Анархия

– Для кухонного генератора. Проводка совсем износилась. Греется. Кое-где изоляция обуглилась. Если всерьез коротнет и генератор накроется, кухня и столовая останутся без электричества.

– За проводами надо идти в город, – сказал стоявший рядом со мной Кит.

Я нахмурился.

– Знаю. – Барроу сконфуженно посмотрел на меня. – Хочешь, чтобы я собрал отряд? Я тоже могу пойти.

– Нет, это лишнее, – возразил я, поймав улыбку Дакса. – Завтра мы туда сами сходим.

Для походов в город лучшим временем был день, даже если в светлое время нас было лучше видно. В темноте город становился невероятно опасным, поскольку тогда он безраздельно принадлежал Зверям. Это была их территория, и они умели ее защищать.

– Хорошо, – кивнул мне Барроу. – Выспитесь хорошенько, ребята. Желаю благополучного возвращения.

– Ты же знаешь: прежде чем Звери до нас доберутся, их там немало поляжет, – беззаботно произнес Дакс, улыбнувшись Барроу и хлопнув его по плечу.

Барроу тоже улыбнулся, ценя энтузиазм моего друга. Он и сам иногда участвовал в налетах, но не так часто, как раньше. Виной всему был один случай в Кримсоне. Тогда все пошло наперекосяк. Барроу тяжело ранили в левое колено, после чего он уже не мог двигаться с прежней скоростью. А скорость в налете – решающее условие. Барроу молчал, но я знал, какие душевные муки терзают его всякий раз, когда мы куда-нибудь уходим, а он вынужден оставаться в лагере. Ведь это он обучал нас премудростям налетов.

– Да-да, непобедимая троица, – подхватил Барроу, подыгрывая Даксу. – Тогда до встречи.

– Рад тебя видеть, Барроу, – сдержанно добавил Кит, улыбнувшись ему настолько, насколько умел улыбаться.

Барроу вернулся к себе. Мы пошли дальше и очень скоро достигли своих жилищ, стоявших практически рядом.

– Ну что, завтра выходим около девяти? – спросил я друзей.

Кит кивнул, выцарапывая грязь из-под ногтя:

– Меня устраивает.

– Сладких снов, парни. Хейден, я рад, что это приключение на твою задницу имело счастливый конец, – бросил нам Дакс и скрылся внутри своей лачуги.

Кит громко усмехнулся. Мы были дома, и случившееся с нами воспринималось легче.

– Я тоже рад.

Впервые за все это время я по-настоящему улыбнулся и даже засмеялся. Казалось, последний раз я это делал века назад. Пожелав друг другу спокойной ночи, мы разошлись по своим хижинам – выспаться перед утренней вылазкой, как назывались у нас визиты в город. Обычно налеты и вылазки не совершались два дня подряд, но провода для генераторов были слишком важным делом. Такое не отложишь на потом. Если кухня останется без электричества, мы останемся без еды.

Я стянул рубашку через голову, заодно сорвав и косынку. Волосы лезли в глаза, пока я развязывал шнурки. Вслед за ботинками на пол упали джинсы, а я шумно повалился на кровать. Скрипнул матрас. Заснул я сразу, едва голова соприкоснулась с подушкой. После напряженного дня меня буквально вырубило.

Казалось, я проспал считаные секунды. Меня бесцеремонно разбудил громкий стук в дверь.

– Хейден, дружище, пора в путь! – выкрикнул Дакс.

– Да, вытряхивайся из кровати, ленивец, – добавил Кит.

Меня удивил непривычно веселый голос Кита. Тяжело вздохнув, я уткнулся лицом в подушку и рывком вскочил:

– Слышу, уже разбудили. Сейчас оденусь и вылезу.

Не слишком раздумывая, я надел поднятые с пола джинсы. Затем настал черед темно-синей фланелевой рубашки. Косынка снова стянула мне волосы, чтобы не мешали зашнуровывать ботинки. Завершив одевание, я прошел в пристроечку к хижине, которая служила мне ванной. Там я наклонился над самодельной раковиной и торопливо умылся.

Положение лагерного командира давало мне некоторые привилегии. Я был одним из немногих, кто имел ванную при доме. Раковиной служило ведро. Роль душа исполнял подвешенный мешок с дырочками и бак, куда предварительно наливалась вода. Умельцы вроде Дакса соорудили подобие канализационной системы, с дыркой в полу для слива воды. У меня даже был смывной туалет с системой удаления отходов моей жизнедеятельности за пределы лагеря, тогда как подавляющее большинство обитателей лагеря пользовалось общими туалетами. Мне повезло: у меня было то, чего не имели очень и очень многие.

