Жених только на словах

– Ты меня убиваешь, – прошептал он.

– Тебе нравится?

– Да! – прорычал он. – Можно и так сказать. Очко в твою пользу за черное кружево.

Келли ухмыльнулась:

– Значит, четыре – два в мою пользу.

– Если ты продолжишь в том же духе, я дам тебе столько очков, сколько ты захочешь.

– Но разве в твоей мечте я не была обнаженной?

– Ты все-таки и впрямь меня убиваешь.

– Нет. Только немного мучаю. – Она медленно сняла с себя черный кружевной бюстгальтер и бросила его на стул. Затем сняла трусики и осталась только в черных туфлях на шпильке. Легкий бриз ласкал ее тело, как руки любовника.

– Ну, так ли это хорошо, как в твоих мечтах?

– Лучше. – Он наклонился поцеловать ее, одновременно обхватив ладонями груди и сжимая ее соски пальцами.

Келли застонала и подалась навстречу ему, желая продлить приятные ощущения. Ощутить вкус его губ на своих губах. Она чувствовала себя порочной. Но ей было так хорошо.

Он опустил одну руку к средоточию ее женственности, и она раздвинула бедра, чтобы он мог коснуться ее. Его пальцы дотронулись до чувствительной точки, и она начала двигать бедрами в такт его движениям, стремясь почувствовать больше. Он просунул два пальца внутрь нее, и Келли снова застонала, вцепившись в его плечи. Прохладный ветер обдувал ее снаружи, в то время как Мика ласкал ее внутри. Снова и снова. Пока она не почувствовала приближение апогея. Тогда она остановилась, едва не завизжав.

– Мика, стой!

– Погоди. – Он приподнял ее, усадил на стол, раздвинул ей ноги и встал перед ней на колени.

– Что ты де… О, Мика…

Его губы, зубы и язык доводили ее до безумия.

Он лизал и сосал без устали, и ощущение блаженства переполняло ее. Затем в какой-то момент оно перешло все границы, и она в экстазе выкрикнула его имя.

Все еще трепеща, срывающимся голосом Келли прошептала:

– Очко в твою пользу. Это было…

– Четыре – три, значит, – сказал он, снимая ее со стола. – Наверстываю упущенное.

Келли улыбнулась – ей было так хорошо!

– Я никогда… В смысле, никто еще не…

– Я понимаю, о чем ты, – закончил за нее Мика. – И если ты не против, впереди будет еще много всего того, что «никто еще не».

– Люблю учиться, – ответила на это Келли.

Что бы ни было у него на уме, она готова на все.

На следующий вечер они ужинали с Сэмом и Дженни Хеллман, затем все вместе прогулялись по территории отеля. Женщины медленно шли впереди, занятые интересной беседой.

С тех пор как приехали Сэм и Дженни, они много времени проводили вместе, и Мика радовался, что женщины так хорошо ладят. Хотя, казалось бы, какая ему разница. Вряд ли они когда-нибудь еще будут отдыхать вчетвером.

– Ты спишь с ней, так ведь? – спросил Сэм.

– Не твое дело, – резко ответил Мика. И это было все равно что сказать «да».

– Надо же, какой обидчивый, – кивнул Сэм. – Это становится совсем интересно.

– О чем это ты?

– О том, что прежде ты не стеснялся обсуждать своих женщин.

Мика сжал зубы.

– Это не одна из моих женщин. Это Келли.

– Еще лучше. Начинаешь к ней привязываться?

– Нет. – Он не привязывается. Но она ему, конечно, небезразлична. Не более того. – Давай не будем, Сэм. Отстань.

– Да ни за что! Ты впервые привел девочку в дом. – Друг ободряюще хлопнул его по плечу.

Мика фыркнул:

– С ума сошел?

– Мы с Дженни – самые близкие тебе люди. И вот ты вводишь ее в наш маленький круг. Я думаю, это о многом говорит.

– А я думаю, тебе лучше оставаться агентом. Потому что твои выдумки гроша ломаного не стоят.

Сэм рассмеялся:

– Почему просто не признаться, что вам с Келли хорошо вместе?

Мика вздохнул и посмотрел на Келли. На ее струящиеся по плечам волосы. На длинные ноги. На то, как сексуальное желтое платье облегало ее фигуру. Все в ней привлекало его. И это-то и было опасно. Потому что затягивало все глубже.

– Потому что все это временно. – И это чистая правда. У них нет будущего.

– А мне она нравится.

– Да, – мрачно сказал Мика. – Мне тоже.

– Звучит не очень радостно.

– А чему радоваться? Я через пару месяцев уезжаю.

Почему-то впервые эта перспектива его не обрадовала. Хотя обычно уже через три месяца на одном месте он начинал томиться и испытывать беспокойство. Начинал строить планы, куда он дальше поедет. Заканчивал одну книгу и задумывал другую. Такой была его жизнь на протяжении долгих лет. И его это устраивало. Так зачем что-то менять?

– Это все временно, – повторил он с нажимом.

Сэм смотрел на Мику с удивлением, словно у него было три головы.

– Это же не обязательно. В конце концов, вы уже помолвлены.

– Мы же уже все тебе объяснили. Это все ради бабушки Келли, – раздраженно сказал Мика.

– Ложь вполне может стать правдой.

Мика фыркнул:

– Не может.

Сэм пожал плечами:

– Взгляни на это моими глазами. Вы поженитесь, и нам с Дженни и детьми будет куда приезжать в лыжный сезон.

– Как предусмотрительно с твоей стороны.

Сэм улыбнулся:

– В любом случае не торопись. Вам же так хорошо вместе. И не каждой же женщине ты покупаешь огромные изумруды. Кстати, спасибо большое, Дженни уже напомнила мне, что ее любимый камень – сапфир.

Мика рассмеялся:

– Это твои проблемы. А мне просто захотелось сделать подарок, и все.

– Но почему?

– Потому что… – начал Мика и запнулся. – Просто потому…

Сэм расхохотался, и, привлеченная этим звуком, Дженни обернулась. Сэм помахал ей рукой.

– Черт возьми, Мика, неудивительно, что я получаю так много денег за твои книги. Ты по-настоящему красноречив.

– Перестань, Сэм.

– Просто признайся, что она тебя зацепила. Ты заботишься о ней, – не унимался Сэм.

– Конечно. Я же не монстр. Она очень милая. Мы прекрасно проводим время. И она мне нравится. – Черт, да он сам себе не верит.

– Похоже, ты ее любишь.

Мика пронзил Сэма яростным взглядом.

– Никто не говорил о любви.

Сэм покачал головой:

– Ты реагируешь на это слово, как вампир на чеснок.

– У меня есть на то причины, – напомнил ему Мика.

– Да, я знаю, – согласился Сэм. – Я помню, как сильно тебе досталось в детстве. Но сколько можно прикрываться этим?

Мика взглядом пригвоздил друга к месту.

– Вот только не надо. Твой Смертельный Взгляд никогда на меня не действовал.

Мика закатил глаза. Это верно.

– Ладно. Но мое прошлое – не прикрытие для меня, Сэм. Это чертова причина всего.

– Потому что из-за несчастного детства ты не можешь никого полюбить? Глупости. Это все равно что навсегда отказаться от бургеров, потому что в детстве тебе не достался бигмак. В общем и целом ты позволяешь своему паршивому прошлому портить тебе настоящее и будущее.

Мика только скривился в ответ. Глупая аналогия, проведенная Сэмом, ему не понравилась. Его жизнь – его дело, и только его. Ему нравится быть одному. Нравится свобода. Нравится переезжать с места на место без угрызений совести. Интересно, Келли будет скучать, когда он уедет? Будет ли она думать о нем? Он-то точно будет. И это еще одна причина уехать.

– Спасибо за анализ ситуации. Сколько я тебе должен за консультацию? – съязвил он наконец.

– За счет заведения. – Сэм проигнорировал сарказм. – Тебе надо решить, хочешь ли ты жить в полную силу или так и будешь оставаться жертвой обстоятельств.

– Я не жертва. – Мику оскорбило это предположение.

– Рад слышать. А сейчас давай возьмем наших дам и отправимся пропустить по бокалу вина?

– Хорошая идея!

Сэм нагнал Дженни и Келли, и они направились к бару отеля. Келли обернулась и улыбнулась Мике, и даже на расстоянии ее улыбка поразила его в самое сердце.

Он этого не планировал. Все, что ему было нужно, – тихое место для работы. Но вместе с ним в его жизнь ворвалась Келли. И он не знал, что с этим делать. Ему не хотелось заглядывать в будущее…

Когда они возвратились домой, все вернулось на свои места, словно они и не уезжали. И Келли это устраивало. Их маленький отпуск был чудесным, но проводить время с Микой в родном городке было еще лучше. Она теперь никогда не снимала с шеи колье, даже когда работала. Так ей казалось, что Мика всегда с ней.

– Вот, ты опять.

Келли подпрыгнула от неожиданности, услышав голос подруги, прервавший ее мысли.

– Прости.

– В каких облаках ты витаешь? – поинтересовалась Терри. – А, не отвечай. Я знаю. У меня такое же выражение лица, когда Джимми дома.

Келли вздохнула, сделала глоток латте и придвинулась поближе к Терри, которая раскатывала тесто для печенья в своем кафе. В кухне стоял аппетитный запах свежей сдобы.

– Терри, почему ты никогда мне не рассказывала, как прекрасен секс?