Орки (СИ)

Саша, оставив себе только один короткий магазин к ПП, раздал боезапас и, погрузив в багажник рядом с термоядерной трехсотмегатонной боеголовкой мотоцикл, завел двигатель. В отличие от его двухколесного коня, машина не стала капризничать, и он смог сразу выехать на наст. Помахав на прощание Оркам, он вдавил педаль газа, и грузовик начал быстро набирать скорость.

– Эй, начальник, – тихо проговорила Чудь, – ты слышишь?

– Да, не задерживай, – сказал мужчина, захлопывая дверь и давя на газ. «Авось не долбанет», – подумал Александр, направляясь к указанному зданию. Работа вокруг кипела, два раза за пять минут его чуть не задавили погрузчики. Машины довозили блоки до зданий, а дальше люди руками поднимали их по балконам. Не без труда Саша понял, что это легкие быстровозводимые конструкции, которые применялись для строительства домов для беженцев во время конфликтов. Ну, или для обороны. Зайдя в дом, он поднялся на второй этаж и, без труда найдя нужную комнату, заглянул внутрь.

– Ниче, мы справимся. Лучше возьми машину, Олег ее подготовил, и отвези бомбу обратно на крейсер. Не оставлять же ее тут. Если мы заявимся, велик шанс, что генерал нас реально под трибунал пошлет, а ты с его разрешения ездил, ничего тебе не станется, а как вернешься с бомбой, так, может, и получишь положенную награду, майором, наконец, официально станешь. Давно же пора.

– Сидор, лови! – крикнул он за секунду до того, как пустить лист в полет. Вот только не то силу не рассчитал, не то ветер попутным был, морячка буквально зашвырнуло на балкон вместе с пойманным блоком.

Глава 9

Дни потопа

Они работали без перерыва почти сутки. Когда фильтры начинали заканчиваться – возвращались на склад, пили энергетики и заедали горами тонизирующих таблеток, а затем, поменяв антирад блоки, снова возвращались к строительству. Они пенили, ставили коридоры, устанавливали шлюзы, протягивали дополнительную герметизацию. Первой отключилась Чудь. Она заделывала шов между панелями на седьмом этаже, и в какой-то момент Саша понял, что девушка больше не совершает никаких действий, а просто висит на страховке. Ее спустили вниз, но, даже коснувшись земли, она не проснулась.

Это было сигналом, который позволил остальным правильно рассчитать свои силы. Фифа и Рам ушли вместе, опираясь друг на друга. Потом начал отрубаться, но поймал себя на этом Марк. Вот только далеко отойти не сумел – упал и уснул прямо в снегу. Когда Александр понял, что при моргании слишком надолго закрывает глаза, он отдал приказ сворачивать работы. Еще не хватало, чтобы его подопечные погибли, замерзнув в снегу от усталости. Медленно, но целенаправленно они дошли до своего здания.

Ловкость: 13 0 (-50)

Действуют отрицательные эффекты: крайняя переутомленность».

Предел мутации: 32 % (Средняя мутация)

Восприятие: 190 (-10)

Сила: 170 (-30)

Выносливость: 150 (-50)

«Александр Сухов. Истребитель.

Доступные навыки: Рывок, Прыжок, Замедление времени, Точный выстрел, Уязвимость, Ночное виденье, Экстренная регенерация.

Интеллект: 120 (-20)

– Спасибо, доктор, – усмехнулся Саша, – но, кажется, сейчас на молодого больше тянете вы.

– Отряд, доложить о готовности, – сказал Истребитель негромко, но расслышали и отреагировали все. Они были собранны, укомплектованы и рвались в бой. Каждый буквально лучился энергией силы. – Отлично, выступаем!

– Как? Как это вообще возможно?

– Обидно, каждый раз, когда я вижу эту таблицу, она полна отрицательных величин, – устало проговорил Саша. – Хотя диагноз радует, значит, можно поесть, отоспаться, и все встанет на свои места.

– Спасибо, но сейчас мне хотелось бы в первую очередь поесть, – улыбнулся Саша, – поспать я и позже успею.

– Боюсь, здесь я бессилен, но кое-чем все же могу вас порадовать. – Профессор замолчал, улыбаясь, но Саша решил ему не подыгрывать, так что через несколько секунд Агросов слегка разочарованно продолжил: – Когда вы в последний раз видели галлюцинации с вашей бывшей девушкой?

