В отрыве

— Колян, я не хочу тебя расстраивать, но он не боится. Надо как-то ему объяснять, что мы не шутим.

— Блин, даже ножа нет, чтобы ему палец отрезать, — искренне посетовал мой друг.

— Ну отстрели! — предложила Катя, которая тем временем связала телохранителя, пока он не пришёл в себя.

— Громко же будет! Я так попробую.

Плохой Вадим с интересом наблюдал за нашим разговором, решив, что это часть спектакля по его запугиванию. Какого же было его удивление, когда Колян взял его правую кисть и уверенным движением сломал сутенёру мизинец. И не просто сломал, а фактически выворотил его с корнем.

Сутенёр взвыл от боли, такого варианта развития событий он не предполагал.

— Нормально, — радостно сказал Колян. — Считай, что отрезал, да и крови нет. Сейчас все пять так выломаю. Удобно, кстати, пальцы у него тонкие, длинные.

— Я скажу! — раздался истошный вопль на весь номер.

Однако Коляна крик Вадима не остановил, и он таким же способом выломал бедолаге ещё и безымянный палец.

Сутенёр завопил уже совсем громко.

— Он орёт громче выстрелов! — заметила Катя.

— Заткнись! — Колян наотмашь ударил плохого Вадима по лицу, тот притих, но продолжал всхлипывать.

— Не ломайте! Я же расскажу!

— А сразу не мог? — задал я напрашивающийся вопрос.

— Я думал, вы пугаете.

— Дружок, ты идиот? — я посмотрел ему прямо в глаза. — Ты избил и чуть не убил нашего друга. И после этого думал, что мы тебя просто пугаем? Колян, сломай ему ещё один! Похоже, он пока не поумнел.

— Не-е-е-ет! — раздалось опять на весь номер.

Но Коляна это не остановило. Он взял левую руку сутенёра и сломал мизинец на ней. Уловив мой взгляд, пояснил:

— Мизинец легче ломается.

— Я всё расскажу! Пожалуйста! Прекратите! — Плохой Вадим упал на колени и пытался подползти ко мне.

— А ведь мы прекратим! Мы не такие, как ты. Мы добрые. Да, Колян?

Я посмотрел на друга, но тот как-то слишком неопределённо пожал плечами. Что-то мне подсказывало, что мой товарищ в этом вопросе не был со мной одного мнения. Весёлый задор в его глазах напугал даже меня, чего уж говорить про плохого Вадима. Я в очередной раз подумал, что надо бы разобраться, что там у Коляна за тайна такая.

Глава 5

— Говори! Но не пытайся что-то скрыть или сказать неправду! — обратился я к сутенёру, который начал свой рассказ, даже не дав мне толком закончить фразу.

— Варька позвонила, сказала, что тут какой-то папик отжигает, мол выиграл в лотерею, и что денег у него как говна. Ну и что он на коксе и уже реально начинает беспределить. Мы и поехали.

— Говори, кто, кроме тебя, Варьки и твоего телака в курсе, что вы забрали у моего друга деньги?

— Да Варька даже не в курсе. То есть, она в теме, что мы его нахлобучили, но сколько забрали, не знает. Я ей сто тысяч обычно за наводку даю, и всё. Только мы с Васьком знаем подробности.

— Я очень надеюсь, что это правда, тем более, так это или нет, я выясню до того, как мы тебя отпустим. И ты, думаю, догадываешься, чем чревато, если ты меня обманул.

— Правда, это всё правда!

— Варька сейчас здесь?

— Да.

— Кать, будь добра, сходи к девочкам, позови сюда Варвару, — я призадумался ненадолго. — А остальных, пожалуй, проводи к Соломонычу. Пусть наверстает. Только попроси коксом не увлекаться в ближайшие полчаса, мне с ним поговорить надо.

Катя отправилась выполнять поручение, а я снова обратился к плохому Вадиму:

— Деньги где?

— В машине. Машина на парковке у отеля. Бэха чёрная. В багажнике сумка. Ключи у Васька.

По всему было видно, что сутенёр сотрудничал с нами искренне, Колян таки обладал даром убеждения. Я подошёл и обшарил карманы телохранителя, в одном из них обнаружил ключи от машины. К этому времени Катя привела Варвару.

Едва войдя в номер и увидев избитого сутенёра, проститутка быстро развернулась и попыталась убежать. Но тут же получила от Кати удар нижней частью ладони в лоб и поняла, что просто так уйти не получится.

— Скажи мне, Варвара-краса, длинная коса, — обратился я к резко поникшей девушке. — Ты зачем такими нехорошими делами занимаешься? Ведь мой друг каждой из вас от души отсыпал. Зачем ты его под танки кинула?

— Бить будете? — деловито поинтересовалась Варвара. — Лицо не трогайте. Пожалуйста!

— Ну, вообще, как-то наказать тебя не помешает, только вот я женщину бить не могу, и даже мой вспыльчивый друг Коля на такое неспособен. Поэтому я думаю, что мы ограничимся воспитательной беседой.

— Я могу! — мрачно и громко перебила меня Катя и выдала Варваре такой сильный маваши прямо в висок, что та рухнула на пол как подкошенная, не проронив ни звука.

— Зачем так сурово? — удивился я. — Ещё и по лицу. Она ж просила.

— Эта сучка подставила человека, который спас мне жизнь!

Больше Катя ничего сказать не успела, так как наше внимание привлёк наконец-то пришедший в себя телохранитель Вася.

— Кстати, а что с ними теперь делать? — поинтересовался мой друг Николай. — Завалить?

— Колян! Ты совсем уже крышей поехал? Зачем грех на душу брать лишний раз? Связать их, и пусть в этом номере два дня полежат. Потом звякнем хорошему Вадиму, чтобы поднялся и развязал.

— А кто за ними следить эти два дня будет?

— А чего за ними следить? Связать получше, и всё!

— А кормить? Поить? В туалет водить? — не унимался Колян.

— Без жрачки два дня потерпят. Попить сейчас дадим. Ну и завтра заедем, ещё напоим.

— А в туалет?

— Под себя, если что, сходят! — Колян уже начинал меня бесить. — В конце концов, это лучше, чем пуля в лоб!

— Ну не знаю, — развёл руками мой кровожадный друг.

— Что ты не знаешь? Не гони! И вообще, давай мы у людей спросим!

Я повернулся к внимательно слушавшему наш разговор плохому Вадиму.

— Скажи, Вадик, ты что предпочитаешь, обоссаться или ласты склеить?

— Обоссаться! — поспешил ответить наш пленник.

— Во-о-от! Запомни, Коля, не надо принимать поспешных выводов, не посоветовавшись с людьми! Надо их всех хорошо связать и напоить. И пора уже по делам ехать, и так кучу времени потеряли.

Мы перетащили всех троих пленников в спальню, привели в чувство Варвару, дали им от души напиться, после чего очень крепко всех связали. После этого вернулись в гостиную, чтобы обсудить дальнейшие действия.

— Вот что меня смущает, — честно поделился я с друзьями волнующей темой. — Это то, что мы им навешали и за Соломоныча вроде как отомстили, но плюшек не прилетело.

— Зато весело! — искренне выпалил Колян, но поняв, что сморозил глупость, замолчал.

— Ты квесты проверял? — поинтересовалась Катя.

— Идиот! — наградил я сам себя нелестным эпитетом. — Ещё ведь думал об этом. Но не проверил!

Быстро зайдя в список квестов, я обнаружил там нужный мне: «Вернуть деньги Романа „Соломоныча“ Шацкого». Приняв его, я вернулся к общению.

— Катя, ты золото! Надо бабки вернуть просто! Вы идите, не дайте пока Соломонычу всё снюхать, а я быстро за бабками смотаюсь в машину.

Покинув номер, я помчался на стоянку отеля, нашёл там нужную мне чёрную БМВ и достал из багажника портфель Соломоныча. Долгожданная надпись не заставила себя долго ждать:

ВЫ ВЫПОЛНИЛИ КВЕСТ «ВЕРНУТЬ ДЕНЬГИ РОМАНА „СОЛОМОНЫЧА“ ШАЦКОГО». ВАМ НАЧИСЛЕНО: 20 ОЧКОВ РАЗВИТИЯ. ПОВЫШЕНЫ ХАРАКТЕРИСТИКИ: УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ +4, ЯРОСТЬ +3

До восемнадцатого уровня оставалось сто пять очков развития и двое суток.

Соломоныч был в настроении. Он смеялся, обнимал красавиц, наливал в бокалы шампанское и брызгал им на девушек, словом, был счастлив. Разве что Катя не давала ему добраться до кокаина, но, видимо, это его не сильно расстраивало в данный момент. Кроме разбитого носа, ничего не выдавало, что всего чуть больше часа назад он умирал на холодном кафеле ванной комнаты.

— Максим, друг ты мой любезный! — закричал коммерс, едва я вошёл в номер. — Выпей с нами шампанского! Надеюсь, ты не торопишься? Я заказал омаров! Скажу тебе, фуа-гра, что они принесли, категорически не подходит к этому замечательному напитку. Но это лишь потому, что фуа-гра у них дерьмовое! Поэтому ждём омары! Они однозначно должны спасти ситуацию!

Я не очень хотел пить шампанское, а вот отведать омаров не отказался бы. Но понимание того, что до сумасшествия моих друзей осталось всего двое суток, заставили меня отказать Соломонычу.

— Не до омаров сейчас, к сожалению. Времени мало. Мне надо найти Карпова. Лучше старшего.

— Квест? — догадался хитрый барыга.

— Да, тридцать очков развития. Мне сто пять надо, но хоть что-то. Там ещё сыну Железняка робота закину, тоже десять-пятнадцать даст, надеюсь, Система. В любом случае выбирать не из чего. Надо действовать.

— А убивать готов? — Соломоныч хитро прищурился.

— Карпова да, — ответил я не раздумывая.

Хотя, возможно, и слукавил, так как на эту тему я по-настоящему пока не думал. На словах всё было легко, но в своё время младшего Карпова убить я не смог. О чём, к слову, ни разу потом не пожалел. Но после событий на Точке, многое поменялось. Да и на старшем Карпове висела кровь Ольги. Хоть и погибла она от руки Кати, но виноват в этом был лишь Карпов-старший. Поэтому я не мог точно быть уверенным ни в том, что я смогу его убить, ни в том, что моя рука опять дрогнет. В чём я был уверен, так это в том, что надо было действовать. Надо было добывать эти треклятые очки развития.

— Телефон дай! — Соломоныч протянул ладонь. — Если реально убить готов, и если я номер вспомню, то есть, кто тебе поможет.

Несколько раз набрав неправильный номер, мой товарищ таки дозвонился тому, кому хотел.

— Герасим? — обрадовался он, услышав наконец-то в трубке знакомый голос. — Это Шацкий. Давай без вопросов. Времени мало. Есть человек, который готов замочить сам знаешь кого. Я его проинструктирую, как с тобой на эту тему говорить. Он наберёт. Конечно, сегодня. Времени нет. Это надо сделать быстро. Да через пять минут и наберёт. Что? Хорошо, понял.

Соломоныч отдал мне телефон и подробно объяснил ситуацию:

— В общем, так. У старшего Карпова есть друг. Конечно, таких друзей за одно место бы да в музей, но так уж получилось. В общем, он хочет Карпова завалить. Но не может, они в одном клане. Собственно, он его заместитель. Потому и хочет завалить, чтобы клан возглавить. Система не очень одобряет такие методы внутриклановой борьбы, потому Герасим страшно боится спалиться. Разговаривать с ним на эту тему можно лишь в клетке или в шапочках, при этом не глядя в лица друг другу. Да, гемор ещё тот, но других вариантов быстро выйти на Карпова я не знаю. Тем более Герасим ещё и поможет в организации. В общем, номер его в телефоне остался. Звони. Карпова называйте между собой Карлсоном. Никаких реальных имён. Даже при встрече!

