Приворотный практикум [СИ]

— Минус балл каждому нарушившему дисциплину.

Над двенадцатью столами мигнули красные символы, снизившие мерцающие пятерки на тот самый один балл, — профессор отличалась строгостью.

— Великолепный материал, Соллер, — магианна вернула мешочек растерянной Данике, — ступайте на свое место.

Но не успела Дани дойти, как на доске вспыхнуло название лабораторной работы: «Приворотный практикум». Еще десять крылатых вестников взмыли над столами, неся несчастному Хорсану скорбные новости.

«Ой, Извечные Стихии», — только и подумала младшая Соллер, вынимая прядь волос несчастной жертвы обучающего процесса.

В следующее мгновение непроницаемый купол накрыл каждого адепта, отрезая от всего мира на время выполнения задания. На столе начал проявляться текст — условия проведения практического занятия. Первый пункт гласил:

«Использовать наиболее действенный из изученных приворотов, либо группу приворотов, для достижения максимального эффекта».

Второй вещал о мерах предосторожности.

Третий возник, пока Дани читала написанное выше, и содержал последнее напутствие: «Купол впитает направленную энергию, посему не ограничивайте себя. Удачи в работе». Даника облегченно вздохнула — пожалуй, это был единственный действенный стимул, способный заставить ее применять магию без оглядки. С детства она опасалась навредить, причинить боль, сломать, уничтожить или разрушить созданное кем-то. В отличие от старшей сестры, она видела, к чему приводит бездумное применение магии. Эльсея тренировала меткость, целясь пульсарами в деревья, Дани ночью их лечила. Эльсея превращала мышей в кошек, Даника возвращала перепуганным созданиям прежний вид. Эльси создавала големов из песка, Дани отпускала их на волю, перенося в запретные леса. А все потому, что было жалко до слез всех пострадавших от магического произвола, даже злобных големов, которые тоже хотели жить.

— Значит, объекту ничего не будет, — самой себе сказала адептка Соллер, разминая пальцы. — Что ж, магианна Геневра, на сей раз я вас не разочарую.

* * *

Профессор прикладной магии с интересом следила за всеми потоками магии, впитываемыми непроницаемыми куполами, но особенно пристально за Даникой.

«Привязка „Цветок страсти“ высшего семнадцатого уровня, — мысленно отметила она. — О, а девочка на мелочи не разменивается, и даже все десять потоков задействованы. Не ожидала. Совсем не ожидала. Не такой уж вы и слабый маг, адептка Соллер, а умение правильно приложить силу — ваш несомненный козырь. Тонкая работа, тонкая и точная, как движения хирурга. Надо же, неужели злость на Нирва Хорсана поспособствовала? Что ж, девочка, ты заслужила награду, а кое-кто давно напрашивался на жестокий урок».

Занятая работой Даника не заметила, как ее купол, повинуясь приказу магианны Гиневры, утратил свои функции по впитыванию заклинаний, и разошлась не на шутку. «Цветок страсти» был только началом, далее последовали «Любовный зов», «Лихорадка чувств», «Свет страсти» и еще с десяток изученных приворотов высшего порядка. И работалось так легко и спокойно, и магия повиновалась как второе тело, и заклинания ложились легко…

* * *

Эр Ваэн ненавидел королевские приемы, его утомляли велеречивые диалоги и навевали скуку государственные дела, но лорд давно достиг вершин в искусстве сохранения на своем лице выражения повышенного внимания. Вот и сейчас любой взглянувший на мага, застывшего у трона, увидел бы крайнюю заинтересованность лорда Ваэна, и ничто другое. То, что маг украдкой зевал, знал только он сам, да еще, пожалуй, Рейтан Тень, который обладал умением видеть сквозь иллюзии.

Именно Рейтан, на встрече с послами Галенды заменявший одного из телохранителей короля, первым увидел, как по лицу внешне невозмутимого мага внезапно пошли красные пятна. В тронном зале было не то чтобы прохладно, скорее даже холодно — галендцы, населявшие Драконий хребет, не переносили жару, для них и были созданы комфортные условия, а потому жарко никому из более чем полусотни присутствующих не было. Кроме мага! По его вискам потек пот, руки задрожали, лицо стало красным. Дернувшись, Эр Ваэн ослабил воротник и глубоко задышал, утратив связь с собственноручно созданной иллюзией. Разница между невозмутимым столпом королевской магии и этим согнувшимся, тяжело дышащим, разрумянившимся лордом была такой, что на мага обратили внимание все.

— Лорд Ваэн, — ледяным тоном произнес король, — с вами все в порядке?

— Да, мой король, — хрипя, ответил маг, и тут его накрыло очередной волной заклинания.

Лорд застыл, затем издал сладострастный стон, а после, прикрыв глаза, вновь начал тяжело дышать. Выглядело все это крайне… двусмысленно. Галендцы, утратив истинно горскую невозмутимость, со все повышающимся интересом воззрились на мага. Скучно уже никому не было.

— Лорд Ваэн! — начал выходить из себя король.

— О-о-о… да-а-а, — с наслаждением протянул маг, испытавший все прелести «Света страсти».

— Вон, — прошипел его величество, окончательно разочаровавшись в придворном маге.

Рейтан сделал знак своим людям, и двое бесшумно выступивших из тени столь же бесшумно избавили присутствующих от общества лорда Ваэна.

* * *

Когда практическая работа была завершена, над столом Дани сверкала абсолютная пятерка. Первая за весь учебный год. И работу адептка Соллер завершила одной из первых в группе.

Магианна Геневра поманила девушку и, едва та подошла, тихо сказала:

— Ну вот ты и показала, на что способна, — Дани смущенно опустила глаза, а профессор продолжила: — Открою маленький секрет, Соллер, при поступлении мы проверяем магический потенциал каждого адепта, и твой не ниже, чем у сестры.

Даника удивленно посмотрела на магианну, а та продолжила:

— А теперь представь удивление всего нашего преподавательского состава, когда адептка, от которой ожидали невероятного, начала проявлять способности ниже среднего. Даника, у нас все педсоветы начинаются с вопроса: «Что делать с младшей Соллер?» Вот мы и применили метод, который превосходно сработал в открытии способностей Эльсии, но не стал катализатором для тебя, — при этих словах профессор несколько смутилась.

Дани побледнела, но все же спросила:

— Это какой?

Леди Гиневра виновато улыбнулась и с некоторой задержкой ответила:

— Снять любовный приворот магического ковена не так уж и сложно, Соллер. Я распоряжусь, чтобы вам выдали литературу на дом. Можете идти.

Дани не нашла в себе силы поблагодарить. Хотелось ругаться. Жестко, нецензурно, орочьими ругательствами. Хотелось, но младшая Соллер отличалась сдержанным характером и потому молча покинула аудиторию.

И лишь закрыв двери и оставшись наедине с пустым коридором четвертого этажа, Даника вспомнила свою ненормальную влюбленность… с первого взгляда… и то чувство эйфории, что окутало в тот день…

— Сволочи! — выдохнула Дани, вмиг осознавшая причины собственной любви к Нирву Хорсану.

А затем припомнилось, что когда-то те же самые влюбленные глаза были и у Эльсии… Как и способности, проявившиеся так ярко.

— Подлые сволочи! — крик эхом разлетелся по пустым галереям.

И вдруг девушка осознала, что у Эр Ваэна тоже бледно-золотистые, чуть вьющиеся волосы… Вчерашний разговор всплыл в памяти… и эйфория сестрички, и ее грустная улыбка, когда та передала ей локоны с заметным магическим фоном…

Достав мешочек, адептка Соллер медленно развернула его и поняла очевидное — волосы действительно принадлежали королевскому магу. Несколько минут Дани стояла, задумчиво глядя в пространство, затем медленно направилась на пятый этаж, где обучался первый курс, и им ой как нужны были волосы для различных опытов.

* * *

Эр Ваэну было плохо. Просто плохо. Сомнений в том, что тупой вор попросту перепутал мешочки с волосами, уже не оставалось. Зато все росли сомнения в возможности выжить. Сначала на него волна за волной накатывала эйфория, да так сильно, что он не сомневался — приворотная магия, и, несмотря на изгнание из тронного зала, магу было приятно — значит, любит, если за привороты взялась. Единственное, что напрягало, — привороты делала не Эльси, ее магию он знал, и это была не она. Мелькнула мысль, что магиня, дабы следы замести, наняла кого-то, вот только кого?! А после мыслей уже не осталось — в жизни королевского мага начался ад. Его плющило! В самом прямом смысле слова. Аура, ослабленная мощной приворотной магией, уже не сдерживала магической энергии направленного действия, и целых полчаса магу пришлось лежать расплющенным блином на полу. Любовница, заглянувшая было к нему, узрев лужу с глазами, носом и ртом, с диким визгом ретировалась. Эр Ваэн собрался, вспомнил заклинание противодействия и восстановил свою прежнюю форму. Но это оказалось только началом. В течение следующих трех часов у него попеременно вырастали рога, уши, дополнительные уши, ноги в количестве шести штук, лишние пальцы на руках, третий глаз на лбу, разом четыре носа.

Ругаясь всеми известными выражениями, маг был вынужден засесть за свои старые конспекты еще времен обучения в университете, других он в силу природной лени не вел, и начать избавлять себя от вырастающих конечностей. К вечеру его резерв был опустошен полностью, но он избавился от всего. И только когда встал, осознал, что дополнительный зад, расположившийся немного выше естественного, был попросту не замечен!

Маг взвыл!

* * *

Сестры Соллер молча сидели в кондитерской, угрюмо глядя на третью порцию шоколадного торта. Говорить не хотелось. Обсуждать что-либо тоже, хотя имелся повод отпраздновать — привороты снять удалось почти безболезненно. Одно плохо — теперь обе испытывали щемящее чувство пустоты в душе.

— Я его десять лет любила, — вдруг простонала Эльсея. — Десять лет… С первого курса, как увидела…

Дани протянула руку, накрыла вздрогнувшую ладошку сестрички, осторожно сжала. Что ей сказать, у нее, Даники, влюбленность в Нирва продлилась меньше года, а вот Эль было жаль. Очень.

— Зато у тебя карьера в министерстве магии, — попыталась приободрить ее Дани.

Эльсея грустно улыбнулась, но все же кивнула.

— В одном профессора были правы: несчастная любовь очень способствует усердию в обучении, — тихо сказала она.

Внезапно на улице послышался стук копыт, и сестры увидели подъезжающий к кондитерской вооруженный отряд. Возглавлял его высокий темноволосый мужчина, с несколько хищным выражением смуглого лица. Знак личной охраны короля, в виде распахнувшего клюв орла, сверкал на черном плаще незнакомца.

Легко спрыгнув с коня, мужчина бросил поводья ближайшему королевскому гвардейцу и направился в кондитерскую.

— Мм, тайная служба любит сладости, — иронично протянула Эль, как и все вокруг следящая за неожиданным появлением темных личностей.

— Все мужчины сладкоежки, ты папу вспомни, — отозвалась Дани, тоже не отрывающая взгляда от вошедшего незнакомца.

Хозяин заведения мгновенно бросился встречать дорогого гостя, но темноволосый мужчина, ростом повыше многих присутствующих, огляделся, встретился глазами с Эльсеей и уверенно направился к сестрам Соллер. Девушки непонимающе переглянулись. Непонимание возросло, едва мужчина, остановившись рядом с их столиком, учтиво произнес:

— Сияющих звезд вам, леди.

Дани, удивленная подобным, сразу ответила:

— И вам доброго дня.

А вот Эльсея Соллер застыла от ужаса. Эль была сильным магом и могла бы сравнить ауру этого властного мужчины, несомненно приближенного к королю судя по нашивкам, и того самого вора, взявшегося выполнить ее нарушающий закон заказ. Могла бы, но этого не потребовалось — она узнала голос! И, глядя на насмешливо улыбающегося «вора», не могла произнести ни слова. Ее арестуют! В этом у Эльсеи Соллер не было сомнений! И поделом, глупо было с ее стороны договариваться о краже волос мага, очень глупо.

— У меня к вам просьба, — Эль сглотнула, стараясь сдержать слезы запоздалого раскаяния в содеянном, — можно произвести арест не столь… открыто… — девушка сдержала судорожный всхлип, — мне бы не хотелось, чтобы сестра осталась здесь одна под всеобщими взглядами, когда вы меня… уведете.

Она все же рискнула поднять голову и посмотреть на представителя королевской охраны. Каково же было ее удивление, когда вместо сурового приговора она увидела его веселую улыбку и чуть снисходительный взгляд.

Но дальше было веселее!

— Ну почему же «сестра осталась здесь одна под всеобщими взглядами», — процитировала Даника слова Эльсеи и, уверенно посмотрев на Рейтана, сообщила: — Я была в курсе, чьи волосы отдаю первому курсу на опыты. И я сознательно солгала лаборантке, сообщив, что это локоны умершего мага, так что если кого и арестовывать, так это меня!

— Дани! — испуганно воскликнула Эль.

Но Даника смотрела исключительно на представителя власти, и первая увидела, как дрогнули, пытаясь сдержать улыбку, его плотно сжатые губы. А сам Рейтан, заметив ее округлившиеся от удивления глаза, не выдержал и громко рассмеялся. Сестры Соллер недоуменно переглянулись. И переглянулись повторно, когда королевский охранник весело скомандовал Эль:

— Подвиньтесь.

Подчинившись, девушка продолжала испуганно смотреть на вольготно устроившегося рядом с ней Рейтана, который, едва сев, достал мешочек с некогда полученным золотом и протянул ей:

— Возвращаю, — вор широко улыбнулся. — А так же имею честь передать вам, леди Соллер, приглашение посетить королевский дворец, дабы пройти собеседование на соискание внезапно освободившейся должности королевского мага.

— Ой, — прошептала Дани, — только не это… Он умер?!

Громовой хохот потряс кондитерскую — Рейтан хохотал, откинув голову и не в силах остановиться. Нет, он догадывался, что будет весело, но чтобы настолько! Во дворцовых анналах навеки останется диалог двух стражников:

«— Говорят, королевского мага вышвырнули пинком под зад.

— Под какой именно?»

И Рейтан бы с удовольствием поделился шуткой с сестрами, но история была несколько неприличной, и потому явно останется гулять в мужском обществе. Успокоившись, вор попытался сделать строгое лицо… не смог и с улыбкой ответил:

— Нет, Дани, лорд Ваэн жив, однако хотелось бы поинтересоваться, — он с трудом сдержал очередной приступ гомерического хохота, — как быстро у первого курса закончится опытный… материал?

Несколько недоумевающая по поводу поведения королевского охранника Даника, помедлив, ответила:

— Волосы мага вещь редкая, достать их чрезвычайно непросто, поэтому подобный материал расходуется крайне экономно. Обычно первокурсникам выдается по одному волосу на опыт.

Рейтан вдохнул, выдохнул, напомнил себе о собственной сдержанности и умении контролировать эмоции и… повалился на стол от хохота.

Сестры переглянулись в очередной раз. Тот факт, что на них смотрели абсолютно все, несколько нервировал.

— Может, воды? — предложила Эльсея.

— Или заклинание успокоения? — добавила Дани.

— Не надо заклинаний, — Рейтан, выпрямившись, сел ровнее, оглядел стол и, не спрашивая разрешения, забрал у Эль ее стакан с соком и одним махом все выпил. — Кстати, — поставил стакан на место и повернулся к старшей Соллер, — думаю, я вполне могу сообщить, что честь проводить собеседование его величество доверил мне. Так что должность ваша, леди Соллер, но соблюсти все формальности мы обязаны, следовательно, ожидаю вас во дворце в полдень.

На стол перед изумленной Эль лег свиток с королевской печатью.

— До скорой встречи, — глядя в ее удивительные глаза цвета синего льда, произнес Рейтан несколько более дружелюбно, чем принято на деловых переговорах.

А затем, кивнув Данике, добавил:

— Дани, менее всего мне хотелось бы быть вашим врагом. Знаете, месть в вашем исполнении это… сильно. Всего доброго, леди.

Поднявшись, Рейтан Тень покинул удивленных сестер.

* * *

Выйдя из кондитерской, он с улыбкой посмотрел в безоблачно синее небо, на высокие шпили городских башен и голубей, вспорхнувших с красных черепичных крыш. Рейтан-Тень, глава гильдии воров, доверенный самого короля, лорд первой ступени — в этой маленькой интриге победителем, безусловно, остался именно он.

Королевский маг никогда ему не нравился — заносчивый, недалекий, подлый, и совсем неожиданным было предложение работы от этого субъекта, переданное в гильдию воров. Но еще неожиданнее стал объект заказа — леди Эльсея Соллер, магиня с васильковыми глазами и обидой на весь мир. План мага был жесток: подсунуть волосы кронпринца жаждущей мести неслабой магичке, а после обвинить ее в покушении на жизнь наследника королевства. Самому Эр Ваэну это казалось гениальной идеей. Рейтан так же счел план гениальным, при условии внесения некоторых корректив. Но даже передавая девушке волосы королевского мага и предвкушая последствия, Рейтан и предположить не мог, что все будет настолько не скучно.

А самым приятным в случившемся был факт предстоящего долгого и совместного сотрудничества с прекрасной леди Соллер.

«Определенно, я люблю свою работу». — подумал лорд, и, насвистывая веселый мотив, направился к ожидающим его стражам.