Капитан неизбежность (любительская редактура)

Дюшей мы его больше не называли. Выглянувшее из-под маски немного наивного вьюноши нутро контрразведчика было не причем. Просто… наш мальчик вырос, доказав способность принимать решения и брать на себя ответственность за их последствия.

Тишина в командном была такая, что наводила на мысли о небытие…

— Как давно у вас эта рабыня? — проигнорировав вопрос, спросил Ларкин.

— Сой! (Нет!) — отрезала Кэтрин, выступая из-за спины Олиша. Продолжила так же, на языке Самаринии. — Не стоит тратить жизнь на чужие игры, лучше играть в свои.

— Эрих хош! — резко бросил Олиш, швырнув хинар ей в лицо и заслонив собой от входивших в комнату мужчин. О необходимости хотя бы постучать, те, похоже, даже не задумывались.

Опустив голову, Олиш усмехнулся, потом… засмеялся. Вздрагивали судорожно плечи, низкий, рокочущий смех метался между стен…

— У вас пропала самаринянская женщина? — последовал его примеру Олиш.

В том, что нас считали погибшими, были свои преимущества. Ими я и собиралась воспользоваться…

— Принято, — кивнул он. — Жду координаты прыжка.

— Шестьдесят…

Все это было некстати, добавляя так ненужного сейчас куража. Ее роль в этом спектакле ничего подобного не предусматривала.

Облегчение, демонстрируемое главным, было нарочитым:

— С кем имею честь? — демонстративно протяжно выдохнув, спросил Олиш.

— Капитан, — оборвал его Сумароков по громкой, — срочное сообщение от генерала Орлова. Нападение на пассажирский лайнер. Сектор ответственности базы «Танталион».

— Тормозные на минус четыре, продолжаю подъем на минус восемь.

— У тебя телеметрия сбоит, — обрадовал он меня, стоило лишь переступить порог медицинского отсека.

— Таши?!

Тем, кто развязал эту бойню, очень повезло — они не видели моей улыбки.

— А это смотря, что тебя интересует, — фыркнул медик, выпрямляясь и разворачиваясь ко мне. — Сколько от четвертого до места?

— Самоубийца! — выдохнул он… восторженно. Посмотрел на Шураи, который выглядел немногим более бледным, чем обычно. — Ты такое когда-нибудь видел?!

— Капитан, Ван Хилд на точке встречи. Есть сообщение от стархов.

— Как прикажите, — учтиво поклонившись, смиренно произнес демон на межгалактическом. Дождавшись, когда Кэтрин сбросит хинар на пол, оставшись в полупрозрачных шароварах и короткой кофточке, продолжил… насмешливо глядя на Ларкина: — Госпожа Катриэль, младший акрекатор эклиса Ильдара.

— Сто двадцать, — вернул меня «на землю» Сумароков.

— Принято! Отмена готовности к погружению. Отмена тревоги!

Оценить реакцию не успела, Антон заставил маятник качнуться в обратную сторону:

— Принято, до выхода шестьсот секунд, — ответила я Сумарокову, как всегда пристроившемуся за моим плечом. Стоял, небрежно прислонившись к вертикальной стойке ложемента.

Я нашла в себе силы не вздрогнуть… Уже натыкалась однажды на такой взгляд, в котором в восхищении пряталось удовлетворение.

— Костас, перебрось на «Тсерру» боевое расписание «Кушнара», — уже без ужимок попросила я. Подождала пару минут — пробежать взглядом и только потом поинтересовалась: — Продолжаешь считать, что наше появление там ничего не изменит?

У меня было двадцать минут до входа в зону прокола, и мне нужна была хоть короткая, но передышка. Оставался лишь один вопрос: могла ли я ее себе позволить…

— В рамках поставленных задач группа «Ворош» действует автономно, — процитировала я строчку из приказа о создании нашего подразделения.

— Что вам от меня нужно, господин Ларкин? — чуть развернулся Олиш, встав так, чтобы Кэтрин продолжала оставаться под его защитой.

Ответ был ему известен, но я все равно озвучила:

Рывок не дал ответить сразу. Фиксирующие ленты самортизировали, вновь мягко прижав к спинке ложемента.

Кэтрин прикусила губу, чтобы не выругаться вслух. Мысль про пекло, мелькнувшая, когда она увидела этих двоих, не была лишена оснований. Если первый производил впечатление откровенной сволочи, то второй… чем-то напоминал того самого полковника, которого она уже не раз за последние часы помянула недобрым словом. Добрый дядюшка, способный убивать с ласковой улыбкой на губах.

