Записки нетолерантного юриста

Во времена Бендера ответственность за нарушение правил о валютных операциях предусматривалась статьей 59–12 УК РСФСР. Это также считалось государственным преступлением, но наказывалось гораздо мягче – до трех лет лишения свободы с конфискацией имущества.

А теперь вернемся в март 1931 года, поближе к румынской границе, и посмотрим, как великий комбинатор покидает свою страну:

“Странный человек шел ночью в приднестровских плавнях. Он был огромен и бесформенно толст… Он нес на себе семнадцать массивных портсигаров…по карманам были рассованы бубличные связки обручальных колец, перстней и браслеток. На спине в три ряда висели на крепких веревочках двадцать пар золотых часов…Бриллиантов великий комбинатор достал только на четыреста тысяч” (л. д. 631).

Ну и так далее, вплоть до ордена Золотого Руна.

“ В три часа ночи строптивый потомок янычаров ступил на чужой заграничный берег… Он обернулся к советской стороне и, протянув в тающую мглу толстую котиковую руку, промолвил:

– Все надо делать по форме. Форма номер 5 – прощание с родиной. Ну что ж, адье, великая страна…” (л. д. 632–633).

Действующее уголовное законодательство карает Статьей 322 УК РФ за незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации, а именно – за пересечение ее без установленных документов и надлежащего разрешения, чего, естественно, Бендер не имел (недавно, в восьмидесятых, это считалось государственным преступлением, а теперь – “всего-то лишь” – против порядка управления – авт.). Однако спешу заверить уважаемый суд, что Остап Бендер не нес бы за это ответственности, поскольку данный состав преступления возник лишь в ноябре 1936 года.

Тем не менее, вне всяких сомнений Бендер отвечал бы по статье, карающей за контрабанду (на срок до пяти лет – авт.), а именно – по Статье 188 УК РФ, в настоящее время карающей за: “…перемещение в крупном размере через таможенную границу Российской Федерации товаров или иных предметов…совершенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля…”.

А на момент перехода Бендером границы действовала статья 83 УК РСФСР – простая контрабанда, которая каралась всего лишь конфискацией контрабандных товаров и штрафом, налагаемым в административном порядке.

Как мы помним, встреча Остапа с румынскими пограничниками была жаркой. Но не долгой. Торжественный возглас командующего парадом: “Траяску Романиа Маре” (Да здравствует великая Румыния!) вскоре сменился истошными воплями: “Эксплуататоры трудового народа! Пауки! Приспешники капитала! Гады!”, когда пограничники стали “потрошить” великого комбинатора. После этого воинствующий индивидуалист:

“…опомнился на льду, с расквашенной мордой, с одним сапогом на ноге, без шубы, без портсигаров…без коллекции часов, без блюда, без валюты, без креста и бриллиантов, без миллиона…

– Сигуранца проклятая! – закричал Остап, поднимая босую ногу. – Паразиты! Офицер медленно вытащил пистолет и оттянул назад ствол. Великий комбинатор понял, что интервью окончилось. Сгибаясь, он заковылял назад, к советскому берегу…

Через десять минут на советский берег вышел странный человек без шапки и в одном сапоге. Ни к кому не обращаясь, он громко сказал: – Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в управдомы” (л.д. 635–636).

Автор позволяет себе отметить здесь, что не просто так Бендер решил переквалифицироваться в управдомы. Дело в том, что в его времена управдом был значительной фигурой. Именно от управдома зависело, подселят, к примеру, профессору Преображенскому Шарикова, или нет. Словом, управдом был в те времена обеспеченным человеком, поскольку активно принимал взятки.

Резолютивная часть

На этой грустной и вместе с тем оптимистичной ноте заканчивается второй том уголовного дела по обвинению Остапа Бендера, коим в определенном смысле являются бессмертные произведения Ильи Ильфа и Евгения Петрова о золотом теленке и двенадцати выпотрошенных стульях – эти удивительные истории о великом комбинаторе, из которых видно, что уважаемые судьи и присяжные заседатели, что Остап Бендер совсем не чтил Уголовный кодекс ни до его встречи с Шурой Балагановым, ни после…

Так кто же этот человек – Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендербей Задунайский, незаконнорожденный сын турецко подданного, выдававший себя также за сына легендарного лейтенанта Шмидта и за любимца публики Рабиндраната Тагора? Человек, который в свои тридцать три года учения не создал, а учеников разбазарил, но которого, тем не менее любили домашние хозяйки, домашние работницы, вдовы и даже одна женщина – зубной техник? Кто он, тонкий психолог, изучавший глупые души своих “пациентов”, идейный борец за денежные знаки, не желавший строить социализм?

