Терапия для янычара

— Справишься. Иди сюда, — она стащила с головы шлем и положила его на багажник. — Садись. Коленями сдави бак, а в руль не вцепляйся мертвой хваткой. Теперь смотри: правая рука — газ и передний тормоз. Палец держи на рычаге, чтобы рука не болталась и обороты на ухабах не скакали. Правая нога — задний тормоз. Старайся поначалу пользоваться только им, чтобы через голову не улететь. Левая рука — сцепление. Левая нога — передачи. Нажатие вниз — первая, остальные — носком ботинка наверх. Большим пальцем переключаешь свет и поворотники. Эта кнопка — стартер. Все — садись и уезжай, пока сюда группу захвата не прислали.

— А моя машина?

— Я ее отгоню в темноту, чтобы не сразу нашли, — она сняла с себя шарф и перчатки. — Утепляйся, а то околеешь.

— Куда же я поеду теперь?

— Таллинское шоссе знаешь?

Он кивнул.

— Выезжай из города через Красное Село. Проедешь пост ГАИ — позвони. Два гудка и дай отбой — значит проскочил. На том телефоне, что я тебе оставила, всего один номер в памяти. Езжай до поворота на Сланцы. Оттуда позвонишь. Удачи! Хотя постой, — она вдруг вытащила из кармана пистолет. — Возьми на всякий случай.

— Это еще зачем?

— Ты еще не понял, что за люди на тебя охотятся? Они тебя, не задумываясь, шлепнут.

Лариса обладала какой-то мистической способностью диктовать свою волю. Вместо того, чтобы броситься в темноту и убежать подальше от этой страшной женщины, он взял пистолет и попытался пристроить его за поясом, как это делали герои виденных им фильмов. Беретта провалилась в штанину и, больно ударив его по ноге, выпала на асфальт.

— В сумку пока положи, — она уже садилась в его машину, постелив полиэтиленовый пакет на залитое кровью сидение.

* * *

Попытка тронуться чуть не выбросила его из седла. Пришлось остановиться и повторить упражнение. После этого удалось относительно плавно добраться до третьей передачи. Теперь можно было попытаться прибавить газу. Ускорение и уличные фонари, неожиданно кометами полетевшие навстречу, напомнили кадр из «Звездных войн». Миша поймал себя на том, что получает удовольствие от управления этим снарядом, зажатым между его коленок. Ему приходилось усилием воли заставлять себя не превышать скорость и не «выстреливать» на ровных участках. Ситуация, которая должна была привести в ужас любого вменяемого человека, почему-то зарядила его энергией. Летя по пустынной утренней набережной, он совершенно не думал о том страшном водовороте, в который его затянуло. Ему нравилось ощущение скорости, он почему-то с облегчением думал о том, что сегодня уже не станет бриться, повязывать галстук и спешить в офис к девяти. А самое чудовищное было то, что он почти физически ощущал холодную сталь Беретты в своей сумке, лежащей на багажнике, и понимал, что обладание оружием открывает спрятанные в глубинах подсознания неизведанные черты его характера.

Мимо поста ГАИ проезжал, стараясь не смотреть в сторону стоящего в напряженной позе полицейского. Потом сообразил, что через зеркальное забрало глаза не видны. Прежде, чем остановиться, проехал еще пару километров, и только тогда достал телефон и набрал единственный номер из записной книжки. Два гудка, отбой. Все. Можно ехать дальше. Кто принял этот звонок? Кому так важно — выбрался он из города или нет?

К повороту на Сланцы подъезжал уже в плотном потоке машин. Поворачивать не стал, съехал на обочину. Снова набрал номер. Ответил мужской голос: «Живой? Тогда езжай в Сланцы. Проедешь по центральной улице, упрешься в шахту имени Кирова. Поворачивай направо и через километр остановись. Все». Отбой…

Городок оказался на удивление чистым и тихим. Малоэтажные здания и обилие зелени создавали какой-то патриархальный уют, который не хотелось нарушать рокотом двигателя. Даже сквозь пластик шлема он почувствовал запах выпечки из маленькой пекарни, и только сейчас понял, как проголодался. Сглотнув слюну, двинулся дальше, тормозя перед мамашами с колясками, которые почему-то предпочитали гулять по мостовой. Переехал через мост и увидел длинное одноэтажное здание с колоннами. Перед фасадом стояла окрашенная серебристой краской фигура шахтера. Повернув направо, он проехал, как было велено, еще километр и остановился на обочине. Заглушив двигатель, скорей побежал в ближайшие кусты, но на полпути спохватился и вернулся за сумкой, прижатой пружиной к багажнику. Когда возвращался, то увидел, что на мотоцикле примостился боком какой-то мужичок в керзачах, кепочке и трикотажной куртке с трогательной надписью Emporio Armani.

— Ты, что ли, в бегах? — мужичок говорил, даже не смотря в его сторону.

— С чего вы взяли? — осторожно ответил Миша.

— Значит, пропуск в погранзону у тебя есть. Ну, бывай, — незнакомец встал и, сунув руки в карманы куртки, зашагал в сторону шахты.

— Стойте! Вы от Ларисы?

— Не знаю я никакой Ларисы. Тебе надо ноги уносить?

— Ну, в общем, мне…

— Тогда поехали. Нечего тут отсвечивать.

Мужичок устроился позади Михаила и они тронулись в путь. Проехали пару деревень, закончились поля и начался лес. Дорога была в ужасном состоянии. Приходилось постоянно тормозить, чтобы не попасть в очередную дыру в асфальте. Через несколько километров Миша почувствовал, что пассажир постучал по шлему ладонью и заорал: «Стой!»

— За этим поворотом — погранпост. Ты его пешком обойдешь по лесу. Документы на мотоцикл есть?

Миша покачал головой.

— Плохо. Ладно, навру что-нибудь.

Незнакомец неожиданно стал набирать полные пригоршни дорожной грязи из лужи и поливать ею отливающие перламутром бока Ларисиного байка. Оглядев ставший неузнаваемым мотоцикл, он, видимо, остался доволен результатом.

— Шлем только этот пижонский с собой забери, — сказал он. — В деревне такие не носят. Пойдешь прямо от дороги. Смотри, чтобы солнце все время слева было. С километр отсюда лес кончится. Увидишь грунтовку в поле и автобусную остановку с навесом. Я тебя там ждать буду.

Мужичок надвинул кепочку поглубже, сел на Мишино место и исчез за поворотом.

«Интересно, я его еще увижу?» — подумал Миша и полез через канаву в чащу.

Лес оказался заросшим деревьями куском болотистой почвы. Кроссовки моментально промокли и постоянно спадали с ног, норовя остаться в чавкающем мхе. Комары облепили лицо и шею. Михаил попытался надеть шлем, чтобы защититься от укусов, но пробираться в нем по лесу было невыносимо жарко. Так, хлопая себя по лбу и по щекам свободной рукой и прижимая укушенное ухо к плечу, он, наконец, вышел на край поля и действительно увидел вдалеке бетонную коробку автобусной остановки. Незнакомца нигде видно не было.

Подойдя поближе, он наткнулся на свой мотоцикл, лежащий на боку в высокой траве. Повертев головой, заметил неподалеку неподвижное тело. Сквозь примятые стебли видна была надпись Emporio Armani на куртке. Миша резко присел в траву и огляделся. В пределах видимости никого не было. Тот, кто расправился с мужичком, мог находиться только в бетонной коробке. Стараясь не шуметь, он расстегнул молнию на сумке и достал пистолет. Пригибаясь к земле и держа оружие перед собой, он двинулся в сторону остановки.

— Ты на охоту собрался? — послышался вдруг знакомый голос.

Резко обернувшись на звук, он увидел мужичка, сидевшего в траве, с удивлением наблюдающего за его перемещениями.

— Задремал я тут на солнце, пока тебя дожидался, — мужичок достал сигареты из кармана. — А тебе, гляжу, и правда — надо ноги делать. А то, неровен час, постреляешь тут всех с перепугу. Ствол-то убери.

Миша только сейчас понял, что держит своего проводника на прицеле. «Зачем я достал пистолет? — подумал он. — Почему просто не бросился бежать? Что со мной вообще происходит?!»

— А мотоцикл зачем на бок повалил?

— Чтоб внимание не привлекать. У нас в деревне вся техника на виду, зачем вопросы лишние? — мужичок поднялся на ноги. — Ладно, поехали дальше.

Через километр показалась река, поделенная по фарватеру красными буйками. Дорога шла вдоль берега, и деревня, в которую они вскоре въехали, тоже была вытянута в один ряд вдоль русла. Почти каждый дом имел собственный спуск к воде и причал. Деревенские избы стояли вперемешку с богатыми особняками, обнесенными высокими заборами. Следуя указаниям проводника, Миша въехал ворота под вывеской «Рыболовная база». Одноэтажные домики стояли по периметру большого двора. У каждого домика — маленькая открытая веранда, в конце двора — строения с табличками «Баня», «Столовая» и «Склад». Судя по тому, что небольшая парковка была пуста, гостей на базе пока не было. Мужичок достал из кармана телефон, замотанный синей изоляционной лентой, набрал номер. «Леша, подходи на склад» — коротко бросил он. Через несколько минут появился огромного роста мужик в камуфляжных штанах и клетчатой рубахе.

— Алексей, — представился он и добавил, обращаясь к Мишиному проводнику. — Свободен.

Мужичок, не прощаясь, направился к воротам. Миша так и не узнал, как его зовут.

— Мотоцикл на склад загоните, — Алексей зашагал в конец двора, доставая из кармана ключи. Загремел запорами и откатил в сторону железную створку. Внутри ровными рядами стояли весла, вдоль стены из специальной подставки торчали спиннинговые удилища и металлические сачки. На деревянных козлах расположились три лодочных мотора Yamaha. Пристроив мотоцикл, Леша критически оглядел гостя и протянул ему синюю телогрейку.

— Наденьте, чтобы внимания не привлекать. Первый раз у нас?

Миша кивнул.

— Ну, тогда погуляем, осмотримся…

Алексей запер склад, и они направились к реке. Собственный причал рыболовной базы был огорожен металлической сеткой. На воде покачивались с десяток лодок.

— Вот он, шенген, за буйками, — кивнул головой Леша. — На том берегу — Эстония.

— Вы меня на лодке переправите? — спросил Миша.

— Прошли те времена. Это в первые годы после отделения мы по ночам туда-сюда шастали. Возьмешь пару канистр бензина да мальборо молдавского блоков пять — на том берегу в полтора раза дороже забирают. Понемногу погранцы ихние работать научились, а потом и наши всерьез за дело взялись — вышку поставили, приборы ночного видения… Так что на лодке не получится.

— Как же я там окажусь?

— На этот случай у нас есть нефтепровод «Дружба», — усмехнулся Алексей.

— Это еще что такое?

— На месте покажу. Пройдемся — у нас в полукилометре стоит ВИП-домик для особых гостей. Все там.

Они вернулись на дорогу и зашагали вдоль домов.

— Алексей, я так и не представился, — спохватился Миша.

— А мне это ни к чему, — остановил его Леша. — Надеюсь, мы больше не увидимся.

ВИП-домик оказался двухэтажным коттеджем из калиброванных бревен. У него тоже был свой причал, только поменьше — на пару лодок. Ближе к воде стоял сарай из профилированного железа. Алексей повозился с замками, пропустил Мишу внутрь, зашел сам, запер изнутри железную дверь и щелкнул выключателем. Внутри стояли три кубические полиэтиленовые емкости внушительного размера и одуряюще пахло соляркой.

— Это и есть наш нефтепровод «Дружба», — объяснил хозяин.

— Пока ничего не понимаю, — признался Миша.

— Да что тут понимать? — Алексей поманил его к дальней стене. — Вот насос, а тут шланг в землю зарыт. По нему мы дизтопливо на ту сторону качаем.

— А я-то как в него пролезу?

— По частям, — засмеялся Алексей. — Шланг в трех метрах от берега выходит из-под земли и лежит просто на дне. Там поплавок пенопластовый плавает. Беретесь за него как за перила и шагаете на ту сторону.

— Как шагаете? По дну?

— С аквалангом, естественно. Приходилось нырять?