Затянувшаяся погоня

Чарльз Де Вет. Затянувшаяся погоня

«Galaxy Science Fiction», September 1953

Это была просто догадка. Джонсон и сам понимал это. Однако в прошлом догадки частенько приносили ему успех, поэтому он ждал терпеливо, как настоящий профессионал. Вот уже пять часов он сидел в дощатой палатке под мятым брезентом, который бармен поставил, чтобы защитить туристов от желтого солнца Марлока.

А солнце припекало вовсю, и вскоре на одежде у Джонсона проступили большие темные пятна пота. Время от времени в палатку залетал легкий бриз со стороны туземного сектора, и тогда при каждом вдохе в носу начинало щипать от едкого запаха.

Марлок был не слишком известной планетой. Единственное, что привлекало сюда туристов, была широко разрекламированная «Природная лента Мебиуса». Восемнадцать месяцев в году – девять зимних с крепкими морозами и девять летних с нестерпимым зноем и песчаными бурями – сюда заглядывали только покупатели единственного здешнего экспортного товара шкур пустынных буйволов. Но два месяца осенью и два месяца весной туристы валили толпами, чтобы поглазеть на пресловутую «Ленту».

Уже в сотый раз Джонсон лениво окинул взглядом очередь туристов, ожидающих захватывающего путешествия по «Ленте». Большинство из них не забирались слишком далеко, им было достаточно просто похваляться, что побывали там. К моменту возвращения домой они успеют нафантазировать увлекательные истории о своих приключениях.

Человек, которого ждал Джонсон, не появлялся.

***

Очередная партия отправилась на «Ленту». Большинство женщин, едва у них началось головокружение, тут же повернули обратно. Их спутники-мужчины, которые, разумеется, не могли оставить их одних, последовали за ними, втайне испытывая облегчение.

В конце концов, как равнодушно отметил Джонсон, там осталась только молодая пара, у которой, видимо, продолжался медовый месяц. Девушка держалась неплохо. Пожалуй, даже спокойнее, чем ее молодой спутник. Тот наигранно бравировал и громко смеялся, если девушка теряла уверенность, но, когда приходил его черед, у него на щеках и скулах проступали белые пятна.

Юная пара продвинулась достаточно далеко и добралась до первого поворота извилистого спуска. Их тела резко изогнулись, так как таинственная гравитация «Ленты» удерживала их строго перпендикулярно дорожке. Даже оттуда, где сидел Джонсон, было заметно, что их тошнит.

Когда их понесло по кругу и наклон составил 35 градусов, у девушки, видимо, все-таки сдали нервы. Она застыла на месте, ухватившись обеими руками за страховочный трос. Парень что-то сказал ей, но она покачала головой. Ему наконец представился случай продолжить путь и доказать свое превосходство, но Джонсон мог бы держать пари, что далеко он не продвинется.

И действительно, парень сделал еще три шага и раскис. Он был сыт по горло.

Оба развернулись и поспешили назад. Толпа туристов, ожидавших своей очереди, встретила их приветственными возгласами. Джонсон знал, что уже через пару минут парнишка будет чувствовать себя героем.

Внезапно Джонсон насторожился, заметив новоприбывшего. Крепко зажав под мышкой коричневый кейс, тот купил себе билет. У него были широкие плечи и черная борода. Человек, которого Джонсон ждал, наконец-то появился.

Когда человек с бородой присоединился к очередной группе покорителей «Ленты», Джонсон встал и торопливо направился туда же. Бормоча извинения, он пробился сквозь толпу и присоединился к ожидающим.

Узколицый служитель откинул трос, и толпа беспорядочно хлынула внутрь. Группу возглавил чернобородый. Джонсон решил держаться в середине. Они прошли шагов пятьдесят, когда желудок послал ему первый тревожный сигнал. Большинство идущих впереди Джонсона уже остановились, и он осторожно проскользнул мимо них.

Еще через двадцать пять шагов он уже опережал всех. Всех, кроме чернобородого. Тот продвигался, не останавливаясь и не оглядываясь.

В желудке у Джонсона образовался тугой комок, в голове он чувствовал странную пустоту. В ушах потихоньку звенело.

Когда он добрался до конца страховочного троса, тошнота уже подступила к горлу. Продвижение становилось по-настоящему опасным. В рекламных брошюрах писали, что здесь находится точка невозврата. Тот, кого он преследовал, двигался вперед, согнувшись пополам и качаясь из стороны в сторону, точно пьяный. Но не останавливаясь.

Джонсон обернулся, чтобы взглянуть назад, и почувствовал, что его завтрак вот-вот вырвется наружу. Земля и следящие за ним зрители сейчас располагались почти перпендикулярно к нему. Ему показалось, что еще немного – и он взмоет в космос. Тут же его накрыла волна головокружения, ноги подкосились и он упал на землю. Такой слабости он еще никогда в жизни не испытывал. Теперь он понял, почему идущий впереди человек ни разу не оглянулся.

Какое-то время Джонсон подумывал, не сдаться ли. Однако упрямство заставило его подняться на ноги и продолжить движение.

Теперь к плохому самочувствию добавилось что-то новое. Ноги стали испытывать слабые уколы боли, похожие на электрические разряды. С каждым новым шагом они усиливались. Он почувствовал во рту отдающий ржавчиной привкус крови и понял, что прокусил нижнюю губу.

Утешало только то, что идущий впереди человек наверняка страдал еще сильнее. С каждым шагом болевые приступы становились все чаще, а звон в голове превратился в оглушительный гул. Он понимал, что находится на пределе сил, но все равно заставлял себя, шатаясь, двигаться дальше.

Внезапно он осознал, что почти настиг преследуемого. Затуманенными от боли глазами он разглядел, что тот пока еще держится на ногах, но уже качается от мучительных страданий. Казалось, он собирается с силами для решающего рывка.

Вот преследуемый сделал еще два неверных шага, бросился вперед и – исчез!

Джонсон понимал, что если сейчас сделает передышку, то больше не сдвинется с места. Его несли вперед только инерция и сила воли. Шатаясь и едва не падая, он все-таки двигался вперед. Наконец его голову пронзила жгучая боль, и он почувствовал, что падает.

***

Он был уверен, что не терял сознания. Земля приближалась, готовясь его встретить. Последним усилием он выставил вперед правое плечо. Щека скользнула по грязи, и он бессильно улегся на бок. Ноги задергались в судороге и вытянулись, пока он усилием воли укрощал дрожащие мускулы.

Постепенно его тело сковали покой и оцепенение. Боль исчезла, тошнота в желудке утихла.

Но что-то было неправильно… Ужасно неправильно!

Он медленно встал на ноги и огляделся. «Лента» все еще держала его в своих крепких лапах. По обе стороны от него поднимались и клубились белые облака, похожие на густой туман, но почему-то тропа перед ним оставалась чистой.

Джонсон покачал головой. Похоже, что-то неправильное таилось у него в мозгах. Но определить, что это такое, ему не удавалось. Он отчаянно попытался собрать разбежавшиеся мысли. Не получилось. Он осторожно сделал один шажок туда, откуда пришел, – и отшатнулся назад, как от бетонной стены там его встретила непреодолимая боль…

Выбора не оставалось, пришлось идти вперед. Он понял, что должен что-то сделать. Но что Вместе с этим вопросом пришел и ответ на проблему, которая его беспокоила.

У него исчезла память!

Или, по крайней мере, в ней возникла огромная прореха, словно вырезанная гигантским лезвием. К нему вплотную подступило отчаяние.

– Держись! – громко проговорил Джонсон, и собственный голос отрезвил его.

Сильнее всего пугает то, чего не видишь. Джонсону надо было воочию представить беду и встать с ней лицом к лицу, чтобы оценить ее размеры. Он всегда гордился своим логически строгим умом, где мысли ясны и упорядоченны, как записи в бухгалтерской книге. Закрыв глаза, он торопливо перебрал свои воспоминания, размещая каждый эпизод в соответствующей графе.

Когда он завершил эту работу, баланс оказался неблагоприятным, но не безнадежным. Вот графа «актив». Он помнил свое имя – Дональд Джонсон. Сейчас он был на «Природной ленте Мебиуса», на планете под названием Марлок. Здесь же находился человек, которого он преследовал… Все остальное в его бухгалтерской книге оставалось в графе «пассив».

***

Да, имя он вспомнил, но все остальные сведения о нем самом исчезли. Он не знал, почему оказался на Марлоке, кого и почему преследовал. Так что же ему необходимо делать

Впрочем, подумал он, еще неизвестно, удастся ли выбраться с «Ленты», так что все остальное пока особого значения не имело. Он сомневался, что сумеет выдержать новый стресс при преодолении электрического барьера. Его организм перенес такую пытку в первый раз, потому что ее сила нарастала постепенно. При возвращении все будет совсем иначе.

Он старался планировать свои последующие действия методично только так он мог сохранить здравый рассудок. Наконец он решил, что еще час будет двигаться вперед. Но, бросив взгляд на ручные часы, обнаружил, что они остановились. Ладно, если он ничего не найдет, то вернется и все-таки рискнет преодолеть барьер.

Примерно через десять минут перед ним открылась смутно знакомая местность. Сойдя с «Ленты», он замер в изумлении.

Каким-то непонятным способом «Лента» сделала двойной оборот и вернула его к месту старта!

Справа от него располагалась грубо сколоченная дощатая площадка обозрения, зеленая кровля над ней исчезла. Палатки пустовали, да и вообще вокруг не было ни души – ни туристов, ни продавцов.

Пока Джонсон стоял так в ошеломлении, он вдруг почувствовал, что тело у него постепенно немеет. Он взглянул на руки – они начали синеть от холода. Не веря самому себе, он понял, что на Марлок пришла зима. Но ведь когда он ступил на «Ленту», там стояла весна!..

***

– О Господи, вот это да! – воскликнул клерк. – В такую холодину без пальто и шляпы! Там, должно быть, ниже тридцати!

Джонсон не смог ему сразу ответить. К счастью, он вспомнил, где находится отель, но бежать ему пришлось больше мили. Сейчас, тяжело дыша и вдыхая обожженными морозом легкими большие порции воздуха, он принялся сильно топать ногами и хлопать себя по бокам онемевшими руками.

– Идите сюда, погрейтесь, – сказал клерк, подводя его к радиатору водяного отопления.

Джонсон не стал противиться. Он впитывал тепло, пока по спине не побежали мурашки. Только когда холод покинул тело, сменившись сонливостью и вялостью, он обратил внимание на клерка.

– Вы когда-нибудь раньше меня видели – спросил он.

Клерк покачал головой.

– Насколько я помню, нет.

Что ж, все остальные вопросы подождут до завтра, решил Джонсон. Он чувствовал себя смертельно усталым, так что ему требовалось поспать.

– Зарегистрируйте меня, пожалуйста, – попросил он.

Оказавшись в номере, он пересчитал деньги. Сто пятьдесят четыре кредита. Достаточно, чтобы купить зимнюю одежду и заплатить за неделю проживания в отеле. Может, даже за две недели. Но что он будет делать, если не сумеет за это время узнать, кто он такой..

На следующий день Джонсон отправился за теплыми вещами. Единственный в городе магазин, принадлежавший крупной «Межпланетной компании», находился, как он помнил, меньше чем в квартале от отеля.

Джонсон подождал, пока продавец закончит обслуживать двух туземцев с мохнатыми ушами, и сделал свой заказ. Расплачиваясь за покупки, он спросил

– Вы видели меня когда-нибудь раньше

Продавец с сомнением окинул его взглядом, переступил с ноги на ногу и только потом ответил

– А должен был

Джонсон не стал продолжать этот разговор.

– Где я могу найти управляющего – только спросил он у продавца, который помог ему надеть теплое пальто.

– Поднимитесь вот по этой лестнице, – ответил тот. – Он у себя в офисе.

***

Управляющий был уже старым человеком. Старым и таким черным, какими бывают только негры, рожденные на Земле. Но взгляд у него оставался по-юношески живым.

Подняв глаза, он увидел стоящего в дверях Джонсона и сказал ему

– Проходите, садитесь.

Джонсон прошел вперед и сел слева от него.

– Со мной произошел несчастный случай, и я потерял память, – без предисловий сказал он. – Вы, случайно, не знаете, кто я

– Никогда вас раньше не видел, – ответил управляющий. – А как вас зовут

– Дон Джонсон.

– Что ж, значит, что-то вы все-таки помните, – сделал логический вывод старик. – Если вам это чем-то поможет, вы сюда не прибывали в последние шесть месяцев. За это время здесь побывали только два космических корабля. Оба принадлежат «Компании». Я встречаю все корабли «Компании». Если вы прибыли сюда во время туристического сезона, этого я могу и не знать.

– А у кого еще я могу это узнать

– Сынок, – дружелюбно отозвался старик, – на Марлоке, насколько мне известно, всего три землянина, не считая, конечно, тебя клерк в отеле, мой продавец в магазине и я сам. Если ты начал задавать вопросы в отеле, то добрался уже до конца очереди.

Что-то в лице Джонсона заставило старика продолжить разговор.

– Как у тебя с деньгами, сынок

Джонсон издал глубокий вздох.

– Недели на две хватит.

Управляющий задумался, внимательно разглядывая потолок.

– Я всегда считал, что мы, земляне, должны жить дружно, – наконец продолжил он. – Если тебе нужна работа, я подберу тебе что-нибудь и включу в платежную ведомость.

Через двадцать минут Джонсон получил работу. Через двадцать лет он все еще работал на «Компанию». До тех пор пока…

***

Джонсон с радостью отметил, что первый приступ страха не перешел в панику. Наоборот, он словно освежил его организм, обострил рефлексы и подготовил мышцы к действию.