Билл, Герой Галактики, на планете десяти тысяч баров

- Рядовой Билл, ты слышишь меня? Отвечай! Билл понял, отчего все окрашено в цвет пива - он вырубился в баре космопорта. Здесь царил приятный полумрак и было очень уютно. Вот только глаза болели, а все оттого, что он упал лицом на два бокала с пивом. Билл ухватил бокалы и с громким чмокающим звуком оторвал их от глаз, повел вокруг туманным взором. Посетителей было немного, и двое уже вовсю храпели в какой-то алкогольной луже, в лучших армейских традициях Штурмовиков.

- Это кто? - спросил Билл.

- Посмотри на свой наручный подпространственный передатчик, идиот! - заверещал настойчивый голос у его запястья.

Билл тупо уставился на прибор и наконец рассмотрел на экранчике негодующее лицо Инсуфледора.

- Слушай, Билл. Может, оно и к лучшему, что ты не сумел вытащить Брендокса. Мы решили, что алкогольное прикрытие будешь обеспечивать сам. Таланта тебе не занимать.

Билл попытался что-нибудь ответить, но в голову ударило, и он смог только икнуть.

- Прекрасно. Заметно, что ты усердно готовишься. Однако ситуация такова, что тебе потребуется напарник. Это наш лучший агент. Его зовут Эллиот Метадрин. Сейчас он находится рядом с тобой. Поздоровайся с напарником, Эллиот, постарайся с ним подружиться. Покажи ему, что значит добрый, честный императорский агент.

Человек, стоявший рядом с Биллом, повернулся и дружелюбно протянул руку.

- Ага! Рад познакомиться с вами, рядовой Билл. Отличное у нас задание, не так ли? Планета Баров! Думаю, там можно прилично повеселиться. Хо! Хо!

Билл нахмурился и захлопал глазами, пытаясь сосредоточиться. Что за черт? Вроде опять знакомый голос? Похоже, он где-то уже его слышал. А может, и не слышал. Билл затрепетал при одном только упоминании о планете Баров и содрогнулся от ужаса, вспомнив, как бежал с «Вельзебуба». И так, трепеща и содрогаясь, он неловко пожал руку незнакомцу.

Эллиот Метадрин, блондин с детскими голубыми глазами, был так аккуратно выбрит, такой был весь гладкий, что казалось, будто он по утрам бреется не меньше чем до пояса. Одет он был в отглаженный костюм с пристойным голубым галстуком - который очень подходил к его глазам - с золотой булавкой. Рядом лежал футляр для скрипки.

- Оч-шень, - выдавил Билл, язык слушался плохо.

- Ага. Ну и навтыкаем мы этим чинджерам, правда, Билл? - Эллиот Метадрин с энтузиазмом тряхнул головой. - Вот увидишь. Из нас выйдет отличная команда. Надеюсь, операция на мочке уха прошла без осложнений.

Только теперь Билл обратил внимание, что у него и впрямь болит мочка уха. А может, просто нервные окончания потихоньку выбирались из алкогольного тумана. Голова раскалывалась, в покрасневшем, распухшем ухе пульсировала боль. Билл заказал аспирин, порцию новокаина, вытрезвляющую пилюлю и пиво. Бросил таблетки и новокаин в бокал, тщательно все перемешал и одним духом выпил смесь.

- Яааарх! - вскрикнул Билл, когда коктейль взорвался в желудке, нервная система тревожно зазвенела.

Через минуту голова стала ясной, он был абсолютно трезв. И это его расстроило. Изображение начальника на браслете снова подало голос: - Из вас получится отличная пара, ребята. Мне пора заняться своими делами, так что постарайтесь подружиться. Все инструкции защиты у тебя в ухе, Билл. Если по ходу операции вам придется подстрелить парочку колпартийцев - тем лучше! Пока, конец связи.

- Класс! Мистер Дж. Эдгар Инсуфледор - лучший босс в мире!

- Купи мне чего-нибудь выпить, Эллиот. Да и себе тоже. Должны же мы познакомиться, а?

- Конечно. Бармен, моему другу нужно повторить…

- Новокаина побольше? - невозмутимо спросил бармен.

- Да нет, придурок. Я уже протрезвел, так что лучше выпить. Большую пива и стопку виски.

