал? - спросила Вика немного резко.

- Фу, как грубо! - отозвалась Юля, отстраняясь от подруги. Но через мгновение она разразилась пьяным хихиканьем.

- Да, он классно меня трахал! И я его классно трахала! Однажды мы пошли в магазин и прям в примерочной… Я втолкнула его в кабинку, расстегнула его клевые джинсы, что мы взяли по скидке… а потом я оседлала его и трахнула!

Юля снова рассмеялась, но в голосе её тоже чувствовалась хрипотца возбуждения. Вика на мгновение увидела перед глазами вживую эту сцену. Как её подруга скачет на чужом члене в примерочной, прикрыв рот рукой, чтобы не выдать себя стонами. От этого у Вики между ног так сладко и невыносимо заныло, что она сжала свои бёдра, чувствуя сквозь трусики как намокло у неё между ног.

- А ещё мы любили это делать на окне, у нас в общаге.

- На… окне? - с трудом выговаривая слова, спросила Вика. Она была так возбуждена, что готова была наброситься на подругу прямо сейчас.

- Да! Я стояла облокотившись на подоконник, лицом на улицу, в открытое окно. А он брал меня сзади… Брал… Хорошее слово. Брал, сдергивал с меня джинсы с трусиками… Потом становился на колени перед моим задом и начинал лизать. То вагину, то щекотал анус. Я смотрела в окно со второго этажа и постанывала. И так наверно закатывала глаза, что один раз мимо идущий молодой человек спросил: «Девушка, Вам плохо?». Знал бы он как мне было хорошо! В этот момент Женя запустил свои пальцы мне в вагину и зад. И я почти сразу кончила. Представляешь, меня спрашивают, плохо ли мне, а я кончаю, да так что брызгаю струей!

Вика представила это почувствовала, как набухли груди, как она растворяется в жгучем жаре желания. Слова Юли доносились до неё словно из тумана, а точнее из наполненной паром сауны:

- А как я ему под столом дрочила, когда мы с родителями знакомились! Его мать что-то спрашивает, а он слова вымолвить не может, потому что моя ладошка скользит по его горячем стволу, а он пульсирует извергаясь как вулкан. Реально говорю тебе, сперма у него была горячая как лава. Я кончила тогда прямо в трусики просто от его оргазма.

Вика ничего не соображая от страсти потянулась с поцелуем к Юле. Но та, все ещё пьяная, не заметила её порыва, резко встала, так что Вика уткнулась лицом в диван.

- А ты тоже в дроввва! - засмеялась Юля.

- Так почему вы расстались? - спросила Вика, с трудом обретя равновесие и способность говорить.

- Я пришла как-то пораньше с работы, дверь не заперта. Смотрю по коридору шмотки в беспорядке валяются. Шорты малиновые, что я ему на день рождения дарила. Шорты ещё одни бежевые… И стоны с кухни! Захожу, а он лежит на столе прям, раскинув ноги, одной рукой член свой придерживает, а ему Русик, ну тот третьекурсник, помнишь, такой в татухах весь… В общем, он ему вставляет. И член у него такой здоровый, больше чем у Женьки головки на две. И так хорошо у них получается. Женька стонет, Русик его колошматит, яйца о жопу стукаются. Я такой крик устроила, все соседи сбежались. А они стояли такие, как дураки без штанов, глазами только моргали. А дальше ты знаешь… я вещи собрала и к тебе. У тебя же никого нет?

- Нет… - отрывисто ответила Вика, - никого…

- Классно! Свободна, как ветер! Нафиг этих мужиков… Что-то плохо мне…

Юля села на диван, устало потерла глаза, на которых размазалась тушь и неожиданно опрокинулась на спину. Вика подползла к ней на диване, обеспокоено заглянула в лицо. Дыхание Юли было ровным, она спала, мерно вздымалась грудь под мужской цветастой рубашкой. Вика, тяжело дыша, сняла юбку и намокшие трусики. Она запустила руку себе между ног, проводя пальцами по клитору, другую она запустила под блузку, лаская свои торчащие соски. Вика стонала, не сдерживаясь, её подруга даже не шевелилась. Но это все было приятно, но не достаточно, чтобы унять тот пожар, который воспламенила в ней Юля. Вика подползла и очень медленно стала опускаться на лицо Юли. Она почувствовала, как её разгоряченный клитор щекочет ровное дыхание спящей. Вика несколько мгновений застыла в полуприсяде, не решаясь окончательно опуститься на лицо подруги. Было тихо, в комнате только мерно тикал будильник. Юля пошевелилась, Вика замерла в ужасе. Юля, не открывая глаз, зачмокала губами. Вика резко опустилась ей на лицо.

- Умммм… - застонала протестующе Юля, не открывая глаз.

- Давай… давай, милая… полижи… полижи, будь умницей — горячо зашептала Вика. Её пещерка терлась о лицо подруги.

- Женя… не сейчас… - простонала Юля.

- Давай, милая… давай…

Возбужденный клитор Вики слегка приподнял верхнюю губу спящей девушки.

- Какой у тебя сегодня маленький! - простонала Юля и сосущим движением впилась в набухший клитор.

- Ах… как сладко… ах… - застонала Вика.

Кончик остренького язычка Юли проник внутрь. Вика выгнулась от удовольствия, разразилась стонами и почувствовала, как горячая волна уносит её куда-то прочь. В беспамятстве она прижала голову Юли к своей вагине, сжала её бедрами.

- Хорошо! Хорошо! Хорошо!

Вика даже не стонала, а выкрикивала эти слова. Её била дрожь, её пещерка сокращалась, изливаясь горячим соком любви. Сколько это длилось, Вика не знала, тикающие часы то шли медленно растягивая звуки, то цокали стрелками, как бегущая лошадь копытами. Наконец, все кончилось. Вика привстала с лица Юли и упала в бессилие рядом на диване. Лицо Юли все блестело от пролитой на него жидкости. Она спала и улыбалась во сне.

- Моя хорошая… - прошептала Вика, - моя красивая… Зачем тебе эти мужики, когда у тебя есть я?

Потом она нежно поцеловала подругу в лоб и заботливо прикрыла теплым пледом.

Двухкомнатный адюльтер

Лидия протяжно стонала, когда член Марка достигал самой её глубины. Её мало беспокоило то, что в соседней комнате спит Катя, её сестра. Или не спит. Марк бы точно не смог заснуть под адский дуэт скрипящей кровати и протяжных стонов. Пикантности ситуации добавляло то, что пока Лида ездила на конференцию, Марк с Катей успели стать любовниками. Каждый день они яростно трахались везде, где их настигало желание: то на подоконнике, то на балконе, то в ванне, то на кухне, то в зале. Но чаще всего конечно в спальне, где сейчас Марк занимался сексом со своей официальной девушкой. Лидия, вернувшись домой, сильно соскучилась. Она уже за столом, выслушивая очередную историю несчастной любви Кати, нетерпеливо поглядывала на Марка и незаметно гладила его пах. Марк, который кончил буквально в момент, когда ключ Лиды затрещал в замке, был настроен менее решительно. Но мягкая рука Лидии была такой нежной и настойчивой. К тому же, Марк подумал, что никогда в жизни не занимался любовью с двумя разными женщинами в течение одного дня. Эти мысли заставили его член затвердеть, несмотря на то, что Катя обиженно поджимала губы, глядя на него с Лидой.

И вот ночь, они в спальне, Лидия стоит на коленях на кровати, такая маленькая, изящная, оттянув аппетитную попку, а Марк сзади яростно вгоняет в неё свой налитый возбуждением член. Да, несмотря на события последней недели, он скучал по ней. Катя очень страстная, но не такая красивая, не такая пластичная. Какие у Лиды красивые ножки, какие аккуратные маленькие ступни, какие мягкие пяточки. Когда он входит в неё, она изгибает спину, как кошка, ноги чуть приподнимаются на коленях. А какая она влажная и горячая, там внутри. Марк скользил внутри неё, плавно и бархатно. И стон её был полон какой-то нежности.

