Золотко или Принцесса для телохранителя

Я не знала, что они задумали и куда собираются пойти. Мне оставалось просто идти до выхода рядом с Натальей, сохраняя маску спокойствия в ответ на удивленные взгляды. К счастью, гулять собиралась не вся группа, человек десять, вряд ли больше, и половина из них потерялась еще в университете. Кто-то спустился в гардероб за куртками, прихваченными исключительно потому, что утром уже было достаточно прохладно, не смотря на дневной солнцепек, кто-то задержался около доски с расписанием.

Отстающих ждали на улице. Ловко протиснувшись сквозь толпу студентов, вышедших на перемену, новенькие в мгновение ока спустились с крыльца. Отойдя чуть в сторону от основного народа, рыжая с видимым удовольствием потянулась и… достала из кармана куртки пачку тонких сигарет.

Она еще и курит!

— А еще я пью и нецензурно выражаюсь, — заметив мой взгляд, усмехнулась рыжая, вытаскивая сигарету из пачки. — Ой, да брось, Крис. Мои увлечения еще не самое страшное, что может быть!

— В точку, Рыж, — вмешался вдруг Аверин, стоящий позади Солнцевой, и внимательно вглядывающийся куда-то в сторону университетской парковки. — В точку.

Что-то в нем вдруг поменялось. В голосе, во взгляде, в позе… Не знаю.

Он словно стал другим: старше, серьезнее, опаснее, наверное. Я не знала толком, как объяснить и расшифровать нахлынувшее на меня чувство, но в голосе и взгляде новенького было что-то такое, что заставило и меня обернуться, выискивая глазами причину подобных изменений.

— Да носорога вам, да на огуречные грядки! — посмотрев в том же направлении, рыжая выронила из пальцев так и не зажженную сигарету. — Это там мою машину оккупировали, или у меня на нервной почве глюки?!

— Стоять, — схватив девушку за ворот куртки, останавливая от короткого забега, спокойно, но с укором посмотрел на нее Аверин, явно на что-то намекая.

— А, прошу пардону, — Солнцева заметно скривилась, но идти куда-либо явно раздумала. — Не бабское это дело, помню, помню. Тогда вперед, на баррикады!

— Непременно. Только есть одна проблема…

И, наклонившись, негромко что-то шепнул ей на ухо. Не знаю, о чем именно шла речь, но кошачьи глаза рыжей натуральным образом расширились! И в ответ на ухмылку своего парня, она некрасиво и даже грубо заявила:

— Аверин, ты дебил?

— Не знаю, как на счет второго, — спустившись с крыльца, на которое поднимался, чтобы внимательнее рассмотреть происходящее на парковке, наш староста покачал головой. — Но проблемы у вас есть. Это Игорь Федосеев. Третий курс, юрфак. Придурок редкостный!

— Разберемся, — как-то беззаботно и с насмешкой откликнулся брюнет, с каким-то непонятным намеком глядя на свою подругу. И та, закатив глаза… шагнув вперед, просунув руки под полы куртки, обняла его за талию. Свои руки он пристроил на ее плечах, слегка обнимая и, чуть наклонившись, с улыбкой слушал слова, проговариваемые ему на ухо.

Я отвернулась.

Это было первое проявление их чувств, фактически прямое подтверждение отношений. Сомнений больше не оставалось — они действительно пара. Но все такая же странная и неприятная.

Вроде как он ей поможет, но только за объятия и поцелуй. Как… «мило»!

— Помощь нужна? — обернулась я только на Сашин голос. Староста удержал новенького на месте, положив тому руку на плечо, в то время как Солнцева невозмутимо стояла рядом, сложив руки на груди, сунув ладони под отвороты собственной косухи.

— Не стоит, — отозвался тот, стягивая с плеч кожаную крутку. Сильные, литые мышцы отчетливо стали видны под тонкой черной футболкой. Наталья, все это время стоящая рядом со мной, явственно и громко сглотнула, заблестев глазами.

Даже я с неохотой, где-то в глубине своей души признавала — там было, на что посмотреть.

Честно говоря, идти на парковку не хотелось. Драки, разборки и все такое — вещи, от которых я держалась подальше. Но как только Саша двинулся в ту сторону, ноги понесли меня сами собой, и вскоре я оказалась стоящей в ряду студентов, совсем рядом с Солнцевой, которая держала куртку своего парня, перебросив ее через опущенные вниз руки.

Возле небольшого сетчатого забора, среди множества различных машин, красиво блестя на солнце черными боками, в окружении старшекурсников, стояла низкая черная иномарка. Впереди, между узкими фарами, знака не было, и угадать марку я не смогла, но машина явно была старого года выпуска. На больших литых колесах, вроде полуспортивная, довольно красивая, но не сравнимая с новыми элитными авто.

И прямо на широком капоте, возле прорези воздухозаборника, вроде так он называется, развалился во весь свой немалый рост пакостно ухмыляющийся Игорь Федосеев.

Пожалуй, в каждом университете есть своя звезда, главный задира и просто неприятный человек, вечно достающий всех вокруг, так и просящий своим поведением либо держаться от него подальше, либо ответить достойно, с применением грубой физической силы.

Мне не повезло в первый день учебы стать жертвой насмешек нового переведенного студента… а ему не повезло связаться с местным нарушителем покоя. Иногда судьба бывает довольно справедливой, не правда ли?

— И не боишься? — не знаю почему, но вопрос я задала вслух, обращаясь к стоящей рядом со мной рыжей, наблюдающей за тем, как ее друг спокойно приблизился к машине практически вплотную. Игорь же, усевшись на капоте, свесив ноги, откровенно веселился, явно не воспринимая новенького всерьез. О чем они там разговаривали, было непонятно: подходить ближе никто не стал, а среди гомона собиравшейся вокруг толпы, их разговор расслышать не представлялось возможным.

— Конечно, боюсь, — повернув голову в мою сторону, фыркнула Солнцева. — Если они помнут или поцарапают мою машину… эти два оленя на капоте до конца дней своих останутся, как плоская эмблема на «Победе»!

Скептичный хмык мне удержать не удалось. Конечно, я не была лучшего мнения о переведенной студентке, и, в общем-то, меня все это никак не касалось… Но подобное отношение покоробило. Как вещь, пусть даже вроде машины, может быть дороже человека?

Бабушка всегда говорила, что человеческие отношения давно обесценились, и такие понятия, как любовь, дружба, верность и даже семья, если были когда-то, то давно канули в Лету.

Мне… не хотелось верить в это, если честно. Всегда казалось, что в обычной жизни существует что-то кроме денег и связей, приносящих пользу. Однако чем дольше я жила, тем больше убеждалась в обратном и окончательно разочаровывалась в людях…

И разве сегодняшний день не очередное тому доказательство?

— Эй, Крис, — тихо усмехнувшись, рыжая вдруг бесцеремонно пихнула меня локтем в бок. Не больно, но все же, улыбаясь при этом и по-свойски подмигивая. — Не стоить всё воспринимать на веру. Да, я люблю свою машину, дикой, немыслимой любовью… Есть повод, знаешь ли! А за Аверина я если и волнуюсь… то совсем чуть-чуть. Для него университетское хамло так, легкая разминка… О, ну наконец-то! Я уж думала, до старости тут будем стоять пеньками с глазками!

И действительно. Не только я, наверное, никто не успел толком понять, когда разговор студентов перешел вдруг в драку. Да и дракой это было назвать сложно. Просто Федосеев в какой-то момент спрыгнул с машины и, приблизившись к новенькому вплотную, что-то ему сказал, презрительно и с насмешкой глядя на него сверху вниз. Его дружки загоготали, а Аверин… как всегда неимоверно нагло ухмыльнувшись, он просто ударил, коротко и без замаха.

Толпа студентов ахнула, когда главный задира универа оказался лежащим на асфальте. И, что странно, его приятели не накинулись скопом, как это бывает обычно. Игорь же, приподнявшись на локтях, сплюнул кровь из разбитого рта… кажется, вместе с зубом.

— Надеюсь, я доступно объяснил? — присев рядом на корточки, в звенящей тишине спокойно поинтересовался Аверин. И, желающих ему ответить не нашлось… Группа поддержки Федосеева же, переглянувшись, неуверенно кивнула, как и он сам. — Отлично. Кстати, машина как раз попадает под камеры наружного наблюдения. Увижу хоть царапину, найду, кто, и поговорим еще раз, но уже более обстоятельно. Понятно?

— Да понятно, — поднявшись, старшекурсник вытер кровь тыльной стороной ладони, нервно и зло дернув плечом. И, махнув рукой своим парням, развернулся, шепеляво процедив сквозь зубы. — И откуда ты только взялся?

— Лучше тебе этого не знать, — откровенно ухмыльнулся ему вслед Аверин.

— Круто-о-ой, — тихо и восторженно вздохнула мне в ухо окончательно влюбившаяся Наталья.

Тишина на парковке стояла еще долго. Пару минут так точно, а потом толпа заговорила разом. Кто-то курил и обсуждал произошедшее, кто-то побежал в корпус, услышав звонок на пары, кто-то стонал, разочарованный короткими разборками… И как-то незаметно я снова оказалась рядом с основными действующими лицами.

— Крут, — подойдя ближе, наш староста, улыбаясь, от души хлопнул новенького по плечу. — Занимался чем-то?

— Скорее увлекался когда-то, — ответив кивком на похвалу, Аверин вдруг закатил глаза, в ответ на взгляд Солнцевой, требовательно постукивающую ногой по неровному асфальту. Протянув руку, он достал из ее кармана ключи с брелком, нажимая на кнопку. Сигнализация отозвалась коротким гудком и морганием фарами, после чего парень, открыв переднюю дверцу, сделал приглашающий жест.

— Твоя тачка? — присев на корточки, Саша дотронулся пальцами до литья, констатируя. — Классная машина. Я подобных в таком состоянии не видел.

— А разве не заметно, на самом деле чья? — иронично выгнув брови, поинтересовался новенький, опираясь бедром на лаковый черный бок авто, одновременно кивая в сторону. Наверное, туда посмотрели все одновременно… а у меня появилось стойкое желание спрятать лицо в ладонях.

Ибо невыносимая рыжая девчонка, забросив в салон куртку своего парня, теперь гладила автомобильный капот с явной лаской и любовью, придирчиво выискивая на блестящей поверхности возможные изъяны и новые царапины, воркуя что-то себе под нос, довольно щурясь! Откровенная улыбка при этом ни на секунду не покидала ее лица…

Господи, ну почему нельзя было зачислить к нам в группу кого-то более… нормального?!

Это же машина. Всего лишь машина, обычный кусок металла!

— Оу, — с любопытством наблюдая за маневрами Солнцевой, наш староста к моему откровенному неудовольствию мягко улыбнулся. — Как занятно. Впервые вижу, чтобы девушки настолько любили технику.

— В ее случае это диагноз и лечению не поддается, — подтвердил мои подозрения Аверин. И, продолжая улыбаться, негромко позвал. — Рыж, ну отцепись уже, а? Народ ждет.

— Ась? — подняв голову, отозвалась та. И, оглядев с любопытством рассматривающих ее одногруппников, весело фыркнула, выпрямляясь. — Прошу пардону, увлеклась. И таки Александр, не так дорога сама машина, как то, что с ней связано… Точнее кто. Лан, не суть! Так мы идем или нет? Ник?