Крепость на семи ветрах

Бух!

Шипение… это ещё что?

Белый дым?

Принюхиваюсь…

Это не дым! Углекислотные огнетушители! Пары углекислоты поднимаются откуда-то снизу, ограничивая видимость. Тоже неплохой ход… но как они сами-то собираются в атаку идти? Мало того, что не видно ни хрена, так и дышать же чем-то нужно! А ИДПшек[1] у них тут нет. Что-то похожее имеется только на военных кораблях – так и там это достаточно громоздкое оборудование. Здесь оно попросту не нужно.

Слитный топот ног! Удушающий кашель – и в клубах паров появляются неясные фигуры. У нас преимущество – бросать гранаты на мостик никто не станет. Можно ненароком уничтожить всё оборудование – и как тогда управлять кораблём?

Но стрелять вдоль коридора им никто не запрещает.

Мы открываем огонь почти одновременно…

Вихрь стали проносится у меня над головой. Гудит бедная дверь, летят щепки от тумбочки. Что-то ощутимо толкает меня в плечо – ответная очередь частью уходит «в молоко».

Но и без того уже вполне достаточно – перед дверью лежат несколько тел. Не слышно больше надсадного кашля, и никакие фигуры не появляются более в клубах паров.

Меняем магазин, этот пуст…

Внизу слышны отрывистые выкрики, но я ничего не могу разобрать.

Взмах руки – граната исчезает за ограждением мостика. Гулко бахает разрыв – это уже наша, «Ф-1», с местными хлопушками её не спутать.

Так, а что там с плечом?

Вскользь прошло, хлюпает под бронежилетом кровь. Повезло! Ещё бы сантиметром ниже – там, где тыльная пластина уже не гарантирует надёжной защиты…

Стрельба у мостика стихает, передышка.

Но по-прежнему сухо бьют «метлы» на корме. Уже не длинными очередями, экономят боезапас?

- Здесь первый. Обстановка!

- Второй – ранен ещё и в ногу. Позицию держу. Шесть гранат, пять магазинов. Разжился боеприпасами у радиста.

- Третий – ранен. Осталось две гранаты. Четыре магазина.

- Четвёртый – цел. Три гранаты, пять магазинов.

- Пятый – ранен. Гранат нет. Четыре магазина.

- Шестой – цел. Одна граната и пять магазинов.

- Первый – две гранаты, шесть магазинов.

М-м-да… ещё парочка таких атак… и перейдём на пистолеты.

- Второй – приготовить радиоаппаратуру к подрыву.

- Принял второй.

- Первый – Вышке!

- На связи!

- Вы там не особо усердствуйте – связист пообещал кое-кому что-то оторвать, если рация поломана будет!

- Не вопрос – пусть приходит и отрывает, мы подвинемся…

- Сейчас будем! Что у вас на носу?

- Бак… ну, скажем так – мы туда никого не пускаем. Стараемся, во всяком случае. Но через борт лезть не советую – подстрелят.

- То есть – никого из вас там нет?

- На мостике все. Там – никого.

Так, стало быть, они на подходе и готовят какую-то каверзу.

- Второй – отставить подрыв.

- Есть, отставить.

Минута, другая – пока всё тихо. Почему не стреляет противник?

Момент… а как много они стреляли вообще?

Много. В иных местах краска содрана почти до металла. Так у них, что – перезарядка? Стоп… а есть ли перезаряжающая машина на борту? Для скорострелок – точно есть. А для «метел»?

Не факт! На нашем корабле её точно не было. Ну, положим, корабль кораблю – рознь. Тут многое от капитана зависит. Машинку эту надобно обслуживать, чинить, заправлять… и всё это требует денег! И если со скорострелками всё понятно – тут никуда не денешься, то вот необходимость перезарядки личной стрелковки возникает далеко не каждый день. Это всегда можно сделать и в порту – для этого там имеются все условия. В конце концов – команды транспортников не ходят на абордаж! А шансов на успешное бодание с военным кораблём – у них, даже в теории, никаких нет.

- Здесь Вышка! Зажмурились все!

- Здесь первый! Зажмурились!

Но даже через закрытые веки ударяет по глазам вспышка.

Мать-мать-мать… совсем у людей никакой совести нет…

- Не дергайтесь, товарищ капитан. Не мешайте!

Медикам чинопочитание по фигу – они работают. Левое плечо мне распахало почти до поясницы, так что слой бинтов получился очень даже нехилым. Хорошо, что хоть поверху прошло – мышцы целы. Вот крови, правда, натекло…

Впрочем, я ещё являю собой счастливое исключение – ребятам прилетело серьёзнее.

Второй – так вообще отключился, как только услышал у двери мой голос. Пришлось её ломать. Сам он даже встать самостоятельно не мог. А из оставшихся гранат боец скрутил нехилую связку – такой даже и борт можно проломить. Не то что радиостанцию подорвать! Так вот на ней и лежал – бросить её он попросту бы не смог.

Словом, самостоятельно до катера доковыляли только трое, включая и меня.

Двоим – вообще повезло! Броники, при взгляде на них, вызывали чувство искреннего изумления – как, тут ещё что-то уцелело? Сплошные лохмотья – но ни одного пробития! Ну, всякие там «мелкие» царапины и ссадины – не в счёт.

На корабле перевозили ещё и сотню солдат – они должны были усилить оборону островов. Вот, кто нас атаковал…

А их командир, чтоб ему на том свете бы икалось, пустил по кораблю парный патруль. На такой фортель никто вообще не рассчитывал – подобной практики обычно не водилось нигде. Вот, именно эта парочка и засекла какое-то подозрительное движение на палубе. Один помчался поднимать своих сотоварищей, а второй, который должен был только наблюдать, не поднимая шума, сдуру пальнул по мелькнувшей тени. В ответ ему тотчас же прилетело из бесшумки, но своё дело он уже сделал…

И заряжающей машины у них, действительно, не имелось. Это же не самостоятельная штурмовая команда – охранники! Всё, что им положено – имеется на месте. А в море им воевать не с кем.

Откуда, кстати, и придумка с огнетушителями. Таким вот макаром они иногда усмиряли бунты в тоннелях и трюмах кораблей – там это действовало очень даже успешно. Пресловутый стереотип человеческого мышления… Работало там – сработает и здесь.

Не вышло – на такое нестандартное поведение противника они не рассчитывали. Одно дело, разгонять безоружных бунтовщиков, и совсем другой расклад – налететь на хорошо вооружённого и крайне неприятного персонажа. Да и с боезапасом, как я и полагал, вышел затык.

Наиболее серьёзные потери они понесли от огня носовой скорострелки – она выкашивала коридор почти на полсотни метров вглубь. А поскольку все солдаты были размещены в кубриках, выходивших в упомянутый коридор … им конкретно не повезло. Ибо все, кто выскакивал оттуда по тревоге, так и не успев ничего понять, попадали под бушевавший за дверью стальной вихрь. Переборки, способные противостоять давлению воды, оказались плохой защитой от двадцатимиллиметрового калибра.

Ну и гранаты… от них тоже досталось «на орехи» очень многим.

Стало также понятно, почему никто сначала не рванул в радиорубку. Без указания капитана или вахтенного офицера, радист мог – и обязан был - послать кого угодно пешим прогулочным маршрутом. Попытки же пробиться хоть к одному, хоть к другому оказались безуспешными.

Ворвавшиеся на палубу морпехи без особого труда подавили слабое сопротивление разрозненных групп охранников. Тем ещё и по глазам прилетело основательно, да и «Факелы»[2], которые разбрасывались штурмующими, нимало не способствовали поднятию боевого духа.

В плен взяли двадцать шесть человек, ещё около трех десятков стащили в пару кубриков – передвигаться самостоятельно они не могли. А так – им приставили пару человек, из их же, кстати, числа, которые должны были за ними ухаживать, да выставили охрану, пресекавшую любые попытки кого бы то ни было выбраться в коридор. Пленных же загнали в трюм нашего корабля. Там, как выяснилось, имелся соответствующий, хорошо огороженный, закуток.

Капитан корабля, кстати, при штурме не пострадал. Хватило ума не выглядывать из каюты – по коридору вовсю летали всякие неприятные штуки.

Так что теперь он подробно отвечал на все вопросы Слона. Потел, волновался – но ответы давал вполне исчерпывающие.

Основной груз корабля состоял из продовольствия – у нашего зампотыла теперь имелись основания для того, чтобы облегчённо вздохнуть. Различные запчасти – именно их, как и оказалось, разместили на кормовой палубе.

Повреждения мостика были не настолько серьёзными, чтобы корабль не смог бы самостоятельно следовать по нужному курсу. На него перешла трофейная команда, во главе с главстаршиной Федотовым, и трофей тотчас же повернул в нужном направлении. Под бдительным оком подполковника радист, который уже вполне успел к тому времени очухаться, отстучал текст радиограммы, после чего его препроводили в отдельную каюту, где и заперли. А на дежурство у передатчика уселся наш человек.

[1] Индивидуальный дыхательный прибор.

[2] Светозвуковая граната, выстреливающая несколько мини-гранат аналогичного воздействия. Накрывает относительно большой участок местности.

Глава 4

Москва.

Кабинет главы государства.

- То есть, вы хотите сказать, что вся операция на Данте пошла вообще непредвиденным путём? – поднял взгляд от бумаг Президент.

- Да, - кивнул министр обороны. – Такого развития событий не мог предусмотреть никто. Но в этом есть, пожалуй, и определённые плюсы.

- Например?

- Перешедший оттуда корабль по самый клотик забит крайне интересными вещами.

- По самый… что?

- Простите… Загружен до верхушки мачты.

- Понятно. И что же там такого имеется?

- Станки, энергоустановки, генераторы поля, материалы по их созданию. Вон, наш главный академик туда просто с головою нырнул – и назад вылезать пока не собирается.

- Да, - согласился глава государства, - я прочитал его отчёт. Если оттуда убрать восторженные эпитеты, то его можно безболезненно сократить почти наполовину.

- Подождите, вот он во всём разберётся – так, целую книгу сразу же напишет…

- Ну, книга, это, конечно, хорошо – а нам-то сейчас что делать?

- Два судна снабжения туда мы отправили – согласно ранее утверждённому графику. Но сейчас, проанализировав доклад начальника экспедиции, я склонен пересмотреть планы поставки. И сделать упор на авиацию и, возможно, подводные лодки.

- Почему?

- Потому, что это пока единственное, в чём мы безоговорочно превосходим вайнов. Если удастся нанести удар по верфям…

- Но это, к сожалению, ничуть не уменьшит того количества кораблей, которые уже сейчас бороздят наш океан. Какова обстановка на сегодняшний день?

Министр помрачнел, перевернул несколько страниц в своей папке.

- Тут поводов для веселья не просматривается. Только за последний месяц отмечено порядка двадцати случаев «таинственного» исчезновения как торговых судов, так и военных кораблей.

- А конкретнее?

- Флот США – потеряна связь с двумя патрульными кораблями, одним судном береговой охраны и тремя торговыми судами. Соединённое королевство: бесследно исчез новейший фрегат УРО[1], два вспомогательных судна военно-морского флота и два корабля, перевозивших военное снаряжение. Похоже, что вайны взяли курс на целенаправленное уничтожение британского военного флота.

- Из воды удалось поднять двух моряков и одного офицера, - вставил реплику глава ФСБ. - Они сообщили крайне неприятные новости. Вайны расстреляли в воде всех уцелевших, охота за ними продолжалась около получаса. Эти сведения, по вполне понятным причинам, не стали достоянием общественности. Там вообще сейчас тихая паника, англичане реально в растерянности. Такого не было ещё никогда!

- МИД? – Президент – повернулся в сторону доселе молчавшего министра иностранных дел.

- У нас пока всё по-прежнему. Происходит осторожный зондаж на предмет оказания помощи с нашей стороны. Но – нервничают. И поэтому допускают непростительные промахи – раньше такого не было.

- Переживут! – отрезал хозяин кабинета. – Военной поддержки они от нас точно не получат. А высказать сожаление…

- Это-то мы завсегда! – кивнул глава МИДа. – Язык без костей, ещё и не такое выдержит.

- США?

- Тут интереснее. Направляют к нам официальную военную делегацию. Предмет обсуждения ясен пока не до конца, но полномочия у них впечатляющие. Опять просят пушки – готовы купить сразу сто штук.

- Где мы им столько отыщем-то? – удивился глава министерства обороны. – У самих столько нет… в смысле – свободных нет. Три десятка батарей береговой обороны без стволов стоят!