Спустя всего стандарт имя Шахин стало синонимом жестокости.

Оба довольно высоки, но это единственное, что делало их похожими.

Как раз вот это и заставляло нас чувствовать себя живыми!

— Йорг? — переспросила я. Когда тот кивнул, пожала плечами. — Не против, если отвечу через пару суток?

Вместо дури — адреналин. Нам — нравилось.

Что порадовало еще больше — слушать он тоже умел. Слушать и слышать, схватывая идеи буквально на лету. Что бы ни произошло в прошлом Карина, на его способности думать это никак не отразилось.

Точка «Дальнира» билась в пустоте, все еще не раскрашенной звездами…

— Сумароков на третьем и четвертом. С ним Джастин и Хорс. Карин вторым на всех четырех.

Загадки, загадки, загадки… Ответ на одну порождал лавину новых, грозя либо похоронить под собой, либо…

Коротко стриженные темные волосы; карие глаза, с тяжелым, недоверчивым взглядом; не бросающаяся в глаза, но все-таки заметная осторожность, пронизывающая каждое его движение; свободные серые штаны, высокие ботинки и плотно облегающая торс футболка, подчеркивающая развитую мускулатуру. Это у одного. Второй выглядел более элегантно. Светлый деловой костюм, оставляющий на обозрение лишь широкие плечи и идеальную осанку; серые глаза, смотревшие остро, но не без иронии; длинные русые волосы, убранные в хвост.

— Принято, капитан, — убрав рассеянную улыбку с лица, глухо произнес Сумароков, тут же выполняя мое пожелание. Стандартное торможение после прыжка на минус трех, на «Дальнире» мы выходили и на минус пяти, но чтобы так…

— «Тсерра» — нуль тридцать два стандарта!

Глава 6

— Господин эклис…

Появление на экране Ильдара для Шторма стало полной неожиданностью — разговор, ради которого адмирал Ежов предоставил свой канал связи, должен был состояться отнюдь не с ним.

* * *

* * *

Смотрели, как когда-то смотрел на меня Камил, видя не женщину — воплощение Богини, которой продолжал поклоняться, даже перестав быть жрецом.

— К сожалению, такое иногда происходит, — «огорченно» отозвался Шторм.

Расскажи кому, чему именно я завидовала…

— … быть рядом…

Чутье у них на пакости, что ли?!

— Принимаю! — четко и бесстрастно, как и положено по ритуалу, произнесла я. Связывая нас… навсегда.

«Тсерра» в соответствии с моим приказом ушла в зону нападения на лайнер.

— Или доложилась отцу, — вторил ему мой хакер-навигатор. Тоже по… личному.

— Если вы настаиваете… — даже не шевельнувшись, чтобы подняться, отозвался равнодушно Шторм. Он, и правда, был достаточно спокоен, чтобы пропустить провокацию самаринянина. Слишком многое в последнее время произошло, чтобы тратить силы еще и на соответствующие реакции. — Я могу узнать причину столь… неожиданной замены? — поинтересовался он все так же, сухо.

А еще была Элизабет и… Ни вычеркнуть, ни смириться, ни изменить!

Голос был слишком знаком, чтобы не узнать — Стельков. Виталий Стельков…

— Капитан, — это опять был Валечка. Отрезвляюще бесстрастный Валечка… — смена классификаторов целей…

— Капитан, входим в ви-сектор серого один шесть… Удаление один и четыре…

— Капитан, все цели классифицированы и сгруппированы.

— Сообщение каперангу Шмалькову. Литера — экстренно! Вхожу в сектор базы «Кушнар», прошу допуск к каналам связи и личный код для подтверждения. Приступаю к выполнению задания.

— Главное, чтобы не чаще, чем среднестатистические потери в подобных случаях, — вроде как задумался Ильдар.

— Она вам не изменяет, — кивнул Шторм, продолжая удерживать на лице присущее моменту выражение. Сожаления, тревоги… Маска для маски. — Увы, — пожал он плечами, — «Летучий Дальнир» был уничтожен во время одного из боев. Как и второй корабль ваших предков… Невосполнимая потеря!

— Сброс вспомогательных систем…

«Кушнар» огрызался. Довольно бодро, но вряд ли мое первое впечатление оказалось обманчивым — мельтешение, видимость. Еще не агония, но уже признаки ее приближения.

Крейсер тяжелый, на разгон шел медленно. Тормозиться потом тоже будет с трудом, кряхтя и постанывая… Нам же и сложнее, и проще. Проще в корректировках — сможем контролировать до последнего. К тому же разница в гравитационном воздействии… если зацепимся в «мертвой», не придется держать столь уж плотную защиту, чтобы не нарваться на волну СПУ. Сложнее — по той же причине. Зона прокола… Центровка с запредельной точностью.

— Господин эклис! — поднялся с кресла Шторм.

— Костас, мне нужна корректировка курса тяжелого, — сдержав улыбку, приказала я.

— Таши? — бросил на меня быстрый взгляд Костас. Замер… глядя с подозрительной задумчивостью.

Оторвавшись от надписи, которая подмигивала с моего дисплея, выдохнула:

С желанием я опоздала, на дисплее моего терминала появились два расчета. Одновременно! Завизировав своим кодом, отправила Тарасу. Вот кого происходившее между мной и Джастином нисколько не беспокоило.

— Девяносто семь! Удаление нуль семь…

Искандер, конечно, справится — авторитет сумел заработать, чтобы получить второй шанс, да и Индарс с Синтаром не оставят без поддержки, но… В преддверии большой войны им просто могло не хватить времени, чтобы восстановить боеспособность в полном объеме. Ни один перехватчик, участвовавший в этой бойне, не вернется на базу без повреждений. Да и сам «Кушнар»…

Оторвался от своих внешек Костас…

— Но ведь должны! — парировал полковник, не дав Ильдару закончить. Не констатация факта — всего лишь согласие, что этот стиль общения способен дать обеим сторонам значительно больше, чем просто официальные контакты.

— Девяносто девять! Удаление нуль шестьдесят пять! Готовность к прыжку… Десять… девять…

— Защита на максимуме…

— А ведь у домонов, кажется, были какие-то проблемы в Изумрудной? — сдвинул брови эклис, словно пытаясь вспомнить. — Докладывали мне о каком-то «Летучем Дальнире»… Если мне не изменяет память, этот корабль когда-то принадлежал артосам?

— Восемьдесят, — вклинился в возникшую паузу Сумароков.

Спас Тараса от чего-нибудь… неуставного, Дальнир:

Ярость, помогавшая держаться в бою, начала стихать, оставляя после себя опустошенность. Не самое лучшее состояние для очередного безрассудства. Но — другого просто не было. Трудно заставить себя испытывать кураж, когда за твоей спиной… смерть.

Оптимальное Дальнир вывел, как нуль шестьдесят пять…

Искандеру об этом точно знать не стоило!

— Видите ли, господин эклис, — начал он с легкой иронией. Мир перевернулся вместе с пониманием его места в нем. То ли с ног на голову, то ли… все-таки прочно обосновавшись на своем месте, — есть такая вещь, как государственная тайна. Боюсь, что за ее разглашение мне придется отвечать собственной жизнью.

— Держим курс! — приказала я, с каким-то чувственным наслаждением наблюдая, как приближается к нам махина среднего. Видеть нас они не могли. — Сброс мин на нуль девять…

Да хоть лихом, лишь бы живы…

Я чувствовала, что на правильном пути, но разгадка продолжала убегать от меня, как и разгоняющееся вместе с нами время.

— Даже так… — весьма заинтересованно протянул Ильдар, но обошлось без наводящих вопросов. — Насколько я понимаю, ради сохранения той самой государственной тайны, о которой вы упоминали, своего подданного я увижу еще не скоро.

— Спасибо, Антон, — совершенно не по-уставному ответила я.

Поздно, окружавший нас интраксорный туннель давал столько помех, что можно было не опасаться. Это из хорошего, из плохого…

Демоны их задери! Эти парни знали, как добиться своего!

— Я не стал бы утверждать столь категорично, — с едва заметной иронией откликнулся полковник. Шевельнулся в кресле… сытый, довольный котяра… Вот только в сердце жила боль. Не по каждому пункту в отдельности, сразу за все. Где не получилось, как бы хотелось, где не хватило информации, изощренности мышления… — Каждый вел игру в силу своих способностей и возможностей.

Я точно пропустила что-то важное… Оставалось понять — что?

— Дальнир, — проигнорировав хакера (допроса не избежать, но до него еще предстояло дожить), — мне нужен курс тяжелого и расчет оптимального удаления.

Мелочно, но… играть на чужих нервах я тоже умела. Их же стараниями.