Капитан народа (полная книга)

— Да, мой господин, — Бланка иронично поклонилась, взмахнув рукой в камуфляже, — и вышла из палатки.

Лагерь Гражданской гвардии находился в лесу. Маскировочные сети были натянуты между крон, надежно скрывая гвардейцев и их технику от сканеров беспилотников Альянса. Даже сейчас, ясным днем, весь лагерь тонул в душном зеленом сумраке.

В просторной штабной палатке собралось командование лоялистских партизан. Напротив полковника Вискайи и его офицеров сидели Бланка де Кастехон и ее управляющий, Фернандо Мануэль — пожилой, но крепкий мужчина с военной выправкой. Виская вспомнил, что дон Мануэль совсем недавно снял офицерские погоны. Кроме них, присутствовали еще двое дворян, из которых Педро знал только Карлоса Романероса, второго (после Кастехона) богача Эспаньолы. Их отряды также скрывались в горных лесах, причем ближайший лагерь располагался в нескольких километрах к северу.

— Я говорил с генералом Кастехоном, — начал Виская. — Командующий назначил меня комендантом острова. О военном положении вы все знаете. «И знаете, что я могу расстрелять любого из вас за неподчинение», — мысленно добавил он.

— Знаем, — кивнул Романерос, качнув седой бородой. — Но у генерала АНС Лестера, которой сейчас сидит в Барранкилье, может быть другое мнение. Я вчера слышал его речь. Он объявил о передаче крестьянам всех помещичьих земель.

— Что ж, мы все равно ничего не можем с этим сделать, — равнодушно заметил полковник.

— Ничего? — борода дона Романероса затряслась от возмущения. — Вы обязаны защищать нашу собственность, господин полковник Гражданской гвардии! Ваш долг…

Виская медленно поднялся. Взглянув на офицера, Романерос осекся на полуслове.

— Мой долг — именем Императора защитить этот остров от мятежников, — веско ответил он. — И если вы, благородный дон, рассчитывали отоспаться на мягкой подушке, пока одни ваши пеоны притащат других на веревке, то вы ошибались. Ради вашей победы вам придется пожертвовать состоянием. А если придется — и жизнью, как черной солдатской кости. Не хотите — можете забирать своих бандитов и убираться! Хоть на Новый Техас, хоть в пекло!

На минуту воцарилось молчанье. Затем Романерос медленно кивнул.

— Я и мои люди в вашем полном распоряжении, полковник, — сказал латифундист. — И… вы что-то говорили насчет состояния…

— Я у вас не взятку вымогаю, — усмехнулся Виская (Бланка, не удержавшись, хихикнула). — Но вам придется не мешать крестьянам делить вашу землю. Любой из партизан — включая ваших людей, дон Карлос, — поднявший оружие на мирного жителя Эспаньолы, будет расстрелян на месте.

— Дон Мануэль, — продолжил Виская. — Ваше воинское звание…

— Майор егерей, господин полковник, — встав, Мануэль четко отдал честь. — Последняя должность — начштаба батальона.

— Хорошо, — кивнул Виская. — Ваша задача, майор, — навести порядок среди боевиков наших дворян. Имейте в виду, у местных без оплаты ничего не брать. В отличие от крестьян, которые неизвестно кого ненавидят больше — Гвардию или помещичью охрану — с горцами мы не враждуем. И не надо начинать.

— Сделаю, — усмехнулся Мануэль. — Большинство боевиков еще не забыли армейскую дисциплину. Так я им напомню.

— Отлично, — прищурился Виская. — А теперь перейдем к военным вопросам. Вчера перехватчики Альянса изрядно повыщипали перышки имперским орлам. И теперь у мятежников превосходство в воздухе. Поэтому наступать на Барранкилью мы не можем. Придется «вежливо пригласить» Лестера заглянуть к нам в горы…

Когда военный совет окончился, Педро и Бланка отошли немного в сторону от лагеря, чтобы поговорить. Они вышли из под лесного полога к озаренному солнцем обрыву. Внизу извивалась дорога из Барранкильи к южному побережью. Еще ниже по склону текла река, за которой высились поросшие лесами горы. Кроме дороги, других признаков человеческого жилья видно не было.

— Как велик мир, — задумчиво сказала Бланка. — А мы его все поделить не можем.

— Такие люди, как Мария Монтгомери, готовы уничтожить все, что им не покорится, — ответил Виская. — И против этих фанатиков надо сражаться до последнего. Я хотел спросить тебя — как ты меня нашла?

— Позвонила отцу. Он не слишком обрадовался моей инициативе, но и возражать не стал.

«Действительно, — подумал Виская. — Координаты наших лагерей известны командованию». А вслух сказал: — Хорошо, но больше не звони. Как я понял, вояки Альянса, по своему традиционному раздолбайству, не наладили прослушку коммерческой сети, но скоро это исправят. Отныне можно пользоваться только армейскими рациями.

— Ты уже говорил это на совете, — улыбнулась Бланка. — Меня беспокоит другое. Крестьянам Альянс раздает землю. Они воюют за свободу, а мы… За «священное право частной собственности», что ли?

— Не свободу несут повстанцы, а голод, нищету и террор, — отрезал Виская. — Если командиры Альянса будут вести себя так же, как на Дальней, крестьяне скоро отвернутся от них. И тогда уже у нас будут союзники.

— Хорошо бы, — вздохнула Бланка. — Хорошо бы.

16

22 октября 2770 г. Пригород Барранкильи, планета Ла-Магдалена.

— Приготовиться, — капитан Гражданской гвардии Пабло Давила поднял бинокль. Космодром Барранкильи продолжал работать даже сейчас, глубокой ночью. Наступал час быка, который для многих мятежников станет последним. Гвардейцы, и без того готовые к бою, взялись за рукоятки пулеметов, приникли к прицелам ручных ракетометов и снайперских винтовок.

Их всего девятнадцать человек. Два пулеметчика, четыре ракетометчика с помощниками — их оружие, установленное на самоходных лафетах — «пауках» было нацелено на космодром, два снайпера. Шестеро саперов — они отключили сигнализацию, а теперь с автоматами в руках прикрывали бойцов с тяжелым оружием. И командир.

Еще четверо гвардейцев ждут в машинах, замаскированных на окраине ближайшей рощи. Двадцать три солдата Ла-Магдалены против батальона мятежников, охраняющего космопорт. В данном случае — вполне рабочее соотношение сил.

По сторонам вокзала, у выездов из космопорта, высились блокпосты, сложенные из бетонных блоков. На крыше самого космовокзала тоже ходили двое часовых. У конца взлетной полосы стояли две установки зенитных ракет.

Космопорт жил своей обычной жизнью. К только что приземлившемуся шаттлу подъезжал погрузчик; в темном небе сверкали огни еще одного шаттла, идущего на посадку.

— Первый, второй — на вас зенитки, — скомандовал Давила в микрофон. — Третий, четвертый — крыша. Пятый, шестой — блокпосты. Седьмой, восьмой — шаттлы на земле и в воздухе. Огонь!

Последняя команда потонула в грохоте выстрелов и взрывов. Вспыхнули обе зенитки, прошитые зажигательными пулями. Замертво рухнули на крышу часовые. Оба блокпоста скрылись в тучах огня — термобарические ракеты не оставили их защитникам никаких шансов. Еще две ракеты поразили шаттлы, сгинувшие в белом водородном пламени.

— Первый, второй — космопорт, — приказал Давила. Пулеметные трассы скрестились на космовокзале, разбивая стекла и выкашивая людей за ними. Здесь не может быть гражданских — только мятежники!

Справа вертикально в небо взмыли два атмосферных штурмовика — и, охваченные пламенем, рухнули. Четверо ракетометчиков выстрелили без команды, точно поразив боевые машины врага.

К позициям гвардейцев подъехали два гравимобиля. По приказу офицера, расчеты загнали на машины «пауки» с тяжелым оружием. Затем погрузились солдаты и офицер.

— Отходим, — усмехнулся Давила.

Машины рванули в ночь, оставляя за собой охваченный пламенем космопорт.

17

22 октября 2770 г. Остров Эспаньола, планета Ла-Магдалена.

Гасиенда Карлоса Сотело располагалась на отшибе. Сотело не был арендатором у Морильо, как жители ближней деревни, он разводил скот на собственной земле.

Давила познакомился с фермером почти год назад. Когда его тревожная группа прибыла в имение Морильо, особняк уже догорал, а бандиты сбежали. Хотя от «барбудас» пострадала вместе с поместьем и деревня, на расспросы крестьяне ничего внятного не ответили — боялись. И тут подъехал дон Карлос. Здоровенный чернобородый мужчина на черной лошади (настоящей земной лошади) вырвался из темноты, и, не обращая внимания на гвардейцев, взявших незнакомца на прицел, подошел к офицеру.

Представившись, он заявил: — Это банда Лупо. Они отступили к Кривому лесу, через брод Костей.

Давила нажал клавишу на комм-браслете и вывел перед собой голографическую карту местности. Попытался соотнести местные названия с официальными, не смог. Сотело, поднеся толстый палец к голограмме, показал маршрут.

— Поедешь с нами, — приказал Давила.

Скотовод охотно согласился (позже Пабло узнал, что Лупо, развлекаясь, убил его сестру).

Банду они настигли через час. Небольшой караван халиков двигался по равнине. Заметив флаеры, бандиты спешились. Двое ракетометчиков спешно развернули свое оружие и выпустили ракеты — к счастью, со слишком большой дистанции.

Когда флаеры, отстреливая тепловые ловушки, увернулись от ракет, Давила приказал уничтожить банду. Выстроившись в круг, гвардейские машины выпустили по «барбудас» весь боекомплект пулеметов. Уцелевших среди бандитов не осталось…

После боя дон Карлос пригласил гвардейцев отдохнуть на своей гасиенде. Давила, естественно, не отказался. Там же он познакомился с дочерью скотовода, Изабеллой. Она училась в педагогическом институте в Барранкилье (случай для местного крестьянства чуть ли не уникальный), а к отцу приехала на выходные.

Свое знакомство с Изабеллой Пабло продолжил уже в Барранкилье, где стоял его полк. Вскоре он стал считаться женихом девушки. С ее отцом он тоже встречался несколько раз, и был уверен: Карлос Сотело не станет помогать бандитам или Альянсу.

Капитан Давила вошел во двор через открытую калитку. Сидевшая на цепи у крыльца гиенособака размером с теленка поднялась и зарычала.

— Ну, здравствуйте! Не ждали!

Открылась дверь, и пороховое ружье в руках крепкого бородатого мужика нацелилось в сторону молодого офицера.

— Дон Пабло, — усмехнулся бородач. — Не ждал. Заходи.

Кивнув, гвардеец вошел в прихожую. К его удивлению, его приветствовала Изабелла.

— И ты здесь, — удивился Пабло. — Ты же должна сегодня заниматься?

— В городе сейчас небезопасно, — ответила девушка. — Имперцы бомбят. Когда они обстреляли космопорт, в нашем ВУЗе арестовали директора и несколько учителей. Было объявлено, что они помогали диверсантам.

— Да никто мне не помогал, — возмутился Давила. — Повстанцам просто надо было сбивать наши беспилотники.

— Если бы я не видел тебя в деле, не поверил бы, что Гвардия на такое способна, — усмехнулся дон Карлос. — Бунтовщики просто сбесились, когда вы положили полторы сотни их солдат без потерь.

— Так вот, — продолжила Изабелла. — Занятия прекратились, не попавшие под арест профессора не ходят на лекции. Потом, мятежники начали брать заложников, а у меня брат — егерский офицер. Я и решила вернуться к отцу. Ну, заходи, чего ты стоишь в дверях.

