Ад

– Так и собираетесь стоять на улице? Не боитесь примерзнуть к земле? – ехидничал этот тип.

– Как бы у вас что не примерзло…

– Например? – тут же спохватился Пракир, открывая перед ней дверь.

– Например, слишком длинный язык. – Понимала, что провоцирует, но по-другому не могла.

Этот нахал выводил на эмоции, будто специально задевая все сильнее и обиднее. Контроль летел к чертям, а уроки этикета тут же забывались, как только Лорд эль Борнид открывал свой рот. Об утонченной пикировке она уже и не думала.

Присев за один из пустующих столиков и обведя таверну взглядом, Петра с облегчением выдохнула. Подруг еще не было, а любопытство других адептов не волновало. Пусть смотрят, раз хотят, все равно сами все придумают…

– И зачем же мы здесь? – вопросила с толикой нетерпения.

– Во-первых, я еще не обедал, а во-вторых, я уже сказал, что у нас здесь пройдет занятие. А теперь будь добра, помолчи. Мне нужно сделать заказ.

Себе Петра заказала лишь кружку травяного чая. Кусок в горло не лез, да и отобедала она совсем недавно. Как только мужчине принесли тарелки с жареным мясом и овощами, он продолжил свой не входящий ни в какие каноны урок.

– Сегодня я научу вас использовать еще одну грань вашей Тьмы. Все, кто имеют опыт, знают, что Тьма – это неотделимая часть мага, как и его стихии. Придя один раз, она уже никогда не покидает своего носителя, становясь связанной с ним.

– Но Тень…

– Не перебивай, – посмотрел он грозно и совсем неподобающе продолжил жевать. – Тень все равно связана со своим носителем и несвободна, как бы ты ни думала об обратном. Так вот. Мало кто знает, что Тьма впитывается во все тело мага, в отличие от стихий, и может брать его под контроль, но и у этой стороны есть вторая грань. Точно так же и маг может использовать Тьму в своих целях.

– Не понимаю, что вы пытаетесь мне объяснить.

– Да вы, Гори Сей, намного безнадежнее, чем говорит Грон. Все элементарно. – Щеки Петриции покрылись пятнами злости и негодования.

Этот человек прямо оскорблял ее, используя приличествующие фразы. Неужели Грон тоже считает ее безнадежной? В свете последних событий ее уверенность в Лорде эль Свьен рассыпалась как высохший песок.

– Не понимаете? Вы можете использовать Тьму как свои глаза и уши, а не только как дополнительные руки. Этому вы и должны сегодня научиться.

Как бы ни пыталась Петра воспроизвести то, что мимолетом показывал Пракир, у нее не получалось. Надменный преподаватель давил, ругал и не чурался заковыристых выражений.

– Вы мне не помогаете!

– А я и не должен! – кинув на стол салфетку, ответил, точно так же распаляясь. – Я пытаюсь научить вашу пустую голову элементарным вещам!

– Вы даже не показали толком ничего! – Петра поднялась, намереваясь покинуть мужчину.

– Сидеть!

– Да сейчас!

Вылетев из таверны, девушка лишь успела завернуть за угол темного проулка, как ее тут же настиг неугомонный Лорд эль Борнид. Его руки припечатали ее к стене, причиняя боль, но чего уж она точно не ожидала, так это того, что бессовестные губы обожгут ее уста клеймящим поцелуем.

– Да как вы смеете?!

Не думала, откуда нашлись силы, но Тьма откинула неудачливого ухажера, приложив того о противоположенную стену.

– Еще раз подойдете ко мне…

– И что будет? Пожалуешься Грону? Кому он поверит, Петра? Старинному другу или смазливой девчонке? – проговорив это, мужчина растворился в клубах собственной Тьмы, но его дьявольская улыбка так и продолжала стоять перед глазами девушки.

* * *

Лорд эль Свьен не любил покидать Империю, чувствуя ответственность перед ее жителями, но иногда это делать все же приходилось. Тропы Тьмы открыли мужчине дорогу к границам Киролии, а шальные ветра унесли его еще дальше. Давно не был в этих местах. Закрытые горы, чьи вершины утопали в белесых облаках, встретили Грона тишиной. Никто из ныне живущих не мог добраться сюда, если на то не было дано разрешение. Разрешение тех, кто бороздил необъятное небо, разрывая пушистые хлопья острыми крыльями.

– Что привело тебя к нам, путник? – вопросил замогильный голос за толстой непроницаемой, но при этом бесцветной стеной.

– Хм… Вы сменили приветствие? Желаю аудиенции.

– Много кто желает, да вот не всем доступна.

– Прекращай заговаривать мне зубы, Орвис. Давай открывай. Мое время ограничено.

Горы загромыхали, затряслись, будто вот-вот собирались рухнуть, но Лорд эль Свьен по-прежнему оставался на месте, не сдвинувшись ни на миллиметр. Непроницаемая стена поднялась, открывая мужчине прекрасные виды совершенного города, где все жили в согласии и мире.

– Добрый день, Лорд эль Свьен, – щебетали милые девушки, что развешивали белье на веревках.

– Здравия, Лорд эль Свьен. – Добрейший булочник поклонился, вытягивая пальцами собственные усы.

– Давно вас не было видно, Лорд эль Свьен, – махал издалека один из стражей огромного замка, что лучшие мастера выдолбили прямо в скале.

Драконьи Хребты простирались до самой Серой Долины, где начиналась Пустошь. Цветущие зеленые деревья, ароматные яркие пятна цветов, вычищенные дорожки и маленькие домики, где в комфорте и уюте проживали небесные великаны. Вереница детей носилась за стайкой Перевертышей, что превращались в разнообразных животных прямо на ходу. Грон хотел бы жить здесь, не думать ни о чем, оберегать этот маленький мирок наравне с другими, но не мог бросить все, чему посвятил столетия жизни.

– Мое почтение, Лорд эль Свьен. Вас уже ожидают, – поклонился распорядитель.

Величественно поднимался по каменным ступеням лестницы, перила которой были усыпаны сверкающими камнями, что с лихвой заменяли свечи. Массивные двустворчатые двери раскрылись перед мужчиной бесшумно, являя восседающих на тронах Короля и Королеву.

– Приветствую вас, Отец и Мать всех Драконов. Рад видеть вас в добром здравии, – отчеканил Грон, приближаясь к правящей чете.

– Приветствуем тебя, Младший Сын, – ответил статный мужчина. – С чем ты пожаловал к нам?

– Ронрар, будь помягче, – сделала замечание Королева. – Я рада снова увидеть тебя, сынок. Разреши же обнять тебя.

Она оставалась такой же молодой, как и в тот день, когда жители Киролии видели ее в последний раз. Бесстрашная Императрица, Королева Драконьих Хребтов, Мать всех Драконов – все это характеризовало великую личность и хрупкую женщину, чья биография поселилась на страницах фолиантов.

– Все готово, Ваше Величество. – Слуга прервал теплые объятия, оповещая о том, что в малой столовой уже успели подготовить все к трапезе.

– Дела подождут. А ты наверняка не ужинал. – Теплая улыбка осветила лицо женщины, зажигая небольшие ямочки.

– Как и всегда…

* * *

В просторной столовой, подсвеченной тысячами кристаллов, ужин уже подходил к концу. Грон любовался закатом, что был виден через раскрытые настежь стеклянные двери, и думал о том, как прекрасны тишина и покой этих мест.

– Что же, теперь можно приступить к делам. На сытый желудок проблемы решаются куда проще. – Мужчина посмотрел на Грона, ожидая его рассказа.

– Я пришел просить помощи у мамы. Император Киролии заключил договор с Лионией…

– С этими псами? Они ведь душу продадут за горстку монет! – воскликнула Королева.

– Именно с ними, мама. Единственная лазейка для его расторжения – это отсутствие на нем твоей подписи. Ты мне нужна там.

– Но я не могу, ты ведь знаешь!

– Знаю, что прошу о многом, но если ты не сделаешь этого, то люди, живущие на северной границе, продолжат погибать, а Эрвину придется заключить брак с дочерью Инфицированного, или… они заберут Империю.

– Но как же так! Должен быть другой выход! – женщина поднялась из-за стола и подошла к окну.

– Поверь мне, я искал и не пришел бы сюда, если бы он был. Ты моя, наша последняя надежда.

– Хорошо. Но что получим мы? Ты прекрасно знаешь, что мы давно не выходим в свет, а появление твоей матери заставит и нас выбраться на поверхность.

– Ронрар!

– Не вмешивайся, Мануэлла. Ты прекрасно осознаешь всю серьезность этого шага.

– Чего же вы хотите? – Грон откинулся на спинку стула, посмотрев на Отца всех Драконов пытливым взглядом.

– Я хочу, чтобы ты взошел на престол Кирольской Империи. Мое желание неизменно на протяжении этих лет. Ты даешь клятву, и тогда Мануэлла летит с тобой в Лионию.

– Вы ведь знаете, что я никогда не соглашусь на это. Я – не Император. Эрвин взойдет на престол. Это его судьба.

– Тогда другой вариант.

– Снова предложите мне свою дочь? И я снова откажусь. Брак не для меня, как и спокойная семейная жизнь. Забрать ее туда я не смогу, а жить здесь у меня возможности нет. Мы ходим по одному и тому же кругу, лишь меняя направление, не находите?

– Что же. Тогда мы можем предложить тебе лишь ночлег.

– Но Ронрар!

– Я уже все сказал, Мануэлла. Доброй ночи, Грон. Слуга проводит тебя до гостевых покоев.

– Стоило попытаться. Доброй ночи, Отец всех Драконов. Доброй ночи, мама.

СИЛА ЖЕНЩИНЫ РОЖДАЕТСЯ ИЗ ЧУВСТВ,

СИЛА МУЖЧИНЫ – ИЗ ЧУВСТВ ЖЕНЩИНЫ…

(ИЗ СКАЗАНИЙ ВЕЛИКОЙ ЛЕДИ)

Грон уже несколько минут пытался выпроводить Драконицу из предоставленных покоев, но она была неумолима. Рыжие волосы окружали спину и полную грудь, лишь подчеркивая молочную кожу. Зеленые глаза сверкали как тысячи алмазов в обрамлении пушистых ресниц. Красивая, но не та.

Перед глазами мужчины все время вставал образ милой хрупкой адептки, чьи щеки наливались румянцем, а радужка хранила в себе миллионы аметистов. Ее невинный взгляд пленил, а сила духа будоражила. Представлял, как выгибалось тело под нескромными ласками, как бархатная кожа покрывалась мурашками под кончиками пальцев.

Дыхание рвалось. Хотелось очутиться в эти минуты рядом с ней. Что делала она эти три дня? Чем занималась? Достигла ли успехов в развитии Тьмы? Петра, Петра, Петра… Любые мысли скатывались к ней, все сны обитали вокруг нее, а душа рвалась каждый раз, словно могла в секунды сократить расстояние.

– Я могу сделать вам массаж… – усиливала напор Драконица.

– Вы не служанка, Грэлиан. Будьте любезны, покиньте покои. Не вынуждайте меня применять силу, – слишком спокойно произнес Грон.

– Но я ведь тоже обладаю магией. – Оглаживала плечи, в то время как Лорд эль Свьен сидел в кресле.

– Я сильнее, и поверьте, не хочу демонстрировать это. Грэлиан, я не заключу с вами брак, как бы того ни хотелось вам или вашему отцу.

– Но вы ведь не знаете, от чего отказываетесь…

– И даже знать не желаю.

– Вы испытаете истинную любовь.

– Никто не может испытывать это чувство к двоим одновременно.

– Так ваше сердце уже занято?

– Это не ваше дело, Грэлиан. Ступайте спать. Я уверен, что вы еще встретите свою судьбу.

– Тем не менее я рада, что вы встретили вашу.

Вот и признался. Глупо отрицать то, что гложет сердце, да только толку от этого, как от поездки в Драконьи Хребты. Не раздеваясь, мужчина улегся на кровать, хлопком гася кристаллы. Темнота успокаивала. Без Кристофа было тяжело, но Грон заставил его вернуться в Академию, чтобы тот мог приглядывать за Петрицией. Что-то не давало мужчине покоя, и очень давно. Еще три дня пути, и он, наконец, сможет встретиться с Петрой и объясниться. Знал, что слова обидели. Хотел все исправить, донести, объяснить. Слишком молода, чтобы понять всю серьезность жизни, но попытка стоит того.

– Кто здесь? – легкий шелест разрезал тишину, а за ним со стороны балкона последовал и стук.

Поднявшись с кровати, Грон приготовил сферу огня, чтобы в случае чего испепелить нежданного гостя, если у того плохие намерения. Дверь приоткрылась, а за ней появился силуэт в капюшоне. Стянув ткань, Мануэлла эль Свьен улыбнулась сыну и беспрепятственно вошла в комнату.

– Почему ты крадешься, словно воровка? Отчего не спишь?

– Я хочу помочь тебе, сынок. Потому и делаю это в тайне. Собирайся и в путь. Арно заждался момента, когда мы сможем с ним полетать.

– Арно?

– Мой Перевертыш. Я подарила тебе его брата. Кстати, почему ты не прилетел на нем?

– Я передарил его. Я ведь говорил, что не могу принять такой подарок.

– Кому же, позволь узнать?

– Одной из адепток Академии. Она заботится о нем намного лучше, чем мог бы я.

– И он принял ее?

Грон не понимал, почему у матери эта информация вызвала ужас и волнение.

– Да. И, к слову, лучше, чем меня. Я готов, отправляемся?

Темно-зеленый Дракон держался когтями за широкие перила балкона. Его огромные красные глаза наблюдали за Гроном с неким прищуром, будто существо пыталось понять, не несет ли незнакомец опасность.

– Арно, это мой сын – Грон. Милый, дай ему обнюхать себя, чтобы он запомнил твой запах.

Полет на Драконе-Перевертыше занял долгие двое суток. Грон не мог провести их Тропой Тьмы, так как его мать не обладала этим даром, и такой переход мог нести в себе опасность. В свое время тропа поглотила многих.