Возможно, будут правы те, кто скажет: обыкновенный безродный жулик, незадачливый бомж, прохиндей, колесивший по стране и дуривший мирных совслужащих и крестьян. Но правы будут и те, кто ответит: это гениальный жулик, виртуозный аферист, идеальный менеджер, великий комбинатор без кавычек, высочайшей пробы частный детектив (не лицензированный, увы), сумевший выудить миллион у осторожного и коварного негодяя.

Я же смею утверждать, что Остапу Бендеру присуще человеческое достоинство и благородство. Вспомните, как он нянчился с Кисой Воробьяниновым, словно с ребенком, на свою же голову, то бишь – шею. Бендер пригрел старого беспомощного Паниковского. Он отдал последние пятнадцать рублей Козлевичу и отправился в далекую Среднюю Азию вылавливать Корейко без копейки денег. Он по-царски одарил балбеса Шуру Балаганова, хотя мог этого и не делать. И если бы не встреча с Зосей Синицкой, то он наверняка отослал бы свой миллион наркому финансов на строительство социализма.

Да, он жульничал, уважаемые Дамы и Господа! Но жертвами его комбинаций становились люди или неприятные (Альхен, мадам Грицацуева, Изнуренков), или совсем уж негодяи (Корейко), или просто глупые (васюкинские шахматисты, предисполкома Арбатова, члены союза меча и орала и другие).

Остап Бендер – личность многогранная и, несомненно, талантливая, трагикомедия которой заключалась в том, что Остап не мог проявить свои способности легально в условиях советской власти, которая хотела строить социализм, а он этого не хотел, и которая не давала ему разбогатеть. Желание разбогатеть автору этих строк понятно и близко. Он ему сочувствует, хотя многие его методы и порицает.

А поэтому, если бы пишущему эти строки пришлось поддерживать государственное обвинение по делу Остапа Бендера в суде, то он просил бы суд признать Бендера виновным и оказать ему снисхождение, которого он, право же, заслуживает. Свидетельством тому – симпатии миллионов, на протяжении нескольких поколений, читающих и перечитывающих книги о нем.

Позвольте на этом заседание закончить, уважаемые судьи и заседатели.

Часть II. Немного Истории

На картине французской художницы Мари Виже-Лебрен ниже изображена супруга короля Франции Людовика XVI Мария-Антуанетта, то есть королева Франции, которая в ходе Французской революции 18 века была объявлена вдохновительницей контрреволюционных заговоров, за что была осуждена Конвентом и обезглавлена на гильотине. Но речь здесь пойдёт не о ней, а о её платье. И даже не о платье, а о его цвете.

Она была на балу в пюсовом платье…

«Принимала такая же добродушная жена его в бархатном пюсовом платье».

Л. Н. Толстой «После бала».

Пюсовое платье… Как много с этим словом связано…

Словарь иностранных слов: "ПЮСОВЫЙ – (от фр., puce блоха). Старинный модный коричневый цвет".

Чем же блохи заслужили такую популярность, что в их честь люди назвали не только цвет, но и модничали?

Начну издалека и оговорюсь сразу: людям с тонкой душевной организацией лучше бы читать не продолжать, а с крепкими духом мы вместе переносимся в средневековую Европу и… видим города, утопающие в зловонии. Нечистоты выбрасываются из окон, текут по улицам… Так и были придуманы ходули. В Германии.

После того, как французский король Людовик IX (XIII в.) был облит дерьмом из окна, жителям Парижа было разрешено сливать бытовые отходы через подоконник, лишь трижды предварительно крикнув: «Берегись!»

Балконы изначально служили сортирами с круглым очком посередине. Словом, Джульетта в Вероне какала прямо на головы прохожих.

А широкополые шляпы мушкетёров и этот шикарный жест размахиваниями ими в знак приветствия, особенно перед дамами? Так мушкетёры стряхивали упавшее на них с балконов.

Наши предки мылись крайне редко – ванн и водоснабжения не было. Воду брали из рек и колодцев. Мыла, кстати, тоже не было. Эффект мыла создавал пепел, посыпанный на голову и вступивший в реакцию с жирными немытыми волосами. Отсюда – «посыпать голову пеплом».