Войдя в дом, Пабло поздоровался с матерью Изабеллы, и сел за стол.

Разговор пошел о настроениях в деревне.

— Чиновники Альянса объявили о разделе помещичьей земли между крестьянами. Арестовали несколько прислужников Морильо — старосту и управляющего с семьями. Куда их увезли, я не знаю. Пока у мужиков нет оснований быть недовольными новой властью. Но и плясать от радости они не спешат. На вербовочные пункты приходит мало добровольцев.

— Дураков воевать против Гражданской гвардии немного, — с понятной гордостью заметила Белла. — Хотя ваших крестьяне, в общем, не любят.

— Учту, — коротко ответил Давила. — Вы-то как?

Разговор перешел на домашние проблемы. Пабло состояние стад и цены на говядину были неинтересны, но вежливость требовала продолжать разговор. Лейтенанту оставалось только жалеть, что он не мог свободно поговорить с Беллой.

Уже собираясь уходить, он сказал: — Вам лучше сидеть тихо. А то кто-то может намекнуть повстанцам о нашем знакомстве. И… вы понимаете.

— Понимаю, — хмыкнул дон Карлос. — Не беспокойтесь, я свою красавицу в обиду не дам. Улыбнувшись, он приобнял дочь за плечи.

Прощаясь, Пабло, наконец, наплевал на осторожность, обнял и поцеловал Беллу. С трудом отпустив девушку, он повернулся и направился в лес. Что ж, теперь всем сторонникам законной власти на Эспаньоле приходится скрываться.

18

1 ноября 2770 г. Джунгли, Зеленый пояс, планета Ла-Магдалена.

Капитан 31 егерской дивизии Хуан Сотело, повернув верньер на наручном браслете, отрегулировал изображение, передаваемое с беспилотника. Враги приближались. Впереди колонны двигалась машина разграждения с клешней манипулятора и бульдозерным отвалом. За ним ехало пять БМП — прикрытие. Солдаты в серых мундирах сидели на броне — знали, что первая же ракета превращает боевую машину в братскую могилу пехоты. Дальше вдоль шоссе двигалась колонна танков.

— Приготовиться. Первый взвод бьет авангард, второй и третий танковый взвод. Первый взвод: Ракетометчики — на вас БМП, пулеметчики — бульдозер ваш. К бою.

Капитан отключил ненужное теперь изображение и перехватил поудобнее гауссовку. Теперь сквозь стекло шлема можно было видеть прорезающую джунгли Зеленого пояса шоссейную дорогу.

Вскоре послышался рев моторов, и затем на дороге показалась колонна. Машина разграждения, похожая на скорпиона (только клешня манипулятора была на «хвосте»), подъехала к заботливо сложенному завалу из бревен, и остановилась. Заскрипел механизм, и машина стала растаскивать бревна. Одновременно с брони на асфальт посыпались солдаты Альянса.

— Огонь! — одновременно с приказом очередь офицера свалила на землю нескольких серых солдат, не успевших залечь. Ракеты ударили в БМП, вспыхнула машина разграждения, прошитая пулеметными очередями — броня не спасала от 15-мм пуль.

Уцелевшие солдаты Альянса прижимались к асфальту, пытались укрыться за сгоревшими машинами. Ракетчики перешли на стрельбу осколочными; дорогу засыпали гранатами из подствольников. Всего через несколько минут боя шестеро уцелевших мятежников подняли руки.

Неожиданно пулеметная очередь скосила сдавшихся врагов. Сотело бросил взгляд вправо — по шоссе двигался танк Альянса. Один из расчетов ракетомета выпустил ракету, бессильно лопнувшую огненным шаром на лобовой броне. В следующее мгновение на месте расчета взметнулся фонтан земли и камней.

— Оставаться на месте, — приказал капитан. — Не стрелять без приказа.

