Капкан времени

- По поверью, дитя, которое родилось в пятницу, когда колокола бьют полночь, способно видеть привидения, духов и Фей…

- Ух ты, я не знал. А ты, Дэви? - Учитель усмехнулся, глядя на Дэви, и тот покачал головой. - Может, ты видел что-нибудь такое в последнее время? - Он загоготал над собственной шуткой, в ответ мальчик выдавил из себя улыбку.

- Что за кладезь знаний наша мисс Малкин! - мистер Крэддок обратился к коллеге. - Удивительно, как здорово вы разбираетесь в этой области! Кстати, директор и это верит. - Он посмотрел на мальчика. -Если ты не можешь, ничего не поделаешь. Иди. А вы не могли бы рассказать мне об этом поподробнее? - Крэддок снова повернулся к мисс Малкин. - Все это так занимательно…

Дэви заторопился прочь, а Крэддок продолжал болтать с мисс Малкин по дороге в учительскую.

Чувство, что он справился с этой проблемой, не покидало Дэви до дневной переклички. Когда ученики заходили в класс. Крэддок поймал его.

- Отличные новости, Дэви. - Обычно суровое лицо учителя расплылось прямо таки в лучезарной улыбке. - Мне случилось сегодня до обеда пройтись по магазинам на Хай-стрит. - Мальчик с усмешкой кивнул, не понимая, какое отношение к нему имеют покупки учителя. - Так угадай, кого я встретил?

Дэви пожал плечами, он, конечно, не знал.

- Твою маму!

Дэви кивнул. На губах его по-прежнему была улыбка, но сердце упало.

- И - угадай что?

Дэви опять пожал плечами, но на сей раз слабо. Его улыбка стала пропадать при мысли о том, что он сейчас услышит.

- Я заговорил с ней о пьесе, - продолжал мистер Крэддок, не обращая внимания на то, какие чувства отражаются на лице Дэви. - И она сказала, что будет очень рада, если ты сыграешь святого Георгия. Спектакль никак не помешает планам вашей семьи. Вы должны были вместе пойти на Викторианский Вечер. Она думала, ты знаешь.

- Наверное, я забыл, - пробормотал Дэви.

- Значит, я могу сказать мисс Малкин, что все в порядке?

- Хм-м, - промычал Дэви. Единственный звук, который он был в состоянии издать.

- Она будет очень рада. - Крэддок не обращал на него внимания и весь сиял. -Мисс Малкин была очень разочарована сегодня утром, очень недовольна. Она хотела, чтобы играл именно ты. - Крэддок обвил плечо мальчика рукой. - А мы ведь не хотим ее огорчать, не так ли?

- Нет, - пробормотал Дэви, - разглядывая рисунок на линолеуме.

- Молодец. - Учитель улыбнулся ему. похлопывая по спине. - Я знал, что ты меня не подведешь. Репетиция после уроков…

- Но…

- Все нормально. - Крэддок засмеялся, подняв руки, чтобы остановить протесты Дэви. - Я уладил это с твоей мамой, так что не надо волноваться.

- Я не потому волнуюсь, - пробормотал Дэви себе под нос.

- Что-что? - Учитель опять поднес руку к уху.

- А… ничего.

- Ну тогда ладно. - Мистер Крэддок потер руки. - Все в порядке.

Дэви думал, не уйти ли домой ровно и три тридцать, прикинувшись, будто он за-был о репетиции, но оказалось, что такой вариант не проходит. Лайза все время сидела рядом с ним, шанса улизнуть но было.

Как только прозвенел звонок с занятий, он пошел с ней в зал. Здесь собрались все участники инсценировки. Дэви удивился: тут находились не только постоянные участники такого рода спектаклей, но и Барри Джонс с половиной футбольной команды. Они не были охотниками до подобных мероприятий, но сейчас казались весьма довольными. Одетые в странные костюмы, они размахивали платками, отплясывали и вообще дурачились вовсю.

Когда появились Лайза с Дэви, мисс Малкин встретила их улыбкой, как подобает нормальному учителю. Она провела Деви по залу, представляя ему других участников спектакля, объясняя их роли. Ни один жест ее не выдал, но глаза, казалось, все время говорили: «Посмотрим, как ты из этого выберешься?»

Не было никакого беспорядка, который обычно сопровождает репетиции школьных выступлений. Каждый делал точно то, что ему было сказано. Никто ничего не путал, не переспрашивал, даже

Барри, хорошо известный своей въедливостью. Мисс Малкин не надо было кричать, она даже не хлопала в ладоши, чтобы добиться тишины. Для этого ей было достаточно взгляда. Дэви наблюдал, как все быстро занимали места и внимательно слушали, что делать. Ребята жадно ловили каждое слово учительницы, при этом глупо улыбались, стараясь понравиться ей. Они очень походили на труппу дрессированных шимпанзе. Дэви никогда не видел ничего подобного. В этом было что-то жутковатое.

Лайза была права. На его долю пришлось совсем немного действия. Они все вместе выходили и читали стихи, потом каждый по очереди выступал вперед, что бы произнести свои строчки. Дэви был святым Георгием, после короткой реплики он должен был драться с Барри (Турецким Рыцарем), упасть замертво, а потом снова встать, когда его исцелит Лайза.

У всех были специальные костюмы. На Лайзе был черный плащ, похожий на рясу и цилиндр. Остальные оделись в плащи, расшитые клочками ткани и лентами, и высокие шляпы с бахромой, свисающей с полей. Мисс Малкин объяснила, что тут не так важно роль сыграть, как предстать в ином обличии, с иной личиной. Костюмы были еще не совсем готовы. Группа из ее класса еще работала над ними.

По мере того как мисс Малкин низким, мелодичным голосом объясняла это, ее магия начала действовать и на него. Дэви вдруг обнаружил, что все чаще подумывает: а не заблуждается ли он? Может быть, у него какая-то мания? Здесь, в школьном зале с множеством стульев, истертым полом и слабым запахом столовой, казалось просто невероятным то, что говорила ему Элизабет, да и сама Элизабет. Мисс Малкин была милой, привлекательной, очаровательно-веселой. Вот какой ее видели остальные дети. Вот почему она им нравилась. Может, последнее и было необычным, но это никак не давало повода думать, что она не обычный учитель.

Они играли пьесу, репетируя снова и снова. Дэви быстро схватил ее особенности. Все делалось с легкостью и удовольствием. Все радовались. Время летело быстро. Он не мог поверить, увидев, что часы в зале показали четверть шестого.

- Еще одно напоследок, и мы закончим. - Мисс Малкин захлопала в ладоши, чтобы созвать детей. - Танец с мечами. Барри. Шон.

Дэви держался позади, когда она называла их имена.

- И ты. - Она взяла его за плечо и подтолкнула к центру образующейся группы. -Ты будешь играть Дурака.

- Что я должен делать? - спросил Дэви.

- Ничего, - улыбнулась она, - просто стой в середине. Но стой не двигаясь.

Его окружали шесть мальчиков. Их стальные «мечи» были короткими, вроде металлических линеек. Они стали двигаться по часовой стрелке, каждый слегка касался концом меча рукоятки соседа. Дэви стоял тихо, как ему было сказано, и глядел на мальчиков. Никто из них не обращал на него внимания. Каждый смотрел либо на меч, либо на мальчика напротив. Когда они сузили круг, все лезвия скрестились, и оказалось, что они сомкнулись вокруг шеи Дэви.

- Почему бы нам не использовать настоящие мечи, мисс Малкин? Вместо этих штуковин? - спросил Барри, когда мечи образовали правильный шестиугольник.

- Потому что, - мисс Малкин усмехнулась, и ее блеклые глаза сверкнули, - тог-да бы мы перерезали Дэви горло. Он бы умер на самом деле. Мы же не хотим этого, не так ли?

Почему-то все засмеялись.

- Смерть Дурака - совершенно символическая жертва. Он просто падает на пол, когда танцоры разрывают круг мечей. Давайте!

Дэви, внезапно парализованный страхом, стоял с широко раскрытыми глазами. Сталь резко и неприятно заскрежетала, когда каждый быстро отдернул свой меч.

- Очень хорошо. Отлично получилось! - Мисс Малкин снова хлопнула в ладоши, на сей раз от удовольствия, и с улыбкой повернулась к Дэви. - И ты умираешь, Дэви.

ОШЕЙНИК СЖИМАЕТСЯ

- Я не собираюсь участвовать в спектакле, Лайза, - сказал он, когда провожал ее домой.

- Почему? Хорошо повеселимся. Особенно в последней сцене, с мечами, ты бы видел свое лицо! - Лайза усмехнулась.

- Поэтому я и не собираюсь этого делать.

- Что? Тебя коробит такая шутка?-Лайза взглянула на него с удивлением. - Не похоже на тебя, Дэви.

- Это не шутка, ты что, не видишь? Мисс Малкин - не та, за кого себя выдает. Она здесь из-за меня.

Лиза остановилась.

- Не та, за кого себя выдает? - повторила девочка. - Ну и кто ж она тогда? О чем ты говоришь?

- Слишком долго объяснять. - Дэви по качал головой и сдвинулся с места.

- Подожди. - Лайза взяла его за руку. -Сказав «а», надо говорить «б». Что тебя тревожит?

- Ну, дело в том… - Дэви замолчал, не зная, как начать. Да он и не решил окончательно, говорить ей или нет.

Он мог подождать и поделиться с Кейт, но она была у своих друзей и, вероятно вернется поздно. Ему же нужно было поговорить с кем-то прямо сейчас, а Лайза была его лучшим другом. Даже притом, что она была настроена скептически и заявляла, что не верит в привидения и всякие такие вещи, он сомневался, что Лайза ста-нет обвинять его в том, что он все выдувал. Может быть, она даже согласится помочь ему выбраться из истории, в которую 0н попал. Тем более что именно Лайза его в эту затею впутала.

И он ей рассказал. Об экскурсии «В поисках призраков» прошлым летом, о Джеке Кейде и его команде призраков, о дочери Серого Старца…

- Она приходила за мной на Хэллоуин, - продолжал Дэви, - чтобы отомстить…

Дэви рассказал Лайзе и о том, что случилось позже, объяснил причину своих нынешних страхов. Леди пришла снова за ним, под личиной мисс Малкин, и на этот раз она может преуспеть. Все это он выговорил на одном дыхании, но мог бы и не тратить силы. Дэви видел по лицу Лайзы, что она не поверила ни одному его слову. Под конец она даже не слушала.

- Ты мне не веришь? - спросил он, закончив.

- Нет.

- Но, Лайза, я не выдумываю. Правда.

- Я ничего не хочу знать. Вообще. Держи это при себе, Дэви. - Она уходила от него. - Либо ты все выдумываешь, либо ты ненормальный. Каждый знает, что привидений не существует - оставь в покое и фей.

- Но их видел не только я! - возразил Дэви. - Как насчет Кейт? А Том и Элинор…

- Выходит, они тоже ненормальные. У вас, наверное, одни и те же галлюцинации.

- Но, Лайза…

- Я не слушаю, Дэви. - Она закрыла уши руками, тряся головой. - Привидения не такие, - прошептала она тихо, почти себе под нос, - это не разбойники с большой дороги и не чудесные королевы.

- Да? - Дэви пристально посмотрел на нее. - А кто же они тогда?

- Я не с тобой разговариваю! - Лайза почти кричала. - Я уже сказала, их не существует! Вы все большие вруны!

Она побежала вниз по улице, и Дэви пришлось возвращаться домой в одиночестве. Он смотрел, как Лайза убегала, и т пытался ее остановить. То, как сильно по действовал на его подругу рассказ, потрясло его. Он не получит от нее помощи, это было понятно; но все-таки реакция Лайзы была странной. Вопреки тому, что она за-являла, Дэви чувствовал, что она не поверила ему не просто так, у нее были какие-то особенные причины не верить, и этими причинами она не готова была поделиться с ним или с кем-нибудь еще.

На следующий день мама воодушевляла его перед школой. Она без остановки говорила о том, как хорошо, что он примет участие в пьесе, и как они с папой на самом деле этого ждут. Дэви не отвечал. У него было чувство, что обстоятельства смыкались вокруг него; казалось, ничто не спасет его от участия в инсценировке.

Весь день он старался избежать участия в спектакле, но мисс Малкин все предусмотрела. Дело затрудняло и то, что всем без исключения - детям и взрослым - она представлялась просто замечательной. Директор школы устроил специальное собрание, где она рассказывала обо всех этих народных рождественских обычаях, * он сидел и сиял. В конце мисс Малкин сообщила, каким великолепным делом °на занимается и как важен рождественский спектакль для престижа школы. Излишне говорить, что директор школы был бы весьма расстроен, если бы Дэви попытался отказаться от участия в представлении.

