Огонь в крови

— ‎Я спущусь на несколько минут и сразу же вернусь, — пообещал Вэйд, шагнув в коридор спиной вперед.

Дверь закрылась, и меня тут же со всех сторон обступила темнота. Я вязла в ней, боясь пошевелиться или вздохнуть.

— Нервы и так ни к черту, а он меня тут одну оставляет, — пробормотала обиженно, стараясь разогнать забившую уши тишину. Дальше оставаться тут было просто невыносимо. Мне нужен был кто-то живой рядом, пусть даже этот кто-то — Вэйд.

О Джае, спавшей в соседней комнате, я и не вспомнила, когда, сбросив одеяло, решительно потопала к двери… ну, как решительно? Опасливо шаря руками в темноте и осторожно прощупывая пол ногой.

К тому времени, как я добралась до своей комнаты, чтобы обуться и накинуть на плечи платок, и спустилась на первый этаж, Вэйд уже покинул дом, оставив входную дверь чуть приоткрытой. Будто бы вышел на одну секунду и вот-вот вернется.

Помнится, я тоже дверь не закрыла, когда лунатила, но вышла я тогда совсем не на секундочку, и очень сомневалась, что Вэйд тоже скоро вернется.

И оказалась права. Он сидел на корточках у противоположной стены светлого дома, который с одной стороны подпирали высокие кусты белых роз. Почти полностью скрывшись в тени, Вэйд что-то внимательно разглядывал, но отвлекся, услышав мои шаги.

— Селина, я что велел тебе делать?

— ‎А еще вы обещали за мной приглядывать, — бесстрашно напомнила я, — вот и приглядывай…те.

Только подойдя достаточно близко, я смогла разглядеть то, что скрывала темнота.

Два тела у стены. Темные плащи и капюшоны, накинутые на головы, делали их больше похожими на небрежно сваленные мешки с тряпьем, чем на людей.

— Что с ними? — прошептала я, поражаясь тому, как сухо вдруг стало во рту. — Это же не адепты?

— ‎Не адепты, — подтвердил Вэйд, — мои люди, приставленные следить за домом, которых ты… обезвредила.

Странная, совершенно ненормальная веселость, совсем не соответствующая моменту, проскользнула в его голосе, и меня заклинило:

— ‎Это точно сделала не я. Точно не я. Разве ж я смогла бы вырубить двух мужиков? Чем? Как? Не моих это рук дело. Точно нет, — заткнувшись только на мгновение, я еще раз посмотрела на два тела и на всякий случай уточнила, — они ведь живы?

— ‎Живы, но в себя придут не скоро, — совершенно спокойно подтвердил Вэйд.

— ‎Но… почему?

— ‎Видишь ли в чем дело, Селина, — на то, как он подходит ко мне, я смотрела с покорным смирением, — в отделение дознания отбираются служащие с искрой.

— ‎Это не объясняет, почему вы считаете, что их вырубила я.

— ‎Сейчас их искры нестабильны, — на плечи легли теплые руки, и меня озадачили недовольным, — ты дрожишь.

— ‎Вы не отвлекайтесь, пожалуйста, что не так с их искрами? — отвести взгляд от стены не удавалось, как и поверить в то, что я могла вырубить двух мужиков… во сне, голыми руками.

— ‎Ты их благословила, — просто ответил Вэйд.

— ‎Но они же светлые, им не могло навредить благословение.

— ‎Обычное – нет, но ты необученная Мудрая с яркой искрой, они просто не сумели принять твое благословение, их резерв переполнен, искры не справляются с теми объемами силы, что вобрали в себя.

— ‎Это очень плохо?

— ‎Это неожиданно, — хмыкнул Вэйд, — но не опасно для жизни.

— ‎И что теперь?

— Ты вернешься в дом, а я вызову дежурных из отделения, чтобы они забрали тела.

