– Хватит. - Милена нажала на кнопку и выключила телевизор. - Хадди, Хадди… - Она подошла к парню сзади, положила руку ему на плечо, погладила по голове. - Тебе жалко этих людей? Ручаюсь, что нет. Почему же ты плачешь, Хадди?

– Мне страшно, - прошептал он едва слышно. - Ваши боги так могущественны… Они дали своим жрецам такие сильные заклинания… А наш Обитаемый мир так мал по сравнению с вашей огромной Дикой страной. Теперь я понимаю, почему наш мир отгорожен от вашего. Если бы ваши военные машины, ваши огненные железные птицы сумели найти наши острова… Наши боги не смогли бы ничего сделать. Прости меня, Иштар, Царица Цариц…

Большой, насмерть перепуганный ребенок - вот кто сидел сейчас перед Миленой. Она больше не боялась его. Девушка опустилась на колени и положила голову на колени Хадди. Она почувствовала, как дрожит его сильное тело.

– Откуда ты, Хадди? - тихо спросила она. - Где находится твой мир? В другом измерении? В другом времени?

– Нет! - заорал парень и вскочил на ноги так резко, что бедная Милена упала на пол. - Я не скажу тебе! Почему ты хочешь знать это, жрица неведомых мне богов? Ваши боги могут узнать дорогу в Обитаемый мир и возжелать его! И кто сможет их тогда остановить? Что смогут сделать самые лучшие наши колесницы против ваших машин, плюющихся огнем? Ты специально заманила меня сюда, да, жрица? Я убью тебя. Прямо сейчас!

Милена не успела даже вскрикнуть. Хадди наклонился, схватил её за волосы и одним рывком поставил на ноги. Лезвия щелкнули и выросли из его пальцев - три штуки сразу.

– Львица Львиц Иштар, давшая мне свои когти, - гортанно произнес ассириец, - прими эту жертву во славу свою, и кровь её для утоления жажды своей, и сердце её для силы своей, и печень её для утоления голода своего…

Милена задергалась, пытаясь скинуть с себя халат… Наконец ей это удалось. Она мотнула головой, и короткие волосы её, ещё мокрые после душа, выскользнули из пальцев убийцы. Она сделала шаг - нет, не назад, вперед. Она обхватила Хадди руками и прижалась к нему обнаженным телом. Она привстала на цыпочки и дотянулась губами до его рта, перекошенного в ярости. Не только в ярости - теперь уже и в недоумении.

– Убей меня, Сириец, - прошептала она. - Убей. Воткни в меня свои ножи. А потом возвращайся в свой мир, к своим женам Благородных - тупым и откормленным, как свиньи. И забудь меня навсегда.

Глава 8

– Да, совершенно верно, выставка-продажа медикаментов, - произнесла Инна Александровна наивежливейшим голосом. - Фирма «Нижегород-Форте». Одна из крупнейших в области. И скидки у нас очень хорошие. В течение пятнадцати дней. Да, очень широкий ассортимент. Да, если небольшая партия и оплата наличными, вы можете забрать все сразу из офиса. Что значит по рецептам? Мы же не аптека, мы фирма, торгующая фармакологическими препаратами. Это вы в своей аптеке уже будете по рецептам торговать. Да, практически все, кроме наркотиков и некоторых препаратов группы А. Если чего-то не имеется, мы можем заказать специально для вас, в течение одного-двух дней привезут. Что вас конкретно интересует? Целый список? Диктуйте.

Инна Александровна поправила очки на носу, вооружилась карандашом и начала ставить галочки в прайс-листе.

– Ага. Да. Да, есть. И это тоже. Ага. Ага. Этого сегодня нет, но будет уже завтра. И это завтра. А это мы вам закажем. Заказать, да? Хорошо. На какую фамилию записывать? Хорошо. Замечательно. Послезавтра мы вас ждем. В какое время поменьше народа? Около девяти утра - сразу, как мы только открываемся. До десяти вообще никого не бывает. Все идут с десяти-половины одиннадцатого. Как меня зовут? Инна Александровна. Лично ко мне хотите? Ко мне и попадете. Ну и отлично. Всего хорошего. Спасибо за заказ!

Инна Александровна положила трубку. Галантный голосочек, ничего не скажешь. Только вот кому он принадлежал? Мужчине или женщине? Непонятно. Что-то среднее. И ведь не спросишь: «Извините, а вы кто - мужчина или женщина?» Наверное, все-таки какой-то голубенький мужчинка. Или мужеподобная женщина.

И список, продиктованный ей, тоже тот еще. Нейролептики, глюкозиды, стрептоциды, цитостатики, наружные средства… воробьиные уши, рыбьи коленки, сапоги всмятку… Некоторые лекарства - ультрасовременные, только что появившиеся, некоторые - настолько древние, что поискать ещё нужно, кто их до сих пор выпускает. Слава богу, Россия - чемпион мира по изготовлению устаревших лекарств. Найдем.

А в целом - ничего необычного. Покупатели всякие бывают. А слово покупателя - закон.

***

Инна Александровна пришла на работу как обычно - без пяти девять. Так-так, что тут у нас записано на сегодня? Ага, сегодня должен прийти тот самый заказчик, некий В. Харченко. Вот и посмотрим, кто он - мужчина или женщина.

В. Харченко оказался мужчиной. И вовсе даже не голубеньким. Молодой человек высокого роста и атлетического сложения вошел в офис энергичным шагом.

– Инна Александровна? - осведомился он.

– Да…

– Доброе утро, Инна Александровна, - сказал мужчина. - Меня зовут Владимир. Владимир Харченко. Два дня назад я сделал заказ. И хотел бы получить его прямо сейчас, если вас не затруднит. Я очень спешу.

Инна Александровна несколько растерялась. Харченко говорил совершенно нормальным мужским голосом. Нисколько не похожим на тот, что она слышала два дня назад по телефону.

– Это заказ номер две тысячи триста двадцать? - Инна Александровна тянула время, рылась в бумажках на столе.

– Именно так. Что-нибудь неправильно?

– Нет-нет. Все в порядке. Извините, Владимир… Это вы делали заказ? Лично?

– Нет, не я.

– А кто?

– Мой помощник. Ах да… - Молодой человек хлопнул себя ладонью по лбу. - Вас, наверное, смутил странный голос? Извините, у моего помощника сложности с голосом. Он очень сильно болел…

Болел. Очень сильно. Ладно, примем в качестве версии. Дался ей этот голос… Обычный заказчик. Обычная (или почти обычная) партия медикаментов.

И все же Инна Александровна нервничала. Что-то было не так с этим молодым человеком. Какие-то неприятные ассоциации шевелились в глубине её памяти и никак не могли выплыть на поверхность. Она оглядела посетителя ещё раз. Длинное пальто из дорогой кашемировой шерсти. Под расстегнутым пальто - идеальный костюм клерка, белая рубашка, полосатый галстук. Удлиненное худощавое лицо - неожиданно загорелое для ноября. Дымчатые очки в деревянной оправе - по последней моде. Светло-пшеничные жидковатые усики. Усы светлые, а глаза черные. Не сочетается как-то! Блондин с черными глазами? Посмотреть бы, какие у него волосы, но их не видно - они полностью скрыты под кепи с опущенными меховыми наушниками.

«Молодой человек, головной убор в помещении нужно снимать!» - захотелось сказать Инне Александровне. Конечно же она не сказала этого. Вежливость с клиентом - атрибут обязательный.

Инна Александровна вовсе не была следователем на пенсии или тайным агентом ФСБ. Но двадцать пять лет работы с людьми приучили её оценивать людей, привычно классифицировать посетителей по видам и подвидам. Этот молодой человек не относился ни к какой из известных ей пород. Он пытался мимикрировать под «громилу вежливого, продвинутого», но Инна Александровна постоянно натыкалась на несоответствия и несуразности в его внешности и поведении, отмечала их автоматически.

Охранник, гаденыш, бродил где-то в дебрях разветвленного этажа. Скорее всего, трепался с девчонками-продавщицами из мебельного салона. Набрали охранников-сопляков, никогда их нет на месте. На этот раз она все-таки пожалуется директору. Сколько можно терпеть?

– Извините, Владимир… - Инна Александровна лихорадочно соображала, с чего начать. - Вы говорили, что будете платить наличными…

– Ну да, конечно. - Парень улыбнулся, положил свой чемоданчик на стол, открыл его. Пачки банкнотов лежали внутри ровными рядами. Больше в большом «дипломате» не было ничего.- ни единой бумажки. - Я понимаю, что это не совсем правильно - платить наличными деньгами, - сказал парень. - Но так сложились обстоятельства. Я думаю, что в будущем наша фирма э… как это сказать… подружится с вашей фирмой, и мы будем покупать ваши медикаменты за неналичные деньги. Нам будет очень приятно работать с вами.

Парень старательно выговаривал сочетания слов, которые, похоже, выучил совсем недавно. Вряд ли он хоть что-то понимал в безналичных платежах. Ну и ладно. Инна Александровна вдруг успокоилась. Все ясно. Молодой человек только осваивает новую профессию. Может быть, это - первый его заказ. Это ему надо нервничать, а не ей.

– Все в порядке, - сказала Инна Александровна. - Ваши медикаменты лежат вон в той коробке. Документы я подготовила, осталось их только распечатать. Партия у вас относительно небольшая, но получилась очень дорогой, потому что некоторые препараты…

– Это все равно, - сказал парень. - Я дам денег сколько нужно. Вы посчитайте. Деньги - это все равно.

Все равно ему… Богатый какой! Инна Александровна произвела калькуляцию, напечатала на принтере все, что положено. Назвала клиенту сумму. Харченко подвинул к ней открытый дипломат.

– Возьмите сколько надо, - сказал он. Инна Александровна взяла пачку сторублевых купюр в нетронутой банковской упаковке, показала её парню:

– Владимир, скажите, пожалуйста, какая сумма в этой пачке?

– Много, - сказал Владимир. - Я так думаю, что много.

– Вы что, считать не умеете? - Инна Александровна вытаращилась на него с окончательным недоумением.

– Считать - это ваше дело. Я хочу, чтобы вы сами взяли сколько нужно. Я доверяю вам.

Она отсчитала нужную сумму. Пальцы её слегка дрожали. Заставила его расписаться в документах. Он вывел какие-то закорючки - такие неумелые, словно в первый раз в жизни писал по-русски.

Потом она побрела к сейфу, открыла его, положила туда деньги… Где, где, где этот чертов охранник, думала она. Она чувствовала затылком сверлящий взгляд посетителя. Вот сейчас-то все и произойдет. Он стукнет её чем-нибудь тяжелым, проломит ей череп, потом заберет все деньги и спокойно уйдет. Она вдруг поняла, почему нет охранника. Этот долговязый уже убил его. Убил, закопал, на дощечке написал… Хотя что он мог написать? Он же неграмотный…

Сейф мягко захлопнулся. Инна Александровна обернулась, совершенно мокрая от пота. Парень сидел в кресле, положив ногу на ногу, и рассматривал - не читал, а именно рассматривал - один из рекламных проспектов. Держал его вверх ногами.

– Все, - произнесла Инна Александровна чужим голосом. - Вы можете забирать свои медикаменты, Владимир… извините, не знаю, как вас по отчеству. Все оформлено.

– Нет, не все, - сказал человек, и ноги Инны Александровны едва не подкосились от этих слов, таких вроде бы простых и невинных. - Совсем не все.

– Что же еще? - пискнула она.

– Я хочу узнать кое-что очень важное для меня. Я буду задавать вам много вопросов про эти лекарства. Я запишу кое-что в свой записной блокнот. А потом уйду.

– Хорошо… - Инна Александровна с трудом перевела дыхание. - Пожалуйста, спрашивайте. Я постараюсь ответить.

И он начал спрашивать. Вопросы, как и следовало ожидать, оказались крайне странными, порой просто дикими. Человек, покупавший лекарственные препараты, не имел ни малейшего понятия не только о фармакологии, но даже о прописных истинах химии и биологии, известных любому, закончившему среднюю школу. Он упорно называл содержимое ампул «эликсиром», а драже - «волшебными камушками». Он распотрошил всю свою коробку, выкладывал медикаменты на стол один за другим и спрашивал, спрашивал, спрашивал. И черкал при этом что-то в записной книжке, обтянутой дорогой натуральной кожей.

Сколько длилась эта пытка? Судя по часам, минут двадцать. Наконец парень положил свою записную книжку на стол, убрал ручку в карман и сказал:

– Я доволен, Инна Александровна. Я очень доволен. У меня осталось ещё только два вопроса. Про два последних лекарства. Но эти вопросы - самые важные…

Он поставил на стол коробку и начал складывать медикаменты обратно - тщательно, аккуратно.

Его записная книжка лежала открытой на столе. Инна Александровна обомлела, когда увидела то, что там написано. Не русский язык, не английский алфавит, не даже что-нибудь грузинское или арабское. Палочки и треугольные значки. Что-то совершенно непонятное…

И в то же время очень знакомое. Инна Александровна интересовалась историей. Она предпочитала исторические книжки женским романам. Она узнала эти значки. Клинопись - вот что это было такое. Шумер, Вавилон, Ассирия… Ассирия. Сирия. Сириец.

О боже. Сириец!!! Она наконец-то узнала это лицо. Мысленно отлепила от него приклеенные усики, сняла очки и получила портрет, столько раз мелькавший на телеэкранах.

Два месяца о нем не было слышно. Изрядно перепуганный нижегородский обыватель успокоился, решил, что опасный маньяк исчез навсегда, и начал забывать про Сирийца. Но Инна Александровна не забыла.

Паника заставила кровь отхлынуть от её лица, но она справилась с собой.

– Позвольте я позвоню по телефону, Владимир, - произнесла она совершенно спокойным тоном. - Я хочу уточнить кое-что по одному из ваших вопросов.

– Да, конечно. Звоните.

Она набрала номер. Дождалась ответа. И начала говорить - медленно, обстоятельно, стараясь не сорваться на испуганный крик:

– Здравствуйте. Вас беспокоит представитель фирмы «Нижегород-Форте». Наш адрес: улица Горького, дом номер 150. Одиннадцатый этаж. Записали, да? Так вот слушайте: у меня тут Сириец! Да, тот самый! Пожалуйста, приезжайте побыстрее…

Парень хлопнул ладонью по рычагу, и телефон замолчал.

– Что же вы, Инна Александровна? - сказал Сириец, криво ухмыляясь. - Я к вам пришел с добром, я честно заплатил вам большие деньги, я был вежлив. Я не пытался вас убить и не отнимал у вас ваше имущество. Я просто взял бы лекарства и ушел. Теперь все будет сложнее. Намного сложнее…

Она вскочила, пытаясь убежать, но могучий удар по плечу вколотил её обратно в кресло.

– Сиди, старая глупая женщина, - холодно произнес парень. - Сиди и не пытайся что-то сделать. Так будет лучше для тебя. Поверь мне.

Он подошел к двери и запер её на замок.

– У них есть ключ? - спросил он.

– Да.

– Понятно… - Он подошел к огромному сейфу, стоявшему у стены, и решительно взялся за него. Скрежет, грохот… Инна Александровна не поверила своим глазам - парень своротил с места тяжеленный железный шкаф, который некогда затаскивали сюда шестеро мужиков, и неутомимо двигал его к двери. Сейф закрыл дверной проем полностью. Сириец не удовлетворился этим. Он придвинул к сейфу стол, поставил на него второй стол, на стол - телевизор… Вскоре вся мебель, кроме двух кресел, громоздилась кучей, закрывая баррикадой единственный вход в офис.

– Теперь вы убьете меня? - прошептала Инна Александровна.

– Нет. - Сириец покачал головой. - Поздно тебя убивать. К тому же в этом нет смысла. А боги не любят бессмысленных убийств.

– Почему вы не пытались убежать? Возможно, у вас получилось бы…

– Я же сказал тебе, женщина. Ты должна ответить ещё на два моих вопроса. Я слишком долго готовился к этому дню, чтобы уйти, не получив то, что мне нужно.

Глухой шум послышался из-за мебельной баррикады. Стучали в дверь, кричали что-то. Сириец усмехнулся. Он сел на стул и взял в руки записную книжку и ручку.

– Не вздумай лгать мне,.женщина,.- сказал он. - Я почувствую, если ты начнешь лгать. И тогда у меня появится причина, чтобы наказать тебя.

Неожиданно зазвонил телефон, стоявший на полу. Парень поднял трубку и приложил её к уху.

– Да, - сказал он. - Нет, Инну Александровну я не позову. Я сам буду говорить с вами. Я - мусульманский борец Иштархаддон. Я требую, чтобы все сирийские узники были выпущены из тюремных застенков. И чтобы мне сюда доставили два милте… два милтиона рублей. - Он с трудом выговорил слово. - И ещё оружие - два автомата. И вертолет с этим… как его там… с возничим вертолета. Я даю вам на все это два часа. Если вы так не сделаете, я убью эту женщину и взорву это здание. Под него положены бомбы. Все. Пока.

Инна Александровна не верила своим ушам. Бред, полнейший бред! Почему эти террористы все такие кретины? Наверное, он обкурился опиума.

– То, что я сказал этим людям, - огромная глупость, - сказал Иштархаддон, кладя трубку на место. - Не думай, что я такой дурак на самом деле. Я сказал это только для того, чтобы потянуть время. Начинай отвечать на мои вопросы, женщина. Я буду слушать тебя и записывать. После этого я уйду.

– И как же вы уйдете? - Инна Александровна покосилась на заваленную мебелью дверь.

– Это мое дело. Я знаю, как уйти, и я уйду. Начинай.

***

Через двадцать минут Иштархаддон сказал:

– Все, достаточно. Теперь я буду уходить. Он достал из кармана широкую бобину скотча и тщательно обмотал коробку с медикаментами. Потом подошел к окну и раздвинул пальцами две металлические полоски жалюзи. Заглянул в образовавшуюся щелочку.

– Ого, - сказал он. - Видела бы ты, женщина, что здесь творится! И все по твоей вине! Впрочем, сейчас ты увидишь. Иди сюда.

– Я не пойду. Я боюсь.

– Не серди меня. - Иштархаддон взмахнул рукой, и в руке его появилось тонкое лезвие. - Иди сюда. Иначе мне придется перерезать тебе горло. А я не хочу доводить дело до этого.

Инна Александровна торопливо засеменила к Сирийцу. Он поставил её перед окном, одним рывком сорвал жалюзи вместе со всем крепежом и спрятался за стеной справа от окна.

– Что ты видишь? - спросил он.

– Внизу - машины. Много машин и людей.

– Это милиция?