Цепные псы

Прохор настойчиво требовал собирать добычу с монстров. Им нужно в Лас–Вегас, а там без местной валюты может и помогут, но если расплатиться, а не приползти побитыми псами, все пройдет проще. Да и задачу Командования никто не отменял. Их оставили не просто так в Речном. Обнаружили Орду и решили подогреться на жемчуге.

Но завал похоронил большую часть добычи, а может те даже выжили и, пообедав потрохами, продолжили свой дикий забег через половину Улья. Наверняка по местным меркам Пал собрал солидный куш, но сам он не представлял, что и сколько стоит в местных стабах.

Уже в подобранную каску не влезает. Наверняка хватит и для расплаты с местными, и чтобы на базе не смотрели как на ничтожеств. Авторитет там нужен хотя бы для того, чтобы сняли ошейники. Амуниции вокруг, кстати, валялось слишком много. И не понять порвали ребят твари или же не повезло при обрушении.

В логове осмотрели добычу, когда закрыли лаз найденным тряпьем. Триста семьдесят споранов, семь десятков горошин, где–то грамм двести хорошего янтаря и три жемчужины. Все черные. Нормально, наверное. Но вымотался Пал как собака, да и ранение постоянно давало о себе знать, несмотря на регулярные приемы живчика. С едой тоже немного полегче стало, когда нашлась парочка сухпаев.

Первым дежурить вызвался Холод. Что немного странно. Пал ему не доверял, но и сменить его некому, а для регенерации глубокий сон самое то. В итоге просто махнул рукой и лег спать, перебинтовав Хитреца и влив в него еще дозу спека и живчика. Как назло аптеки рядом нет. Даже самой завалящей. Или же просто сильно далеко. Прохор дрыхнет и ничего не расскажет.

Разбудила его непонятная возня. Он вскинулся и направил ствол на шум, но тут же слегка успокоился, услышав мат Холода.

— Ты чего творишь?! — опешил он, когда в свете тактического фонаря увидел вползающую в логово тушу амбала.

— Свежим воздухом дышу. — скривился тот.

Только тут Пал заметил, что у него вместо правой ладони культя, наскоро перехваченная жгутом и все еще кровоточащая. Он тут же за шиворот втащил напарника внутрь и выставил автомат.

— Мертвяки? Сколько? Где?

— Угомонись. — буркнул Холод. — Не они это, но взрыв мог их привлечь.

— Какой взрыв? Я ничего не слышал.

— Так ты спишь как сурок. — отмахнулся амбал.

— Я серьезно. — с нажимом повторил Артем.

— Да труп нашел с одним из таких как у нас. — Холод потеребил воротник. — Попробовал разобраться с устройством ошейника.

— И как?

— Как видишь. — Холод помахал культей. — Хитрые суки его сделали. Никак не снять без удаления капсулы. Хотя идеи есть. Надо бы еще парочку посмотреть.

— А рук хватит? — скрипнул из своего угла Прохор. — Ты бы, сынок, не считал себя умнее других. Эта база существует уже больше шестидесяти лет и много таких умников сожрали черви. Точнее то, что от них осталось.

— Попробовать стоило. — ухмыльнулся Холод. — А руки в Улье дело наживное. Отрастет. Так говорят.

— А мозги не отрастут. Так и останешься идиотом. — покачал головой старшина. — Что там снаружи?

— Да вроде тихо.

— Собрали много?

Паладин предъявил каску с добычей и Прохор тут же забрал янтарь, пригоршню споранов и все жемчужины.

— Прохор, может Хиту жемчужину дать? — кивнул на черный шарик Пал. — Ему как–то не слишком хорошо. Горит весь.

— С дуба рухнул? — возмутился старшина. — Тебя за такое не просто убьют, но и четвертуют.

— Да подохнет он. — огрызнулся Пал. — А жемчуг еще нароем. Я далеко не все проверил. Ради этого еще рискну пробежаться по склонам руин.