Скажу больше: в те времена уход за телом считался грехом. Христианские проповедники призывали ходить в рванье и никогда не мыться, так как именно таким образом можно было достичь духовного очищения. Мыться нельзя было ещё и потому, что так можно было смыть с себя святую воду, к которой прикоснулся при крещении. В итоге люди не мылись годами, или не знали воды вообще. Грязь и вши считались особыми признаками святости. Монахи и монашки, пованивая, подавали остальным христианам соответствующий пример служения Господу. На чистоту смотрели с отвращением. Вшей называли «Божьими жемчужинами».

Несколько научно-медицинских фактов.

Испанская Королева Изабелла Кастильская (1452–1504) мылась 2 раза в жизни – на крестины и перед свадьбой. Ее одежда, пропитанная естественными выделениями тела, была серовато-желтого цвета. Этот цвет впоследствии назвали «цвет королевы» или «цвет инфанты». От того-то диснеевские принцессы частенько в платьях жёлтого цвета. Пересмотрите «Белоснежка и семь гномов», к примеру.

Король Франции Людовик XIV мылся 4 раза в жизни и пришел в такой шок от водных процедур, что поклялся больше не повторять этот ужасный опыт. По словам П. Зюскинда из его романа «Парфюмер», король «вонял как хищный зверь».

В Лувре, дворце французских королей, не было ни одного туалета. Опорожнялись во дворе, на лестницах, в коридорах. То же самое творилось и в Версале. Например, во время Людовика XIV, быт при котором благодаря историкам хорошо известен, придворные дамы Версальского дворца, прямо посреди разговора (и даже во время мессы), вставали и непринуждённо так, в уголочке, справляли большую и малую нужду.

По большим праздникам те средневековые горожане, кто мог себе позволить, наливали водой большой деревянный чан. Первым погружался глава семьи. Жена – вслед за ним. Затем дети от старшего к младшему. Младенцы омывались последними в грязной вонючей жиже. Оттуда-то и пошла пословица «Вместе с водой выплеснули ребёнка».

Средневековые немытые граждане жутко воняли. Отсюда и изобретение духов во Франции, и до сих пор живущая традиция невест прижимать букет роз к грудям…

Но это был пролог. Переходим к делу.

В средневековой католической Европе активно истребляли кошек, поскольку те считались пособницами Дьявола. В результате блохи массово переселялись на тела тамошних красавиц и их кавалеров.

С блохами и вшами с разной степенью безуспешности пытались бороться разнообразными способами.

Или, к примеру, работа Леонардо да Винчи «Дама с горностаем». Он тут неспроста (на самом деле это хорёк фредка). Поскольку температура тела у зверька повыше человеческой, он притягивал блох на себя.

Другой способ борьбы с блохами – блохоловки. Вешались на шею, или носились у пояса, прятались в никогда не мывшиеся парики.

Вовнутрь клали тряпочку, или мех, пропитав кровью, и обмазывали мёдом, чтобы блохи прилипали.

Парижская мода на большие широкие платья использовались с определенной целью – чтобы скрыть под ними собачку, которая была призвана защищать прекрасных дам от блох.

Средневековые поэты воспевали блох как небесные создания, которые гораздо ближе к телу возлюбленной, чем он, несчастный и отверженный.

Влюблённые кавалеры, бывало, собирали с себя блох и тайком пересаживали на даму, чтоб кровь смешалась хотя бы в блохе для начала.

Дамы той поры беззастенчиво пользовались блохами в искусстве флирта. Вскрикивая от мнимых и настоящих блошиных укусов, они приглашали тем самым кавалеров к поискам паразитов. В ту пору самой эротической забавой мужчин считалось поймать блоху на теле любимой. Гляньте в Интернете картину «Мадам Bouvillon искушает судьбу, прося Ragotin поискать блох». Jean-Baptiste Pater, 18-й век.

Если во время бала из-за ушка дамы выползала блоха, кавалер с её позволения брал блоху себе, заключал в ларец и носил у сердца.

Во время обедов Людовика XIV в Версале и Лувре присутствовал специальный паж для ловли блох на короле. Состоятельные дамы носили шелковые нижние рубашки, полагая, что вошь/блоха за шелк не уцепится, ибо скользко. Так появилось шелковое нижнее белье, а к шелку блохи и вши действительно не прилипают.

