Расплата

— Трудно поверить в то, что они вообще позволяют им жить, — скептически заметил Флип.

— Ну, вряд ли это можно назвать жизнью, — сказала Рамона. — Полагаю, им скорее предоставляют возможность погибнуть естественной смертью.

— Ясно одно: даже захватив их корабль, мы будем уничтожены, — подвел итог обсуждения Харкорт. — И все же… Хоть какой-то, но выход. Просто такие, как есть, без каких— либо ухищрений, подойти к Вукар Таг мы не сможем.

— Такие, как есть? — Кориандер задумчиво посмотрела на него. — Может, нам каким-то образом изменить себя? Прикрепить снаружи металлические листы, чтобы наш силуэт стал похож на один из их кораблей? Тогда, может быть, нам и удалось бы захватить их корабль.

— Сколько же на это понадобится времени… — начал было Харкорт, но Кориандер перебила его:

— Стойте! — Она развела руки, точно регулировщик уличного движения. — Давайте облепим себя астероидами, их же тут полным — полно! Один день — и я обещаю вам, что мы превратимся в один большой кусок хлама вроде тех, что летают вокруг.

— Ну, что-то в этом есть, — согласился Харкорт. — Тогда мы могли бы подойти гораздо ближе, но в конце концов они все равно уничтожат нас. Просто так, на всякий случай.

— Нет! Если мы подойдем к планете достаточно близко, они не станут в нас стрелять!

Зачем им нужно, чтобы огромный метеорит — а именно так мы будем выглядеть — рухнул на планету? Он взметнет столько песка, что пыльное марево долго будет висеть над планетой, затмит солнце, оставит без света и тепла их самих и те жалкие растения, которые они ухитряются тут выращивать!

— Неплохая мысль, — сказал Харкорт. — Единственная, которая кажется осуществимой. Давайте запомним ее и пойдем дальше. Кто следующий?

Свои предложения высказали Барни, за ним Лорейн, потом снова Кориандер. Наконец и Рамоне тоже кое-что пришло в голову.

— Можно начинить взрывчаткой большой астероид, установить на нем мину с часовым механизмом и направить к Вукар Таг, — предложила она. — Пока они станут возиться с ним, мы могли бы незаметно проскользнуть к планете и произвести съемку. — Однако, уже заканчивая фразу, она поняла, что сказала глупость. — Нет. У них достаточно кораблей, на все хватит.

— Однако мне нравится сама идея — отвлечь внимание, — сказал Харкорт. — Ну-ка, давайте подумаем, как сделать что— нибудь такое, чтобы задействовать все их корабли?

Последовал фейерверк идей, но ни одна из них не казалась стоящей. Все они упирались в одну из главных черт характера килратхов — их фанатизм: если бы нечто попыталось приблизиться к планете, они прежде всего уничтожили бы это, а уж потом стали бы разбираться, откуда оно взялось.

Через час Харкорт заметил первые признаки усталости и рассеянности внимания.

— Заседание прерывается, — объявил он и потянулся. — Лично я не отказался бы от чашечки кофе. Всем полчаса на отдых, потом встречаемся за обедом. Предупреждаю, никаких разговоров о деле, пока не покончим с десертом.

Однако к тому времени, когда они разделались с десертом, лично у него, по крайней мере, никаких новых идей не возникло. Перебирая в уме все, предложенное раньше, он начал сомневаться, стоит ли вообще продолжать мозговой штурм.

Покончив с обедом, все уселись в углу кают-компании. Харкорт откинулся в кресле и обежал взглядом лица.

— Ну, есть что-нибудь новенькое?

Все покачали головами.

Рамона злилась сама на себя. Она явно оказалась не на высоте, не сумев предложить ничего стоящего, в то время как остальные просто выдавали идею за идеей, пусть и не слишком удачные. Но это, конечно, было не главное.

— Должны же мы сделать хоть что-то? — вырвалось у нее.

— Это точно. — Харкорт вздохнул. — Чем дольше мы тут прохлаждаемся, тем больше шансов, что нас случайно могут обнаружить. Поскольку ничего лучше в наши умные головы не приходит, останавливаемся на идее Кориандер: замаскироваться под астероид. Шесть часов на сон, ребята. Потом начинаем выуживать обломки и цеплять их к кораблю. Билли, ты дежуришь первым.