- А мне шипучку. С двойным сиропом!

- Погоди-ка! Это что же, меня посылают на планету Баров с трезвенником? Что же это за маскировка, святый Кришна?!

- Ох, да пью я, Билл. На деле меня считают вполне приличным алкашом.

- Алкоголиком, ты, наверное, хотел сказать. Так почему же ты не желаешь со мной выпить? Если два парня хотят получше узнать друг друга, они обязаны опрокинуть по паре стаканчиков.

Но только не шипучки.

- Ага. - Эллиот Метадрин торжественно склонил голову, словно Билл сказал что-то важное и мудрое. - О'кей, я выпью пива.

- Вот так-то оно лучше. Для начала я расскажу тебе всю свою жизнь. Родился я, значит. А когда подрос, один парень, Смертвич Дранг, завербовал меня. У него были вот такие клыки. - В ответ на вопросительный взгляд Билл щелкнул пальцем по зубам. Они отозвались нотой «ре». - Я прошел огонь и воду, выпил много пива, разбил несколько сердец и еще больше голов, ну и сучья жизнь! Иногда даже себя жалко. Наверное, скоро сдохну. Надеюсь, не раньше, чем мы выполним задание. А как ты жил?

- Класс! Вот это жизнь! Вот это опыт! Ну, ты крутой! Живой пример для всех нас. Ага!

Билл насторожился. Парень нес какую-то чушь. Но бармен отвлек его от подозрений, наполнив опустевший стакан. Билл хорошенько хлебнул и расслабился.

- Ну давай, теперь ты рассказывай, парень.

- Сейчас! - Паренек утер рукавом пену с губ. - Особенно рассказывать нечего, но я попробую.

Из рассказа Эллиота получалось, что он родился агентом. То есть на одной из Агент-планет, образовавшихся вокруг Солнца под названием «Агент-плюс». Эта солнечная система была колонизирована агентами секретных служб, офицерами правопорядка и государственными чиновниками еще в доимперскую эпоху, в один из мирных периодов в истории человечества. Оставшись без работы, работники правоохранительных органов эмигрировали на одну из уже заселенных планет, где обосновались расисты, либертарианцы и протофашисты, скрывавшиеся здесь от закона. Они установили свою систему законов и объявили незаконными все виды деятельности, кроме торговли оружием. И принялись изобретать новые законы, все более кровавые и жестокие. Когда на планету прибыли секретные агенты - сразу грянула настоящая война.

Местные преступники, отчаявшись, вынуждены были импортировать со своей Галактики бандитов, мафиози и торговцев наркотиками, чтобы как-то противостоять нашествию агентов. К великому удовольствию законодателей, один предприимчивый делец создал документальный телеканал для передачи прямых репортажей из А-мира по галактической системе телесвязи, который очень быстро вышел на первое место по популярности. Вскоре остальные планеты стали подражать А-миру, и тут - бах! Мирное существование в Галактике нарушилось.

Во время спасения всеобщего мира и была создана Империя, которая должна была бороться за мир во всем мире, любой ценой. Люди бросились воевать друг с другом, но в конце концов победила Империя. Но с наступлением мира генералы и адмиралы забеспокоились. Они с энтузиазмом подхватили первые слухи об угрозе нашествия чинджеров. Это были, конечно, пустые слухи, поскольку чинджеры даже не знали, что такое война. Но военных это никоим образом не смущало. Истерическая пропаганда сделала свое дело - война началась! Теперь генералы могли сражаться с врагами и награждать друг друга орденами и медалями.

Эллиот происходил из древнего рода агентов. Его предки сделали себе состояние на том, что, с одной стороны, боролись за установление сухого закона, а с другой - зарабатывали на подпольном производстве алкогольных напитков. (Вот почему Эллиот весьма толерантно относился к алкоголю.) Он прошел обучение в Агентурной академии, где стал классным специалистом по лазерному, бластерному и огнестрельному оружию, освоил десять боевых искусств и мог голыми руками сделать отбивную из любого противника. Он увлекался орнитологией, вязанием и собиранием священных комиксов (это было единственное разрешенное религиозное издание, выпускаемое индуистами).

Билл без особого интереса выслушал всю эту чепуху, попивая пиво и время от времени кивая. Они выпили еще по несколько кружек. Билл заметно обмяк, но Эллиот оставался все таким же свежим, несмотря на то, что напитки заметно крепчали.

Мужская дружба тоже заметно окрепла.

- О'кей. Подходящая биография, - подвел итоги Билл. - А теперь расскажи-ка анекдот.

- Ага; Анекдот? Зачем анекдот, рядовой Билл?

- Да так, что-то посмеяться хочется.

- Ага, ладно. Дай вспомнить. Вот, есть один. - Эллиот промочил горло. - Один парень почувствовал себя плохо и пошел к доктору. Доктор осмотрел его. Парень и спрашивает: «Что со мной, доктор?» - «Плохи твои дела, - отвечает доктор. - У тебя галактический СПИД, венусанский лишай и соларианская проказа». - «А что же делать?» - спросил бедолага. «Для начала я посажу тебя на диету: лепешки, пицца и печенье». - «Почему лепешки, пицца и печенье?» - «Больше ничего под дверь камеры не пролезет!» Билл грохнул. Потом хлопнул кружкой по столу и треснул Эллиота по спине.

- Отлично! Это круто! Мне понравилось. Настоящий армейский анекдот!

- Ага. Рад, что тебе понравилось, Билл.

- А что, если нам немного расслабиться перед операцией?

- А может, запросим инструкций у твоего прибора?

- Зачем? К чему напрашиваться на приказы, которые придется выполнять? Тебе еще надо многому учиться. Завтра с утра и приступим. Предлагаю закончить вечерок за стаканчиком виски, а попозже можно и в бардачок заглянуть, если еще будет открыто.

- Ага. Звучит заманчиво, Билл. А что такое бардачок? Да, подумал Билл, погружаясь в пьяный дурман, отличный парень. Туповат, но это ничего. Вот только что-то в нем не так… какой-то он скользкий… словно ящерица… чересчур прыткий.

Но в общем, подумалось ему, в остальном Эллиот Метадрин - парень что надо, можно с ним пить.

Глава 4

Эллиот и Билл прибыли на борт роскошного межзвездного крейсера под гордым названием «Старблутер». Билеты для них были заказаны заранее. Поскольку солдатам разрешалось путешествовать только третьим классом, Билл нацепил фальшивые лейтенантские лычки, которые ему выдал Эллиот. Это была простая маскировка на время перелета, но Билл сразу и всерьез заважничал. Он раздувал ноздри, бранил обслугу и даже разок побагровел - то есть подражал привычкам благородного офицерства в меру сил. Они были в глубоком космосе, и Билл наслаждался каждой секундой своего пребывания вне армии, когда по его душу явился террорист-убийца с таким жутким бластером, каких Билл еще не видывал.

Это случилось как раз в тот момент, когда Билл балансировал на краешке трамплина для прыжков в воду, в розовых с зеленым отливом плавках и с банкой пива в руке; он мучительно прикидывал расстояние до поверхности воды. Его живот с хорошо развитым прессом покраснел от многочисленных шлепков о воду. На этот раз Билл решил исполнить прыжок по всем правилам, чего бы ему это ни стоило, ценой собственной жизни, если угодно.

- Как ты думаешь, Эллиот, может, стоит немного отойти от края доски или нет?

Эллиот, развалившись в шезлонге, внимательно посмотрел на Билла, пытаясь разрешить задачу, попутно прихлебывая «Альдебаран Арахне».

- Я пытаюсь понять, куда ты полетишь, Билл. Ага, может, тебе лучше выбросить банку. Мне кажется, она нарушает равновесие.

- Согласен, - ответствовал Билл. Он допил пиво, смял банку и бросил ее Эллиоту. - Неплохая мысль. Кстати, Эллиот. Давно хотел тебя спросить… Почему ты все время говоришь «ага»?

Это уже стало раздражать Билла. И не потому, что он что-то имел против слова «ага». Нет, Биллу не нравилось, что это же самое «ага» часто употреблял Трудяга Бигер в лагере имени Леона Троцкого, который на поверку оказался замаскированным чинджером по имени Бгр и немало насолил Биллу. Для того чтобы выдать себя за Трудягу Бигера, двадцатисантиметровое существо использовало человекообразного робота, которым управляло из кабинки, устроенной в черепной коробке.

Билл стал подозрительным. Он пригласил Эллиота окунуться в корабельном бассейне, полагая, что если Эллиот робот, то он непременно утонет. Но тот, хотя и надел роскошные плавки, от купания уклонился.

Следуя указаниям компьютерной капсулы, вшитой в левую мочку Биллова уха, Билл и Эллиот заняли места на борту круизного лайнера «Старблутер». Это была переоборудованная мусорная баржа, которой спецы из «Бес Плезир К°» постарались придать вид сверкающего айсберга. Лайнер оказался битком набитым офицерами, их женами, шлюхами, подружками - а частенько и дружками, - ведь офицеры собирались повеселиться. Развлечения и еда были одинаково безвкусными, но это не имело никакого значения, поскольку пассажиры постоянно были пьяны в стельку, намереваясь привести почки и печень в хорошую банкетную форму до прибытия на планету Баров. Выглядело это довольно отвратительно, но Билл находил такую жизнь прекрасной. Что ясно характеризовало его систему ценностей. Теперь он ждал ответа на поставленный вопрос.

- Ага, Билл. Я не знаю. Папа с мамой тоже всегда так говорили. В конце концов, ведь я - агент. Но Билл не дал себя запутать.

- А может, по какой другой причине?

- Другой не знаю. Ага. А почему тебя это так беспокоит?

- Да так. Я знавал одного чинджера, который все время говорил «ага».

- А, ты имеешь в виду Бгр'а. Да, мы об этом знаем. Я ждал, что ты меня об этом спросишь, Билл. И с удовольствием тебе отвечу. Нет, я не Бгр. Разве я похож на четырехпалую зеленую ящерицу?

- Нет, конечно, но…

- Ну вот видишь. Всего-то проблем. Перейдем к более неотложным делам. Почему бы тебе не проконсультироваться по технике прыжка с К-капсулой? Может, она тебе что умное подскажет?

Компьютерная капсула представляла собой настоящий шедевр биоэлектроники; она напрямую соединялась с мозгом Билла. У нее имелся потрясающий банк данных, зачатки искусственного интеллекта, к тому же ее можно было использовать в качестве карманного калькулятора. Трудность состояла в том, чтобы научиться ее правильно использовать, без особого вреда для собственного уха.

Но в данном случае приходилось выбирать между болью в ухе и отбитым в доску животом.

Билл решительно дернул себя за ухо.

- ВОПРОС: как я должен прыгнуть, чтобы не удариться животом?

Прибор был начинен всевозможными сенсорами, соединенными с нервной системой Билла, имел огромную память и симулятор речи с противным гнусавым голосом (смешно даже, думал Билл, прибор в ухе, а голос насморочный). Но хуже всего оказалось то, что сумасшедший программист, который спроектировал прибор, видимо, был без ума от этнической музыки давно исчезнувшей Земли. Он, похоже, перекатал компьютерную фонотеку на одном из древних кораблей и запихнул ее в память К-капсулы, которую затем вшили в ухо Биллу. Программист, видимо, развлекал себя этой музыкой в долгие часы работы над прибором. И Бог бы с ним. Но он сделал такое паршивое программное обеспечение, что фрагменты музыки просочились во все без исключения сервисные программы и файлы. Теперь ухо Билла терзало нечто латиноамериканское с придурочным припевом «мула-чула».

- Ну, говори, - возвысил голос Билл, стараясь перекрыть гитарный перезвон. - Как мне нырять?

Билл ожидал чего угодно, но только не экстраполяции предполагаемой траектории в рамках функции вес/сопротивление среды/сила тяжести и натурально впал в отчаяние.

- Нет, - вскричал он. - Что за хреноту ты несешь, не надо. Я и так прыгну, но моя смерть будет на твоей совести!

- Слушай сюда, козел. Твоя пластика сделает честь любому танцору фламенко при условии, что этот танцор давно сдох!

- Знаешь, я хочу только одного - чтобы ты был только машиной, как оно и задумывалось, и выполнял только то, о чем тебя просят! - заорал Билл, в отчаянии дергая себя за ухо. - Брось ты наконец эту проклятую музыку и отвечай толком!

Эллиот Метадрин выглянул из своего шезлонга.

- Ага, опять треплешься со своим ухом? Интересно, почему мне такую капсулу не вшили?

- А надо бы! - Билл крутил ухо, пытаясь вырубить взбесившийся прибор. - Я сейчас прыгну, и так прыгну, что…

Билл так и не успел объяснить, как он прыгнет на сей раз: ему пришлось исполнить прыжок без долгих объяснений.

Потому что вдруг откинулся палубный служебный люк, и оттуда выскочил террорист.

Он был почти двухметрового роста. Длинные косматые волосы перехвачены цветастой ленточкой - чтоб в глаза не лезли. На носу сидели неуклюжие старомодные очки. Грязная футболка, клеши и мокасины составляли его костюм. На шее болтался кривой медальон, пацик [Пацик (жарг.) - этим словом советские хиппи называли знак пацифистов.]. В руках он держал огромный лазерный маузер - настоящий символ войны.

Билл еще не видел пистолета страшнее.

- Умри, империалистическая свинья! - вскричал мерзкий тип и навел пистолет на Билла.

Избрав войну делом своей жизни (возможно, избрал - слово не совсем точное), Билл частенько попадал на мушку. Однако в данном случае он оказался безоружным и стоял на самом виду - словно учебная мишень, - выбора у него не было.

Он головой вниз прыгнул в воду.

Энергетический луч сжег воздух в том месте, где он только что стоял.

В воду Билл вошел ногами и постарался сразу уйти на глубину. Он почувствовал, как над ним вскипела вода - террорист пытался его достать. Но Билл знал, как трудно поразить подводную цель, к тому же из всех видов водного спорта погружение давалось ему легче всего. К счастью, он находился в самом глубоком, около двенадцати метров, конце бассейна, так что было где себя показать. К сожалению, его подвела дыхалка: он не успел сделать хороший вдох перед прыжком - поэтому, едва достигнув дна, он уже подумывал о всплытии.

Билл был достаточно умен, чтобы сообразить, что всплывать лучше подальше от места погружения. Поэтому он до последнего плыл под водой, пока не врезался в стенку бассейна, и только потом рванулся вверх. Очень надеясь на то, что к моменту его всплытия Эллиот уже пристрелит мерзавца и что его не скрутит кессонная болезнь.

Билл выскочил на поверхность и, делая глубокий вдох, заметил, что в помещении бассейна царит настоящая паника. Шезлонг был расстрелян в щепки, кругом валялись обгорелые полотенца, на воде покачивался надувной матрац Эллиота. В воздухе висел густой запах горелого мяса.

Билл выбрался из бассейна и побежал прятаться. Спустя некоторое время он осторожно выглянул из-за двери с надписью «Для женщин».

Кого-то поджарили, это точно… но ни обгорелых и никаких других трупов видно не было. Билл уже собрался было с духом, чтобы перебежать в мужскую раздевалку, но тут в дверь ввалился Эллиот Метадрин, сделал несколько неуверенных шагов и со стоном повалился на пол. В правой руке он сжимал крупнокалиберный бластер, левая рука была сильно обожжена.

- Санитар! - по фронтовой привычке завопил Билл. - Санитар!

- Ага, сейчас. Может, лучше вызовешь корабельного доктора, а, Билл? - Лицо Эллиота Метадрина перекосилось от боли, но он пытался встать. - Сомневаюсь, что здесь есть санитары. Этот парень здорово меня зацепил.

Билл осмотрел рану. Ничего хорошего. Хотя одно все-таки хорошо: судя по ране, Эллиот никак не мог быть чинджером по имени Бгр, замаскированным под человека. Напарник Билла был человеком, это несомненно.

Человеком на грани потери сознания.

- Отключился, - отметил Билл и пошел к телефону, чтобы вызвать врача.

Похоже, аварийные службы на борту «Старблутера» уже были подняты по тревоге. Повсюду мигали красные аварийные сигналы. Помощь могла прийти в любой момент.

Билл хотел задать Эллиоту пару вопросов, прежде чем его увезут в медицинский блок. Пришлось похлопать его по щекам, чтобы привести в чувство. Наконец Эллиот открыл глаза.

- Эллиот, кто был этот парень? Что с ним?