Счастье - это теплый звездолет

— Я не могу так быстро, — возмутился Свенск. — Результирующая...

— Слушайте. — Помрой включил улюлюкающий рев. — Денебский национальный гимн. — Он, ухмыляясь, плюхнулся обратно на сиденье. — Можно его забирать — их кораблю крышка. Пока они таращились на нас, он снес им шарнир посадочной опоры. Видать, прошел ровнехонько под ними!

Квент чуть не подпрыгнул от мощного удара по спине. Силла, ухмыляясь, скакнул назад в шахту. Свенск выгнул шею — его роговой клюв не позволял улыбнуться.

— С ним все в порядке? — спросил голос Эпплби. — Я приготовила горячие тартинки с вареньем.

— Так это была аномалия, — сказал Свенск. — Потрясающе. Инстинкт кормления у самок человека.

— Очень кстати, — заметил Помрой. Он дернулся к пульту. — Святой космос...

— Что такое?

— Нас вызывает "Джаспер", — ответил тот. — Летят сюда. Пятью минутами раньше, и нам бы всем кранты.

Он обмяк в кресле и потянулся за "грушей".

— Клянусь Путем, — загремел из водера голос Имрая. — Забирайте меня, или я шпрюхер и вас тоже.

К тому времени, как ракетный модуль пристыковали обратно и вернули Моргану двигательный блок, Квент падал с ног от усталости. Он наскоро проверил лазерные люки и пошел вслед за всеми в рубку, где Помрой разглядывал покалеченный корабль кондоров.

— Я принимаю вахту, сынок. — Имрай развалился в командирском кресле, блаженно почесывая мех. — Надо наблюдай в оба глаз. Некарош, если они стартуй до того, как прилетай корабль с база.

Он сунул в рот тартинку.

— Все готовы услышать плохие новости? — Помрой развернулся к ним. — Помните журналиста "Галактических новостей", от которого мы сбежали с Дальней? Он на челноке. Летит сюда.

Имрай подавился.

— Хочет взять интервью у вас. — Помрой указал на Квента. — И у Эпплби.

Квент закрыл глаза:

— Чтоб ему... Почему они не могут оставить меня в покое? — Он машинально взял со своего пульта лазер.

— Сын адмирала Квента дает бой пиратам-кондорам, — криво усмехнулся Помрой, — а невеста адмирала Котсворта его ободряет? Сногсшибательная новость.

— Паршиво, — заметил Свенск.

Силла барабанил когтями.

Все смотрели на Квента.

— Что ты ему говорить, сынок?

— Что я им скажу? — устало пробормотал Квент. — Скажу, что на корабле раскардаш, в компьютере белиберда... в машинном отделении бардак... — Он заговорил громче. — Инженер — чудик, который запугал вас так, что для любого маневра его задабривают взятками. Офицеры — любители убогих розыгрышей, капитан — маньяк, прибегающий к физической силе, а из людей здешнюю жизнь могут выдержать только небритый алкаш и чокнутая бабенка, которая забивает сенсоры стряпней и нижним бельем, и... Хейсу Каристо! — Он потер шею. — Мой первый корабль. Слушайте, я пойду спать, ладно?

Он толкнулся и поплыл к лестнице.

— Ты им так говорить? — расплылся в улыбке Имрай. — Летающий бардак?

— Да нет, конечно. С чего мне так говорить? Это же неправда.

Он потянулся к шахте и наткнулся на жесткую лапу Имрая.

— Сынок, надо.

— Что?

— Говори, с нами уживать никак. Хочешь на другой корабль. Надо! — Имрай трясся от волнения и тряс Квента.

— Погодите... минуточку. — Квент высвободился из его лапы. — Именно это вы пытались мне внушить, верно? Но зачем? — Он нахмурился, глядя на остальных. — Зачем? Я же за интеграцию, черт возьми!

— Именно в этом и заключена проблема, — сказал Свенск.

  Имрай хлопнул себя по ляжке.

  — Кто, по-твоему, строить этот корабль?

  — Судя по конструкции, люди...

  — Люди только доделка. А строил изначала народ Свенка. Был часть их флота. Космические силы говорить, бессрочная аренда. Космические силы приходить заключать договор. Забирать мелкие суденышки. Даже муравьи имей как-то тип звездолет, вернт, Свенка?

  — Скорее капсулы, как я понимаю. — Ящер скрестил длинные ноги.

  — Кароч, чего-то имей. Сынок, ты думаешь, как твой отец говорить, все энги хотят интегрировать себя в Космический силы?

  — Ну, хм. Партия галактического равноправия, — ответил Квент.

  — Иа, йа, — кивнул Имрай. — Факт, есть энги, хотяй быть официрен на большой звездолет. Другой факт, есть энги, хотяй сидеть в Галактический совет. Но здесь не так.

  Он откинулся в кресле, сложил руки.

  — Мы, мелкие суденышки, — изначала энги. Мы летай на них давным-давно. Очень давно. Еще тут сектор не был, мы уже патрулируй, верно, Силл? Если с нами люди, то лишь отдельный люди. Один там, другой тут. Пом знает. Но не мы интегрируй себя с вами. Вы интегрируй себя с нами.

  — Браво! — воскликнул Силла.

  — Абсолютно точно, — проговорил Свенск.

  — Но... — начал Квент.

  — Капитан хочет сказать, — пояснил Помрой, — что не намерен интегрироваться с Космическими силами. Никто из нас не намерен. У нас свое дело. Они установят свои социологические программы. Директивы. Каналы. Карточки физподготовки личного состава. Ротации. Курсы повышения. Фу! Если проекту интеграции дадут добро, мы все это получим.

— И... — он навел палец на Квента, — вы, лейтенант, первый испытуемый.

— Даже Морган они пытайся украсть, — гневно пророкотал Имрай.

Квент открыл рот, снова закрыл.

— Мы были уверены в успехе, — сказал Свенск. — Когда выяснилось, что вы — сын адмирала Квента, мы решили, что нам повезло. Думали, легко внушим вам, что мы совершенно неинтеграбельны. — Он вздохнул. — Должен сказать, ваш решительный оптимизм оказался сущим кошмаром.

— Позвольте прояснить, — оскалился Квент. — Вы хотели, чтобы я взмолился о переводе на другое судно? И таким образом, вся программа провалилась бы?

— Именно. — Силла хлопнул лапой по своему пульту.

Остальные закивали.

— А что за комедия тут на Сопвиче?

— Слишком сложный, — просипел Имрай.

— Мы были близки к отчаянию, — сказал Помрой. — Вас оказалось ничем не пронять. И мы решили зайти с другой стороны — состряпать историю, которая убедила бы сторонников галактического равенства, что люди не готовы... — Он отвел взгляд. — Короче, вы сами все поняли.

— Я понял, что вы меня топите, — мрачно произнес Квент. — Просто думал, это из-за моего отца.

— Тут не было ничего личного, Квент, — бодро заверил Силла. — Поверьте, мы бы с любым так поступили, non?

— Но это же безумие! — возмутился Квент. — Как вы могли? Я хочу сказать, понимаете ли вы, что меня к вам определил отец? Он рассчитывал, что в итоге я перейду на его сторону и обеспечу ему политические боеприпасы для борьбы с интеграцией.

— Что скорее благоприятно, не так ли? — Свенск с треском расправил шейные пластины. — Повышение семейной солидарности имеет для приматов дополнительную ценность.

— Кого вы из себя строите, мистер Спок[32]? Я отлично знал, что вы — выпускник Галтеха. Вы должны были прослушать курс об эдиповых конфликтах. И об этике, — ехидно добавил он. — Некоторые приматы высоко ценят истину.

— Но вы должны помочь нам, лейтенант, — настойчиво проговорил Помрой.

— Кстати, — повернулся к нему Квент, — на скольких языках вы говорите? Был какой-то Помрой, автор...

— Лейтенант! Послушайте, мы все поможем вам сочинить перечень ваших обид, который вы представите начальству...

— Вы серьезно? — Он обвел взглядом остальных офицеров — Вы думаете, что я подтасую мой официальный рапорт? Солгу про вас и про корабль?

— Один маленький нестрашный ложь. — Имрай перешел на воркующий тон, которым разговаривал с Морганом. — Сынок, ты хороший звездолетчик. Спасать корабль, вернт? Ты говоришь, интеграция о'кей — нам капут. Ты же пожалеешь старушку "Рози", сынок?

— Но, черт побери! — взорвался Квент. — Это не просто одна ложь. Это же будет бесконечная история: расследования, повторные расследования; с одной стороны, противники интеграции, к удовольствию отца, повторяют каждое мое слово, с другой — ее сторонники рвут меня в клочья. Я никогда не выпутаюсь. Никогда. Как я смогу служить космическим офицером? — Он устал потер голову. — Простите меня. Я буду говорить как можно меньше, обещаю. Но врать не стану.

Он повернулся к шахте.

— Погодите, Квент, — сказал Свенск. — Шумихи, которой вы боитесь, все равно не избежать. Факты красноречивы сами по себе. "Галактические новости" будут в восторге. "Сын архирасиста ведет негуманоидов в атаку на пиратов-гомосапиенсов". Долгие несмолкающие аплодисменты. Общегалактические каналы показывают героя и его друзей-энгов. Вас номинируют на следующую премию Дружбы. Право, с тем же успехом вы можете поступить, как просим мы.

Квент в ужасе уставился на него:

— О нет. Нет. — Он принялся стукать лбом о лестницу. — Это нечестно. — Голос у него сорвался. — Я думал, в космосе меня забудут. Паршиво быть Ратборном Квентом-младшим, но это еще хуже — до конца дней быть... говорящим попугаем в руках у политиков. Куда бы я ни попал! Любое назначение, вся моя карьера! Как мне служить звездолетчиком?

Имрай покачал головой:

— Плохо, сынок. Похоже, ты есть природный жертва общественный положений. — Он шумно выдохнул и слизнул с кулака джем. — Значит, решение. Ты нам поможешь, вернт?

Квент вскинул голову и выставил челюсть.

— Нет, я уже сказал. Это исключено, — с тоской проговорил он. — Я не для того пошел в космофлот, чтобы играть в игры... Слушайте, разбудите меня к началу следующей вахты, а? Я чего-то здорово устал.

— Йа, йа, — согласился Имрай. — Силл, Свенка, идите то же. Успеем что-нибудь придумать.

— Забудьте, — сказал ему Квент. — Тут ничего не придумать. Каристо! — Он вздохнул и начал спускаться в шахту. — Как бы мне хотелось просто исчезнуть.

Он вдруг замер, огляделся и шумно выдохнул.

Затем вылез из шахты и забрал лазеры.

Последнее, что осталось в памяти, — он лежит в гамаке, полностью одетый, и держит в руках по лазеру.

Журналист "Галактических новостей" орал на него, толпа напирала. Рубка "Адастры" кишела кавротами. В сон ворвался лязг открываемого шлюза, но на корабле вроде бы все было хорошо, и Квент снова заснул. Теперь ему снилось, что на нем дребезжащая стеклянная форма. Тут кокон потяжелел, и Квент усилием воли выкарабкался из дремы. "Розенкранц" брала разгон до полной звездной тяги.

Он нырнул в шахту и столкнулся нос к носу с незнакомой девушкой:

— Ой!

— Здравствуйте, лейтенант, — сказала она. — Завтракать будете?

Это была брюнетка в серебристом комбинезоне.

— Кто... кто вы?

— Я — Кэмпбелл, ваш новый логист. — Она улыбнулась.

— Кондоры. Где они? — Он головой вперед рванул в рубку. — Что происходит?

— Доброе утро, — сказал Помрой.

Остальные подняли взгляд от своих пультов. Все вроде бы пили кофе.

— Куда мы летим? Откуда она взялась?

— Садись, сынок, — ласково пророкотал Имрай. Брюнетка подплыла и поставила "грушу" с кофе возле его пульта.

  — Она кондор?

— Нет, конечно. — Она рассмеялась.

Квент заморгал. Формы под комбинезоном были интересные.

— Я ласточка, — улыбнулась она и исчезла в шахте. Квент в растерянности отхлебнул кофе.

— Сколько я проспал? Челнок с Дальней базы — прилетел и улетел, да?