Блохи (вши) играли существенную политическую роль в средневековой жизни людей. Так, в городе Гурденбурге (Швеция) вошь была активным участником выборов мэра города. Претендентами на высокий пост могли быть в то время только люди с окладистыми бородами. Выборы происходили следующим образом. Кандидаты в мэры садились вокруг стола и выкладывали на него свои бороды. Затем специально назначенный человек вбрасывал на середину стола вошь. Избранным мэром считался тот, в чью бороду вошь заползала.

Различали цвета молодой, блохи, старой, больной, цвет бедра, брюшка блохи. В целом – это цвет пятна крови от раздавленной блохи на постельном белье.

Доктору Ф. Е. Бильцу в популярном учебнике медицины конца XIX (!) века приходилось уговаривать людей мыться. «Есть люди, которые, по правде говоря, не отваживаются купаться в реке или в ванне, ибо с самого детства никогда не входили в воду. Боязнь эта безосновательна, – писал Бильц в книге «Новое природное лечение», – После пятой или шестой ванны к этому можно привыкнуть…».

Так вот ты какое, пюсовое платье…

Рассказ Л. Н. Толстого "После бала" был написан в 1903 году, что дает нам право полагать существование "блошиной моды" до начала 20 века.

Только не надо говорить, что в Средневековой России было иначе. Та же грязь и та же вонь. Примером тому – и ныне повсеместно встречающееся за пределами МКАД знакомое дощатое сооружение типа сортир из далёкого прошлого.

Словом, не забывайте почаще мыться, дорогие читатели, и будет счастье вам. И здоровье.

* * *

Теперь перенесёмся на просторы древней России и давайте…

Поговорим матерно

Нецензурные выражения, нецензурная брань, мат. Да много ли мы знаем об этом? Сомневаюсь.

Давайте разберёмся.

Обсце́нная ле́ксика (от лат. obscenus «непристойный, распутный, безнравственный»), непеча́тная брань, нецензу́рные выраже́ния, ненормати́вная ле́ксика, скверносло́вие, срамосло́вие – бранная лексика в различных языках, включающая вульгарные, грубые и грубейшие (похабные, непристойные) бранные выражения, часто выражающие спонтанную речевую реакцию на неожиданную ситуацию.

Субтильных впечатлительных дамочек, теряющих сознание от увиденного слова из трёх букв, написанного на заборе, прошу остановиться прямо здесь и переключиться на любовную лирику, а мы с закалёнными нецензурной площадной бранью настоящими мужиками продолжим.

Основу русской матерной лексики составляет популярная во многих языках «обсценная триада»: мужской половой орган («хуй») – женский половой орган («пизда») – глагол, описывающий копуляцию («ебать»).

Давайте сразу переименуем обсценную лексику в слово «мат» для простоты восприятия.

Давно установлено, что русский мат имеет древние славянские и индоевропейские корни. Современные исследователи не рассматривают всерьёз бытующее в русском народе ненаучное представление о том, что мат «был заимствован русскими из „татарского языка“ во время монголо-татарского ига».

Так, например, исследователь В. М. Мокиенко пишет: «Основные „три кита“ русского мата этимологически расшифровываются достаточно прилично: праславянское *jebti первоначально значило 'бить, ударять', *huj (родственный слову хвоя) – 'игла хвойного дерева, нечто колкое', а также «отросток», *pisьda – 'мочеиспускательный орган'».

Теперь мат в берестяных грамотах.

Мат обнаружен в четырёх древнерусских берестяных грамотах XII–XIII вв. из Новгорода и Старой Руссы:

Грамота из Старой Руссы № 35 (XII в.). В конце записки от Радослава к Хотеславу с просьбой взять у торговца приписано: «ѧкове брате еби лежѧ» («Якове, брате, еби лежа»). Примерный смысл этой пометки – «не оригинальничай», «будь как все». Дальше по адресу Якова прибавлены ещё два замысловатых ругательства: ебехота – похотливый, и аесова – «сователь яйца».

Грамота из Новгорода № 955 (XII в.). Это письмо от свахи к Марене – знатной даме древнего Новгорода, найдено в 2005 году. Сваха Милуша пишет, что пора бы Большой Косе (видимо, дочери Марены) выходить замуж за некого Сновида и прибавляет: «Пусть влагалище и клитор пьют» (пеи пизда и сѣкыль).; аналогичный текст встречается в народных «срамных» частушках, исполняемых во время свадьбы, и в устах свахи это – пожелание, чтоб свадьба состоялась. Слово «пизда» выбито на камне в Софии Полоцкой.

Грамота из Новгорода № 531 (начало XIII в.).