Я распахнул дверь. Внутрь хлынул яркий солнечный свет. Кит и Дакс остались снаружи. Облик Кита вполне соответствовал его сегодняшнему голосу: он был взбудоражен вылазкой в город. Чудеса, да и только.

– С добрым утром и прекрасной погодой. – Дакс протянул мне пистолет и рюкзак. – Захватили твои вещички, чтобы понапрасну времени не терять.

– А где мой…

Лезвие пружинного ножа мелькнуло в нескольких дюймах от моего лица. Я невольно отпрянул. Дакс заулыбался во весь рот, довольный эффектом своей шутки. Я хмуро покосился на него, забрал нож и спрятал лезвие внутрь рукоятки.

– Спасибо.

– Двинули. Я хочу успеть к ланчу, – взволнованно сообщил Дакс. – Сегодня Мейзи готовит потрясающую курятину.

– Ладно, идем, – пробормотал я.

Я надел рюкзак. Пистолет запихнул за пояс, где обычно держу его. По сравнению со вчерашним вечером рюкзак заметно потяжелел. Ничего удивительного. Мы направлялись в город, и потому нам требовалось больше патронов и других необходимых вещей. Утро выдалось ясным и солнечным. Быстрым целеустремленным шагом людей, знающих, куда и зачем идут, мы вышли за пределы лагеря.

В лагере было несколько автомобилей. Иногда мы ездили на каком-нибудь из них. Но сегодня у нас не было с собой тяжелого груза, и мы предпочли поберечь драгоценный бензин. Довольно скоро мы достигли леса, но избрали иное направление, нежели вчера. Город находился не намного дальше Грейстоуна, и путь туда не был слишком уж долгим.

За деревьями проступали городские развалины. С каждым походом в город мы замечали, как ветшают и осыпаются убогие серые здания. Бетонные стены изобиловали трещинами, в которых зеленела трава. Некогда большой и шумный город все больше превращался в руины. По улицам мы двигались осторожно, крадучись. Наши глаза постоянно обшаривали переулки и дома – не мелькнут ли тени потенциальных противников.

Пройдя совсем немного, мы набрели на раскуроченный автобус – идеальное место, где полным-полно разных проводов. Я молча кивнул Даксу. Глаза у него вспыхнули в предвкушении добычи. Дакс у нас знаток техники – ему и решать, какие провода лучше всего позаимствовать в этом автобусе. Держа пистолеты на расстоянии вытянутой руки, мы двинулись к автобусу, стараясь не задерживать взгляд ни на чем.

Дверь в салон была открыта настежь. Бесшумно подобравшись к ней, я медленно вошел и внимательно огляделся. Все это время я держал пистолет перед собой на случай, если понадобится стрелять. Однако внутри было пусто. Тогда я запрокинул голову, подавая знак Даксу входить и приниматься за работу. Кит остался в проеме, встав к нам спиной и осматривая окрестности.

– Начинай, Дакс, – тихо сказал я.

Он скинул рюкзак, присел на корточки и стал вынимать инструменты, необходимые для вскрытия приборной панели. Корпус отделился с громким скрежетом. Я даже подскочил – нервы были напряжены до предела. Дакс работал быстро: что-то выкручивал, а что-то просто вырезал.

И вдруг снаружи лязгнуло. Звук был знакомым: где-то неподалеку от нас хлопнул выстрел.

– Дерьмо! – выругался Кит.

Его руки напряглись, а сам он повернулся в направлении звука. Дакс тоже выругался. Он сидел на полу, запихивая добытые провода и инструменты в рюкзак.

– Я закончил. Давайте выбираться, – сказал Дакс, надевая рюкзак. – Наверняка это был Зверь. Теперь еще и сюда сунутся.

– Ложись! – неожиданно прошипел Кит.

Он проворно влез в водительскую кабину и пригнулся к самому полу. Я последовал его примеру, но не распластался на полу, а чуть высунул голову, пытаясь увидеть через лобовое стекло то, что насторожило Кита.

– Десять часов, – прошептал Кит.

Я повернул голову. Так и есть! Меж городских развалин двигалась четверка налетчиков, держа пистолеты наготове и озираясь по сторонам. Один прихрамывал. Вид у всех был настороженный.

– Бьюсь об заклад, они наткнулись на Зверей, – сказал Дакс.

Поднявшись с пола, он оказался рядом со мной. Мы следили за налетчиками. Их внимание было поглощено прозвучавшим выстрелом. Нас они не видели. Налетчики двигались гуськом. Первыми шли двое мужчин средних лет. За ними – парень лет двадцати пяти. Замыкала цепочку светловолосая девчонка с потрясающими зелеными глазами. Не далее как вчерашним вечером ее пистолет был нацелен мне в грудь.

Девчонка из Грейстоуна.

У меня отвисла челюсть. Я следил за движениями налетчицы. Тело у нее было сильным. Чувствовалось, она прошла хорошую выучку и умела двигаться бесшумно. Рядом со мной шевельнулся Кит, подняв пистолет. Дакс с другой стороны от меня сделал то же самое.

– Я ухлопаю первых двоих, если вы возьмете на себя остальных, – пробормотал Кит, прицеливаясь в одного из налетчиков.

– Принято, – отозвался Дакс.

Это было общепринятым правилом: если во время налета наткнулся на противников, убивай всех без разбору. Чем меньше налетчиков останется в других лагерях, тем лучше. У меня заколотилось сердце при мысли, что сейчас кто-то убьет девчонку, которая вчера спасла мне жизнь.

– Погодите…

Грянул выстрел. Стены окрестных развалин отразили звук пули. Первый налетчик упал. Я оглянулся по сторонам: на лицах Кита и Дакса было изумление. Ребята не стреляли. Но один из четырех налетчиков был убит.

Едва я повернулся к лобовому стеклу, как прозвучал новый выстрел. Пуля отскочила от бетонной стены совсем рядом с парнем. Он толкнул девчонку на землю, выводя с линии огня. Второй взрослый налетчик рванулся вперед и скрылся в проеме между двумя домами. Парень, оказавшийся на земле вместе с девчонкой, вскочил и бросился следом. Но блондинка удивила меня сильнее всего. Она помчалась догонять спутников, даже не оглянувшись на убитого. Изрядная лужа крови вокруг него не оставляла сомнений, что он мертв.

Девчонка бежала очень быстро, ритмично двигая руками. Встречный ветер откидывал ее волосы назад. Мы молча следили за нею. И тут, черт знает откуда, раздался еще один выстрел. Девчонка почти мгновенно шлепнулась на землю, с размаху ударившись о бетонную поверхность. Пуля угодила ей в ногу. Но налетчица почти сразу же попыталась вскочить, и… ее лицо болезненно сморщилось. Раненая нога подогнулась. Малейшая попытка встать давалась тяжело.

Девчонка снова оказалась на земле и поползла к опрокинутой машине, рассчитывая скрыться от выстрелов. Очередная пуля просвистела в каком-то футе от ее головы и ударила в землю. Мое сердце тревожно колотилось. Я ждал, что кто-то из ее спутников вернется за ней, однако никто не появлялся. Ее бросили на улице, раненую и совершенно беззащитную. Легкую добычу для стрелявших. Еще немного, и эти твари непременно появятся.

Мое тело отреагировало раньше, чем я успел подумать. Я выпрыгнул из автобуса. Ошеломленные Кит с Даксом сердито окликали меня, но я не останавливаясь бежал к раненой девчонке. Главное – успеть добраться до нее раньше стрелявших. Я перепрыгнул через груду обломков, ловко приземлился с другой стороны и понесся дальше.

– Эй! – крикнул я, протягивая девчонке руку.

Она ошеломленно пялилась на меня, разинув рот. Наши глаза встретились, и ее рот открылся еще шире.

– Что за…

– Сваливаем отсюда! – перебил я ее.

Я потянул ее за руку, помогая встать. Мимо нас просвистела очередная пуля. Девчонка без возражений обхватила мою талию. Опираясь на меня, она могла хоть как-то передвигаться. Вытащив пистолет, я обернулся и выстрелил туда, откуда примчалась пуля. Будем надеяться, это охладит пыл и удержит от новых выстрелов тех, кто пытался ее убить.

Точнее, убить нас.

Глава 4. Ответственность

Грейс

Я попыталась встать на раненую ногу, но та откликнулась волной жгучей боли. Поврежденные мышцы бедра не держали вес тела. Боль стягивала на себя все внимание. Не будь ее, ситуация, в какой я оказалась, вызвала бы оторопь и настороженность. Вчерашний налетчик – он появился из ниоткуда. Парень, которому вчера я целилась в грудь. Сейчас он мог бы легко меня прикончить. Так диктовали правила. Но вместо этого он протянул мне руку и помог встать. Его рука обвила мои плечи, не давая упасть. Я ковыляла с максимальной скоростью, возможной при раненой ноге, стараясь убраться подальше от источника стрельбы.

Я скрипела зубами, злясь на себя за это ранение. Мы наткнулись на Зверя и убили его. Похоже, поблизости прятался кто-то из его дружков. Этот невидимый стрелок уложил одного из наших. Я даже проверять не стала; интуиция подсказывала, что выстрел был смертельным. Он отправился в мир иной, а недоразумение, именуемое моим старшим братом, удрало без оглядки. Вот так. Джоуна вместе еще с одним типом решили спасать свои шкуры, а меня бросили подыхать среди развороченных городских улиц. Я кипела от злости.

Теперь я ковыляла на нетвердых ногах, то и дело обо что-то спотыкаясь. Я бы уже двадцать раз упала, если бы не этот странный парень. Впрочем, в нем было больше от мужчины, чем от парня: крепкие мускулистые руки, волевой подбородок и уверенность, проявляющаяся лишь у тех, кто занимает достаточно важное положение. Рассматривать его я не решалась, опасаясь, что снова споткнусь и мы оба упадем.

Он дышал ровно, без напряжения. А ведь он практически тащил меня на себе. Двигались мы молча. В одном месте он снова обернулся и выстрелил, сдерживая того или тех, кто меня ранил. Парень тащил меня к автобусу – первому надежному барьеру между нами и невидимыми стрелками. К боли в ноге добавилось головокружение, но я велела себе оставаться сильной. Я не знала, как он поступит со мной, едва мы покинем линию огня.

Автобус был уже совсем рядом. Когда мы очутились по другую сторону, я почувствовала громадное облегчение. Я прислонилась к автобусу, сняв руку с талии парня и сбросив его руку со своих плеч. Теперь можно и отдышаться. Мой затылок уперся в металлическую стенку автобуса. Я закрыла глаза и попыталась совладать с болью. Передышка оказалась слишком краткой. Открыв глаза, я увидела перед собой троих парней. Двое держали меня под прицелом пистолетов.

С одной здоровой ногой я не могла отойти от автобуса, но сумела поднять руки. В числе троих находился и мой сегодняшний спаситель, которого я вчера пощадила. Его пистолет был опущен, но меня захлестнуло новой волной злости. Получалось, он спас меня от неизвестного стрелка, чтобы привести на расправу к своим друзьям.

– И что за игру ты затеял? – спросил один из парней, обращаясь к моему спасителю.

Все трое смотрели на меня с недоверием, хотя у его вооруженных друзей это проявлялось сильнее. Почему? Сама не знаю. Может, потому, что у них в руках были пистолеты, а у меня нога стала мокрой от крови. При всем желании я не могла оказать им сопротивления.

– Опустите пистолеты! – велел мой спаситель, сердито поглядев на парней.

В его голосе безошибочно ощущалась властность. Парни подчинились, но с явной неохотой. Я наградила их таким же жестким, сердитым взглядом, сосредоточившись на том, кто задал вопрос про игру. У него были светло-каштановые волосы, темно-карие глаза и, пожалуй, даже симпатичное лицо, если бы не угрюмая гримаса. Через несколько секунд очертания его лица начали размываться. Причины я знала: неутихающая боль в ноге и потеря крови.

Парень с угрюмой гримасой безотрывно смотрел на меня. Второй повернулся к моему спасителю и что-то ему прошипел. Я едва улавливала слова.

– Ну хорошо, ты совершил великий подвиг и спас ее, – говорил он, поглядывая на меня через плечо. – Теперь надо убираться отсюда.

Его лицо не выражало столь откровенную ненависть, как лицо первого, но и он был не в восторге от моего появления. Мой спаситель (как я поняла, их командир) посмотрел на меня. Зеленые глаза прищурились, переместившись с моего лица на раненую ногу.

– Если мы оставим ее здесь, она умрет от потери крови, – сказал зеленоглазый.

Я знала: он говорит правду. Пуля не задела кровеносную артерию, но повреждения тканей вполне хватало, чтобы я истекла кровью.

– Разумеется, – отозвался сердитый. – Одной заботой меньше.

– Нет, – возразил мой спаситель. – Мы возьмем ее с собой.

– Что-о? – хором прошипели его друзья.

– Хейден, ты вконец спятил, – сказал второй, отчаянно мотая головой.

Хейден. Теперь я знала имя того, кто меня спас.

– Пристрелить ее, и точка, – заявил сердитый, вновь зыркнув на меня. – Все равно сдохнет от своей ноги.

– Мы ее спасем, – твердо сказал Хейден, вызывающе посмотрев на друзей. – Эта девчонка вчера позволила мне унести ноги из Грейстоуна.

Парни растерянно моргали. До них начинало доходить. Они снова повернулись ко мне:

– Та самая девчонка, которая тебя поймала и отпустила?

Хейден кивнул. Он сомкнул губы и сдвинул брови, внимательно разглядывая меня.

– Тогда, приятель, ты с ней и возись, – сказал сердитый. – Я за нее не отвечаю.

– Заткнись, Кит, – с упреком пробормотал Хейден.

Он надел рюкзак, качнув широкими плечами, и подтянул лямки. Его движения были легкими и гибкими. Убедившись, что рюкзак не вихляет, он шагнул ко мне и остановился в паре шагов.

– Кто ты? – спросил он.

Я молча смотрела, стискивая зубы и пытаясь скрыть нестерпимую боль. Хейден досадливо выдохнул и сказал: