Фейсбук -2019-2020

Потом Кощеи, первый - Николая Кочергина, второй - того же Билибина. Который страшней, не знаю. Кочергинский "чахнет" в душном тереме, билибинский - вольно скачет по русскому раздолью, где-то в окрестностях города Владимира - там как раз вид с горки такой.

Потом Говорящая щука. Билибинская - опять на берегу сказочного, а значит далекого, моря. Северное что-то. Кочергинская - чистый колхоз. Румяный счастливый Емеля, передовик производства, холеная щука. Жить стало лучше, жить стало веселей.

И последняя картинка - автора не знаю и знать не хочу. Кретин Емеля, кретинка рыба с короной, с потолка улыбается кретинское солнышко. Бедные дети, обреченные на такие книжные иллюстрации!

*

Был у меня - да и сейчас есть - хороший друг, торговавший всяким антиквариатом. Звали его Сергей. Я купила у него много ламп, стульев и кресел.

Кресла надо реставрировать. Договорились с одним реставратором, которого тоже звали Сергеем, и кресло было отвезено к нему, причем владельца "газели" тоже звали Сергеем.

Это меня чуть-чуть напрягло, ведь в телефонной книге пришлось делать пометы: так, мой айфон показывает Сергея Антиквара, Сергея Реставратора и Сергея Газель. Фамилии я не запоминаю, да они мне ничего и не скажут, а функции - да. Например, Говнюки Ортопеды и Говнюки Бесплатные Юристы высвечиваются на экране, и это сигнал: не брать, это разновидность Замены Пластиковых Окон. Или: Светлана Капает С Потолка - это уже серьезно.

Сергей Реставратор отреставрировал деревянную часть кресла, и Сергей Газель повез его к обойщику, которого, против всякого ожидания, звали Андрей, и я расслабилась. И совершенно напрасно!

Большой ремонт делал мне прораб Сергей Иванович, я про него писала в рассказике "Синие яйца". Потом, как водится, начались протечки и необходимость в электриках и слесарях. В моей жизни появились Сергей Протечка, Сергей Проводка, Сергей Унитаз и Сергей Плитка.

Сергей Обои был на все руки мастер, но несколько жуликоват, так что получил апгрейд и стал Сергей Жулик Обои.

Поиск столяра привел к еще одному жулику по имени Сергей Сергелин, личности известной многим еще со времен ЖЖ. У него была репутация педофила и обманщика. Он мне делал тумбочку. В качестве педофила он мне ничем не угрожал, а обмануть не успел: разорив нескольких ЖЖ-юзеров, он бежал в Грузию, где под чужой фамилией тоже навалял каких-то дел.

Не знаю, что Вселенная этим хочет мне сказать. У других людей, насколько я знаю, ситуация полегче. Два известных мне шофера - Виталики. Есть целый кластер Дмитриев. Встречаются Константины. А я обнесена густым частоколом из Сергеев.

Вчера вызвала двоих, срочно, совершенно новых и прежде не знакомых. Один Сергей шуровал в душе герметиком, другой Сергей вешал карниз вместо обрушившегося.

Хороший мастер, золотые руки. Обещал мне прислать товарища посмотреть, что у меня не так с кондиционером, товарища Сережей зовут.

*

Пока меня тут не перекрыли за выражение моего личного мнения о проблеме сохранения городской и транспортной экологии, а также пока американская частная компания не сумела отнять у меня мои права на Первую поправку - свободу высказывания - приглашу-ка я желающих на бесплатную лекцию (ну, или разговор) в Вышку. Речь пойдет про обучение литературному мастерству.

Можно ли этому обучить? - Нет.

Нужно ли этому обучать? - Да.

Почему так? А вот расскажу.

*

Дорогие друзья!

Любите ли вы книги с картинками? Конечно, любите, что за вопрос! Вернее, раньше любили, в детстве.

Сейчас-то вряд ли вы, раскрывая книгу, рассчитываете найти на ее страницах изображения героев, или батальные сцены, или морские пейзажи. Нам, взрослым людям, уже не нужна помощь, не нужны эти подсказки и объяснения, портреты пиратов, поросят и крокодилов, мы хотим, чтобы текст был самодостаточным, чтобы всё, что надо, было нарисовано словами.

Это ведь и есть художественная литература - когда рисуют словами.

Но в детстве, в раю, из которого мы тогда еще не были изгнаны, все было не так. И котик шел в подшитых валенках по зимней деревенской улице, серьезный и строгий, и нес под мышкой булочку. Чтобы угостить Бореньку.

"Только детские книги читать". (с)

*

Искусство, близкое и понятное народу, искусство узнаваемое занимает - если списком - полстранички.

1) Джоконда

2) "Весна" Боттичелли

3) ангелочки с Сикстинской Мадонны, те, внизу которые, такие призадумавшиеся; причем автор неважен. У меня самой были в виде магнитика на холодильник.

4) "Утро в сосновом лесу", пралине с шоколадом; эту картину даже Волочкова знала, - см. наш выпуск "Школы Злословия" с ней. Более того, я знала одну даму, которая полагала, что у этой картины (она знакома народу под названием "Мишка косолапый", то есть полотно ушло в народ по уши, окончательно, неотъемлемо, бесповоротно), - у этой картины и у картины "Мишка на севере" один автор.

5) "Бурлаки на Волге"

6) "Не ждали" (жанр: ржака)

7) "Иван Грозный убивает своего сына" (жанр: еще большая ржака)

6) "Крик"

7) "Черный квадрат".

Пожалуй, вот и все; я бегло оглядела известную мне историю искусства и поняла, что оно (искусство) довольно-таки далеко от народа, так что больше ничего в краткий список не войдет. Время от времени вспыхивает мода на какую-нибудь новинку: "Девушка с сережкой" или "Ван Гог без уха", или "Танец" Матисса, но это для эстетов, а народу это трудно и непонятно. Если, конечно, на лужайку "Танца", в серединочку, вставить красного коня (которого купают), то какой-то смысл появится, но - всё, проехали, эпоха ушла.

Даже, пожалуй, список можно и подсократить. И вот я в задумчивости: почему эти? А не те? Что их объединяет? Должен ведь быть какой-то общий знаменатель, что-то глубинное, роевое, то, до чего не дотянется общий европейский аршин?

*

"Такой-то отправил вам запрос на добавление в друзья, на который вы еще не ответили".

Это новенькое что-то. Пихают под локоть, лезут в окно (в дверь уже вставлена нога). То есть предполагается, что на каждый чих я должна реагировать.

Сахарок, займись делом!

*

Lacrimae, слезы, очень высоко стоят в иерархии телесных выделений. Кто не воспевал слезы? - да никто; все воспевали и умилялись. Наверно, ничто так высоко не котируется, как льющиеся слёзы.

Stabat mater Перголези, да и вообще.

А вот всегда сопровождающие этот слезный поток сопли? - Фу. А что фу-то? Точно такое же телесное выделение, одно без другого никак.

Давайте посмотрим правде в ее неприятные, злобные глаза: где слезы, там и сопли. Просто никто про это говорить не хочет.

Слюни тоже мало кто воспевает. А как без них? Есть выражение "слюнки потекли", - это приемлемо. Другое какое-либо обсуждение слюней относится к разряду "противного". "Обслюнявил всю" - а что он такого сделал? Либо целовал (если человек), либо просто любил от души (если собака).

Еще допускается пот. "В поте лица своего". Пот - это метафора тяжкого, уважаемого труда. Но вспотеть на досуге возбраняется. Обзаведись дезодорантом, а потом и потей!

*

Каким образом в тексте передать ощущение давно минувшего времени?

"Давным-давно"? "В незапамятные времена"? "В доисторические времена"? Или образно как-нибудь? "На заре туманной юности"? Кстати, строчка чудесная, потому что смысл тут двоится и расплывается. Имеется же в виду, что заря туманная. А читается, как туманная юность, что тоже очень осмысленно. Юность можно описывать, как время ясности, и одновременно - как время затуманенности.

А в сказках Афанасьева нашлось такое:

"Все это давно было, еще в то время, когда ножей не знали, хуем говядину рубили".

*

Вчера большой компанией, уставшие, голодные, измученные алкогольной депривацией, мы плюхнулись на стулья веранды ближайшего ресторана. Разбили бокал, развернули и смяли салфетки, завернулись в одеяла. Навели уют.

Тут нам вынесли меню, и мы крякнули. Дешевле, чем по 650 рублей, блюда не было, если не считать хлеба, конечно. Но в основном цена вилась вокруг 800-900 рубликов, рюмка же простой водки стоила 250 рублей, да я за эти деньги на весь крещеный мир приготовила бы пир, или родила бы богатыря, на худой конец. Надо было уходить, но куда? Человек слаб, особенно в девять вечера.

Пока все, потрясенные, вглядывались в серые страницы при слабом сумеречном свете веранды, из-за кулис вышел специальный человек-расхваливатель. Официант, что ли, или смм-щик, не знаю. Он стал расхаживать за нашими приунывшими спинами и громко, красивым голосом уличного зазывалы, расхваливать перечисленные в меню блюда.

"А вот что у вас тут за кролик?.." - спрашивали мы.

"Кролик, традиционное блюдо, всю ночь томится в котелке с травами Прованса и чесноком", - отвечал зазывала. Своим баритоном, бархатным и ярким, он как бы создавал соус к этому кролику.

"А вот поросенок?.."

Зазывала поворачивался на звук вашего голоса и шел в вашу сторону: "Поросенок, традиционное блюдо, всю ночь томится в чугунке с овощами и чесноком".

"А козленок?.. Ой, нет, он по 650 за сто грамм, не надо, не надо..."

"Козленок, - голос звенел, как если бы вы пришли в роддом, и у вас родился козленок, здоровенький, и вам его сейчас вынесут в атласном одеяльце, - козленок, традиционное блюдо, по особому рецепту шеф-повара, всю ночь томится с чесноком..."

"Дайте тогда утиную ножку!"

"И мне!"

"И мне."

"А мне тунца!"

Тем временем именинница, вступив в сговор с податливыми официантками, рванула в ближайший "Перекресток" за литром водки по нормальной госцене. В ожидании ее мы попросили принести нам рюмки. Время шло, рюмок не несли. Еще раз попросили. Все то же.

Стали выносить блюда, томленые с чесноком. Моей соседке достался жареный камамбер, усыпанный чесноком. Мне - кролик и креветки. Они были усыпаны. Пришла официантка и объявила, что осталась только одна, томленая и усыпанная, утиная ножка. Мне почему-то представилось, что у утки так было с самого начала. Может быть, еще до традиционного повара ее рвали собаки.

Рюмок все не было. Каждый, кого посылали за рюмками, исчезал навсегда. Мы сидели за столом, уставленным замученными в печи, задушенными злобным чесноком, невкусными традиционными калеками, совершенно трезвые, и только воспитание не позволяло нам начать бить посуду. Один-то бокал уже разбили.

В этом состоянии страшной, звенящей вынужденной трезвости на нас спустилось откровение. Это сам повар выходил к публике нахваливать свои криворукие поделки. Это Доктор Моро, вивисектор и безумец, всю ночь издевался над поросенком, козленком, уткой и кроликом. О, они отомстят тебе, мучитель! Они отомстят!

Наконец рюмки пришли, и с первым же глотком алкоголя к нам вернулись правдивость и ясные глаза.

"Ну как вам всё?" - спросила официантка.

"Отвратительно", - от души заговорили мы. - "Ужас, до чего невкусно". "Совсем несъедобно". "В рот не взять". "А тунец вообще несвежий, я его есть не буду".

"Да все вы правильно говорите", - девушка понизила голос и оглянулась, но повар-зазывала уже пропел своё и где-то свернулся клубком до утра. - "Так и есть. Тут прежний повар был отличный, а потом он что-то ушел, и теперь вот так".

Произошло братание на Западном фронте, всеобщая любовь, тосты и поцелуи. Девушка-официантка принесла еще одеял, унесла дохлого тунца, простила разбитый бокал, терпела нас до полуночи и, наконец, принесла счет. Он был страшен, но не впервой же, верно?

"И еще давайте я вам чаевых накидаю", - предложила я доброй девушке.

"Не надо, стыдно мне брать чаевые за говно за это", - отмахнулась она. Милая такая!

Хорошо посидели! Хорошее заведение! Ведь главное же - люди.

*

Поводом для дискуссии стал выход долгожданного и прекрасного сборника рассказов Елены Посвятовской.

Это редкая в наши дни проза: по-настоящему и по-хорошему психологическая. Такая, в которой каждое слово на счету, каждое стоит на месте.

Вот, думаю: это бунинская традиция? - Нет, не бунинская. Чеховская? - нет, не чеховская.

*

Бисерные кошельки моих бабушек или прабабушки.

Слева направо: Анастасия Романовна (пра), Татьяна Борисовна (бабушка) и Наталья Васильевна (бабушка).

Кто кошелечек обронил, девочки?

*Если я пишу, что хамство китайских туристов, грубость, неуважение к стране, в которую они приехали и т.д., мне не нравится, то - я прямо ждала - со своих либеральных диванов встают Люди в Белых Польтах и дрожащим от гнева голосом обвиняют меня в расизме.

Так вот вопрос, философский, ткскть. Если корейцу не нравится поведение китайца, то он расист?

Жду разгневанного клёкота Светлолицых.

*

Чудесная Людмила Агеева, замечательная писательница и многодетняя подруга нашей семьи. Могу еще много превосходных прилагательных поставить - и все мало будет.

Этот ее рассказ - про нашу семью, и особенно про мою сестру Наталью, безвременно от нас ушедшую, всеми любимую. Вчера, 15 июня, была памятная дата, день ее ухода.

Как будто и не уходила. Просто она где-то за стеной, в соседней комнате, но почему-то выйти к нам не хочет.

Вечная любовь, вечная память.

Спасибо, Милочка!

*

Вот какой фантастический сундук я купила вчера у замечательной художницы Татьяна Малова (Tatiana Malova).