– Ну, вот и отлично, он сейчас снаружи, в одном из домов, так что, как вернется, вы сможете все с ним обсудить. А сейчас рекомендую поспать. Возможно, вы сможете снять часть усталости.

– Давай, три минуты у нас есть, – кивнул Ферронов.

– Говорите уже как есть, – строго сказал Александр, – я ко всему этому пипецу давно привык, вряд ли вы меня чем-то удивите.

– Тут уж как всегда, и, кстати, не подумайте, я не просто так вам об этом рассказываю. Генерал хочет их эвакуировать, перевезти выживших в наши экодома, заодно забрать с тех складов запасы препаратов. И, если честно, я за, необходимо собрать всех выживших как можно ближе, чтобы не распыляться на оборону.

– Хэх, а я-то думал, что про вашу фамилию байки. А ты и в самом деле Сухой, как дерево, пусть и псих. – Генерал залез в откинутую крышку десантного люка, Саша последовал за ним и с удивлением обнаружил внутри хмурого Орина. – Если что, твой дед жив, как и мать, и старший брат, кажется. Сейчас старший взял на себя руководство одной из поволжских военных баз. У старика стальная хватка и такие же нервы.

– Поглотитель, так мы это назвали, – сказал через время Роман, – позволяет питаться практически всем, чем угодно, пить и есть, не снимая походного снаряжения и шлема. Пусть и очень медленно, но он съедает любую пищу или растительную материю, отдавая питательные вещества всему организму прямо в кровь. Именно поэтому я тебе и сказал: не удивляйся ничему.

– Что ж, судя по всему, мне придется повторить вопрос: где мы? Это явно не экодом и даже не корабль. Размеры для судна маловаты. Неужели?

– Черт, ладно, – он чуть не сплюнул с досады. – Сухов, бери свой отряд и собирайся для выполнения задачи, у Малого на складе есть для вас приятный сюрприз, надеюсь, не подведете. Удачи, бойцы. Не умирать и не сдаваться.

– В какой стороне отсюда ангар? – спросил Александр у дежурного, стоящего на воротах.

– Вы сказали, что мутации могут быть самыми разными и ничему нельзя удивляться. Вы имели в виду что-то конкретное?

– Вот, – Сапер опустил ладонь и обнажил тонкое, полупрозрачное лезвие, – коготь, как у кошки. Но только из запястья. Неделю назад рука чесаться начала дико, а вчера он вылез…

– Так точно, товарищ генерал! – вскакивая с кровати, в чем был, ответил Александр.

Вместо ответа генерал снял с левой руки перчатку, а потом, достав правой из сумки кусок сухпайка, положил его на раскрытую ладонь. Несколько секунд ничего не происходило, но затем раздался ощутимый хруст, галета треснула и начала быстро таять. Александр как завороженный смотрел на это полными непонимания глазами.

– Да, но кажется, сейчас этот рекорд будет легко побит, – улыбнулся профессор, – если бы не апокалипсис, я бы даже сказал, что это крайне удачное стечение обстоятельств.

– Тоха, спасибо, просто слов нет, – сказал Саша, улыбаясь и разглядывая свою универсальную малютку. – Как тебе удалось?

– Да, я помню. – Александр перебрал в памяти все, что знал о своих бойцах. Мутации зрения, слуха, восприятия времени, сила и выносливость. А теперь еще и вот такое. – Генерал, а мы не превратимся в животных? Не обезумеем?

– Не уверен, что понимаю, как это можно сделать в текущих условиях, но обязательно переговорю с Ферроновым. Возможно, это единственный нормальный вариант.

– Почему мы без защиты? – настороженно спросил Саша.

– Роговые наросты типа брони, – начал перечислять Роман, – клинки из костей, правда, короткие. Эхолокация, усиленные до крайности слух, зрение и обоняние. Говорят, примерно как у собак. Но это ты и сам знаешь, в твоем отряде такое есть. А вот чего еще не видел, так это электрических органов, тоже, говорят, есть, как у скатов или угрей. В общем, – Ферронов замолчал на секунду, а потом огорченно констатировал: – Не люди мы больше. Еще и по наследству передается. Говорят…

– Есть, – неуверенно ответил Александр. – А что пока обнаружено? Ну, чтобы уж точно не удивляться.

– А, все просто, мы нашли профессора, того, который делал биоройдов, – ответил генерал, выходя наружу, – выяснилось много интересных подробностей. О, скажем так, побочных эффектах. А потом с материка прислали данные по тестированию этих симбионтов в лабораторных условиях. Если кратко, то радиация нам не страшна. Более того, под ее воздействием мутация протекает быстрее. Так что не удивляйся ничему.

– Отлично, значит, сегодня же приступите к следующей миссии. Идете отделением на поиски майора Древнева, – усмехнулся Роман. – Надо же мне его разжаловать за невыполнение приказов? – добавил он, глядя на удивленного Сашу.

– В целом более чем приемлемо. Хотя нет, для человека вы чересчур хорошо себя чувствуете, а вот для Орка. Впрочем, смотрите сами. – С этими словами он развернул к пациенту экран, подключенный к сканерам.

– Значит, вскоре мы ударим по ним со всей силы? Генерал решил так?

– Пипец, где я? – пробормотал Александр, открывая глаза. Тусклые светодиодные лампы, горящие одна через десять, едва освещали тесное помещение.

– Пока таких случаев не зафиксировано, но гарантировать я тебе ничего не могу. Поступил приказ принудительно прекратить внедрение наномашин даже среди добровольцев. И так смертность была больше пятидесяти процентов. А теперь, со всем этим… – Ферронов глубоко вздохнул. – Есть ненулевой шанс, что мы обрекли всех вас на смерть. Простите, ребята.

– Прошу прощения, но разве они не погибли в теракте, как и почти все остальные? Ведь были бы сведения, вы бы обязательно поделились?

– Ну спасибо, док, конечно, вот только она меня немало выручала, да и вообще, не сказать что я был против ее присутствия, – честно признался Саша. – Да еще и имплантат мой многострадальный на запросы отвечать перестал, будто и нет его.

– А сколько прошло с момента атаки на Сахалинск?

– Какого хрена эта спящая красавица еще не на ногах? – возмущенный голос Романа подействовал лучше тысячи будильников. – Сухов!

– Тут я могу вас обрадовать, оно осталось, правда, совсем не в том виде, как можно было бы надеяться. – Доктор промедлил немного, было видно, что он пытается подобрать слова.

– Да, а ты откуда знаешь?

– Кошмар, – пробормотал Саша, представляя все эти изменения. – Орин, а у тебя-то что?

– Полностью готов! – ответил Александр, выпрямляясь, и чуть не ударился головой о низкий потолок десантного отделения. Сапер тем временем задраил дверцу, ворота распахнулись, и БРДМ выехал наружу, быстро вращая гусеницы.

– Так только у этого психа мозгов могло хватить такое сотворить, – невесело усмехнулся кладовщик. – Инженер он от бога, только немного на взрывах повернутый да снарядах. Но чего уж лукавить, если что-то сделал, должно работать. Ладно, смотри и восхищайся, специально для вас подготовил, смертнички. – Антон гордо повел рукой над разложенным на столе оборудованием, и Саша без труда нашел его обмундирование. – Броню починить не удалось, но я ее чуть подстроил, так что сможешь без проблем таскать и без электромоторов. Для гарпуна заменил пневмопушку на обычную, один бросок, один патрон. Но обратно скручивается только пружиной, то есть тебя не потянет. Зато я поставил фиксатор и добавил два скалолазных замка, сможешь по тонкому канату забираться, как по веревке. Что еще-то? – Он задумался. – А, вот винтовка твоя, ПП настраиваемый и трубка Саныча. Все с боекомплектом и в полном порядке. Владей, как говорится.

– Давай, чего уж.

– М-да, тогда, конечно, маловато, чтобы поставить гарантированный диагноз. Жаль. – Врач раздосадованно почесал затылок. – В общем, я не обнаружил у вас столь подозрительной мозговой деятельности, как в прошлый раз, и предполагаю, что это может быть связано с исчезновением призрака вашей бывшей и всего, что с ним связано, из вашей жизни. С чем и поздравляю.

– Так точно, товарищ генерал, – козырнул Саша вслед быстро удаляющемуся Ферронову. – Орин, собирай отряд и на склад, всем подкрепиться, я вас жду через полчаса.

– Получена радиопередача с материка, главнокомандующий приказывает всем главам регионов присутствовать на радиосовещании через пятнадцать минут.

– Не суть, ну так?

– Господин генерал, разрешите доложить? – тут же подскочил к нему какой-то солдат.

– Да ладно вам, товарищ генерал, – улыбнулся Орин, – мы же на то и добровольцы. Да и в стороне не останетесь, вместе с нами помрете, если что.