Одна из самых длинных грамот. Некая Анна просит своего брата вступиться перед Коснятином за себя и дочь. Она жалуется, что некий Коснятин назвал её курвою, а дочь блядью: «… назовало еси сьтроу коровою и доцере блядею…».

Или вот грамота из Новгорода № 330 (XIII в.), обнаруженная в конце 1950-х годов – это рифмованная дразнилка, переводится как: «задница (гузка) ебёт (другую) задницу, задрав одежду».

Слово «блядь» в то время не было матерным (оно встречается и в церковнославянских текстах), и нейтральным обозначением проститутки, блудницы. Публичное называние замужней женщины блядью по русскому праву было оскорблением чести и достоинства. Каралось Русской Правдой (сборник правовых норм Киевской Руси, 1016 в.).: «Аще кто назоветь чюжую жену блядию, а будеть боярьскаа жена великыихъ бояръ, за срамъ еи 5 гривенъ злата, а митрополиту 5 гривенъ злата, а князь казнить; и будеть меншихъ бояръ, за срамъ еи 3 гривны злата, а митрополиту 3 гривны злата; а оже будеть городскыихъ людеи, за соромъ еи 3 гривны сребра или рубль, а митрополиту такоже; а сельскои женѣ 60 рѣзанъ, а митрополиту 3 гривны».

Итак, начнём, пожалуй, со слова «блядь».

Блядь – от славянского блѫдъ рус. блуд – заблуждение, ошибка, грех. Слово «блядь» использовалось в славянском тексте Библии, в церковно-богослужебных текстах русской православной церкви (см. «Полный церковнославянский словарь»).

По одной из версий происходит от древнеславянского «Бо ляд» – «как чёрт». Вспомним «На кой ляд тебе это надо!».

Проститутки в стародавние времена, испитые, лица битые, немытые выглядели «бо ляд». Когда степенная зажиточная семья встречала такую на улице, можно было слышать: «Смотри, бо ляд идёт».

Это слово не матерное хотя бы потому, что представляло собой юридический термин и квалифицирующий признак мелкого хулиганства времён Петра I.

Воинский Артикул 177. «От позорных речей и блядских песней достойно и надобно всякому под наказанием удержатись».

Хуй – от славянского *xū- «отросток», «побег».

Как приветствовали друг друга былинные богатыри? Правильно: «Гой еси, добрый молодец!». В переводе на современный русский это переводится не иначе, как «Хуй имеешь, добрый молодец!».

Представим себя в стародавней Украине в образе мальчугана, бегающего по двору в холщовой рубашке. Трусов тогда не было… Писюнок болтается под задранной ветром рубашкой. Украинское слово «ховать» (прятать) знаете? Вот строгая мать и кричит через окно: «прячь», пардон, хуй!

Мудак. О, это был комплимент мужчине. Когда-то если про кого-то говорили: «Он такой мудак!» – это означало, что он настоящий мужчина, с мудями. И не напрасно у Ивана Баркова Лука носил Фамилию Мудищев.

В 15–16 веках существовало 67 русских топонимических названий, таких, например, как речки: Блядея; Еботенка, Пиздюрка, Наебуха и Ненаебуха;

волость Елда;

пустоши Хуярово, Пезделёво-Долгое, Пиздино, Пиздоклеин починок, Хуинков пустошь-починок;

деревни Мандино, Пезделка, Пизденково, Пиздюрино, Хуйково, Ебехово, Поиблица;

селище Мудищево; овраг Блядейский отвершек.

Хер. Абсолютно не матерное слово. В дореволюционном алфавите так называлась буква «Х». Послать на хер означало перечеркнуть. Когда крестом вычеркивали ненужные места в тексте, это называлось «похерить».

Херня. Абсолютно не матерное слово. Hernia по-латыни означает «грыжа», и именно этот диагноз добрые военные врачи чаще всего выставляли детям обеспеченных мещан, которым не хотелось служить в армии. Каждый пятый горожанин-призывник в России в конце XIX века исправно страдал херней (крестьянам же херня чаще всего была не по карману, и их забривали куда активнее).

Так и писали в заключениях: «Страдает хернёй».

Или вот яркий пример употребления мата в Высоком Искусстве. Картина Или Репина «Запорожцы» (1891). (Усатый пузан в красном кафтане справа, изображающий Тараса Бульбу, не кто иной как Владимир Гиляровский, кстати). Почему казаки тут так угорают от смеха?

Потому что вот текст письма с переводом на современный русский, которое они пишут Турецкому султану: