Помоги проекту - поделись книгой:
— Эй, новичок, я долго ждать не буду! У тебя пять секунд!
Ладонь хватает палку быстрее, чем я тщательно обдумываю, насколько это этично, правильно и приемлемо. К черту лишние мысли. Надо собраться и… нет, победить я не надеялся, но хотя бы достойно показать себя могу попробовать.
Зрение странным образом меняется. Я вижу противника и не вижу то, что происходит вокруг. Стараюсь успокоиться, но не получается. Беспокойный ум мечется, выдавая сотни мыслей, которые ровным счетом никак не помогают. Вся моя решимость вмиг улетучивается. Мне просто страшно и сил едва хватает, чтобы удерживать легкую палку, что тяжелее свинца.
Раб злости наносит первый удар неспешно, лениво. Но мне он видится, как неотвратимая кара. Я едва успеваю выставить палку перед собой и его оружие попадает по ней, а не по мне. Парень вооружен тоже палкой, но длиннее и даже на вид прочнее.
От удара оружие выбивает из рук, а я отскакиваю, сжавшись от страха и ожидая боли. Боль приходит. Руку простреливает, я трясу ей, стиснув зубы.
— Подними, — скучающим тоном говорит он, — Подними или я изобью и тебя, и всех твоих друзей.
Если бы мне в тот момент предложили уйти, бросив остальных, я не уверен, что смог бы поступить правильно и остаться.
Подхватив палку, сжал её двумя руками, направляя в них энергию. Хватит на чуть-чуть, но это лучше, чем снова остаться без оружия.
Во второй раз парень бьет резче. Понимаю, что он быстрее меня в разы и победить шансов точно нет. Но он использует малую часть своих сил, позволяя мне замечать удары и даже реагировать на них.
Я, как могу, криво и косо, подставляю палку под его оружие, чувствуя, как содрогаются руки от каждого удара. Три попадания! Столько я выдержал. А на четвертый раз мне прилетело по пальцам и, вскрикнув от боли, я снова потерял оружие.
— Неудачник, — выплюнул мне в лицо слова парень, а следом заехал по голове оружием.
Переход был мгновенным. Вот я смотрю на него, а вот оказываюсь в темноте. Обратное возвращение вышло не столь быстрым. Меня словно дернуло откуда-то снизу, а потом как закружило… С трудом, но я продрал глаза. Меня оставили в покое и занялись остальным отрядом. Я смотрел на спины рабов злости, как они окружили людей и прессовали. Если сейчас никто не вызовется, то… Их просто изобьют.
— Эй, — хотел крикнуть я, но вышел лишь шепот. Но меня заметили, рабы злости обернулись и уставились с интересом, — Мы не закончили.
Надеюсь, это прозвучало в реальности так же круто, как у меня в голове. Отупение, напавшее на меня, мешало соображать. В голове билась одна мысль… Терять больше нечего. Ей робко, едва слышно, вторила другая мысль… Надо защитить людей.
Тот парень, что отправил в нокаут, что-то сказал, но я его не услышал. Он повторил и я бы рад ответить, но… Раб злости хмыкнул и молча указал на палку у меня под ногами. Она лежала всё так же рядом.
Почему он улыбается? Не так, как Рик. Тот бы улыбался с превосходством и надменностью, а этот иначе. Словно ему искренне нравится то, что я встал. И что за странные мысли в голову лезут, почему я думаю об этом. Лучше думать о том, как не проиграть так позорно.
Я в который раз постарался выкинуть лишнее из головы и сосредоточиться. Даже сообщения от системы проигнорировал. Сейчас от неё толку нет, а расстраиваться я не хочу.
Подняв палку, выставил перед собой. Что я знаю о драках? То, что от них надо держаться подальше. Ах да, пару уроков мне преподали. Надо следить, чтобы не получить по руками, да и голову беречь.
Парень нанес три ленивых удара. Медленные настолько, что я и в разбитом состояние успел среагировать. Он мне давал приноровиться, показать себя. Но в чем смысл? Зачем они тут? В этом и заключается испытание лабиринта? Сомневаюсь.
Четвертый удар вышел в разы сильнее. Руки снова отозвались острой болью, но оружие я не выпустил и пальцы уберег. Противник замахнулся для пятого удара и я сделал то, от чего сам удивился. Качнулся вперед и ткнул его палкой. Вышло настолько неуклюже, что сработало. Конец врезался ему в грудь и соскочил, после чего уже я врезался в него.
За что и поплатился, в тот же миг отлетев. Меня отбросили как надоедливую блоху. Сколько в этом щуплом парне силы?!
— Я бы сказал, что вышло неплохо, — хмыкнул он и, о чудо, я расслышал слова, — Но было скорее глупо.
— Мы не закончили, — только и ответил я.
На самом деле мозг работал так туго, что другую фразу придумать не смог.
— А ты мне нравишься, — заявил он.
И тремя ударами снова отправил меня на землю. Правда, в этот раз я не потерял сознание.
— Лежи, — поставил он на меня ногу, — Можешь забрать палку, так и быть.
— Мы не закончили.
Не знаю, зачем я это сказал. Наверное, меня достало быть слабым. А ещё до жути обидно, что любой может издеваться надо мной так легко. Пошло оно всё…
— Тогда вставай, — ответил парень.
Ещё один раунд и на четвертом ударе, завывая от боли, я улетел в другую сторону зала, споткнулся и пропахал лицом песок.
В этот раз встать было сложнее. Нет, силы ещё оставались, но… Тело предало и просто отказывалось подниматься. Оно не хотело испытывать новую боль. Оно было умнее глупого хозяина. Когда я всё же смог заставить себя подняться, повернувшись, увидел, что следующим вышел… Майки.
Его трясло, палка, такая же как и у меня, ходила ходуном и он больше походил на призрака, чем на грозного бойца. Кажется, удивились все. Сам Майки, что рискнул, Арчи, что смотрел с ужасом, Карл, что хмурился, да и остальные никакой радости не выражали.
Но рабам злости было плевать. Они видели очередного слабака, которого надо проверить на прочность. Майки… ну вот зачем. Я бы подумал, что с твоей металлической рукой будет проще, но… Я знал, что рука прижилась не до конца и каждый день Майки смазывает место стыковки мазью. Если он пропустит несколько ударов по руке, то боюсь представить, чем это кончится. Не говоря уж о том, что будет, если протез сломается. Новый стоит неприлично дорого.
— Эй, — успел я крикнуть до того, как начался бой, — Мы не закончили.
Повисла тишина. Пока я поднимался, на меня никто не обращал внимание. А теперь обратили. Раздался смешок, но в смех не перерос.
— А ты упрямый, да? — обратился ко мне главный. — Можешь идти. Хватай оружие и вали вон в тот проход. Там есть норы. Сможешь поесть и запереться на несколько часов.
— Я не уйду без них, — святые, прошу вас, пусть мой голос звучит твердо и уверенно.
— Добряк? — усмехнулся парень, — Правила едины для всех. Кто зашел в зал оружия, либо дерется, либо будет избит и выкинут в яму.
— А мне плевать, какие у вас правила. Без них я не уйду.
Эту атаку я пропустил. Да, я уже держал оружие перед собой, успел дернуть им, но… Меня ударили так, что я отлетел назад, ударился спиной и затих, забыв, как дышать.
— Лежи и не вставай, — донеслось до меня. А потом резкое, — Начали!
Через пару секунд я услышал вскрик и поднял голову, чтобы увидеть Майки, валяющегося на песке. Рука ему не помогла.
— Это какие-то слабаки! — возмутился один из рабов злости, который и вышел на второй поединок, — Давай просто их отпинаем и выбросим, чего время терять!
— Правила едины для всех, — отказал главный, — У каждого здесь есть право выплеснуть агрессию. По крайней мере попробовать.
Выплеснуть агрессию… Так вот зачем это место. Наконец-то мозг выдаёт дельные мысли, сопоставляя увиденное. Задача лабиринта перевести людей на следующий уровень, то есть сделать рабами злости. Рабы страха — это пустые места, дешёвая и не особо нужная рабочая сила, которую не жалко. Раб злости, получается, гораздо ценнее, если людей принудительно запихивают в проклятый лабиринт, где так легко умереть. Куда дальше отправятся рабы злости, чтобы оправдать свою ценность — отдельный вопрос. В боевую касту, чтобы защищать город, как мне рассказывали, наверное. Но не в этом суть. Надо выйти на новый уровень, выпустить агрессию, показать, что сможешь пережить её. В смысле пережить тот уровень злобы, что явится к тебе.
