Тор

– Ты еще не царь! – взревел он. Отец и сын долго смотрели друг на друга. Один знал, что Тор считает его слабым, но Один должен был заботиться о благополучии Асгарда. Тор думал только как воин. Ни при каких обстоятельствах Один не позволит Тору отправиться в Йотунхейм. Это ничего бы не решило и наверняка привело бы королевства к войне. Тор не был готов к такой войне, и Один боялся, что он слишком стар, чтобы довести ее до конца. Тор выглядел так, словно собирался бросить вызов своему отцу. Его лицо было суровым, а глаза сверкали от гнева. Но ничего не сказав, он повернулся на каблуках и вышел из хранилища.

Оставшись наедине с мертвыми часовыми и телами воинов Йотунхейма, Один почувствовал, что его конечности начинают дрожать. Он был встревожен и не уверен в будущем Асгарда, как и в своем собственном здоровье, и это его пугало.

Тор стоял в банкетном зале, обдумывая спор со своим отцом. Нет, он еще не был королем, но это было его право от рождения. И он не собирался позволить нескольким словам на церемонии встать между ним и защитой Асгарда. Его брат и друзья были там, не зная, как его поддержать, видя весь его гнев. Наконец, именно Локи сделал первый шаг к Тору.

– Если тебя это утешит, то я думаю, что ты прав, – произнес он. – Насчет ледяных великанов, Лафея, всего. Раз однажды смогли пробить оборону Асгарда, кто сказал, что они не попытаются сделать этого снова? Но только теперь с целой армией?

– Ну конечно, именно так! – воскликнул Тор. Он был рад, что брат согласился.

– Но ты ничего не сможешь сделать, не ослушавшись отца, – заметил Локи.

Тор обдумал это. Он посмотрел в окно банкетного зала на великолепие Асгарда. Затем он посмотрел на Мьёльнир. Локи увидел, как Тор сверкнул глазами. Такой блеск он получал, когда видел возможность для битвы.

– Нет, нет, нет! – ответил Локи. – Только не это! Я знаю этот взгляд!

– Это единственный способ защитить наши границы, – сказал Тор. – Мы идем в Йотунхейм.

Фандрал обычно был готов ко всему, что предлагал Тор, но эта идея ошеломила его.

– Что?

Сиф была более серьезна.

– Тор, из всех законов Асгарда именно этот тебе нельзя нарушать.

– Если ледяные великаны не убьют тебя, то это сделает твой отец! – добавил Вольштагг.

Но Тору было все равно. Он знал, что поступает правильно.

– Мой отец пробился в Йотунхейм, разбил их армии и забрал их ларец! Мы просто поищем ответы.

– Но это запрещено! – предупредила Сиф.

Тор развел руками и привлек к себе брата и своих друзей.

– Друзья мои, поверьте мне. Мы должны это сделать.

Последовала пауза. Тогда Локи сказал:

– Да, конечно! Я не позволю своему брату идти в Йотунхейм одному. Я пойду вместе с ним.

– И я, – сказал Вольштагг.

– И я, – кивнул Фандрал.

Огун, немногословный воин, кивнул тоже.

– Троица воинов сражается вместе.

– Боюсь, что мы еще пожалеем об этом, – сказала Сиф.

Вольштагг закатил глаза.

– Если нам повезет.

Все, что им нужно было сделать, – это пройти мимо Хеймдалля, хранителя Биврёста. Он обладал даром видеть все, что происходит в Девяти Мирах. Он наверняка будет готов к встрече с ними. Как наблюдатель за Биврёстом, он поклялся быть верным Одину. Если Всеотец запретил путешествие в Йотунхейм, Хеймдалль помешает Тору и его друзьям совершить это путешествие.

Но Тор должен был попасть в Йотунхейм. Локи хотел взять инициативу в свои руки и убедить Хеймдалля разрешить их путешествие, но у Тора не было терпения ждать. Когда они подошли к воротам обсерватории, где Хеймдалль нес свою бесконечную службу, Тор шагнул первым.

– Славный Хеймдалль, позволь нам пройти? – спросил он.

Какое-то мгновение Хеймдалль просто смотрел на них из-под своего тяжелого Золотого шлема. Когда он заговорил, его слова были медленными и осторожными.

– Веками я охранял Асгард и оберегал его от тех, кто мог причинить ему вред, – сказал он. – Никогда ни одному врагу не удавалось проскользнуть мимо меня до сегодняшнего дня. Я хочу знать, как это произошло.

Тор кивнул. Это была хорошая новость. Хеймдалль пропустил бы их, даже если бы это было против правил Одина.

– Только никому не говори о том, куда мы ушли, пока мы не вернемся, – сказал Тор.

Тор прошел мимо Хеймдалля. Остальные последовали за ним. Локи выглядел расстроенным из-за того, что у него не было возможности заговорить. Он не мог отказать себе в удовольствии подшутить над кем-нибудь.

– Что молчишь? – пошутил над ним Вольштагг. – Язычок присох к нёбу?

– Уберите меня с этого моста, пока он не треснул под вашей тяжестью, – рявкнул в ответ Локи. Троица воинов дружно рассмеялась.

– Будьте осторожны, – предупредил Хеймдалль, когда группа прошла мимо него. – Я не отступлю от своей клятвы хранителя врат защищать этот мир. Если ваше возвращение будет угрожать Асгарду, Биврёст останется закрытым для вас. – Он дал им время подумать над этим.

Если Биврёст не откроется для них, они будут брошены умирать во льдах Йотунхейма, окруженные огромной армией разъяренных Йотунов. Эта мысль отрезвила их всех. Кроме Тора.

– Я не собираюсь сегодня умирать, – сказал он.

Хеймдалль не улыбнулся.

– Никто этого не знает, – сказал он.

Хеймдалль вставил свой меч в замок, который контролировал Биврёст, открывая и закрывая пути в Девять Миров. Огромная обсерватория, сфера часового механизма, которая направляла энергию Биврёста, начала вращаться.

– Все готово, – сказал Хеймдалль. – Можете идти.

Тор, Локи, Сиф и трое воинов поднялись на платформу в центре обсерватории. Скоро там появится Биврёст, что позволит им мгновенно переместиться в любой из Девяти Миров. Снаружи обсерватории был длинный узкий конус. Он повернулся и нацелился на Йотунхейм. Луч радужной энергии вырвался из него через пространство и стал радужным мостом.

– А ты можешь просто не закрывать мост для нас? – спросил Вольштагг. Он явно нервничал. Он всегда был таким перед каждым сражением.

– Держать этот мост открытым означало бы высвободить всю энергию Биврёста и уничтожить Йотунхейм, – сказал Хеймдалль.

Биврёст мог оставаться открытым только до тех пор, пока группа людей не пересекла бы его. Его энергия была слишком мощной, чтобы сдерживаться, если он оставался открытым слишком долго.

– Что ж. Тогда поступай как знаешь, – сказал Вольштагг.

Тор направился к Биврёсту. На краю моста он остановился и, ухмыляясь, оглянулся на своих друзей.

– Ну же! – крикнул он. – Не стоит бояться!

Планы Локи

Локи наблюдал за всем, что происходило в Асгарде. Возможно, у него и не было дара Хеймдалля, но он знал, что происходит в этом царстве. Он видел и слышал много такого, чего не видели другие, и строил собственные планы. Он мог наблюдать незамеченным, потому что был вторым сыном, забытым сыном. Все глаза в Асгарде следили за Тором. Локи также слышал и видел вещи немного иначе, чем другие Асгардцы, потому что это был его дар – изменять другим восприятие мира. Назовите это иллюзией, назовите это убеждением, в любом случае, Локи всегда был уверен, что обладает информацией, которой нет у других Асгардцев. Это была его истинная сила, так же как истинная сила Тора заключалась в его безграничном мужестве и отваге.

Он обдумал все, что произошло с момента обнаружения попытки Йотунов захватить ледяной ларец. Один ясно дал понять: Тор не должен действовать против Йотунов. Но Локи знал, что его брат не послушается этого приказа. Тор был не из тех, кто терпеливо ждет, как он ясно дал понять, пронесшись через банкетный зал прежде, чем Локи и трое воинов смогли его успокоить.

Его брат расхаживал взад и вперед, его длинные шаги отдавались эхом от стен, как раскаты грома. Троица воинов и леди Сиф только что вошли в комнату, их лица были обеспокоены, когда внезапно Тор подошел к длинному столу, который был накрыт для его праздничного обеда, и перевернул его так, словно он весила не больше перышка. Еда и питье разлетелись в разные стороны, тарелки с грохотом упали на пол, а стаканы разбились вдребезги. В комнате воцарилась тишина.

– Сколько еды, – вздохнул Вольштагг, разглядывая остатки большого пирога. – Такой невинной. А теперь на полу. Мое сердце разбито.

Тор бросил на него такой холодный взгляд, что Вольштагг сделал шаг назад, как будто его ударили. Оглядев комнату, Вольштагг перевел взгляд на Локи. Он кивнул Локи, словно говоря: "Пожалуйста, сделай что-нибудь с гневом своего брата".

Локи сомневался, что он мог сказать или сделать что-то такое, что успокоило бы Тора. Его сила убеждения была известна всему Асгарду, но Тор знал его слишком хорошо, чтобы понять, когда Локи искренен, а когда нет. И все же он чувствовал, что должен попытаться. Он подошел и протянул руку, чтобы успокоить Тора.

– Находиться сейчас в моем обществе неразумно, брат", – сказал Тор.

Локи уже видел свет в глазах Тора. Он знал этот взгляд. Это означало, что Тор не будет удовлетворен без боя. Это было не хорошо. Совсем не хорошо. В то время как Тор, возможно, и был готов рискнуть навлечь на себя гнев короля, Локи не был столь нетерпелив. Он потратил слишком много лет, пытаясь привлечь внимание своего отца, и он не хотел, чтобы то внимание, которое он в конце концов получил, исходило от глупой идеи Тора.

– Мы идем в Йотунхейм, – заявил Тор.

– Это безумие! – воскликнул Локи, привлекая внимание остальных, которые стояли в стороне от братьев.

– Что такое безумие? – спросил Вольштагг.

– Ничего! – ответил Локи, стрельнув в брата взглядом. – Тор просто пошутил.

– Безопасность нашего мира – это не шутка, – сказал Тор, подходя к своим товарищам-воинам и рассказывая им о своем плане. – Мы идем в Йотунхейм.

Пока Тор пытался убедить остальных, Локи отошел в сторону и прислушался. Почему он всегда попадал в неприятности из-за своего старшего брата? Разве он не должен был быть мудрее его? Один категорически запретил им входить в Йотунхейм. И все же Тор не в первый раз совершал что-то безрассудное. И уже не в первый раз Локи был бессилен остановить его. Гнев пронзил его насквозь. Неужели Тор не понимает, что может случиться, если их поймают? Или еще хуже, если они действительно отправятся в Йотунхейм и будут разбиты ледяными великанами? Они будут далеко отсюда. Кто их спасет?

Локи уже привел в действие свой собственный план, чтобы спасти Асгард от угрозы Йотунов. Он не мог допустить, чтобы Тор разрушил его. Может быть, ему следует воспользоваться другим своим даром – силой иллюзий, чтобы заставить людей увидеть то, чего нет, и ослепить их?

– Пока рано, – подумал он. – Еще слишком рано.

Вздохнув, он снова включился в разговор и услышал, как Тор сказал: – Друзья мои, поверьте мне. Мы должны это сделать. – Затем он повернулся к Локи и поднял бровь, как бы говоря: "ты же пойдешь со мной, брат?"

Выбора не было.

– Я не позволю своему брату идти в Йотунхейм одному, – поддержал Локи Тора.

Локи принял решение. Правда, он не мог диктовать брату свои действия, но это не означало, что он не мог продолжать строить собственные планы. Пока остальные проверяли и перепроверяли, есть ли у них все необходимое для путешествия в Йотунхейм, Локи ускользнул.

Когда Локи присоединился к остальным, они уже направлялись в обсерваторию. Огун бросил на него любопытный взгляд, но тот проигнорировал его. То, что он сделал, их не касалось.

– Сначала мы должны найти способ пройти мимо Хеймдалля, – сказал Тор.

– Это будет непросто, – заметил Вольштагг, пытаясь поудобнее устроиться на лошади. – Говорят, что страж ворот может увидеть, как капля росы падает с травинки за тысячу миль отсюда.

Локи старался не закатывать глаза. Хеймдалль был далеко не так силен, как утверждал Вольштагг. Это невозможно, иначе как Йотунам удалось проскользнуть мимо него? Для этого нужен человек, обладающий истинной силой. Именно такого человека должен был бояться Вольштагг. Фандрал, казалось, согласился с мыслями Локи.

– Да, и как сверчок пускает газы в Нифльхейме, – сказал он, поддразнивая его.

– Прости его! – воскликнул Вольштагг, поднимая глаза к небу. – Он не хотел тебя оскорбить!

Остальные все еще смеялись над суевериями большого человека... кроме Тора, который не обращал на них внимания. Брат Локи был целеустремлен. Все, о чем он мог думать, это как преподать Йотунам хороший урок. Через несколько мгновений они въехали в высокие ворота, окружавшие королевский город. Перед ними маячила обсерватория. За ним расстилался открытый космос, черное море мерцающих огней, отчего куполообразное здание казалось парящим в небе.

Когда они прибыли, Хеймдалль уже ждал их.

– Предоставьте это мне, – сказал Локи, глядя на устрашающего мужчину, чье лицо было почти скрыто золотым шлемом. – Славный Хеймдалль… – начал было Локи.

Хранитель Биврёстом поднял руку, заставляя его замолчать.

– Ты надеялся, что сможешь обмануть меня? – спросил он, и Локи невольно сделал шаг назад. Как много знает Хеймдалль? Он открыл было рот, чтобы возразить, но охранник продолжал: – Я тот, кто может почувствовать взмах крыльев бабочки в космосе!

Вольштагг окинул всех взглядом, как бы говоря "что я говорил…". Повернувшись к Локи, он поддразнил его: – Что молчишь? Язычок присох к нёбу?

Локи пристально посмотрел на него.

– Уберите меня с этого моста, пока он не треснул под вашей тяжестью, – возразил он.

Хеймдалль снова поднял руку, призывая их к молчанию.

– Ты недостаточно тепло одет, – сказал он, заставив Локи вздохнуть с облегчением. Так вот, что знал Хеймдалль, что они собираются напасть на ледяное царство Йотунхейм. Хеймдалль, должно быть, слышал о нападении в подземелье и хотел выяснить, как великаны проскользнули мимо них.