Улицы Архангельска рассказывают

В Архангельске есть улица Георгия Суфтина, и мы хотим сказать нашему читателю стихами поэта:

По улице этой Пройти не забудь.

9. Беззаветные герои-большевики

Несколько необычная для Архангельска, эта улица раньше называлась Средним проспектом. Сейчас она носит имя Федора Чумбарова-Лучинского, отважного воина Красной Армии, пламенного оратора-политработника и организатора борьбы с интервентами и белогвардейцами.

Улица его имени необычна тем, что начинается почти с тупика и заканчивается вблизи перекрестка улицы Свободы и проспекта Павлина Виноградова.

Наш земляк Федор Степанович Чумбаров еще в детстве приехал в Питер добывать себе пропитание. Он разносил газеты, торговал ими, видел, как нелегко живут и как борются с царизмом, с хозяевами заводов и фабрик питерские рабочие. Позднее познакомился с большевиками, занимался в марксистском кружке, распространял нелегальную революционную литературу, а в 1914 году вступил в социал-демократическую рабочую партию. Он стал революционером-профессионалом, участвовал в издании партийной литературы, в организации рабочих забастовок. Чумбарову приходилось скрываться от полиции, и тогда он принял вторую фамилию — Лучинский.

После свержения самодержавия Федор Степанович вместе с другими большевиками постоянно находился среди рабочих. Когда большевики начали деятельно готовиться к социалистической революции, к свержению буржуазного Временного правительства, Чумбаров-Лучинский выступал на митингах, организовывал отряды Красной гвардии, бывал на «Авроре», экипаж которой был настроен революционно, и поддерживал большевиков. В Смольном создавался штаб восстания. Сюда прибыл из подполья В. И. Ленин.

Красногвардейцы и революционные моряки по заданию из Смольного начали боевые действия — заняли Главный почтамт, гостиницу «Астория», вокзалы, телефонные станции. Восстание, начатое под руководством Владимира Ильича в ночь на 25 октября, победно разрасталось. Утром весь Петроград был во власти восставших. Выстрел с «Авроры» возвестил о начале штурма Зимнего дворца, о начале новой эры человечества.

Деятельный участник Великой Октябрьской революции, Федор Чумбаров-Лучинский выполнял ответственные задания партии. Летом 1918 года в Ярославле поднялся контрреволюционный эсеровско-кулацкий мятеж. Чумбаров-Лучинский ездил на подавление вражеской авантюры. В бою бесстрашный революционер был тяжело ранен. Но ему удалось победить смерть, и снова он в борьбе за Советскую власть, снова организует рабочих и крестьянскую бедноту.

Товарищи Федора Степановича поражались его неутомимостью, бодростью духа, энергией, готовностью в любую минуту идти на выполнение любого задания партийной организации.

Когда после захвата Архангельска английскими, американскими и французскими войсками образовался Северный фронт, сюда, в политотдел Шестой армии, приехал Чумбаров-Лучинский. И снова бои, агитационная работа в воинских частях, длительные поездки по фронту, особенно там, где враг создавал наибольшую угрозу. Неоднократно Федору Степановичу объявлялись благодарности от командования за личную храбрость в боях.

Чумбаров-Лучинский был организатором печати, талантливым боевым журналистом и поэтом. Он печатал статьи, очерки, стихи в газетах как в дни гражданской войны, так и после освобождения Севера от интервентов и белогвардейцев.

После Севера Федор Степанович участвовал в боях против банд Врангеля. Потом снова Архангельск, где на губернской партийной конференции его избрали делегатом на X Всероссийский партийный съезд.

Перед открытием съезда неугомонившиеся белогвардейцы при поддержке иностранных капиталистов, в сговоре с эсерами и меньшевиками, разожгли в Кронштадте контрреволюционный мятеж и создали угрозу Петрограду. На ликвидацию мятежа отправились делегаты X съезда, и в числе их Федор Чумбаров-Лучинский.

Коммунисты и красноармейцы совершили беспримерный восьмикилометровый ледовый переход, не имея никаких естественных укрытий. Коварный враг готовился к отпору, защищенный сильными кронштадтскими фортами. Прожекторы с фортов освещали лед залива, по которому пробирались красные подразделения.

Федор Степанович командовал одной из рот. Несмотря на артиллерийский огонь, бойцы под его началом смело бросились в атаку.

На кронштадтском льду погиб наш отважный земляк, верный сын партии и народа Федор Степанович Чумбаров-Лучинский. Он погиб совсем молодым «в борьбе за пролетарскую революцию», как о его героической смерти говорилось в сообщении Архангельского губкома партии. Да, это о Чумбарове-Лучинском и его товарищах писал Эдуард Багрицкий:

Нас водила молодость В сабельный поход, Нас бросала молодость На кронштадтский лед.

* * *

Представьте себе молодого человека в двадцатилетием воздаете. В таком возрасте оборвалась жизнь нашего славного земляка Романа Петровича Куликова в 1918 году. А между тем тогда он уже был комиссаром дивизиона, секретарем Архангельского горкома РКП (большевиков) и членом ВЦИКа — высшего органа власти Советской республики. И это в двадцать лет!

Уроженец Шенкурского уезда бывшей Архангельской губернии, роман Куликов одиннадцатилетним подростком приехал в Архангельск и нанялся маляром на скипидарный завод. Потом он работал на лесопильных заводах и в порту.

Во время первой мировой войны в Архангельском порту работало много прибалтийских грузчиков. Среди них были и члены социал-демократической партии.

Подпольной организацией руководил бывалый революционер Яков Андреевич Тимме. Социал-демократы собирали митинги и тайные сходки, распространяли на заводах и в порту марксистскую литературу. Куликов познакомился с Тимме, втянулся в революционную борьбу, вступил в партию.

Он выполнял ответственные поручения подпольного комитета и быстро обрел любовь и уважение большевиков и рабочих. Взятый на военную службу, Роман Петрович и там не прекратил борьбы и вел революционную пропаганду среди солдат.

Когда было свергнуто самодержавие, Куликов служил в Ревеле (ныне Таллин). В октябре 1917 года, избранный делегатом на Второй Всероссийский съезд Советов, Роман Куликов приехал в Петроград. И здесь он был участником Октябрьского переворота и шел на приступ Зимнего дворца.

На Втором съезде Советов Романа Петровича избрали членом ВЦИКа.

Он был делегатом и Третьего Всероссийского съезда Советов и снова был избран членом ВЦИКа.

Молодой большевик-северянин, комиссар красногвардейского отряда, в знаменитых битвах под Нарвой лично вел бойцов в атаку на врага.

Когда войска Антанты захватили Мурманск, было ясно, что империалисты на этом не остановятся, что они двинутся на Архангельск, чтобы превратить Север в свою колонию.

В Архангельск для предотвращения опасности была направлена группа партийных работников. С ними приехал в родные места и Роман Куликов. Здесь он встретился со своим политическим наставником Я. А. Тимме, с заместителем председателя губисполкома Павлином Виноградовым, с комиссаром Андреем Зеньковичем и другими советскими руководителями. На первой городской конференции Романа Куликова избрали секретарем горкома партии.

В городе оставалось еще много контрреволюционных сил, иностранных агентов, входивших в сговор с эсерами и меньшевиками. А корабли интервентов уже появились в Белом море. Приказом народного комиссара Советской Ревизии М. С. Кедрова Архангельск был объявлен на военном положении. На Летнем берегу Белого моря были задержаны английские шпионы, которые признались, что разведывали места для высадки десанта и пути к железной дороге.

По предложению Романа Петровича на ледокольном судне «Борислава» к Солзе, в предполагаемый район высадки десанта, выехала специальная комиссия. В нее входили Павлин Виноградов и Роман Куликов.

На встреченном буксире «Митрофан» был разоружен отряд английских солдат и офицеров. Часть интервентов уже укрылась на берегу.

Когда Куликов и Виноградов с группой латышских стрелков отправились на катере на берег, их встретили огнем. Роман Куликов был смертельно ранен. Вскоре, по возвращении, когда «Борислава» еще не подошла к Архангельску, Роман Петрович скончался.

Он стал одной из первых жертв иноземных захватчиков. Роман Куликов был очень молод, но его мужественная, наполненная постоянной борьбой жизнь за счастье народа и героическая смерть являют величайший пример коммунистической стойкости и патриотизма.

А небольшая улица его имени в Архангельске всегда будет напоминать нам об этом беззаветном большевике-ленинце.

* * *

Если революционная деятельность Романа Куликова началась еще до совершеннолетия, то Александр Александрович Самойло пришел в революцию уже опытным военачальником.

Он был генералом царской армии, но с первых же дней Великой Октябрьской революции принял сторону большевиков и Советской власти.

Александр Самойло родился в семье военного врача в 1869 году. Он окончил гимназию и Московское юнкерское училище. Потом Самойло учился в Академии Генерального штаба и после длительней военной службы в 1916 году был произведен в генералы.

Настоящий русский патриот, А. А. Самойло понимал всю несостоятельность в управлении страной царского правительства и позднее буржуазного правительства Керенского. Став советским военачальником, он принимал участие в известных брестских переговорах о перемирии с Германией.

Много сил и энергии отдал Самойло организации Рабоче-Крестьянской Красной Армии. В мае 1918 года он был назначен на должность начальника штаба Беломорского военного округа и приехал в Архангельск.

Действуя совместно со штабом комиссара Кедрова, Александр Александрович создавал на Севере части Красной Армии и организовывал оборону Архангельска. Англо-американские интервенты уже захватили Мурманск и готовились к прыжку на Беломорье.

Когда началась интервенция, А. А. Самойло был начальником штаба Шестой армии, а затем ее командующим.

Интервенты и белогвардейцы рвались по Северной Двине к Котласу на соединение с силами контрреволюции, действовавшими на востоке страны, а по железной дороге — к Вологде на Москву. Но задержка врага флотилией Павлина Виноградова на Двине и энергичные действия частей Шестой армии под командованием А. А. Самойло пресекли хищнические замыслы иноземных пришельцев. Как нам уже известно, в феврале 1920 года части армии Самойло окончательно разгромили ненавистного противника и освободили Архангельск.

За умелые боевые действия по защите и освобождению Советского Севера А. А. Самойло был удостоен двух орденов Красного Знамени.

После гражданской войны Александр Александрович занимал различные должности в Советской Армии, работал в Главном Управлении Военно-Воздушных Сил и преподавал в военных учебных заведениях. Ему было присвоено звание генерал-лейтенанта авиации и звание профессора. Кроме орденов, полученных за боевые подвиги на Северном фронте, А. А. Самойло был также награжден двумя орденами Ленина и еще двумя орденами Боевого Красного Знамени, другими орденами и медалями.

Александр Александрович известен также как военный публицист и писатель. Ему принадлежат интереснейшие книги «Две жизни» и «Поучительный урок».

А. А. Самойло, выдающийся советский военачальник и большой патриот нашей страны, скончался в 1963 году в Москве.

Улица имени заслуженного боевого генерала находится в районе Кузнечихи.

10. Улицы-соседки

Сад, одну сторону которого ограничивает улица Ванеева, раньше назывался Летним. Во время интервенции здесь белогвардейские и иностранные офицеры с местной буржуазией устраивали шумные гулянья и танцы. Гремели духовые оркестры, офицеры с женами и дочками купцов и чиновников пили, танцевали и веселились, а у ворот сада висела доска с издевательской надписью на английском, французском и русском языках: «Солдатам и собакам вход воспрещен».

Сейчас садовая площадь занята спортивным комбинатом общества «Динамо» — стадионом, баскетбольными, волейбольными и городошными площадками, Дворцом физкультуры.

Анатолий Александрович Ванеев, чьим именем названа улица, был ближайшим другом и соратником Владимира Ильича Ленина по Петербургскому «Союзу борьбы за освобождение рабочего класса».

Он родился в Архангельске в 1872 году, но детство и юность провел в Нижнем Новгороде (ныне г. Горький), куда его отец, мелкий служащий, переехал на работу. В Нижнем Новгороде Ванеев окончил начальное училище. Семья жила в большой нужде, и потому подростку пришлось поступить на работу писцом.

Анатолий Александрович много читал, вначале художественную литературу. Потом ему стали попадаться и политические книги. В то время Нижний Новгород был уже большим промышленным городом, где жило много рабочих и революционно настроенной интеллигенции. Знакомство со ссыльными оказало влияние на взгляды вступающего в жизнь молодого человека.

Ванееву удалось окончить реальное училище, после чего он уехал в Петербург и поступил в Технологический институт. Анатолий Александрович входит в среду социал-демократов, часто встречается с рабочими Выборгской стороны, с которыми проводит собрания и революционно-разъяснительные беседы.

В 1893 году Ванеев познакомился с Владимиром Ильичем. Между молодыми революционерами завязывается дружба. На квартире у Анатолия Александровича проходило собрание марксистов, когда было принято решение о массовой политической агитации.