— Жемчуг тут не помощник. Потому у вас и забрал. От греха подальше. А то еще по дурости сожрете. — буркнул Прохор. — Его употреблять нужно под присмотром матерого знахаря и с предварительной подготовкой, при отличном состоянии организма. Иначе последствия возникнут такие, что мало не покажется. Лучше уже в русскую рулетку с половиной барабана поиграй.

— Ладно, не кипятись. Я за товарища переживаю.

— Тогда держи его на спеке, живчике и под капельницей с физраствором.

— И сколько он протянет?

— Не долго. — согласился Прохор. — Вам лучше его забрать с собой.

— Нам?!

— Если бы этот Кулибин не потерял руку, могли бы все уйти. А так, три инвалида на одного относительно здорового на просторах Улья, это поход смертников. Ладно бы я просто ранен, так лишен подвижности.

— Машину подгоним и с ветерком помчимся. — предложил Пал.

— Серьезно? — иронично ухмыльнулся Прохор. — Жизнь танка в этом мире не более сорока километров. У БТРа выше, но только потому, что танки по большей части ездят на тралах. Короче, на гражданском варианте вы не проедете дальше десяти. Или шаровую вырвет при столкновении, или бензин кончится, или же под обстрел попадете.

Любой сталкер тебе скажет, что по кластерам есть два типа относительно безопасного передвижения — пешком, очень тихо и медленно или же в составе колонны с мощной бронетехникой и ротой стрелков поддержки.

Так что если решитесь пойти, то придется менять транспорт и долго бегать. Я на такое не способен еще неделю, а то и больше.

— А как же ты?

— Воды оставьте побольше и всю добычу. Сотни споранов вам хватит на все.

— А остальное? — прищурился Холод.

— Оставлю себе. — с хитринкой хмыкнул Прохор. — Может после вас, как немного отойду, еще пройдусь по телам. Хабар богатый. Если доберетесь до базы, то за мной пришлют еще группу. Такое не бросят гнить.

— Так может и Хитреца оставим тебе? — предложил Холод.

— Нет. — мотнул головой старшина. — Не протянет он столько. В Лас–Вегасе есть толковый знахарь. Даже лучше наших на базе. Ромул. Он поможет, если за два–три дня проскочите, и ухаживать будете за раненым. Если нет, все равно сдохнет, а я его отсюда не выкину. От смрада сдохну. И без того вонь скоро станет как в аду. Твари набегут на запах. Мелкие, но все же.

— И как мы без тебя? Я туго ориентируюсь в местной географии. Даже уже пройденный маршрут с трудом себе представляю.

— Держи. — Прохор протянул Палу что–то вроде карточной колоды. — Карты это, но не игральные. Метки непривычные и большая часть зашифрована, но разберетесь. Разверни, покажу маршрут. Но только на пальцах. Не вздумай проводить какие либо линии. Чревато.

— Не дурак! — буркнул Тропов, разворачивая тонкий и прочный материал карты.

Сразу же бросились в глаза странности. Четыре цвета зон. Светофор и черный. Тут все предельно ясно. А вот большинство ориентиров обозначено разными геометрическими фигурами с числовым индексом куда менее понятны.

Но и тут все оказалось просто. Ноль — пробел для одиночной цифры. Дальше просто алфавитный код, но сдвинутый вперед на количество углов фигуры ориентира и еще раз сдвинутый на то же количество букв, что в личном номере самого Прохора соответствует углам в фигуре. То есть квадрат мог обозначать как дом–высотку, так и ГСМ военной части. Несколько громоздко, но, даже зная шифр и кому принадлежит карта, требуется знать личный номер владельца. Имя Прохора стояло в уголке. Так что полноценно понимать реперные точки могли только те, кто имел допуск к базе данных Коммуны. Немного неудобно в использовании, да и шифр взломать дело плевое. Однако Прохор отмахнулся. Те кто способен решить такой ребус и без того Улей знают лучше Командования, а остальные в Улье очень даже не обременены умом. И такой замок способен озадачить их пунктирную извилину.

Тропову пришлось уже утром выходить в еще один рейд. В этот раз он знал и где аптека, и что там можно и нужно брать. В этот раз снова помогли выбитые стекла в домах из бесшумного москита. Они неплохо отвлекали монстров и уводили их с пути. Попутно притащил старшине спирт, еду и воду. Этого ему должно хватить надолго. С его умением тянуть энергию из воды он действительно спокойно переждет неделю или даже две в таком укрытии, а потом посвистывая потопает на базу, даже если за ним не пришлют группу эвакуации. Все–таки эти дары Улья очень полезная штука.

Под конец он вскрыл неплохой «лексус» в одном из гаражей за банком. Там оказывается были и такие, и некоторые параноики из правления оставляли свои авто. Джип богатый и с полным фаршем. Правда, почти все старожилы Коммуны, что чистили Речное, знали к нему аварийный код. Не раз он уже выручал из задницы и в этот раз не подвел. Несмотря на мощь движка, на малых оборотах двигалась машина почти бесшумно. Вот только выводить ее приходилось по сложному рельефу. После обрушения банка и сюда долетели крупные осколки. Нашуметь пришлось изрядно.

Холод забросил бесчувственное тело Хитреца на заднее сидение и сам влетел в салон. Тут уже джип взвыл раненым зверем, пробивая себе дорогу через разбитые авто. Прав Прохор. С таким вождением даже японский внедорожник за пару сотен тысяч вечнозеленых протянет не более десяти километров. Это если не нарвется на что–то такое же быстрое и крупное. Хорошо хоть бак под завязку залили.

Глава 8

Хваленый японский автопром протянул целых десять минут. Уже на выезде из кластера им пришлось сворачивать на обочину и переть по бездорожью, снося урны и хлипкие навесы остановок. Затор на перекрестке с перевернутым трамваем не пробить. Дальше они врезались в густой орешник и едва выползли на убитую грунтовку, получили пару выстрелов в борт. Благо кто–то лупил охотничьей картечью, так что отделались легким испугом. Даже шины не пробило.

Но тут же на выстрел выскочили из кустов возбужденные мертвяки. Мозги–то им размазало по бамперу, но телевизор не спас и радиатор забило потрохами. Прочистить такое на ходу не представлялось возможным, а останавливаться несколько рискованно. Бойня на Речном привлекла излишнее внимание и не только мертвецов. Полноценно воевать мог только Пал, да и то, если его не скрутит очередной спазм боли. Патронов кот наплакал, потому лучше уходить огородами и не отсвечивать.

Но и тут не прокатило. Тачка вполне себе рабочая и, наверное, выдержала бы еще много чего, но навороченная электроника начала беспокоится о водителе и пассажирах. Потому после перегрева радиатора тупо отключила двигатель. На табло бортового компьютера показалась надпись, что машина требует ремонта и дальнейшее передвижение опасно для жизни. Она даже попробовала вызвать экстренные службы, но зависла в поиске координат и так до сих пор их искала, набирая вбитые в программу номера этих самых служб. Тот самый момент, когда умная техника оказывается жутко тупой и неудобной. Возможно, есть еще один аварийный код, что сбросит все блокировки безопасности, но Тропов его как–то запамятовал спросить у Прохора.

Психанувший Пал раздолбал ножом панель компа, но только усугубил дело. Тачка начала подвывать сиреной и на шести языках звать на помощь. На всю округу. Пришлось быстро хватать Хитреца, благо в нем почти треть веса убавилась, и валить в густые кусты. Повезло еще, что авто так и продолжало надрываться, что отвлекало монстров от уходящих по–тихому людей.

Но тут же появилась новая напасть. Кусты разрослись на берегу мелкого и вялого ручья. Они, толпой в два с половиной человека, угодили в по пояс в липкую заболоченную жижу. Это резко снизило и настроение, и комфорт, и подвижность. Хорошо, что на комбезах есть эвакуационные петли, за которые удобно тащить раненого Хитреца. Пал больше всего боялся, что неадекватный Холод просто пристрелит их обоих. Но, похоже, амбал далеко не дурак. Пристрелить–то легко или даже банально бросить. Но Прохор доходчиво объяснил, кто такие ментаты и как трудно их обмануть. Снять ошейник у Холода не вышло, а, значит, он по–прежнему привязан к базе. Потому и тащит следом кусок тела товарища по несчастью. Понимает, что Пал того не бросит. А затевать глупую перепалку или драку не рационально. Да и сам он теперь ранен, а значит жутко уязвим.

Двести метров по ручью превратились в пытку. Илистое дно хватало за ноги почти по самые колени. Еще и неудобная поклажа с капельницей. В другом мире Хит уже давно бы отдал Богу душу, а тут только горел огнем и худел на глазах. Спек та еще отрава и не проходит без последствий.

— Сука этот Прохор. Накаркал! — сплюнул Холод, едва они смогли выбраться хоть на подобие берега, не возбудив при этом округу хрустом кустов и тростника.

— Два десятка лет под ружьем и семь из них в Улье. — пожал плечами Пал, пытаясь отдышаться и в то же время не вызвать острый спазм в груди. — Просто знает реалии. Сам все видел. Тут реально танк нужен.

— Не нравится мне все это. — поморщился Холод, едва ли не впервые выказывая столь яркие эмоции. — Жемчуг замутил. Нас отправил на базу, а сам типа инвалид. Дерьмом все это попахивает.

— Не наша проблема. — отмахнулся Пал. — Ну свалит он с жемчугом и споранами. И что? Нам бы от добычи, если бы что и перепало, то пара кредитов в плюс на счете базы. Все равно отжали бы все до последнего спорана. А так даже веселее. От него я зла не видел, так что пусть летит в свой Лас–Вегас и трахает красоток. Мы подчиненные и выполняли его приказ. Дальше с предателями пусть у Командования голова болит.

— А ты не безнадежен. — с ноткой иронии обронил Холод. — Может и выйдет из тебя толк. Со временем.

— Я знаю. — хмыкнул Пал, доставая карту. — Нужно понять, где мы и куда топать. Эта география кластеров любого исследователя в могилу загонит.

А вот тут возникла проблемка. Адеки работали по принципу местных рейдеров, а те в первую очередь отмечали на картах укрытия и перспективные точки мародерки. Водные потоки, как и дороги, в Улье совпадали местами соприкосновения, но не всегда удачно или идеально. Часто разливались в болота на соседних кластерах или, наоборот, быстро пересыхали, превращаясь в вот такое месиво. И мелкий затхлый ручей не посчитали достаточно важным ориентиром. Сейчас, даже трудно сказать в каком по счету кластере они находятся и где искать полосу зеленки вдоль грунтовки. Да и есть ли она на карте?

— Ты… — Пал запнулся, взглянув на Холода.

Сразу понял, что тот не помощник в любом деле. Две гранаты Ф-1 на поясе и Корд за спиной, но всего с двумя десятками патронов в ленте. Еще где–то умудрился раздобыть Гюрзу, но там с БК совсем печально, да и ствол явно помятый. А без правой руки он только и годен, что таскать Хитреца и пулемет.

— Сиди тут. — вздохнул Пал. — Я разведаю местность и посмотрю, что можно решить с транспортом.

А вот с последним вышел облом. Этот кластер явно проходной, о которых упоминал старшина. Тут раз за разом подгружалась глубинка и все, что можно найти, это сторожку или же дикий дачный участок. По карте таких локаций тут много и именно это делает дорогу относительно простой. Если не считать, что таковой ее считают и другие сталкеры. Их «лексус» как раз и обстреляли такие, кто пробует ходить в рейды с дрянным обрезом и парой патронов. Эти бродяги больше надеются на топор и самопальный арбалет. Но подняться таким способом в местном биоценозе довольно трудно. Если не подсидеть кого–то, у кого ствол лучше, а удача хромает. Вот и попытались остановить элитный «лексус» спаренным выстрелом двустволки. Русский авось иногда, и при таких раскладах, вывозит.

Тропов короткими перебежками обследовал окрестности, оставляя едва приметные зарубки на подходящих ориентирах, но понял, что они застряли в очень глухом месте. А в Улье прямые дороги всегда ведут к смерти. Если очень хочешь выжить, то начинаешь быстро учиться. Хватает всего пары фраз более опытных бойцов на отвлеченную тему. Даже если они обсуждают достоинства женщин в различных стабах. Даже если шутливо. Но уже фраза: «да чтобы ты перед случкой со своим крокодилом в десяти лесах заплутал» о многом говорит, когда на своей шкуре понял, что значит десятилесье. Найти на десятке таких кластеров что–то полезное та еще задача. А вот неприятности смотрят из–под каждого куста. Тропов упокоил трех бегунов или даже спидеров. Но в этом ему помог и москит, и спецбоеприпасы с токсином. Он тормозил тварей даже попадая в мягкие ткани и неопасные для жизни места. Идеальное оружие если требуется отбиться от толпы мелких монстров. Но патроны таяли с ужасающей быстротой, что не могло не печалить. А в плюсе всего два спорана.

— Что там? Кабаки и девки? — спросил Холод, когда уставший Пал съехал на заднице по склону оврага.

— Аномалий не видел. Но мутантов хватает. С двумя нахлебниками не пройти. Загрызут.

— Так бросил бы нас.

— Даже такой псих понимает, что это не выход. Шею давит сильнее, чем совесть.

— Тут крыть нечем. — согласился Холод. — Но что делать? Пешком не вытянем. Тут не так и много по прямой. Но не в нашем случае.

— Знаю. — поморщился Пал. — Придется работать по местным законам. Устроим засаду. Потом экспроприируем транспорт. Дорога должна быть популярной, ведь считается относительно безопасной. Ждать, конечно, придется, но это лучше, чем сбивать ноги и оставлять кровавый след по всей округе. Перекись скоро кончится, да и запах тины хоть как–то перебивает опасный аромат.

Пал помотал флакон с раствором перекиси водорода, которым заливали раны, после чего сбрызгивали их найденной в дамской сумочке жидкостью для снятия лака. Духи Прохор запретил использовать. Слишком на человека указывает. Это единственное, что смогли придумать, чтобы хоть как–то перебить запах крови из стольких ран.

— Да ты растешь! — ухмыльнулся Холод. — Я прям в восторге!

— А я нет! — жестко обрезал Артем. — Ты лишь прикрытие и подтанцовка. Начнешь стрелять без команды, пристрелю без зазрения совести.

— Плохо говоришь. — зло прищурился Холод.

— Зато верно. — спокойно ответил Тропов. — Ментаты не дураки, а установки Цыгана никто не отменял. У нас выговор с занесением в минус, если помнишь. Не стрелять в своих и в мирняк. Кто валит нонкомбатантов, получает пулю в затылок. Делай выводы.

Я, за твой косяк, могу тебя пристрелить и мне ничего не будет. Даже плюсанут. А если ты меня сольешь, то кончишь плохо. Расклад понятен?

— Вполне. — легко согласился Холод. — Растешь. Но я это запомню.

— Лучше запиши. — отмахнулся Пал. — Я сюда не за красивые глаза и не по ошибке попал. Уже одного такого злопыхателя вскрыл. Со спины и со спущенными штанами застал. Так что не стоит меня недооценивать.

— Это я тоже запомню. — негромко хохотнул Холод. — Ну раз ты тут такой бугор, то и тяни. Решай, решала. Я весь во внимании.

— Нужно метров шестьсот пройти. — озвучил свой план Тропов. — Там новый кластер из сосняка. Густо растет, так что при плохих раскладах уносить ноги проще и на технике нас не догонят. Свалим сосенку ножами и бросим поперек дороги.

— Топорно. — поморщился Холод. — Это не Земля. Тут закон на кончике пули. Я бы при таких препятствиях на пути сначала стрелять начал, потом бы спрашивал: «кто тута?!».

— Знаю. Добавим растяжку из гранат. Вторую соорудим активной. Забросим уже в тылу засады. Ты прикроешь с пулеметом. Не все в этом мире звери. Наша задача просто показать силу. Может отожмем технику, а может договоримся.

— Да ты прям Паладин. — снова хохотнул Холод. — Ты своей смертью не помрешь. Зуб даю.

— Кто–то собрался жить вечно? — не моргнув глазом ответил Тропов.

Так уж вышло, что он один из немногих, кто еще чтил заветы роты Бессмертных. Жизнь без идеалов и высших целей, как, например, у Холода, ему казалась не то, что бы жалкой, а какой–то бессмысленной. Пусть даже война в Афгане, как и большинство других конфликтов, не имела смысла, но именно там ребята своим упорством и благородством рождали нечто большее.

Много ли ветеранов–героев Великой Отечественной помнят современные подростки, что с упоением обсуждают превосходства винтовок или танков на основе своих игр? Но на то они и щенки. Зато, кто прошел хотя бы мирную армию, начинают понимать суть. И такие легенды им нужны. Возможно, та смерть в горах породит того, кого захватчики будут вспоминать с содроганием как местные рейдеры скреббера.

Выбрав удобное место с вильнувшим вокруг ложбины поворотом, свалили небольшую сухую сосенку. Звук ножей, чьими пилами воспользовались для этого, ни в какое сравнение не шел с хрустом падающего дерева. Пал вжал голову в плечи и еще минут десять так сидел, ожидая услышать утробное урчание мертвецов. Но в этот раз пронесло. Тропов специально уложил дерево по диагонали к дороге еще и одной кроной. Выглядит более естественно. А главное что–то серьезное вроде укрепленных джипов местных сталкеров вряд ли остановятся перед таким препятствием. И уж тем более какая–нибудь коробочка. Скорее усилят внимательность или прочешут заросли из крупняка. Но от этого спасет ложбина.

Гранаты Пал прикопал и расклинил на дороге, а шнур протянул, так что бы можно легко и быстро его обрезать, обезвредив растяжку. Это скорее аргумент для тормознувшей гражданской машины. Устраивать войну с серьезным отрядом у них нет ни сил, ни желания.

И все же, несмотря на приличную населенность внешки сталкерами, ждать пришлось долго. Но этот вектор ведет от богатых кластеров к крупному стабу муров, так что есть все шансы, что в ближайшее время кто–то по ней проедет. Больше всего беспокоил Хитрец. И даже не тем, что находится при смерти, а тем, что его повязки постоянно кровавят. Этот запах зараженные чуют не хуже акул.

Когда уже стемнело и Тропов собирался предложить продолжить путь с волокушами он что–то почувствовал. Нечто неясное но это его насторожило. Еще спустя минуту он услышал тихое тарахтение движка. Больше похожее на скутер. Не совсем то что им нужно но уже лучше. Из–за поворота вынырнула неясная шумящая шинами тень. Крупные звезды и туманности давали достаточно света, чтобы на дороге можно разглядеть приземистый багги.

— Работаем. — прошипел Пал Холоду и залег у дерева.

Похоже Фортуна сегодня на их стороне.

Глава 9

Сначала Тропов не понял, что видит. Взошедшая Луна давала достаточно света, тем более сосновый бор оставлял много просветов. Однако эти рваные пятна больше ломали изображение и трудно угадать очертания, если они сразу же не вызывают ассоциаций. Тут же двигалось нечто непонятное. Слишком тихое для автомобиля и со странными контурами. Пока Пал пытался понять, что делать дальше, транспортное средство резко тормознуло, не доезжая до помехи метров десять. Тут же две тени, что сидели на этом колесном чуде, буквально слетели с борта и залегли у обочины по сторонам от открывшегося багги.