На следующее утро завтрак прошел в несколько напряженной обстановке, что проявлялось, правда, лишь в изобилии плохих острот, слишком громком смехе и некотором беспорядке. Сразу после него Харкорт и Рамона собрались было облачиться в скафандры, чтобы заняться ловлей астероидов, но Граундер, сердито блестя глазами, напомнила, что у них есть обязанности по отношению к кораблю и экипажу, не говоря уж о поставленной перед ними задаче. Вместо них наружу отправились Кориандер, Гарри и Флип с большой сетью, которую Кориандер сплела из стальных тросов перед завтраком.

Один за другим они вылезли через специальный люк, предназначенный для выхода в космос, и встали на корпусе корабля. Страховочные тросы гарантировали им безопасность, ботинки на магнитной подошве придавали устойчивость, хотя передвигаться в них было не слишком удобно. Трое замерли, настороженно вглядываясь в обступившую их ночь, и на мгновение забыли обо всем, восхищенные зрелищем мерцавших в черной пустоте звезд.

Они уже приступили к делу, когда Кориандер неожиданно замерла.

— Что там, черт возьми, такое? — спросила она, вглядываясь в ночь.

— Ну, в чем дело? — послышался сквозь легкие потрескивания голос Харкорта в их шлемофонах. Связь осуществлялась с помощью телефонного кабеля, чтобы не пользоваться радио.

— Что там? Вы же знаете, мы здесь не можем видеть то, что не излучает?

— Когда-то это излучало, — сказала Кориандер, и голос ее прозвучал довольно странно, — и даже очень сильно. Капитан, это сторожевик класса «Вентур».

Последовало ошеломленное молчание.

— Ты имеешь в виду килратхский сторожевик «Камекх»? — недоверчиво спросил Харкорт.

— Нет, — ответила Кориандер. — Мне хорошо знакомы подобные силуэты, а сейчас передо мной даже больше чем силуэт. Он находится совсем рядом, по крайней мере три четверти его поверхности отлично видно. Это сторожевой корабль Конфедерации, и на борту у него латинскими буквами написано название.

Внутри корабля на капитанском мостике все замерли. Потом Харкорт спросил:

— И что же это за название?

— «Джон Баньян», — ответила Кориандер.

— Автор книги «Путешествие пилигрима», — прошептала Рамона. — Да-а-а, этот пилигрим, видать, немало попутешествовал, хотя вряд ли он ожидал встретить такой конец, — сказал Харкорт. — Что с ним такое, Кориандер?

— Это всего лишь остов, капитан. Половины кормовой части нет, огромные дыры в корпусе. Сквозь одну из них я даже вижу обзорный экран, но похоже, он разбит. Корабль мертв, капитан. И умирал он нелегко. Наверно, прилетел откуда-то издалека и спрятался здесь, чтобы зализать свои раны.

Перед внутренним взором Харкорта возникла вся картина. Одинокий израненный корабль Конфедерации. Члены экипажа в скафандрах, внешне сохраняющие спокойствие и хладнокровие, но внутренне охваченные паникой — они понимали, что спасти их может только чудо. А .вокруг пояса астероидов — истребители килратхов, точно стервятники, парящие в ожидании их конца.

Чуда так и не произошло.

Харкорт вскочил:

— На этот раз я выйду наружу и прихвачу с собой очень длинный трос, чтобы притянуть один корабль к другому. И пачку ракет.

— Капитан, вам нельзя! — воскликнула Граундер.

— Не беспокойся, я буду очень осторожен…

— Капитан, стоит ли вам перебираться сюда? — послышался из интеркома голос Гарри. — Я ведь уже здесь. Просто перекиньте мне ракеты и трос. Я дам салют в честь их гибели, закреплю трос, и вам останется только притянуть нас к себе.

Харкорт заколебался, вспомнив о своих обязанностях.

— Вам, ребята, всегда достается все самое интересное, — наконец вздохнул он. — Ладно, Гарри, подойди к люку, я тебе все передам. — Он повернулся к Граундер: — Посмотри пока, может, найдешь какие-нибудь сведения об этом самом «Джоне Баньяне». Ботинки Гарри глухо забухали по корпусу.

— Где-то здесь должны быть крепежные скобы для выхода в космос, такие же, как у нас, капитан. А, вот, нашел…

— Хорошо, — прозвучал в шлемофоне голос Харкорта. — Только прежде чем лезть внутрь, проверь, в порядке ли твой трос, понял?

— Не беспокойтесь, капитан. — Гарри размотал свой трос, стянутый вокруг его пояса, и закрепил его. Потом подергал. — Все в порядке, капитан. Я отправляюсь.

— Думаешь, тебе удастся открыть люк? Гарри изо всех сил шарахнул кулаком по входному люку и замер, выжидая. Ничего. Он нахмурился и ударил снова — с тем же результатом.

— Системы корабля не работают, — сказала Кориандер. — Ни одна, понимаешь? Нельзя стрелять из сломанного ружья.

— Похоже на то, — буркнул Гарри. — Может, мне залезть туда через одну из дыр в корпусе, капитан?

— Только будь очень осторожен, хорошо, Гарри? — ответил Харкорт. — Рваные металлические края острые, как бритвы. Ты понимаешь, что может случиться с твоим скафандром и тобой?

Гарри с опаской заглянул в одно из темных отверстий.

— Да-а-а… Тогда, с вашего разрешения, я лучше останусь здесь, капитан.

— Правильно. — Харкорт энергично закивал головой. — Сначала как следует закрепим корабль, чтобы он не болтался, а уж потом полезем туда. Ну-ка, проверь, хорошо ли закреплен соединительный трос.

— Будет сделано, капитан.

— Ну, на этот раз, мамочка, ты отпустишь меня? — Харкорт посмотрел на Граундер.

— Ладно, что же поделаешь, если вам так невмоготу, — недовольно проворчала она. — Как-нибудь справлюсь тут без вас.

Кориандер удалось подключить аварийное питание, которое обычно используется в доке во время ремонта корабля. Это оказалось не трудно — в конце концов, «Джон Баньян» был точной копией ее собственного корабля. После того как это было сделано, входной люк открылся, и Харкорт с Рамоной вошли внутрь.

Аварийное питание позволяло лампам светить лишь вполнакала. Однако когда они оказались в переходном тамбуре, зеленый индикатор зажегся и замок сработал, как положено. Не возникло проблем и с давлением — оно попросту отсутствовало с обеих сторон двери. Она плавно отъехала в сторону, и они шагнули внутрь. Лампы, укрепленные на их шлемах, светили ярко, придавая зловещую контрастность мрачной картине.

Как только Харкорт шагнул в коридор, трос, идущий от него к Гарри, дрогнул в руке.

— Отпускай, — сказал он.

Натяжение троса ослабело, и он потянул его на себя, сворачивая. Кабель, на противоположном своем конце присоединенный к бортовому компьютеру «Джонни Грина», втянулся следом за тросом.

Они шли по коридорам, которые казались пугающе знакомыми, потому что точно такие же были на их собственном корабле, и кабель компьютера змеей полз за ними. Они прошагали на капитанский мостик, совсем такой же, как…

Корабль накопил уже достаточно энергии, и все экраны светились, разгоняя хорошо знакомую, привычную полутьму. Однако на дисплее боевого компьютера виднелась лишь сетка зигзагообразных линий — точно таких же, как и на их собственном боевом дисплее совсем недавно. Лампы, горевшие над каждым рабочим местом, освещали пульты и… тела членов экипажа, тяжело навалившиеся на них.

Харкорту стало не по себе, и он был даже отчасти рад, что скафандры и в особенности шлемы не позволяли во всех подробностях разглядеть мумии, находившиеся внутри них.

Рамона молча стояла рядом. Говорить не хотелось, и Харкорт лишь сказал извиняющимся тоном:

— Мы должны разобраться в том, что произошло. — И шагнул к пульту командира корабля.

Тот сидел, навалившись на наклонную поверхность пульта и обхватив шлем руками в перчатках. Хорошо, что не придется отодвигать труп, подумал Харкорт, — разъем был расположен внизу на боковой поверхности пульта. Он подключил к нему кабель, проверил соединение и сказал:

— Все в порядке, старшина. Считывай память.

— Есть, сэр, — ответил голос Кориандер. — Вы не хотите послушать аудиозапись сейчас?

— Нет. Сообщи, когда закончишь, и мы тут же уберемся отсюда.

— Есть, сэр.

Последовала тишина, лишь мигал зеленый индикатор.

Харкорт повернулся и оглядел капитанский мостик, стараясь не задерживаться взглядом на телах. Наверху зияла огромная дыра. Один из членов экипажа лежал ничком на полу, его скафандр сморщился: по спине тянулся разрез. Двое других сидели рядом, обхватив друг друга руками.

— Копирование закончено, капитан, — прозвучал голос Кориандер.

— Хорошо, старшина. — Харкорт повернулся к Рамоне. — Хотите осмотреть что-нибудь еще?

Рамона подавленно взглянула на него и отрицательно покачала головой.

— Нет, капитан. — Она повернулась и направилась к выходу.

Харкорт взял кабель и последовал за ней, сматывая его на ходу. Они прошли, как положено, через тамбур «Джона Баньяна», перетащили кабель на свой корабль и снова оказались в тамбуре, на этот раз своем собственном, с удовольствием прислушиваясь к шипению хлынувшего в него воздуха. Зажегся зеленый индикатор, люк открылся, они вошли внутрь. Рамона расстегнула шлем.

— Бедные ребята, им так не повезло, — вздохнула она.

— Бедные храбрые ребята.

Харкорт вздохнул и подумал, что слово «агнцы» было бы, наверно, более подходящим, а еще точнее — жертвенные агнцы.

— Мы обязаны похоронить их, — сказал он. — Это наш долг.

— Зачем? — возразила Рамона. — У них самый лучший гроб, который только может быть.

Ее лицо помрачнело. Мельком взглянув на нее, Харкорт в который раз подумал, что совершенно не представляет, какие мысли роятся в ее голове.

— Командир корабля — на капитанский мостик!

— Иду. — Харкорт поспешно двинулся дальше, на ходу расстегивая скафандр. На капитанский мостик он вошел со шлемом под мышкой. — Что получилось?

— Здесь весь вахтенный журнал, — сказала Кориандер. — Все, что относится к их последнему боевому заданию. Начиная с того момента, когда они добровольно согласились выполнить его, и до самой гибели. — Ее лицо побледнело, глаза напряженно следили за экраном.

У Харкорта возникло искушение послушать всю запись, но он подавил его.

— Расскажи мне коротко суть дела, — попросил он.

— Полгода назад «Джон Баньян» получил приказ отправиться на разведку к Вукар Таг, — сказала она. — Они попытались подойти поближе к планете, но истребители атаковали их, и они укрылись в зоне астероидов. Пока они добирались сюда, их корабль стал похож на швейцарский сыр, а они уничтожили семь кораблей килратхов. Произошла разгерметизация, воздух остался лишь в баллонах их скафандров. Они плыли среди астероидов, надеясь, что килратхам надоест их караулить и тогда можно будет попытаться уйти к точке прыжка. Кошки, однако, оставались на месте. Так прошло восемь часов, двенадцать… Сделав последнюю запись, командир корабля просто задохнулся. — Она умолкла на мгновение, потом заговорила снова: — Уже после его гибели компьютер сделал еще одну автоматическую запись, отметив, что двигатели выведены из строя ракетой килратхов. Прощальный выстрел, сделанный, скорее всего, наобум. Потом резервная батарея истощилась и компьютер отключился.

Харкорт резко повернулся к Рамоне:

— Вы знали о том, что перед нами еще одному кораблю дали то же самое задание?

Рамона не отрываясь смотрела на него, застыв, точно изваяние. Потом она коротко кивнула:

— Да, капитан. Неужели они не сказали вам?

— Ни слова. — Харкорт сжал губы. У него возникло отвратительное подозрение, что Рамоне известно намного больше того, что знает он. Или у него уже просто начинается паранойя? Но какая-то доля правды в этом предположении несомненно была… «И это еще не вся правда», — подумал он.

— Капитан! — позвал Билли.