А. А. Ванеев проводил большую работу по изданию и распространению нелегальной политической литературы. Это он организовал в 1894 году второе издание брошюры Владимира Ильича «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?»— ответ на статьи «Русского богатства» против марксистов. Издавал Ванеев и другие работы Ленина.

Когда был создан «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», Анатолий Александрович вошел в число пяти его руководителей.

В 1895 году Владимир Ильич и Анатолий Александрович были арестованы и сосланы в Восточную Сибирь. Ванеев находился в Енисейске, затем его отправили еще севернее.

Анатолий Александрович серьезно болел, и наконец ему разрешили переезд в село Ермаковское, что находилось неподалеку от Шушенского, где отбывал ссылку вместе с Надеждой Константиновной Крупской Владимир Ильич. Вскоре товарищи по совместной революционной борьбе встретились. Это было в июне 1899 года, а в сентябре этого же года тяжело больной А. А. Ванеев скончался.

Речь Владимира Ильича Ленина над гробом Ванеева прозвучала пламенным призывом к продолжению борьбы за народное счастье.

* * *

Я живу на улице Логинова, которая соседствует с улицей Ванеева. Живу здесь давно и очень люблю свою улицу.

Люблю не только за то, что она асфальтирована, не только за ее летом радостно-зеленый, а зимой величавый, запушенный инеем тополево-березовый бульвар. Но прежде всего потому, что это — наша улица, потому, что живу в доме, стоящем на этой улице. Я всегда любил улицы, на которых жил.

Хорошо помню улицы моего детства и юности в Соломбале. Там не было тогда не только асфальта, но даже булыжника. На Улицах Розмыслова и Новоземельской буйно росли травы, цвели лютики и одуванчики. В непогодливое осеннее время по многим улицам Соломбалы, пожалуй, смогли бы пройти только самые мощные современные вездеходы. У Н. В. Гоголя в Миргороде на площади была одна-единственная, по смешливым словам писателя, удивительная, прекрасная лужа. У нас в Соломбале таких луж было множество. И мы, ребята, по этим обширнейшим «водоемам» от одного тротуара до противоположного провожали свои кораблики с бумажными парусами в далекие плавания. Мы были патриотами своих улиц.

В давние времена улица Логинова называлась Успенской. На берегу Северной Двины тут стояла церковь Успения, названная так в память о дне смерти богородицы. По свидетельству «Толкового словаря» Ушакова слово «успение» означает и смерть (в первом значении).

Нет, в обоих значениях название это для нашей улицы не годилось. В советское время улица стала называться Пролетарской. Потом ей присвоили имя С. П. Логинова, покойного секретаря Архангельского обкома КПСС. Энергичный, заботливый, отзывчивый, Савелий Прохорович Логинов многое сделал для области, и благодарные жители города решили увековечить память о нем.

Улица, как и многие ее архангельские подруги, начинается от набережной В. И. Ленина. Вид на могучую реку и отсюда изумителен. Но другие улицы уже рассказывали нам об этом.

Пройдемтесь вглубь, пересечем проспекты Павлина Виноградова, Михайлы Ломоносова и другие большие улицы Архангельска.

На улице Логинова находятся: на набережной — на месте бывшего яхт-клуба — стоянка яхт и прогулочных лодок. Новое здание яхт-клуба, несомненно, тоже украсит и набережную, и улицу Логинова.

Вот и наша улица начинает мечтать. Яхт-клуб! Каким же он будет?.. Долго ждала Северная Двина своего яхт-клуба, настоящего, способного своими дамбами, причалами надежно прикрыть яхты от шторма.

Новый яхт-клуб будет представлять большой комплекс зданий, укрытий, причалов. Здесь должна быть и терраса. С нее можно любоваться Северной Двиной, наблюдать за яхтенными и гребными соревнованиями.

И если что случится с маленьким суденышком, будь то яхта, катер или шлюпка, ему всегда найдется место для ремонта. Эллинг, механические и столярные мастерские обеспечат все, что потребуется для восстановления судна и продолжения плавания. В новом яхт-клубе будет свой подъемный кран для спуска и поднятия яхт, тележки — для перевозки малых судов.

Здесь же, на углу набережной и улицы Логинова, возводится большое здание областной библиотеки, на стеллажах которой разместится миллион томов.

Между проспектами Виноградова и Ломоносова — стадион «Динамо» и недавно выстроенный большой плавательный бассейн.

Бассейн имеет восемь 50-метровых дорожек, два трамплина и десятиметровую вышку для прыжков в воду. Трибуна рассчитана на 700 зрителей.

На стадионе «Динамо» проходило множество физкультурных праздников, междугородных и международных хоккейных и футбольных матчей, самых разнообразных спортивных соревнований. Здесь показывали свои первые рекордные достижения известные всей стране заслуженные мастера и мастера спорта Борис Шилков, Евгения Пономарева, Игорь Осташов, Олег Симаков, Константин Котов, Федор Журавлев, Вячеслав Мультино и многие другие.

Многое может рассказать улица Логинова о Доме культуры работников просвещения или о Доме учителя, как его обычно называют. Это новое здание с большим зрительным залом. В Доме культуры проводится многогранная работа: доклады, лекции, встречи с интересными людьми, вечера отдыха, концерты, читательские конференции, кино, занятия кружков самодеятельности.

В помещении Художественного фонда, который находится в глубине улицы Логинова, вы познакомитесь с архангельскими художниками. Они увлеченно работают над транспарантами и плакатами для оформления города и для рекламы. Мастера-живописцы, они не гнушаются черновой работой, зато избавляют город от халтуры.

Далеко еще не всё на улице Логинова пока так, как хотелось бы. Остается лишь утешиться: не вдруг Москва строилась. Но праздник на нашей улице все-таки уже есть!

11. Исследователи Арктики

В августе 1912 года в Соломбале, у дряхлого причала набережной Северной Двины, стояло небольшое старенькое, но еще крепкое, тройной дубовой обшивки парусно-паровое судно «Св. Фока». Судну предстояло большое и трудное плавание — к Северному полюсу. Полярную экспедицию возглавлял опытный мореплаватель и ученый исследователь Георгий Яковлевич Седов.

Георгий Яковлевич родился в 1877 году в семье азовского рыбака в поселке Кривая Коса близ Таганрога (ныне поселок Седова). С детства он полюбил море, мечтал о дальних плаваниях. Ему хотелось учиться, стать моряком, но отец считал ученье напрасной тратой времени. Только четырнадцати лет Георгий пошел в приходское училище. Потом он уехал из дому и в Ростове-на-Дону поступил на Мореходные курсы. Окончив их, Седов плавал на торговых судах в каботаже. Много трудностей пришлось пережить Георгию Яковлевичу, пока он сдал экзамены за курс морского корпуса и был произведен в поручики запаса флота.

Впервые в Архангельск Седов приехал весной 1902 года, чтобы принять участие в экспедиции на судне «Пахтусов» для исследования Новой Земли и побережий Карского моря. Началась его многотрудная и плодотворная деятельность в изучении Арктики. Во многих экспедициях участвовал Георгий Яковлевич. Во время длительных и опасных путешествий у него постепенно укреплялась мысль о достижении Северного полюса.

Организовать такую экспедицию — первую русскую к полюсу— в дореволюционных условиях стоило невероятных усилий.

Царское правительство не только не оказало Седову поддержки, но чинило ему всевозможные препятствия. В денежных средствах на экспедицию было отказано, и она организовывалась на частные пожертвования. Длительное время судно не выпускали из порта, задерживая оформление документов. Доходило до таких нелепостей, что от Седова требовали указать порт, куда следует «Св. Фока». Дворянская знать, купечество, духовенство, газеты издевались над смелыми замыслами Седова. Как выяснилось позднее, архангельские купцы снабдили экспедицию Седова гнилой солониной и рыбой, испорченными сухарями.

«Св. Фока» вышел из Архангельска 27 августа 1912 года.

Поздний выход, неблагоприятная ледовая обстановка заставили участников экспедиции зазимовать у берегов Новой Земли. Вторая зимовка проходила на Земле Франца-Иосифа, в бухте, которую Седов назвал Тихой. Все это время Георгий Яковлевич, его сподвижники — географ В. Ю. Визе, геолог М. А. Павлов и другие участники экспедиции вели большую научную работу.

Кончались запасы продовольствия и топлива. Несмотря на недомогание, Георгий Яковлевич решил продвигаться к Северному полюсу на собачьих упряжках.

Перед походом в своем приказе Седов писал:

«…мы выступаем к полюсу. Это — событие для нас и для нашей родины.

Об этом деле мечтали уже давно великие русские люди — Ломоносов, Менделеев и другие. На долю же нас, маленьких людей, выпала большая честь осуществить их мечту и сделать посильные научные и идейные завоевания в полярных исследованиях на пользу и гордость нашего дорогого отечества».