Катя же спит в зале. Или не спит. Марк на мгновение представил её вытянутое обиженное лицо. Вообразил, как она пытается закрыться от этих звуков подушкой и почувствовал, как начал кончать. Он едва успел выдернуть пульсирующий горячий член из разгоряченной пещерки Лиды. Ещё мгновение и он оросил её ягодицы белесыми каплями.

- Ты всё? - спросил он Лиду после того, как поцеловал её в кошачье место.

- Даже два раза… - ответила она низким сытым голосом. Потом она притянула его к себе, поцеловала в губы и отвернулась. Вскоре её дыхание стало ровным. Немудрено, перелёт из одного конца страны в другой любого утомит. Чудо, что ещё сил хватило на Марка.

Ему же не спалось. Он лежал на спине, залипая в телефоне, но все произошедшее не давало ему покоя. Они с Катей как-то резко перешли запретную грань и ни разу не говорили о том, что будет дальше. Марк накануне приезда Лиды даже подумывал о том, чтобы во всем признаться и начать жить с Катей. Но до разговора с ней об этом дела не дошло.

В квартире было тихо. Спальный район за окном тоже не нарушал сложившегося покоя. Но Марк отчетливо слышал, как скрипит диван в зале. Катя, видимо, ворочалась, не в силах заснуть. Может, пришло время поговорить? Марк посмотрел на спящую Лиду. Лицо её было безмятежно, рот немного приоткрыт, левая грудь выбилась из-под одеяла. Марк осторожно встал и снова посмотрел на неё. Спит. Он на цыпочках вышел из комнаты.

Катя лежала на диване лицом к стене. Но интуиция подсказывала Марку, что она спит. Что она услышала чуть слышный скрип двери и его шелестящие шаги. И теперь лежит к нему спиной, всем свои видом выражая обиду. Он подошел и сел на край дивана. Высокая длинноногая Катя едва умещалась на нём. Спать ей приходилось сегодня как в плацкарте, поджав ноги. Потому, Марк сейчас ощущал её твердую босую ступню у своей ягодицы. Она по-прежнему молчала. Марк тоже. Он протянул руку и нежно провел ладонью по её худой ноге. Катя не отреагировала. Рука Марка заскользила выше до самых ягодиц. В отличие от Лиды они были небольшие. Какие все-таки девушки разные, хоть и родные сестры. Но есть и нечто общее, обе любят спать голыми. Рука Марка достигнув ягодиц не наткнулась на ткань трусиков.

Он гладил её попу, забывшись и чувствуя новую волну возбуждения. Катя тоже, как будто задышала чуть быстрее. Она неожиданно повернулась к Марку и с размаху влепила ему пощечину. Марк отшатнулся. Но не успел он что-то сказать, Катя уже вцепилась в его губы страстным поцелуем.

- Скажи, в какой позе вы трахались? - спросила она горячим шепотом, прервавшись.

- Что?

- Как ты её трахал? Кто был сверху? Или ты её по-собачьи?

- Катя, я…

- Скажи, как ты её трахал?

Марк растерянно молчал. Катя же склонилась к самому его уху и жарко дыша прошептала:

- Я хочу так же! Поимей меня так же, как сейчас имел её!

От неё пахло потом и какой-то дикой необузданной страстью. Марк почувствовал, что теряет контроль над собой. Он развернул её, наклонил в ту же позу, в которой занимался сексом с Лидией. На диване это было не столь удобно, но тоже ничего. Он осторожно раздвинул её ягодицы. Катя вся напряглась, кожа её покрылась пупырышками. Марк вытащил вздыбленный член из трусов, начал им водить по ягодицам. Пальцем он заскользил по её клитору. Он скользнул пальцем внутрь. Она была уже мокрая и горячая. Почти такая же как Лида сегодня. Катя почувствовав в себе палец тяжело задышала и сжала его мышцами влагалища.

- Засунь его… - прошептала она.

- Ты же хочешь так же… - возразил Марк осторожно двигая пальцем, - а мы обычно сначала немного играем…