— Он что, такой же обаятельный как Карлсон? — удивился я. — Или сладкое любит?

— Такой же хитрожопый! — усмехнулся Соломоныч. — И чуть что, сразу смывается, а все вокруг встревают.

Я набрал номер.

— Приезжай ровно в полдень на пересечение Чехова и Жуковского, — послышалось из трубки после двух длинных гудков. — Там будет стоять тёмно-синий микроавтобус. Садись в него. Не успеешь к двенадцати, давай в два.

— И вам здрасьте, — не удержался я. — Успею. В полдень буду на месте.

Я посмотрел на часы, было без двадцати десять. Терять два часа не хотелось. Если быстро сорваться, то вполне можно было успеть купить игрушки детям Железняка и завезти их им. Сами они, конечно, были в школе и садике, но я был уверен, что квест мне зачтётся, даже если я просто передам игрушки через мать. Да и лишний раз встречаться с детьми погибшего товарища было тяжело. Оставалось надеяться, что Полина находилась дома. Но других вариантов не было. Правда, перед этим стоило навестить хорошего Вадима.

— Колян, Кать, вы зайдите, проверьте, как там наши новые друзья себя чувствуют, не пытаются ли развязаться? — сказал я, выходя из номера. — Водички им дайте, только потом не забудьте назад им в хлебальники кляпы запихать, не хватало ещё, чтобы они своими криками респектабельных постояльцев напугали. А я пока к Вадиму на охрану заскочу, перетру. Встречаемся через десять минут у машины!

Начальник службы безопасности был у себя, он сидел за столом перед мониторами камер наблюдения и, как мне показалось, с нетерпением ожидал меня и новостей про плохого Вадима.

— Скажи, друг, — начал я максимально приветливо. — Это большой косяк будет, если я у тебя в отеле завалю такого неприятного парня, как плохой Вадим? И заодно его телака. Ну и одну наводчицу тоже.

— Не хотелось бы, — честно признался мой собеседник.

— Ну я вот как чувствовал, что ты такой план не оценишь, поэтому просто их пока связал в одном из наших номеров, — я присел напротив. — Скажи, Вадим, я могу рассчитывать, что ты оценишь мою добрую волю и желание остаться с тобой друзьями?

— Однозначно! — по виду эсбэшника было видно, что он не лукавит.

— Тогда, чтобы не тратить зря время, перейду сразу к делу, — я постарался сделать голос и тон максимально душевными и располагающими. — Наш друг болен, ему осталось всего ничего. Единственное, что он хочет напоследок — это оттянуться несколько дней с девочками, шампанским и коксом. Да, кое-что из этого списка незаконно, но ничего не выйдет за пределы отеля.

— Не вопрос. Я понял, — кивнул хороший Вадим.

— Это не всё, — я достал из кармана пачку с деньгами и снова отсчитал десять купюр по пятьсот евро. — Это тебе за возможное беспокойство. Я очень хочу, чтобы в оставшееся время моего друга никто не тревожил. Ты можешь это обеспечить?

Вадим ещё раз кивнул.

— Я оставлю свой номер телефона, если что просто позвони мне. Но по всякой ерунде не парься. Что бы он ни творил, я закрою любой ущерб. Звони только в действительно важных случаях, например, если он кого-то из девок в окно выбросит. В этом случае однозначно звони. А до того момента вообще не напрягайся! Если всё будет хорошо, с меня ещё столько же!

Я записал на бумажке свой номер телефона, пожал руку Вадиму и поспешил к своим товарищам, ожидавшим меня в машине. Едва я сел на сидение, мы помчались домой к Железнякам через торговый центр.