– Одевайся и быстро к трапу, жду три минуты. – Генерал насмешливо посмотрел на Истребителя и вышел из каюты, а тот начал быстро натягивать вещи, обнаруженные рядом с койкой. Все его – родное. Все строго по форме, все четыре слоя. Не хватало только брони или бронежилета. Или костюма радиационной защиты.

– Совершенно верно, мы на подводной лодке, – гордо улыбнулся Агросов, будто это была его собственность. – Генерал опустил ее перед самым ядерным ударом глубоко под воду, загрузив ценнейшим диагностическим оборудованием и связью. Так что теперь у нас все еще есть и то, и другое. Ну а вас сюда перенесли, потому что вы никак не хотели просыпаться. Хотя прошли уже почти сутки, мы беспокоились.

– Ну что же вы так пессимистично, нет, конечно. Целый научный город, наша новая столица, Мирный, трудится на победу. Выполняйте свой долг, работайте на благо отечества, и мы победим. Тем более сейчас, когда от зараженных осталась лишь горстка ренегатов с куцым арсеналом способностей.

– Больше полутора суток, а что?

Выглянув наружу, он понял, что солдатик прав. Меж высоких сугробов виднелась глубокая дорога, проложенная десятками гусениц и колес. Поблагодарив парня, Сухов мысленно перекрестился и вышел на улицу. Серый снег, серый свет едва заметного солнца. Не самая радостная картина, прямо скажем. И даже снующие бэтээры в своей термораскраске тоже серые. Не задерживаясь, чтобы не нахватать лишние рады, Саша бегом добрался до ангара и постучал в дверь шлюза. В голове стояли прочные ассоциации с подводными лодками или космическими кораблями.

– Половину слов не понял, но если вы говорите, что все хорошо, пусть так и будет. Может, тогда подскажете, здесь указано, что у меня есть доступные навыки, но как мне их активировать, интерфейс-то не работает.

– Писец, – убито проговорил Истребитель, откинувшись на спинку сиденья, – и что, у всех такое?

– Не знаю. Вроде у Дона пока ничего подобного нет, а у остальных что-то да поменялось…

– Это-то как раз нормальная ситуация. Столько ЭМИ одновременно, как в стратосфере, так и у самой земли. Странно было бы, если бы он работал, а так вполне нормально, – отмахнулся врач. – Пока нам неизвестно, как именно его перезагрузить, но, поверьте, все ученые ШОС работают над этой проблемой. Ну, оставшиеся, включая меня.

– Профессор сказал, что вам он без надобности, поэтому я отдала его на склад, – пролепетала девушка, – если надо, я немедленно…

– Спроси у Чо Фана, если хочешь. Пока замечены полтора десятка отклонений. При этом они не уникальны, у многих дублируются. – Ферронов отвернулся к маленькому окошку и заговорил уже скорее сам с собой, чем с Сашей: – У наших, правда, пока изменения минимальны, в основном пришла информация с материка. Но, как я уже сказал, ничему не удивляйся.

– Да что вы… – начала говорить сиделка, но он уже не слушал. Вчера, проходя к столовой, шлюз наверх он видел, так что сейчас бегом поднялся по лестнице и оказался в темном, едва освещенном кубе, сделанном, по всей видимости, все из тех же быстровозводимых панелей, но тут хотя бы был свет.

– Что правда, то правда, – ответил профессор с явно приподнятым настроением, – биотехнологии оказались значительно интереснее нанотеха. Вот я сейчас по всем показателям приближаюсь к сорока годам. А мне ведь, голубчик, под восемьдесят. Если бы я просто сохранил свой возраст, это уже было бы чудесно. Мне же удалось его существенно снизить. Не поверите, – он заговорщически подмигнул Александру, – но я снова начал засматриваться на женщин, а они – о чудо! – на меня. Потрясающее чувство!

– Можно вопрос не по теме?

– Умеешь ты подбодрить, сержант, – рассмеялся Роман. – В общем, сколько вам жить осталось, никто не знает. А потому решено отправить вас на жизненно важные, но смертельно опасные задания. Чем больше успеете сделать, тем будет лучше. Но вы уж постарайтесь продержаться.

– Я знаю, где это, там было высшее военное училище, в котором я учился.

– Ну что же, значит, хотя бы долю его хладнокровия ты позаимствовал. Как у тебя со здоровьем?

– Женщина?

– Но это только одна из задач. Основная – добраться до Сахалинского военного морского училища, что на восточном берегу. Нужно понять, что у них творится, нам требуется помощь, узнай, могут ли они ее оказать.

– Нет, поздно. – В последний раз затравленно оглянувшись, Саша выскочил в коридор, в последнее мгновение вспомнив о правилах приличия: – Спасибо!

– А где РХБЗ? – спросил он у сестрички, пытаясь найти глазами искомый яркий костюм.

– А, Татьяна. – Александр помнил все ее лекции и практические занятия, хорошая преподавательница, правда, без звания уже. Зато с немалым боевым опытом. – Да, наверное, ей можно было бы доверить. Раз другие ее выбрали.

– Боюсь, что нет. Господин Ферронов – человек крайне осторожный во всем, что касается уменьшения нашей популяции. А запас медикаментов и противорадиационных препаратов оставляет желать лучшего. Основные запасы остались погребенными под обломками зданий в центральном штабе и на крайнем севере острова в городке Оха.

– Может, поверь, – ответил Роман, заходя в большое строение, напоминающее гараж, в котором уже стоял ожидающий их БРДМ. – Кстати, ни разу за это время ты не задал ни одного вопроса о своей семье. Неужели не интересно?

– Да уж, никогда не слышал о том, чтобы наномашины возвращали молодость. Удерживать, продлять, это да, бывало. Вроде самому старому человеку на Земле было сто семьдесят?

– Ладно, заходи, куртку только с ботинками сними да штаны почисти. Мне тут радиация даром не нужна. – Дождавшись. пока Саша выполнит требования и пройдет внутрь, он продолжил: – Для тебя, брат, мне ничего не жалко, сам понимаешь. Я даже сохранил ту ахинею, что у тебя с собой была. Признавайся честно, Сан Саныч дал?

– Есть, – кивнул Сапер и, выбравшись из броневика, забежал в здание.

– Молодцы, – кивнул Ферронов, первым выбираясь из БРДМ, когда они заехали в следующий шлюз.

– Ловкость рук, – с гордостью ответил Малой. – Ладно, примеривайся, я пока остальных гостей встречу, а то они уже заждались снаружи.

– Так точно, – хором ответили Истребитель и Сапер.

– Да как-то некогда задумываться, – честно ответил Сухов, но про себя отметил, что Антон прав. Такая скорость восстановления ему потом может выйти боком.

Шлюз Центрального экодома встретил их десятком ласковых, но крепких рук, которые сняли с него костюм радиационной защиты и занесли внутрь. А дальше была полная темнота. Сон без сновидений полностью захватил его и не отпускал больше двадцати часов. А проснуться заставил только опустевший желудок. Он давно переварил все съестное, что в него накидал Саша, и теперь буквально слипся, жалобно урча.

– Это точно, он же участвовал во всех конфликтах второй половины века.

– О, вы очнулись, – послышался до боли знакомый голос профессора, – рад, что с вами все в порядке. За отсутствием диагностического оборудования на земле нам пришлось импровизировать. – Медленно, крайне медленно, но до Саши все же дошло. Стальные стены, толстые перегородки, вертикальные двери и свет. Электрический!

– Вон он, – кивнул часовой за темное окно, – до него самая толстая колея, не пропустите.

– Да, знакомая нашего генерала. Светлова, кажется.

– Черт тебя дери, Саня, что ж тебя носит-то, – пробурчал, открывая ворота, Малой, – вроде только вчера на руках тащили, а ты опять бегаешь? Не думаешь, что это «ж-ж-ж» неспроста?

– Так точно! Разрешите вопрос?

– Можно подумать, бывает страннее, – пробормотал Саша, у которого цветовая синестезия объединилась с перекачанным зрением и слухом, создав в мозгу настоящий эхолокатор.

– Ты б хоть прикрылся, что ли… – усмехнулся Ферронов, глядя на мгновенно покрасневшую медсестричку. – А то стоишь тут и рапортуешь, весь…

– Ну, что ж, если вкратце. Ситуация там не лучше, чем везде. Из десяти тысяч учащихся выжили сто человек. А из двухсот преподавателей – только десять. Они сумели объединить вокруг себя выживших, набрать новых учеников и найти специалистов, но еще в начале ноября, сразу после атаки на центр, на них обрушилось множество зомби. Выжило крайне мало. А те, кто все же уцелел, спрятались за городом в старых зданиях военного городка середины прошлого века.