Спорить я не стала и сопротивляться – тоже. Позволила повернуть себя к дому и не возмутилась даже, когда меня легонько подтолкнули вперед, задавая направление.

Я умела быть очень послушной… особенно, когда не было сил спорить.

Вернулась в дом, поднялась на второй этаж, прошла мимо своей комнаты и совершенно спокойно, полностью уверенная в правильности своих действий, снова закуталась в одеяло Вэйда, подтянула к себе одну из его подушек и послушно легла спать.

Хотел он, чтобы я легла в его комнате – я легла. И ведь уснуть умудрилась. Быстро и без сновидений. И, кажется, даже без всяких приключений проспала до самого утра.

XII. Храм

О Светлой империи я знала… Да ничего почти я о ней не знала, кроме, пожалуй, того, что это империя. И если Темная империя за века, прошедшие со времени становления Излома, успела распасться на девять уделов, в каждом из которых теперь правит свой хейзар, то Светлая умудрилась сохранить целостность.

И вот летели мы в самый центр этих целостных земель с безумным планом: увести из-под носа Высшей (которую здесь все упрямо считали богиней) тройку каменных драконов.

Наверное, мне должно было быть страшно. Объективно я понимала, что стоило бы переживать, раньше я бы так и делала. До встречи с ужасом.

Но Абель на меня плохо влиял, целенаправленно и четко убивая не только нервные клетки, но и способность разумно оценивать опасность. Что бы там ни бродило сейчас в моей крови, оно самоотверженно давило здоровые человеческие инстинкты, оставляя лишь драконью придурь и легкомыслие.

Потому, разбуженная очень ранним утром, которое с уверенностью можно было бы назвать поздней ночью, я тряслась не от страха — от холода. Ежилась, зевала в кулак, жалась к теплому дракону, послушно, но преступно равнодушно обнимавшему меня за плечи, и мерзла. По земле стелился туман белесым напоминанием о близости Сумеречной зоны, и воздух, сырой и промозглый, совершенно не летний, пробирал до костей. А мы сидели над картой и что-то пытались решить. Вернее, решали Абель и Айана, я просто дремала под рукой ужаса, искренне не понимая, зачем меня так рано разбудили. Раданэш, подозрительно бодрый и будто бы даже выспавшийся, с неожиданной заинтересованностью прислушивался к разговору, пока чешуйчатая часть нашего отряда лениво догрызала остатки вчерашнего завтрака и ужина. Обеда вчера у нас не было, обед мы счастливо проспали, как и почти весь день. И даже ночь. Сумеречная зона отняла у нас не только время, но и силы.

— Даатар находится не очень далеко, — провела по карте неровную линию Айана. — Мы где-то здесь, столица тут. Доберешься?

— Я в состоянии покрыть такое расстояние, — отозвался Абель, умолчав о том, что дастся ему это, вероятно, с трудом. Силы к нему возвращались медленно. Слишком медленно в сложившихся обстоятельствах.

— Тогда начнем, — потерла руки она. — Расположение центрального храма мне известно, пойду первой.

Несогласных не нашлось. Анте, наскоро прожевав последний кусок мяса, отерла руки о штаны и легко вскочила на ноги, готовая отправляться в путь прямо сейчас. Гэдаш неуверенно поднялся следом: не понимая, что происходит, он просто последовал примеру драконицы.

— Я думаю, мне стоит попробовать самому переместиться, — подал голос Девор. — Силы во мне полно, идти по следу я умею. Справлюсь.

— А ты можешь? — моя бескомпромиссная вера в то, что из всех драконов Абель самый особенный, сыграла со мной неприятную шутку. Я обидела отморозка. Не специально, не хотела, так получилось, но ему же не объяснишь.

— Я многое могу, — сумрачно улыбнулся он, одарив тяжелым взглядом почему-то Абеля.

Тот не отреагировал, занятый проблемами поважнее, чем один обиженный отморозок. Поднявшись, он помог встать мне и кивнул Айане:

— Драконам? — отупело переспросила она.

— Да, знаешь, драконы пробудились. Сюрпри-и-и-из!

— Расскажешь?

Я ничего не имела против. Так можно было хотя бы приглушить беспокойство об Абеле и немного успокоить Эвику.

Я не жалела слов, вывалила на нее все свои злоключения. Начиная от пробуждения Абеля и… Рассказать о нашем возвращении и захвате дворца гарратским правителем не успела. Да и не нужно это было, о занявшем трон Бесе рассказывать, наверное. Слухи и до их городка должны были уже дойти. О том, что власть сменилась, на троне Бес утвердился, а наш родной король где-то за морем пропадает... а может, и пропал уже.

Прервали меня на эпичном моменте описательства Делмаровой прогулки по колено в лаве.

На камни звонко брызнуло водой, сбивая с ритма уже затерявшуюся между слов, больше не раздражающую слух капель.

Я замолчала, Эвика подобралась — перед нами, неуверенно оглядываясь, стояли драконы. Водные, если судить по способу перемещения, молодые, тонкие, похожие, как отражения. Темноволосые, темноглазые, бледные… изможденные, что ли? Оттененные голубым цветом своих похожих рубашек, выглядели они больными.

Зато действовали нагло, быстро и уверенно. Слаженно шагнули к нам, внимательно рассматривая.

— Эта, — прозвенел колокольчиком нежный голос.

— Про вторую ничего не говорили, — последовал хриплый, простуженный ответ. И голос низкий, совсем не женский.

Близняшки оказались разнополыми и совсем не мирно настроенными. И самое паршивое, пожалуй, заключалось в том, что эти доходяги с голодными глазами знали, как выглядит то, что им надо. Видели на площади, в кругу огня…

— Вас там не кормят, что ли? — спросила я, а сама не ответа ждала — весь их драконий род ругала, в особенности Абеля. Ну и себя в придачу.

Кто ж нам, наивным, сказал, что, не дождавшись Яхве, правитель не отправит уже по его следу еще кого-нибудь? Почему мы об этом не подумали?

Хотя глупый вопрос, конечно. Потому что весь наш воинственный отряд состоял из импульсивных драконов, глупой, потерявшейся в происходящем меня и сбитого с толку короля, которому тоже не дали времени на спокойные думы.

Ответ на мой вопрос был дан, что оказалось неожиданностью… не сказать, что приятной.

— Кристаллы, — коротко звякнула девица. Закончил за нее брат:

— У призвавшей не хватило сил завершить обряд. Связь с кристаллом слаба, мы не выдерживаем.

— Проклятие, — поняла я, холодея.

Яхве был первым, ему повезло, эти, вероятно, шли следом. Девушка, судя по ее полупрозрачности, пробуждалась после брата. Они пока держались, боролись как могли со своим проклятием. Потому что был еще четвертый дракон, который не смог вытянуть и лежал теперь расколотый на площади перед дворцом как напоминание о том, что Ашта-Хэш думает о слабости.

— Ты пойдешь с нами, — сообщил мне парень. — Ты должна.

И из этого его слабого требования я поняла три вещи: Бес действительно уверен, что я сумею провести обряд, что, конечно же, не так, но ему об этом только предстояло узнать; мятежные драконы и король, что бы они там ни задумали, правителю все еще не попались; эти вот замученные драконята верят, что я смогу угодить правителю и их перестанет грызть проклятие. Потому что привязка сменится и станет крепче. Им же даже неважно было, станет ли крепче и власть Ашта-Хэша над ними или, напротив, ослабнет, — главное, выжить.

Пока не так уж все и плохо, в общем-то. Живем.

— Должна?

— Пожалуйста, — тихо попросила девушка. — Приказано доставить тебя во дворец.

— А если Абель сейчас…

— Других драконов поблизости нет, — отрезал парень. — Мы чувствуем.

И я рассмеялась.

Вот стоят они передо мной, драконов не чувствуют, тех самых драконов, которые сейчас во дворце свою подрывную деятельность ведут. И если бы Ашта-Хэш не поторопился, если бы при себе этих полудохликов оставил, то, может, узнал бы об этом раньше, чем произойдет неизбежное. Но он послал их искать меня. Выкрасть и ему доставить…

— Простите, ребят, но я с вами никак не могу пойти.

— Приказ, — сморщилась девушка.

Мне ее даже жалко почему-то стало, а еще осознание пришло, что не зря драконы так бестий не любят. Вот Яхве ж бестия. Правитель послал его за мной, а этот интриган, вместо того чтобы приказ выполнять, освобождение себе выторговал. Хитрый поганец.

А эти вот даже не думали о том, чтобы Ашта-Хэша обхитрить, им дали приказ, и они собирались его выполнять.

— Бедолаги, — вздохнула я. — А давайте, может, чаю попьем? Если удастся огонь развести, то будет замечательно. У нас еще немного травок осталось и котелок есть…

— Нам приказано…

Я развела руками:

— А мне приказано сидеть здесь и не высовываться. Тоже ослушаться не могу, знаете ли.

Сначала они растерялись, но я не спешила радоваться. Какими бы хилыми и болезненными ни выглядели эти близняшки, они драконы, а я человек… Ну да, из-за огня в крови не совсем человек, но ведь и в силе с драконом посоперничать не могу.

Так думала я, нашаривая ремень дорожной сумки, моей, абелевой или королевской — неважно. Нашарила, сжала крепко и, не задумываясь, не давая себе возможности струсить, с тихим хеканьем запустила ее в драконов. Попала в парня, вспугнула девицу и, схватив Эвику за руку, бросилась на выход.

На что надеялась? Чего ждала? Зачем вообще взялась злить чешуйчатых?

По наивности своей, не иначе. По наивности и вере в чудеса. Слишком много этих чудес я видела за последние недели, чтобы в них не верить.

Вот только на этот раз чуда не случилось.

Нагнали нас быстро. Два длинных, быстрых бескрылых чудища. Одно ткнулось мне в спину, роняя на траву, второе оттолкнуло Эвику.

Она упала всего в нескольких шагах от меня, утонула на мгновение в высокой траве, и я уже не смогла увидеть, как Эвика всплывает. Сама утонула, но уже по-настоящему.

В груди заболело, резко и страшно, легкие рвались от недостатка воздуха, бухли от воды, которой в них неоткуда было взяться.

Я задыхалась.

Когда мы вывалились в просторной зале, я мало что соображала и хотела просто полежать немного на холодном мраморе, жадно глотая воздух, полный сладковатого дыма. Гарратские благовония успели провонять даже просторную дворцовую залу.

Под впечатлением от безжалостного перемещения я пробыла долгие минуты, за которые драконы успели скинуть свою чешую, а Ашта-Хэш — величественно сползти с королевского трона, занятого им не по праву, и дойти до меня.

— Такая жалкая, — брезгливо проговорил Бес, возвышаясь надо мной во всей своей двухметровой мощи.

Самоубийственное желание пнуть его в голень что есть мочи и посмотреть, как он, такой же жалкий, будет рядом со мной валяться, не могло принадлежать мне. Я не могла этого захотеть, это была не моя злость. Это был Абель, наглый, самоуверенный, вспыльчивый и часто не думающий о том, что может последовать за его действиями.

Вот только Абеля во мне еще было слишком мало, и пинаться я не стала. Приподнялась на подрагивающих от перенапряжения руках и выплюнула сдавленно:

— Вы мне тоже не нравитесь.

Ашта-Хэш рассмеялся и ткнул мне в бедро носком сапога из мягкой кожи, отделанного вышивкой. Дорогого и совсем не вяжущегося в моем представлении с образом изрезанного шрамами, горообразного Беса.

— Поднимайся.