Система уже не намекала, а била в набат, что надо что-то делать. Только вот что… Меня бы спасли монеты, но доставать их на виду у всех… Надо признать, что я не готов к агрессии. Немного боли и короткий унизительный бой поставили меня на грань. Хотя…
Я перевернулся и лег на живот. Рабы злости занялись моей группой, выбирая следующего для поединка. Простите, но вам придется подождать… Засунув руку под пояс, я постарался незаметно просунуть палец и коснуться чертовой монеты. Ну же… давай! Мне повезло. Я коснулся холодного металла раньше, чем кто-то заметил, что я тут чем-то странным занимаюсь.
Направив через палец струйку злобы, я принялся откачивать её из себя. Быстрее…Быстрее…. Палец наполнился холодом и заболел, но я не останавливался. Потом с этим разберусь, сейчас не до сантиментов.
Мне потребовалась минута, чтобы снизить риск до шестидесяти процентов. Не идеально, но сойдет. Поднявшись, увидел, что отряд близок к избиению. После Майки вышел Карл, но и он пал жертвой насилия. Ещё немного и от слов рабы злости перейдут к делу.
— Эй! — крикнул я в который раз, чувствуя себя редкостным дураком с атрофированным инстинктом самосохранения. — Мы не закончили.
И снова повисла тишина, после которой рабы злости разом захохотали. Да пошли вы, уроды. Сейчас я вам покажу агрессию… Когда смех закончился, главный бросил:
— Утихомирьте его кто-нибудь! Если так хочет быть с остальными, скинем их всех в яму.
Один из парней, что стоял ближе всего ко мне, шагнул вперед. Каждый из них был вооружен длинной палкой. Оружие может и не самое грозное, но это не просто деревяшка. Это именно оружие, эффективное настолько, чтобы расправиться с любым гостем.
Я стоял расслабленно… А на самом деле просто еле стоял. Моя короткая палка опущена вниз. Всем видом я показывал, что сил нет, а осталось одно лишь глупое упрямство. В источнике осталась последняя крупица энергии… как могу растягиваю её и направляю в мышцы, чтобы хоть чуть-чуть стать сильнее.
Парень подходит не спеша, подглядывает на меня, поднимает оружие над головой и прыгает вперед. Наверное, он хотел меня огреть по лбу. Но не успел. Я рванул ему навстречу, ударив снизу вверх, как мог. Буквально на секунду раньше, из-за того, что я оказался ближе, чем он рассчитывал, его оружие не успело опуститься, а моё его достать успело. Моя скорость, ещё и его встречная скорость — удар вышел неплохим. Но он всё равно врезался в меня и повалил на землю. Упал я удачно, оказавшись не под ним. Вскочив, теперь уже я занес палку над головой и… ударил.
Конец палки врезался прямо в плечо, едва разминувшись с головой. Парень вскрикнул и повалился вперед. Я, пораженным тем, что сделал, замер. Мои руки дрожали, а в голове билось — нельзя показывать слабость, нельзя показывать слабость.
Поэтому, когда парень начал подниматься, я сделал то, чего от меня ждали. Выплеснул агрессию. Подскочив, я пнул его ногой по ребрам. Силы удара хватило, чтобы его чуть приподняло и он упал на бок, застонав от боли.
Вот теперь точно повисла гробовая тишина. И, кажется, я знаю, кого будут хоронить. Рабы злости больше не смеялись. Они быстро окружили меня, держа оружие наготове.
— Эй, парень, — позвал меня старший, — Ты в себе? Обращаться не собираешься?
— Чего? — вырвался из меня глупый вопрос.
Я ударил их друга, а их только это беспокоит?!
— Спрашиваю, обращаться не собираешься? Как себя чувствуешь?
— Да нормально я себя чувствую! — зло ответил ему, — Обращаться не собираюсь.
Шанс потерять себя снова подскочил, но всего до шестидесяти пяти процентов.
Рабы злости немного расслабились, но бдительность терять не стали.
— Ты молодец, — сказал главный. — Если переживешь лабиринт, считай, место за тобой. Можешь попрощаться с темными деньками.
Да что он такое говорит, — подумал я, прикусив язык, чтобы не сказать это вслух, — И куда катится моя жизнь? Чтобы со мной начали нормально разговаривать, потребовалось наброситься на незнакомого парня, который мне даже ничего не сделал.
— А теперь иди туда, — указал он мне на один из темных проходов.
— Нет, — ответил я, унимая внутреннюю дрожь, — Без них я не уйду.
— Они слабаки. Никто не хочет драться, — покачал головой парень.
— Плевать. Либо с ними, либо никак.
— Не переоценивай себя. — нахмурился он ещё сильнее, — Я могу скрутить тебя и вышвырнуть.
Я замолчал, не зная, что ещё сказать. Мысли об уходе я тщательно отгонял. Если их сбросят куда-то вниз, то больше отряд не найду.
— Предлагаю сделку, — в попытке отчаяния предложил я, сам не веря в то, что и правда это говорю, — Я буду драться за каждого из них.
— Слушай, герой, вали нахер отсюда, — рявкнул один из парней. Я не стал на него смотреть, сфокусировавшись на главном. То, что решать ему, ясно как белый день.
— Зачем мне это? — спросил он, — Если ты выше страха, это не заменит их слабость.
Срань из жопы…
— Мы сами будем драться! — раздался внезапный голос.
Я глянул за спину старшего и увидел Майки. Куда он опять лезет? Сидел же в апатии тихо… Майки, кажется, и сам не ожидал от себя решительности. Которая резко уменьшилась, стоило ему взглянуть на почти синхронно шагнувших от него людей. Остался только Арчи и Карл. Остальные не хотели драться.
Срань… Вот, кто они. В который раз спрашиваю себя, стоит ли сражаться за них. Какой в этом смысл, если они и сами не хотят о себе позаботиться?
— Вот видишь, — хмыкнул главный, — Они отребье. Неудачники. Погрязли в апатии и чудо, что до сих пор не обратились. Зачем тебе такая компания? Уверен, один ты легко выживешь.
— Нет… — прошептал я.
Скорее из чистого упрямства, нежели из человеколюбия.
— Ну что же. Давай я избавлю тебя от иллюзий. Потом спасибо скажешь. Эй, — развернулся парень к толпе, — Этот герой хочет драться за вас, ничтожества. Кто согласен? Если он продержится хотя бы минуту, одному из вас будет позволено пройти туда, — рука с дубинкой указала в сторону заветного коридора, — Там есть убежища и еда. Вы легко сможете продержаться сутки, потому что мало кто попадает в ту часть. Есть желающие воспользоваться благородством вашего друга? — последнее слово он произнес с отчетливым сарказмом.
Несколько секунд висела тишина. А потом вперед вышел один парень. Мы с ним вместе работали, я не раз ему помогал. Как и остальным.
— Он нас в это втравил, пусть и отдувается! — обвинительно выставил он палец в мою сторону.
Как же тошно… Я сжал зубы, чтобы не показать боль от этих слов. Ему, да и остальным, плевать на меня. Своя шкура дороже.
— Слышал? — повернулся ко мне раб злости, — Это трусливое ничтожество обвиняет тебя. Всё ещё хочешь драться за него?
— Больше не хочу, но буду. Я от своего решения не отступлюсь.
— Как знаешь. Одна минута. Без пощады. Если проиграешь — отправишься в яму. Понял?
— Да.
— Отлично. Эй, а вы трое, — глянул он на Майки, Арчи и Карла, — Что скажете? Тоже воспользуетесь его добротой или найдете в себе хоть грамм мужества?
— Я буду драться! — шагнул вперед Майки. Но я видел, что его уверенность надувная.
— Я тоже, — сказал тихо Карл, шагнув к Майки.
Арч замер. Я видел, насколько ему тяжело. Его глаза покраснели от напряжения, лицо перекосило, а руки нервно теребили ткань штанов. Он ничего не сказал. Но молча шагнул к двум парням.
— Отлично. На весь отряд четверка тех, у кого есть хоть капля решимости. Помните, дальше пройдут те, кто выплеснет агрессию! Парни, займитесь ими. И героем тоже займитесь, посмотрим на это шоу.
Трое бойцов отделились и отошли в сторону. У них будут свои поединки. Майки единственный, за кого я переживал. Арч старший, это он за нас должен переживать. Карл взрослый, опытный и спокойнее других. Пусть его уже раз и победили, но кто знает. Я тоже не сразу справился. Что касается остальных… Не уверен, что они стоят того, чтобы ради них ударить хотя бы пальцем.
Поделиться книгой: