Схрон. Дневник выживальщика

— Попутал что ли, фраерок? — пришлось вспомнить сериалы про бандитов, которые смотрел в детстве. — АУЕ, все дела…

— АУЕ! — хором выкрикнули юные авторитеты.

— За что мужика грохнули?

— Охранник это, — презрительно сплюнул рослый. — Мусоров вызвать хотел.

— Уважуха, братва! — натужно, как терминатор, улыбнулся. — Короче, сейчас я дверь выношу, а вы мне пиво грузите в тачку, сколько войдет.

— Базара ноль, бродяга! — повеселел пацанчик.

— А ну, в сторону!

Пацаны брызнули кто куда. Сдал чуть назад для разгона и топнул педаль в пол. Лексус ринулся, как бешеный носорог, я уперся в руль. Удар сильный. Но мое тренированное тело выдержит и не такое. Дверной проем снесло в хлам вместе с частью кладки. Капот хорошо помялся, да и хрен бы с ним. Отъехал, освобождая дорогу мелким мародерам.

Расчехлив «Сайгу», пружинисто выпрыгнул на асфальт. Распахнул багажник. Мелолетний бандит уже подбегал с упаковкой «Клинского».

— Бери, чо получше в следующий раз, а не эти помои, — велел я, загибая задние сидушки. — Ставь сюда!

Сам я передернул затвор дробовика и зорко следил за окрестности, хищно поводя стволом. Прохожие, рыпнувшиеся было к магазу, сдали назад. Вскоре салон почти весь забился разнокалиберными упаковками, банками, полторашками и бутылками пива, коньяка, вискаря и водки. Стекло не стоило брать, еще разобьется по дороге, с досадой подумал я.

— Нет там больше бухла! — отчитался рослый.

— Тушенку, консервы давайте! — место в салоне еще есть, хоть и немного.

Когда докурил сигарету, взмыленные разбойники укладывали последние коробки тушняка на переднее сидение.

— Удачи, братва! АУЕ!

— АУЕ!

Я сел за руль, и положив «Сайгу» на колени, начал выруливать. Признаюсь, руки чесались разрядить в недоносков магазин картечи. Что за зверье из них вырастет в условиях БП? Но кругом люди. Могут не понять, что я вершу правосудие, а не маньяк-убийца. Справедливость — это, конечно, хорошо, но она бывает лишь в дурацких фильмах и дешевых комиксах.

Пробка, кажется, стала только гуще. Вой автомобильных гудков, дым, матюки. Я сдвинул «Лексусом» синюю «двенашку» с тюками на крыше, мешавшую проезду и свернул в нужный проулок. Из таза выскочили бодрые ребята.

— Ты че творишь, казел?! — заорал короткостриженный хмырь в шортах.

Я не ответил. Только опустил стекло и высунул дуло «Сайги-12с».

Глава 6

Канитель не началась, как я надеялся. БП, вроде как, наступил, и моим тренированным пальцам не терпится понажимать на спуск. Печально, конечно, но глядящая из окна «Лексуса» «Сайга» в тактическом обвесе остудила пыл этих хлопцев из «двенашки».

— Уважаемый, ну зачем было так делать? — на порядок вежливее и на тон пониже спросил хмырь в шортах.

— Мешаешь проехать в объезд, — ответил я, закуривая.

Хмырь прямо расцвел весь:

— Че ж ты сразу не сказал, братишка! Затрахались уже тут стоять…

Я только махнул рукой и тронулся. Некогда слушать этот словесный понос.

«Лексус», как пароход, мягко качает на выбоинах и ямах объездного пути. На «Ниве» пришлось бы ползти гораздо медленнее, да еще рискуя прикусить язык. От сегодняшнего нервяка в горле изрядно пересохло, я открыл пивондрий. Красота, холоденькое! Насчет дэпосов я не переживаю. Им сейчас не до меня.

Раньше, где-то слышал, в условиях опасности обостряется шестое чувство, интуиция или чуйка, попросту говоря. А ведь, правда. Поглядывая в зеркало заднего вида, я вижу всю ту же «двенашку». Помимо нее, за мной увязалась целая вереница машин. Видать, водители почуяли пятой точкой, что я знаю верную дорогу. Параноик во мне, конечно, кричит — надо сбросить хвост! Вылезти расстрелять «тазик», ну, и еще пару машин для надежности, чтобы перекрыть этот путь. А то будут тащиться со мной до самого Схрона. Но усилием воли я сдержал эти порывы.

Не думайте, я не псих. И паранойя не всегда была моей спутницей жизни. Но именно сейчас она нужней всего. Только она поможет пережить грядущий ядерный ад. Большим глотком осушил банку и выбросил в окно. В памяти ностальгически крутились отрывки прошлой жизни. С чего же все началось?..

Флэшбэк

…Наша фирма занималась землей, владея целым этажом офисного здания. Гниль и убожество наружных стен компенсировал дьявольский блеск внутренней евроотделки и зубов секретарш. В те докризисные времена я имел всё. Я был левой рукой нашего босса и катался на джипе «Судзуки Гранд-витара». В машине стояла лучшая в Петрозаводске музыка и савбуфер убойной мощности. В поездках я любил включать песни Шнура, симфонии Моцарта, или баллады Высоцкого. Бензин мне оплачивали, и я ни о чем не горевал.

«Джип» купил не зря. Босс зачастую посылал мотать километры по всей Карелии. «Встречный ветер, косые дожди», — как пел Высоцкий… Дело в том, что я мастер своего дела. Я — рекультиватор. Благодаря диплому Сельхозакадемии, легко обставлял коллег, юристов и экономистов, полз вверх по иерархии конторы, как Хергиани по Монблану. Мы искали подыхающие колхозы, наводили связи и предлагали свои услуги по рекультивации, то есть по восстановлению плодородия почв. Я находил тамошнего бухгалтера, по дешевке подкупал и, если это была красотка, трахал ее, обещая увезти к огням большого города, чтобы пожениться. За это получал доступ к их бумагам и печати, которая искусно подделывалась мной с помощью фотошопа и цветного принтера.

Потом, несложным путем бандитских махинаций, мы забирали землю, чтоб строить на ней коттеджные поселки, базы отдыха и пансионаты для барыг из Питера и Петрозаводска. Рекой текла деньга. Попустительство властей играло нам только на руку…

Я ехал из-под Олонца после очередного задания, когда в моем ухе заорала мелодия телефона. Сука босс! Дорога скользкая, ебашит ливень. Я припарковал «Гранд-витару» возле обочины, заставив умолкнуть вой движка, чтобы спокойно покурить и попиздеть с шефом.

— Алё…

— Алекс, привет, ну как там дела у тебя? — резким голосом спросил босс.

— Все в полном порядке, Вениамин Садкович. Берег озера, семьдесят гектаров… долгов у них за коммуналку под два ляма. Директор — алкаш. Все подпишет. Он даже не понял нихрена, че я хотел.

— Прекрасно, прекрасно… — прохихикал босс. — Народу много живет?

— Да какой там народ? — я тоже засмеялся. — Синяки, да старичье какое-то… штук пятьдесят-семьдесят…

— Проблем, я надеюсь, не будет?

— Не должно! — я раскурил «Кэптан Блэк», мне нравился вкус этого табачка. — ОМОН, бульдозеры и всех там нахрен, в городе, кажись, расселят! Да как обычно, не волнуйтесь!

— Молодец, Алекс. Отлично справляешься!

— Стараемся… — Я приоткрыл дверку машины, чтоб не воняло дымом, и выставил под дождь свой лакированный ботинок.

— У меня собственно к тебе еще есть дело, Алекс… сегодня что у нас, четверг? В общем, в субботу ты едешь с нами на охоту! Пора, пора уж тебе знакомиться с большими людьми. Готовится серьезный, если не сказать больше, «проект», будет несколько персон аж из Москвы, финны… ну и наша шушера… из администрации, шалавы… короче, не телефонный разговор!

У меня даже голова пошла кругом от этих вестей.

— Но, босс… мне неудобно… я человек простой, высшего света чужд…

— Это меня не колышет! Тебе отведена важная роль в будущем «проекте»! Поедешь и точка!

— А как же ружье? У меня его нет.

— Ружье? Мля… и лицензии нет?

— Какой лицензии?

Босс взорвался криком:

— Ты совсем идиот, Алекс? Конечно, мля, на ружье!

— Нет, нету.

— Трындец. И ты все мотаешься по этим ебеням один и без ружья??? За жизнь не боишься?

— Смерти не страшусь, страшит бесчестье, — твердо ответил я.

— Тогда тем более. Заедешь завтра к одному знакомому моему. За полчаса и лицензию справит и охотничий билет, и ствол подберет. За скорость — штука, не обессудь.

— Ладно… — я кисло сплюнул в грязь.

— Экипировку уж сам ищи, не маленький. Все же два дня в лесах пировать. С таким расчетом смотри…

— Ничего не бойтесь, камуфляж куплю, а сапоги и нож — есть.

— Тогда все. До завтра, Алекс.

— До завтра, босс!

Я завел двигатель и, со всей силы вдавив акселератор, стартовал вперед. Позади оседала поднятая в воздух форсажная грязь. Классно! Намечается крутое дело, а это значит — крутое бабло! Теперь-то точно сбудется мечта — квартира в центре Питера еще до нового года! Подъезжая в осенней тьме к Петрозаводску, я набрал одну из телок, кажется, Анжелику, хотя не факт. Я никогда не нравился ее родне. Особенно мужу, которого я прогнал фарами своей «Судзуки». Отвез девчонку в съемный особняк. Там мы закинулись чистейшим коксом, поныряли в бассейн, подурачились, а потом я всю ночь глубоко трахал ее возле камина в лучших традициях успешных людей.

Суббота. В восемь утра кортеж из нескольких десятков представительских внедорожников уже мчался на базу «Огонёк». Там все оборудовано для охотничьих нужд важных персон, и ждут лишь только нас. Я ехал в машине босса на заднем сиденье («Гранд-витару» пришлось оставить дома, она не «смотрелась») и держал свое ружье. Оно называлась карабин «Сайга С-12». Продавец сказал, что руки должны привыкнуть к тяжести оружия.

Вот я и привыкал.

Еще вчера он научил, как им пользоваться. Мы стреляли по бутылкам на помойке за магазином. Я истратил патронов двести и теперь чувствовал себя если не Джоном Рэмбо, то уж суровым Чингачгуком точно. Еще двести патронов взял на охоту. Чтоб лучше целиться, мне посоветовали использовать картечь. Я не возражал. Меня прямо трясло в ожидании приключений. Очень хотелось выследить каких-нибудь медведей, раздразнить их, а потом в упор посносить бошки.

— Эй, Санек, ты зачьем ствол тискаешь, как бабу? — спросил Умар-чеченец, начальник безопасности нашей фирмы, и грязно рассмеялся.

Он сидел впереди, рядом с боссом. Я его немного побаивался.

— Пусть руки привыкают.

— Мюжьчина должин с децтва стрелят, с любого оружья, да. — Щетинистая харя Умара весело скалилась, но глаза смотрели как-то мутно, будто сквозь меня куда-то. — А вы рюсские только за чилен дэржатьса спэциалисты, хэ-хэ-хэ!

Я промолчал и отвернулся в окно.

— Мля, Умар, отстань от Алекса! — вмешался босс, который сидел за баранкой. — Нормальный он пацанчик! Реально въезжает в расклады… правда, Алекс?

— Да, босс. В теме шарю, но есть куда стремиться.

— Во, слышал? — поднял он указательный палец. — Наш человек! И это… Алекс, задрал меня уже называть боссом, понял? Будто я мафиозо, мля, какой-то…

— А вы заколебали называть меня Алексом! — крикнул я и как бы нечаянно передернул затвор Сайги. — Я вам уже говорил!

— Эээ! Паакуратнэй, Саща, успакойса да… — вмешался в диалог чечен, целясь в мой лоб из огромного револьвера.

— Я спокоен, как волк, — ответил я.

— Вот и харащо. — Револьвер исчез, и я успокоился на самом деле.

Не доезжая до базы, мы тормознулись возле кафешки, чтоб размять ноги и купить беляшей. Мочило сильным дождём. Из всех машин повылазили люди. Стали курить, посмеиваться, покупать беляши, минералку. Для важных людей из столицы, это, наверно, экзотика. А может, вспомнили молодость? Я смотрел на них с любопытством. Все они в камуфляже (кроме шлюх), и я не знал, кто из них реально что-то решает, а кто просто шестерка.

В этот миг я чуть не подавился папиросой.

Офигеть-не встать! Да с ними ж Стас Михайлов! Он стоял в сторонке от остальных олигархов и, невзирая на дождь, задумчиво пускал из ноздрей дым табака.

— Босс… эээ, то есть, Вениамин Садкович! — позвал я.

— Чего тебе, Александр? Не видишь, я ем, мля? — Кидая с ладони на ладонь, перегретый в микроволновке жирный беляш, босс откусывал от этой шняги кусочки.

— А че тут Стасу надо?

— Где? А… да хрен его знает… наверно, взяли его, чтоб пел. Будешь беляш? Я что-то уже не хочу… — босс протянул мне половинку.

— Пофиг, давайте…

Все начали трамбоваться по своим машинам. И тут к нам в тачку постучалась тетка. Вся мокрая, грязная, с ребенком на руках и здоровой сумкой на плече.

Босс недовольно приспустил стекло:

— Ну чего еще?

— Извините, вы нас не подкинете до Кондопоги? — быстро-быстро забормотала она.

Я подвинулся на сидении. Мы все равно ехали в ту сторону.

— Нет, — ответил босс. — Не подкинем.

— Ну, пожалуйста! Нас выселили! Из-под Олонца вот идём… всё пешком! — она вцепилась в дверь, как зомби в край могильной плиты.

— Ты, сучька, глухая да? — рявкнул Умар. — Атпусти дверь, шлюха, а то пристрилю тибя и виблядка тваего рэзать на ремни!

Босс заржал, как свинья. Женщина дёрнулась и отошла. Мы поехали.