Капкан времени

Учитель отложил колпак дурака и повернулся к доске. Она была не такая, как доски в нынешней школе: стояла отдельно от стены и была расчерчена, как тетрадный лист. Мистер Крэддок стал писать алфавит, так и сяк меняя наклон букв, тщательно выписывая части букв над и под строчкой.

- У вас на партах есть грифельные доски и специальные карандаши, - сказал он не поворачиваясь, - ими пользовались школьники викторианской эпохи. Возьмите их и записывайте за мной…

Грифельная доска была размечена так же, как и большая. Дэви взял карандаш, тонкий, верткий, с ним было трудно совладать. Почерк Дэви уж точно не считался лучшим в классе, а буквы, которые он выписывал сейчас, вообще разбредались кто куда - ничего похожего на аккуратные завитки и штрихи мистера Крэддока. Мальчик никак не мог вывести буквы с одинаковым наклоном. Он слышал, как учитель тихо ходил между рядов. Никогда еще в классе не было такой тишины, было бы слышно, если бы муха пролетела. Крэддок и так был строг, но сегодня особенно разошелся. Он вошел в роль викторианского учителя.

Дэви написал: абвг.

Вдруг появилось нечто другое. На чистой медно-красной поверхности возникло:

Опасайся мисс Малкин.

Дэви резко поднял голову - нет ли рядом Крэддока. Мисс Малкин - новая учительница. Она была здесь же, в музее, с другим классом. Крэддоку она явно нравилась. Он старался поболтать с ней при каж-дом удобном случае. Если бы учитель увидел написанное, он бы, наверное, вышел из себя. Дэви глядел во все глаза, как появлялись новые буквы:

Она не та, за кого себя выдает.

Вкрадчивые шаги послышались совсем рядом. Лицо Дэви покрылось холодным потом.

Она…

Мальчик не осмелился дочитать последнее слово. Он прикрыл почти всю доску рукой. Тут же прут хлестнул по парте. Может, Крэддок и играл роль, но ему, безусловно, нравилось махать этой штуковиной.

- Что ты делаешь?

Дэви поднял голову и посмотрел в карие глаза учителя.

- Н-ничего, сэр, - запнулся он, - я, я…

- Ты писал левой рукой, - рявкнул Крэддок.

- Да, сэр, - Дэви вздохнул с облегчением, - я всегда так пишу.

- В викторианские времена ее привязали бы к твоей спине. Ты носил бы дурацкий колпак, пока не научился бы писать правой.

- Но, сэр, это немного слишком. -

Дэви нервно засмеялся, думая, что Крэддок, наверное, шутит, но нет - он слишком хорошо играл роль викторианского учителя.

Крэддок пропустил слова мальчика мимо ушей.

- Посмотрим на твои усилия.

Дэви медленно убрал руку, боясь крамольных надписей на доске. К его удивлению и облегчению, они исчезли, остались только маленькие кривые буквы самого Дэви.

- Ужасно! - Крэддок поджал губы. - Выйди к доске. Сейчас ты должен написать лучше, иначе на том колпаке появится твое имя.

- Но, сэр, - начал Дэви, - это нечестно)

- В викторианские времена ученики в таких случаях молчали.

Мистер Крэддок свистнул прутом.

- Тебе бы за это досталось. Итак, делай, что тебе говорят, и не перечь. Перепиши верхнюю строчку.

Дэви вздохнул и встал с места. В классе тихонько хихикали - приятели радовались, что не они попались. Все знали, что У Дэви плохо с почерком, и предвкушали его унижение. Дэви взял мел. Крэддок не имел права так себя вести. Он перегибал палку…

Вдруг мальчик почувствовал легкое прикосновение к руке. Он оглянулся. Никого рядом не было, но голос Элизабет говорил ему в ухо:

- Это просто. Я буду тебя направлять.

Мел заскользил по доске, и буквы получились даже красивее и совершеннее, чем у Крэддока.

- Мне нужно тебе кое-что передать, - шептала Элизабет, пока они писали. - Но сейчас опасно разговаривать и у меня времени совсем мало. Можешь прийти сюда завтра? По утрам здесь спокойно.

Дэви кивнул. Завтра суббота.

- Очень хорошо. Буду тебя ждать. Поищи меня в комнате у лестницы. Я…

Дэви уже почти дописал, когда его рука остановилась. Элизабет пропала. Он снова был один у доски.

Никто ничего не заметил. Вдруг открылась дверь.

- Мистер Крэддок, - сказала, входя, мисс Малкин, - нельзя ли мне…

Она остановилась и обратила свои белесые глаза на Дэви.

- Что за замечательный почерк, - заметила мисс Малкин, улыбаясь ему. - Ты сам так написал? Или тебе кто-то помог…

Ее ярко накрашенные губы растянулись в лукавой улыбке, как будто это была скрытая шутка, понятная лишь им двоим. Дэви почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Ему стало жарко и холодно одновременно, сердце заколотилось в груди. Он вспомнил предупреждение, проступившее на грифельной доске. Когда мисс Малкин всматривалась в него, ему показалось, что класс стал таять в каком-то тумане. Это она была причиной того, что Элизабет так поспешно исчезла. Ее глаза были цвета бледного зимнего рассвета, несущего свет, но не тепло. Дэви почувствовал, как кровь отлила от лица, оно стало влажным от пота. Его одолела слабость, и ему пришлось опереться на доску.

- Дэви Уильямс, это так?

Дэви вяло кивнул. Казалось, голова едва держится на шее.

- Ну что ж, хорошо, я не думала, что ты такой способный.

Мисс Малкин покачала головой, и серебряный свет пробежал по ее блестящим черным волосам. Когда Дэви видел ее раньше, ее волосы были длинными и цвета инея. Теперь они стали почти черными и завитки прически доходили только до шеи. Может быть, поэтому он не сразу узнал ее…

- Прошу прощения, мистер Крэддок. - Мисс Малкин отвернулась, освободив мальчика от своего взгляда, и улыбнулась учителю. - Не хочу вас торопить, но мой класс ждет…

- Да, конечно. Как нерасчетливо с моей стороны, я очень извиняюсь… - завертелся Крэддок. - Ладно, всем выйти! - заорал он на класс.

Потом Крэддок повернулся к мисс Малкин и расплылся в глупой улыбке. Как и большинство мужчин школы, он все время пытался привлечь ее внимание.

Они прошли мимо класса, который послушно выстроился вдоль стены. Мисс Малкин даже не посмотрела на Дэви. А он уставился под ноги, боясь встретить ее взгляд.

Прическа, одежда учительницы, ее манера говорить - все было современным. Она даже водила машину-Дэви сам видел. Но это ничего не значило. Ее глаза были глазами Леди, дочери Серого Старца. Дэви узнал бы их где угодно. Ошибиться было невозможно.

ПОВТОРНЫЙ ВИЗИТ

Дэви плохо спал. Он лежал и пялил глаза в потолок, а в голове было полно вопросов. Что здесь делала Леди, закамуфлированная в мисс Малкин? Это действительно она? Не ошибся ли он? Мысли мальчика метались между самыми дикими предположениями. Он то сомневался, то переполнялся уверенностью. Если это Леди, что она собирается с ним сделать? Он леденел от страха при мысли о том, что у нее на уме.

Дэви встал выпить воды. Хорошо бы Кейт была здесь. Они бы поговорили. Кейт была с ним и летом, и на Хэллоуин. Она знала Леди и представляла, какая у нее власть. Но Кейт не было, и помощи ждать не приходилось.

Дэви оставил дверь открытой, чтобы шел свет с лестничной площадки. Он пытался успокоиться, расслабиться и наконец уснул, однако это не принесло мальчику облегчения. Ужасные толпы привиде-ний гонялись за ним из сна в сон - те, что были на Хэллоуин. Противная фигура в белом одеянии настигла Дэви, костяные руки схватили его, а клоунский рот захохотал и оттуда закапало что-то красное. Дэви полетел по бесконечной черной винтовой лестнице, вниз, в сырой подвал Карлова Дома. Туда, где ждала она, улыбаясь, простирая к нему свои длинные руки, предвкушая…

Мальчик с усилием проснулся, подавив нечто среднее между глухим стоном и криком. Он распутал намотавшиеся вокруг тела мокрые от пота простыни и, боясь заснуть снова, встал. Дэви взглянул на часы: время приближалось к утру. Он лег. Неподвижный, холодный свет из-за занавесок и с лестничной площадки едва проникал в спальню, наполняя ее странными формами и тенями. Волосы у него стояли дыбом, он прислушивался к каждому скрипу и шороху, пытаясь понять, естественного ли происхождения эти звуки или запредельного, непостижимого.

В конце концов он снова забылся сном. Когда он проснулся, слабый свет зимнего дня наполнял комнату. Мальчик тут же встал, быстро оделся. Ему ни за что не хотелось провести еще одну такую ночь. Нужно было срочно найти Элизабет.

Дэви подошел к музею, едва тот успел открыться, и повернул гладкую медную ручку дубовой двери.

- Ты что-то рано, - сказала миссис Саммерс, та, что водила их вчера, с очками на цепочке вокруг шеи и с сильно завитыми волосами, как на парике судьи. - Ты был здесь с классом? Забыл что-нибудь?

- Не совсем. - Дэви остановился, потому что миссис Саммерс встала на его пути. - Я хотел еще взглянуть…

- Что тебя интересует? Военный отдел наверху. - Прежде чем Дэви смог что-то сказать, она затараторила, перечисляя выставки: - Есть «Викторианская классная комната», но, я думаю, ее и вчера было достаточно. «Грязь и болезни»? «Как мы тогда жили»? Можешь посмотреть «Способы нападения». Эта выставка только что открылась.

- С нее и начну, если можно. - Дэви улыбнулся и повернулся к комнате на первом этаже у лестницы.

- Пожалуйста. Я только хотела тебе помочь.

Дэви вошел в комнату и стал бродить среди стеклянных стендов с костюмами, удаляясь от входа. Элизабет сказала, что встретит его здесь, но пока никого не было. Он не видел даже признаков девочки-привидения. Единственным звуком п этой тихой комнате было тиканье больших настенных часов.

Дэви стал беспокоиться, боясь, что Элизабет вообще не появится, но туг услышал шепот:

- Сюда, Дэви! Сюда!

Стеклянные шкафы отражались друг в друге как во множестве зеркал. В дальнем конце зала отделилось от стенда и пошло к нему серо-зеленое шелковое платье с бархатной отделкой поздневикторианской или эдвардианской эпохи.

Дэви и Элизабет встретились в углу, перед дверью с надписью «Служебный вход». Там их не было видно из главного прохода.

- Дэви, я так рада, что ты пришел. - Элизабет положила на его руку свою, холодную. - Итак, у меня есть для тебя сообщение. Я боялась, что не смогу тебе его передать.

- Если это о мисс Малкин, о том, кто она такая, я уже знаю. Вчера днем, когда она прошла в класс, я все понял.

- А раньше не подозревал?

- Нет. - Дэви покачал головой. - Вовсе нет. Она пришла к нам всего несколько недель назад, и я с ней не сталкивался. Хотя…

Дэви замолчал, вспомнив первое утро. Мисс Малкин опоздала. Уже началась проверка. Когда учительница вошла, сильный порыв ветра ворвался в дверь и водоворот сухих листьев влетел вместе с ней. Дэви подумал тогда, что виновата погода. Это было вскоре после Хэллоуина…

- Ты хотел что-то добавить?

- Ничего. - Дэви снова покачал головой. - Просто некоторые моменты теперь приобретают другой смысл… Ты говорила, у тебя есть сообщение.

- Да, от Слепого Скрипача. Он просит передать, что Леди задумала причинить тебе ужасное зло. Скрипач не знает точно, какую форму оно примет, но она собирается создать ловушку во времени…

Дэви застыл:

- Что это значит?

- Я точно не знаю… - Элизабет наморщила лоб. - Он пытался объяснить, но мне трудно было уследить за смыслом того, что он говорит. Магия и так далее. Но я знаю одно, - Элизабет крепко схватила мальчика за руку, - это ужасно серьезно. Гораздо, гораздо хуже всего, что было до этого. Если она заманит тебя туда, ты никогда не будешь жить и не умрешь. Ты просто пере-станешь существовать. Одно хорошо, что…

Дэви, совсем было упавший духом, посмотрел на нее.

- Есть и что-то хорошее?

Элизабет кивнула.

- Идя на это, она подвергает риску самое себя. А еще - она действует без разрешения отца, самого Серого Старца.

- Хм-м… - Дэви это не очень-то успокоило. - Однако Леди никак не угомонится. А зачем ей вся эта затея с мисс Малкин?

- Видишь ли… - Элизабет сначала помрачнела, потом просветлела. - Есть еще кое-что. Ловушка сработает только в определенном месте, в определенное время, в определенный день года. Поэтому ее можно избежать. Единственное, что тебе нужно, - это уверенность, что ты не там.

- Теперь ты меня успокаиваешь, - уныние Дэви постепенно проходило, - а то слишком уж напугала.

Сейчас все казалось совсем не таким плохим, как он представлял себе сначала.

- Можешь сказать, где и когда мне лучше не появляться? И я сделаю все, чтобы там не быть.

- Центр города.

- Где? Старая Башня или Новая Башня?

- Он не сказал…

- Наверное, он имел в виду Старую Башню, - подумал Дэви вслух. - Ведь все происходило там, когда мы пошли на экскурсию «В поисках призраков». Этого не так сложно избежать… Когда это должно произойти?

- Двенадцатого.

- В следующую пятницу. То есть в мой день рождения. - Дэви нахмурился, его мысли опять понеслись вскачь. - Почему именно тогда?

- Потому что двенадцатое - день солнцестояния. Самый короткий день.

- Нет-нет, - Дэви энергично затряс головой, - ты ошибаешься. Солнцестояние двадцать первого. Мы это только что в школе прошли.

- Но не по старому календарю, которым пользуется Леди. Поворотные моменты года для таких, как она, имеют особенное значение. Ты видел, что происходило в середине лета. - Элизабет содрогнулась. -У меня такое чувство, что в середине зимы будет гораздо более мрачное празднество.

- Ты думаешь, она может использовать меня как… - он попытался вспомнить слово, которое произносил Слепой Скрипач, - дань, приношение, жертву?

- Кто знает? - Элизабет поежилась. - Даже Скрипач не может прочесть, что у Леди на уме, когда она в самом темном расположении духа. Тогда она становится еще более опасной и непредсказуемой. Говорят, что Леди обладает силой самой Судьбы - силой проникать сквозь время, ухватывать нити, которые связывают будущее и настоящее с прошлым, переплетать их как ей угодно.

Элизабет немного помолчала.

- Может быть, это имел в виду Слепой Скрипач, предостерегая тебя? Скажи, Дэви, та девочка, которая появилась вчера…