В окопах полного профиля егеря были хоть как-то защищены от огня. Но любая попытка отступления закончилась бы избиением: пуля летит куда быстрее бегущего труса.

Пули свистели… Вслед за танком осторожно шли солдаты в сером, поливая огнем окраину леса. Танк сделал несколько выстрелов, пытаясь нащупать позиции имперцев. Затем бронированная машина повернула влево, съезжая с дороги на обочину. И поворачиваясь бортом к замаскированным позициям ракетчиков. — Ракетами — огонь! — скомандовал Сотело.

Одна из ракет ударила в лобовую броню, но две поразили моторное отделение. Машина вспыхнула. Пехотинцы Альянса не растерялись и открыли огонь по окопам ракетчиков.

— Огонь! — приказал капитан. — Пулеметные и автоматные пули выкашивали солдат мятежников, стоявших на открытом месте. «Серые» бросились в лес, но Сотело нажал кнопку на браслете, и картечь, выпущенная заранее расставленными МОН-ками, скосила врагов.

Теперь первый взвод на короткое время остался вне боя. Но южнее еще стреляли. Там, у сожженного имперскими ракетчиками танкового взвода, два взвода роты Сотело сдерживали пехоту Альянса.

— Первый взвод, — идем на юг, приказал капитан. — На дорогу не выходить! Приготовиться к бою!

Битва за Ла-Магдалену продолжалась…

19

10 ноября 2770 г. Остров Эспаньола, планета Ла-Магдалена.

— Вот и они, — полковник Педро Виская опустил бинокль. Колонна бронетехники Альянса приближалась к Лысой горе, обороняемой батальоном Эспаньольского полка Гражданской гвардии.

Безлесные склоны Лысой горы, отмеченная на штабных картах, как высота 335,7, нависали над равниной Эспаньолы. К северу, на самом горизонте, отблеск восходящего солнца сверкал на зеркале озера Тесоко. К югу возвышались поросшие лесом Зеленые горы.

Грунтовая дорога огибала Лысую гору с запада, и, извиваясь вдоль берега речки, на другом берегу которой высились поросшие лесом холмы, уходила вглубь гор. По этой дороге полчаса назад проследовал авангард мятежников. Очень скоро ему предстояло встретиться с ополченцами майора Мануэля.

Виская поручил добровольцам Мануэля самую легкую задачу — устроить засаду и уничтожить головную колонну Альянса. Его двум батальонам Гражданской гвардии — второй засел в холмах по ту сторону реки — предстояло сдержать основные силы мятежников.

Ну, наконец-то. Со стороны гор послышались приглушенные расстоянием взрывы. Дон Мануэль вступил в бой.

— Тяжелое оружие — к бою, — приказал Виская. — Без команды не стрелять.

Колонна вражеской бронетехники приближалась. Ехали танки, БМП, самоходки. Генерал АНС Лестер стремился разгромить настырных партизан, уже его успевших нанести его войскам несколько болезненных уколов. А также восстановить славу оружия Альянса после поражения в Зеленом Поясе.

Как оказалось, генерал АНС Форест, вопреки своей фамилии, совсем не умел воевать в лесу. Зато для ла-магдаленских егерей джунгли Зеленого пояса были домом родным. Превосходство имперских войск в боевой подготовке вскоре сказалось: несмотря на трехкратное численное превосходство, мятежники потерпели поражение, причем две их дивизии попали в окружение. Правда, сдаваться они не стали и теперь держались в котлах, снабжаемые по воздуху.

— Так, враги уже близко, — подумал Виская. — Пора Гражданской гвардии доказать, что она воюет не хуже егерей.

И, когда голова колонны втянулась в проход между лысой горой и рекой, полковник скомандовал, — Огонь!

Десятки противотанковых ракет ударили по вражеской колонне. Танки и БМП вспыхивали один за другим, пулеметные пули и мины выкашивали выскакивавших из-под брони солдат. Автоматчики пока не стреляли: для их оружия расстояние было слишком велико.