Смущал Дэви и класс. Мисс Малкин и там была явной любимицей. Дэви оставался единственным, кто думал, что здесь что-то не так. Крэддок ходил за ней, как влюбленный спаниель, опрокидывая вечна своем пути и выкидывая разные фокусы. Одноклассники Дэви считали, что лучше мисс Малкин нет никого на свете. Они бы и слушать не стали что-либо направленное против нее. Вдобавок Лайза не разговаривала с ним. Она прохлаждалась с теми, кто Дэви не нравился, и заставляла его чувствовать себя одиноким и покинутым.

* * *

По пути домой Дэви зашел в музей, надеясь, что найдет там Элизабет и она поможет ему. Он бродил из зала в зал, но ее не было.

Дэви остановился в зале, посвященном войне. Повсюду на стенах висели чернобелые фотографии и стояли застекленные шкафы с противогазами, жестяными касками и продовольственными карточками Центр помещения занимал большой стенд с рельефным макетом города и вьющейся рекой.

Он собирался уходить. Здесь не было и следа Элизабет. Вдруг выключился свет. И сразу комната наполнилась мрачным зарывающим звуком.

Низкий мужской голос загудел:

- Добро пожаловать в музей-усадьбу «Способы нападения».

Мальчик почувствовал, как на него накатывает волна паники. Он с трудом преодолел сильное желание броситься ничком на пол.

- Мы вернем вас в ночь двенадцатого декабря тысяча девятьсот сорокового года, когда вражеские бомбардировщики волна за волной несли городу опустошение.

Дэви в отчаянии огляделся. На мгновение ему показалось, что голос звучит у него в голове.

Сирена завыла еще громче, и огни стали ощупывать темную внутренность большого стеклянного шкафа. Грохот и вой моторов множества самолетов пробивался сквозь оглушительный стон. По стене заскользили тени летящих немецких бомбардировщиков, хейнкелей и юнкерсов.

- Первая волна самолетов сбросила зажизательные бомбы. Они дождем падали сверху, прг вращал город в меткую мишень для следующей волны бомбардировщиков…

Красный свет целиком затопил темный городской ландшафт. Квартал за кварталом загорались, образуя случайные зловещие узоры, - и вот весь центр захватил бурлящий огонь.

- Потом посыпались фугасные бомбы…

Еще больше красных вспышек, на сей раз совпадающих с ударами и взрывами на звуковой ленте.

- …Центр города стал одним большим пожарищем: не уцелело ни одно здание. Зарево было видно за сорок миль…

Дэви стоял посреди комнаты, а голос продолжал называть цифры: число напавших самолетов, тоннаж сброшенных бомб, число мертвых и пропавших без вести, количество сметенных с лица земли районов, зданий, уничтоженных или до неузнаваемости разрушенных. Дэви хотел бы. чтобы этому настал конец, но не мог шевельнуться, приходилось стоять и слушать Он почувствовал знакомую дрожь, мурашки поползли по телу как от плохого предчувствия. Он побледнел, вспотел, его все го трясло.

Это было похоже на тот памятный случай, когда его чуть не сбила машина. Всякий раз, вспоминая об этом, он вновь переживал те чувства. Это мгновение, со всем, что оно в себя вмещало - визгом тормозов, криком людей, - навсегда врезалось в его память, мир точно распался, весь превратившись в медленное, неотвратимое наползание чего-то кошмарного: так наползает грузовик на свою зазевавшуюся жертву. И сейчас было что-то похожее, только еще хуже. Дэви чувствовал, что оказался пленником этого мгновения, ужасного эпизода из прошлого, которому, однако, лишь предстояло осуществиться. Он словно оказался внутри стеклянного стенда.

- Впечатляет, не так ли?

Дэви вздрогнул при звуке голоса экскурсовода. Это была миссис Саммерс. Она стояла у двери и смотрела на него.

- Э-э-э, да, - сумел он выдавить хриплым шепотом.

- Некоторые из наших пожилых посетителей испытывают шок, особенно при вое сирен. Будит воспоминания. Этот налет был первым - и самым страшным, - говорила она, несмотря на то что Дэви никак не реагировал на ее слова. - Видишь ли, мы его не ожидали. Лондон, Ковентри. Бристоль, потом мы. Все было ужасно, так ужасно. - Миссис Саммерс содрогнулась, плотнее запахнув свою вязаную кофту. - Я была совсем маленькой - но я помню ту ночь, как вчерашний день.

Она замолчала и посмотрела на макет горящего города, слушая окончание комментария. Отблески зарева играли в ее глазах, а лицо покрылось морщинами печали и скорби.