Там, у края неба (авторская редактура)

– У меня на этот счет совершенно противоположное мнение... – хмыкнул муж. – Во всяком случае, на обручении она выглядела куда счастливей, чем ты, моя дорогая, во время заключения нашего брака.

– Нет, хотя, может, и поняла, кто этот чародей, и где его можно искать.

– Погодите!.. – остановила я рассказчика. – Не понимаю, зачем огород городить? Не лучше ли навести это жуткое колдовство сразу же на самого короля? Таким образом герцог Малк враз добился бы успеха в своих гм... начинаниях.

– Какая прелесть слушать вас!.. – теперь уже не выдержала и я. – Вернее, тебя.

– Погодите, а где ваш кучер?.. – поинтересовался дядя Тобиас, который уже сделал, было, шаг назад.

От возмущения я даже не нашлась, что можно ответить. Нет, теперь я, кажется, понимаю, отчего этот человек до сей поры не мог найти себе жену – каждая девушка убежит, не оглядываясь, если пообщается с этим наглым типом хотя бы несколько минут.

– Дайте посмотрю... – дядюшка забрал у меня лист, развернул его и бегло просмотрел. – Кажется все правильно.

– А не слишком ли рискованно? Почему герцог Малк уверен, что именно он окажется на престоле, если король Конрад будет смещен, а его семья признана недостойной отныне занимать место на троне?

– Послушайте меня, Ваша Светлость...

– Благодарю за приглашение... – Патрик довольно-таки бесцеремонно оборвал дядю Тобиаса. – Но через полчаса мы покидаем этот город.

– Похоже, и тут все упирается в деньги... – невесело усмехнулась я.

– Вот как?.. – в голосе дяди Тобиаса были недоумение и растерянность. Я его понимаю – самой было странно такое слышать.

Когда же дядюшка добрался до Патрика, то застал удивительную сцену – подле скамейки, на земле, в обмороке лежала девушка, а рядом стоял растерянный племянник. Потрясающе, но Патрик снова был человеком! Выходит, им вновь повезло – судьба привела их к дарку, и оставалось только благодарить Небеса за проявленную милость.

Я перевела взгляд на Патрика – он смотрел на меня, и на его лице более не было неприятной ухмылки. Кажется, он понял, что я узнала плащ, а предположить остальное было несложно. Это с кем же я сейчас имею дело, а? Неужели мне выпало несчастье столкнуться с созданиями Темных Небес? Не знаю, о чем сейчас думал Патрик (или кто он там), зато я понимала, что, кажется, мне всерьез стоит опасаться за свою жизнь. Кричать сейчас я не могу – от страха горло перехватило... Интересно, я успею выбежать за дверь, или нет? Впрочем, это бесполезно – дверь заперта, а ключ Патрик еще вчера сунул к себе в карман. А может, подбежать к окну, распахнуть его и позвать на помощь? Пожалуй, это единственное, что я сейчас могу сделать...

– Главное – не поздно... – заявил мне супруг. – Хватит валяться, нам в дорогу пора.

– Теперь, думаю, надо поехать к нам... – заговорил дядя Тобиас, когда мы покинули здание суда. – Раз моя племянница вышла замуж, то следует...

Судьи (то есть отца Жаси) не оказалось на месте: он, как я поняла, сегодня не пришел на службу по уважительной причине – вчера тоже присутствовал на свадьбе Тарилы, и там несколько перебрал с вином, и потому в настоящее время вряд ли может в должной мере исполнять свои служебные обязанности. Ну, если принять во внимание что наш судья был человеком строгих правил и хмельное почти не употреблял (так же, как и дядя Тобиас), то вывод напрашивается один – у красотки Тарилы на свадьбе гостям предлагалось далеко не столь прекрасное вино, как утверждала красавица-невеста и ее родители. Похоже, на всех приглашенных старых выдержанных вин не хватило, да и накладно это – поить дорогим вином всех гостей, которых на свадьбе было более чем предостаточно, и потому хозяева втихую прикупили винишко подешевле, и далеко не лучшего качества – иной причины повальной головной боли у обычно непьющих людей я не вижу. Ох, Тарила, красавица ты наша, судя по всему, вино пятнадцатилетней выдержки из лучших зарубежных виноделен, которое, которое, как ты говорила, будет подано к столу – оно досталось лишь избранным гостям, остальные обошлись тем, что попроще. Вот теперь и страдают от последствий...

Святые Небеса, я уже начинаю выходить из себя! Может, пойти и развестись, пока еще есть время? Ох, до чего же хочется так поступить, но пока что придется потерпеть – если только станет известно, что я развелась едва ли не через час после вступления в брак, то, боюсь, стану предметом бесконечных шуток для всего города, а моим родным после этого хоть на улицу не показывайся – засмеют. Ладно, можно развестись и через несколько дней, хотя бы через седмицу – тогда расторжение брачного союза не будет выглядеть настолько странно, а необдуманные браки по молодости лет были, есть и будут, так что меня вряд ли будут долго обсуждать за быстрое желание обрести свободу. Значит, решено – разведусь при первой же возможности, только вот перетерпеть эти несколько дней мне, судя по всему, будет достаточно сложно.

– Кстати, колдунья подтвердила предположения герцогини насчет того, кто был инициатором всей этой истории. Сесть на трон – это давняя мечта герцогов Малк, но при всем том невозможно было даже предположить, что они могут пойти на такие меры. Как видно, семейка не желает больше ждать, и надеются, что наконец-то пришло их время.

– И что тебе не правится?.. – снова подал голос Патрик. – Когда все закончится, то сразу же получишь развод, и можешь вернуться к своим родным, тем более что триста золотых получишь в любом случае.

Глядя на измененное уродством лицо Патрика, герцогиня сказала, она ожидала чего-то похожего в самое ближайшее время – если не получилось изобразить семейство герцога Тирнуольского как семью колдунов и вурдалаков, то это же самое следует сделать с сыном герцога Нельского. Он – младший брат короля, так что удар должен быть нанесен по нему. Правда, герцогиня рассчитывала, что у нее есть немного времени в запасе – все же врагам не стоит слишком торопиться, но те ждать не стали. Ясно, что в самое ближайшее время в дом герцога Нельского заявится кто-либо из тех, кому герцог Малк приказал поднять скандал вокруг Патрика Серелей, который, по расчетам герцога, сейчас уже наверняка должен находиться в измененном состоянии. Скорей всего посетителем будет не один человек, а целая толпа – все же к пылающему охотничьему домику невесть откуда прибыли аж два десятка человек, и не для того, чтоб тушить пожар, а глазеть на него со стороны с выражением досады на лице...

– Ты не мог бы отвернуться?.. – спросила я у Патрика, который лежал на кровати одетый, хорошо еще, что обувь снял. – Мне надо переодеться.

Как сказала женщина, в тот момент у нее было только одно желание – умереть, и в то же самое время она не могла допустить, чтоб хоть кто-то увидел, в кого превратились ее любимые люди. Преодолевая себя и плохо соображая, что делает, она достала особую жидкость для розжига костров, которая имелась в охотничьем домике, облила ею сына и мужа, после чего высекла огонь. Как сказала герцогиня, она не хотела уходить из горящей комнаты, в то время у нее было только одно желание – умереть вместе со всеми... Когда же пламя полностью охватило погибших, женщина увидела, что ее родные под действием огня вновь превращаются в тех, кого она знала ранее, то есть в людей. Тогда нечастная отстраненно подумала о том, что кое в чем церковники правы – огонь, и верно, уничтожает колдовство... Более герцогиня ничего не помнит – она пришла в себя уже на земле, неподалеку от охотничьего домика, куда ее непонятно как сумела вытащить ее старая нянька...

– Так вы что, собираетесь отправиться за драконьей скорлупой?!

Можно не сомневаться в том, что сейчас люди герцога Малка всюду ищут Патрика. Логика простая: если молодой человек внезапно и без причины уехал невесть куда, не подает о себе вестей и непонятно, где его искать, то вывод только один: обряд прошел удачно, и теперь сын герцога Нельского или прячется от людей, или лихорадочно ищет того, кто может ему помочь вернуть прежний облик. Наверняка герцог Малк сейчас предпринимает все возможное и невозможное, лишь бы отыскать того, кто ускользнул от него едва ли не в самый последний момент, когда, кажется, добыча уже была в руках.

– Неужели так сложно ответить вежливо, без грубостей, обычным человеческим языком?.. – разозлилась я. Мое возмущение можно понять – мало того, что поднял ни свет, ни заря, так он еще и хамит!

– То есть мы уезжаем сейчас?.. – мне тоже хотелось прояснить ситуацию, в которой я оказалась. – Если так, то мне надо хотя бы собраться в дорогу!

– Дядя Тобиас!.. – кинулась я к дяде, который стоял с большой дорожной сумкой в руках. – Ты один? А я думала, что вы придете с Инес...

– Понятно... – вздохнул господин Ормон. – С твоей стороны было крайне опрометчиво допустить такой промах, хотя я просил тебя быть очень осторожным. Как я понимаю, дама потребовала объяснений.

– А ты не приставай с утра пораньше со своими глупыми вопросами... – проворчал в ответ муженек. – И будь добра, как можно больше помалкивай – у тебя это лучше получается.

– Она умерла?

Именно потому, что возле дарков разрушалось любое драконье колдовство, их так ценили и оберегали люди, а вот драконы делали все, чтоб уничтожить тех, рядом с кем таяла их магия. Надо заметить, что драконы преуспели в своих начинаниях, и через какое-то время дарков почти не осталось – все они были уничтожены в схватках между людьми и теми же драконами. Впрочем, к тому времени люди сумели каким-то образом взять верх над летающими ящерами, и постепенно крылатые создания ушли в другие края, оставив в сказках и легендах память о себе... Естественно, забылось и о существовании дарков – быстротечное время стирает все, в том числе и людскую память. Конечно, и сейчас среди людей есть потомки дарков, только вот как их отыскать? Дарков и раньше-то было немного, а сейчас их внуков, считай, вообще не осталось. Хотя кто знает – если Небеса будут к вам милостивы, то на вашем пути встретится дарк, хотя надежды на это почти нет. Как узнать дарка? Да вы сами поймете, если он попадется вам на глаза, хотя такой человек наверняка и сам не имеет представления, что он – дарк...

– Но как же так...

– Что в данный момент представляется делом весьма сомнительным... – а вот теперь Патрик говорит серьезно, и в его голосе звучит настоящая горечь. Что же такое страшное произошло в их семье?

– Это кажется невероятным, но Селия осталась жива. Конечно, она долго болела, но все же выздоровела. После брат вновь выдал ее замуж – интересы сильных мира сего никто не отменял. С новым мужем она прожила до конца своих дней, родила нескольких детей, и все они были совершенно нормальными, без малейших уродств и отклонений.

– Дорогой господин Серелей, может, вы мне все же объясните, что происходит?

– Это все, конечно, интересно... – согласилась я. – Но какое отношения та давняя история имеет к нам?

Разумеется, я снова раздернула занавески, но Патрик вновь их задернул. Он что, издевается?

– Тогда решим так... – Патрик на мгновение задумался. – Думаю, что уважаемая госпожа Мей прикажет слугам собрать твои вещи, и привести их в гостиницу. На это у нее есть полчаса. Считаю, что этого времени на сборы будет более чем достаточно.

– Почему же – они там были, но в тот день на охоте герцог подвернул ногу, и одного из слуг послали за лекарем, а второй слуга отправился в город с поручением от герцогини. Кроме того, конюх повел лошадь герцога к кузнецу – та потеряла подкову, и потому любимую кобылу герцога нужно было срочно перековать... Именно потому во время трагедии рядом с хозяевами не оказалось слуг.

– Это пока что титул отца Патрика, пошли ему Светлые Небеса долгих лет жизни... – вмешался в наш разговор господин Ормон. – И мне бы очень хотелось, чтоб мой племянник унаследовал этот титул...

– Патрик, это я... – раздался голос господина Ормона. – Пора вставать.

– Некоторым везет... – не выдержав, съехидничала я.

Можно долго рассказывать о том, как герцогиня сумела докопаться до правды – все же сила золота очень велика!, но главное женщина все же смогла узнать: во главе всей этой мерзкой истории стоит герцог Малк, семья которого давно мечтает оказаться на престоле. Этот человек происходит из древнего рода, который когда-то имел все основания занять престол, но, как говорится, не сложилось. Сейчас семейство Малк – это вечные любители половить рыбку в мутной воде, хитрецы, любители заговоров. А еще они были очень богаты, и им сходило с рук многое из того, что не простили бы другим. И уж если герцог Малк осмелился на столь темный обряд, то, значит, он решил пойти ва-банк, и в этот раз будет сражаться до победы. У него просто нет иного выхода, ведь если правда выплывет на свет, то на костре окажется сам герцог, и тут его уже не спасет никто и ничто.

Именно потому дядя с племянником решили пробираться по небольшим дорогам, стараясь не привлекать к себе внимания и нигде не задерживаться. В каком-то небольшом городишке дяде удалось купить для племянника длинный плащ с большим капюшоном, в которых ходят церковники, так что он теперь с чистой совестью мог утверждать, что везет одного из святош.

Увы, но мне не удалось сделать ни шагу – Патрик успел схватить меня за руку, а хватка у него железная, не вырвешься.

– Обязанности кучера выполняю я... – развел руками господин Ормон. – И не удивляйтесь – я всегда любил лошадей, и с детства мечтал править каретой, так что в этой поездке я просто решить претворить в действие свою мечту.

– А та лесная ведьма вам об этом не сказала?

Да... – подумалось мне. Как это ни неприятно, но в жизни каждому из нас дается немало испытаний, ведь все мы ходим под волей Святых Небес. Ранее мне не раз доводилось слышать о том, что у кого-то рождаются больные дети, к которым можно относиться с жалостью и состраданием. Правда, следует признать и то, что о таких новорожденных, как сын юной графини, мне слышать не доводилось.

На следующий день к мосту, перекинутому через шумную горную реку, сбежался едва ли не весь город. Было холодно, дул ледяной ветер, на реке уже начинался ледоход... Скажем так – это был далеко не лучший день для испытания, но тут уж ничего не поделаешь. Что касается короля, то он был в числе тех, кто наблюдал за всем происходящим со стороны, и понимал, что сегодня он или будет оправдан, или под ним зашатается трон.

– Я замер в глубочайшем пардоне, если кого-то обидел своим ограниченным мышлением... – мой дорогой супруг стал поднимать упавшую одежду, и убирать ее в свою дорожную сумку.

– И долго будет длиться столь прекрасное мгновение?

– Может быть, вы хотя бы скажете мне, куда мы сейчас отправимся?.. – я старалась держаться спокойно и не обращать внимания на ехидство супруга.

– Ох, не говори, все разом навалилось!.. – махнул рукой дядя Тобиас. – Когда мы с твоей тетей вернулись домой, то оказалось, что к нам в гости пришел тот самый молодой человек, который так понравился Инес, и, не исключаю, что она очень понравилась ему. Кстати, кавалер пришел к нам не один, а со своим отцом. Сама понимаешь, это совсем иное дело, не просто визит вежливости. Естественно, что моя жена направилась к нашим гостям, потому как в это время они с Инес разговаривали в гостиной. Заодно она успела дать указания на кухне насчет обеда и угощения... Еще в это же самое время пожаловала портниха со своими помощницами, которых ранее вызвала твоя тетя... В общем, в нашем доме сейчас дым стоит коромыслом, так что я велел служанкам собрать твои вещи и в одиночестве направился сюда. Мы решили пока что не говорить Инес о твоем замужестве – скажем немного позже, когда гости покинут наш дом. Правда, боюсь, что к тому времени тебя уже не будет в городе...

– Сочувствую... Но я отчего-то считала, что драконы обитают где-то очень и очень далеко, едва ли не в сказках, или в тех странах, куда нам не добраться. Интересно, каким таким чудесным образом драконья скорлупа оказалась в руках герцога? Вряд ли ею торгуют вразнос или на рынках.

– Скажем так – не близко.

– Не понимаю... – а вот теперь и я растерялась.

– Тут все не так просто... – покачал головой граф. – Дракон – король воздуха, а некоторые его называют даже королем мира. Как это ни удивительно, но как раз на земных королей и их детей драконье колдовство не действует, а вот все остальные родственники коронованных особ в это число не входят. Кстати, женщинам это колдовство совсем не опасно – оно на них не воздействует, а вот с мужчинами все обстоит с точностью до наоборот.

Вскоре глашатаи оповестили страну о том, что графиня Мернье подвергнется суду Божьему, то есть Божественному испытанию водой. Если Святые Небеса оправдают ее, то это означает, что она невиновна, и все, что о ней говорят – это клевета. В противном случае графиня погибнет, и таким образом смоет с себя все грехи.

– Спасибо.

Не знаю, чем бы у нас закончился разговор, но в этот момент в дверь постучали.

Однако недавно многое изменилось, причем в худшую сторону. Немногим более месяца назад в семье герцога Тирнуольского произошла страшная трагедия: во время охоты герцог и его сын погибли страшной смертью: оба сгорели в охотничьем домике, причем огонь был такой силы, что тела было трудно опознать. Спастись удалось только герцогине Тирнуольской, которая отправилась на охоту вместе с отцом и сыном. Вернее, герцогиню каким-то чудом сумела вытащить из огня ее старая нянька, которая после произошедшего сама едва ли не отправилась на Небеса.

– Совершенно не понимаю вашей спешки... – нахмурился дядя Тобиас.

– Вообще-то я никуда не спешу...

– Сразу предупреждаю – на будущее и не рассчитывай остаться со мной... – Патрик снова подал голос с кровати. – И мечты о герцогской короне тоже советую выбросить из головы. У меня, чтоб ты знала, невеста имеется, и расставаться с ней я не намерен.

– Так вот, история, которую я хочу вам рассказать, произошла в Трации достаточно давно – если мне не изменяет память, все это случилось лет двести назад. В то время там правил король Хаший, который довольно успешно присоединял к Трации новые земли. Одним из его, скажем так, приобретений, было богатое графство Мернье, на которое с завистью поглядывали монархи иных стран, расположенных рядом. Чтоб заполучить эти прекрасные земли, король Хаший поступил просто – выдал замуж за графа Мернье свою младшую сестру Селию, после чего графство перешло под власть короля Трации. Надо сказать, что граф Мернье был молод, силен и недурен внешне, а Селия, как говорят летописи, была прелестнейшим созданием. Так что хотя брак изначально был политическим, вернее, союзом по расчету, но молодые люди полюбили друг друга с первого взгляда, так что можно было только порадоваться за новобрачных.

– Дело в том, что семейство Малк по древности и родовитости не уступает нынешней правящей династии, и потому стоит ближе всех к престолу. С этим, кстати, никто не спорит. Получается, что тут не нужны ни заговоры, ни бунты, ни мятежи – после свержения короля Конрада герцог получает корону согласно существующих законов и при всеобщем одобрении.

Хорошенько обдумав случившееся, герцогиня пришла к кое-каким невеселым выводам, после чего на время отправила двух своих дочерей в монастырь – мол, пока не закончится траур по родным, ее дочерям лучше побыть под защитой монастырских стен. Подобное решение было встречено обществом с пониманием и сочувствием, а еще и совершенно верным – дескать, траур есть траур, и именно так положено поступать согласно старым традициям. Затем герцогиня стала действовать, и для начала ей нужно было кое-что выяснить, и женщина принялась за дело со всей присущей ей осторожностью...

Ну, все, с меня хватит! Сколько можно терпеть такое отношение к себе?! Раз Патрик не понимает нормального человеческого обращения, не слушает то, что я говорю, то и мне надо каким-то иным образом дать понять этому человеку то, что я о нем думаю, а заодно выплеснуть скопившееся негодование. К сожалению, под рукой не нашлось ничего тяжелого, и потому я не нашла ничего лучше, чем схватить подушку и бросить ее во вконец охамевшего супруга.

– Ну, так переодевайся, я тебе не мешаю... – лениво отозвался тот. – Или ты думаешь, что я за всю свою жизнь ни одной голой бабы не видел?

– Что касается моего племянника Патрика, то должен сказать, что он – единственный сын герцога Нельского.

– Разумеется... – недовольный супруг отошел от меня на пару шагов. Подобное, конечно, крайне невежливо, ведь он будет слышать наш разговор, но сейчас это меня особо не беспокоило.

К вечеру мы приехали в небольшой городок, и остановились на постоялом дворе, находящемся у въезда в город. За этот суматошный день я так устала от всего произошедшего, а заодно и от тряской дороги, что у меня было только одно желание – спать.

История, и верно, оказалась длинной. Мне и раньше было известно о том, что у нашего короля Конрада есть два младших брата – герцог Тирнуольский и герцог Нельский, только вот из глубины нашей провинциальной жизни мне всегда казалось, что эти люди обитают где-то очень далеко. Можно сказать, они почти что небожители, и их проблемы не имеют никакого отношения к нам, простым грешным. Как утверждал рассказчик, братья короля в государственные дела не лезли, каждый из них жил своей жизнью, и оба семейства поддерживали хорошие отношения с королевским двором, что немаловажно.

– Их свадьба состоялась ранней весной... – продолжал господин Ормон, не обращая внимания на наши слова. – Затем пришло удивительно теплое лето, и деревья гнулись от плодов, сено уродилось прекрасным, виноградники были сплошь увешаны гроздями, в лесах хватало зверей и птиц. Подданные графа, видя столь сказочное изобилие, решили, что это счастье в их земли принесла юная жена их сюзерена, и отныне на все голоса восхваляли молодую графиню, а вместе с тем радовались за своего господина. Когда же стало известно, что госпожа Селия ждет ребенка, то люди искренне желали счастья молодой женщине. Однако у графа Мернье была слабость – охота на диких кабанов, и одна из таких вылазок в лес закончилась весьма печально: перепуганная лошадь сбросила графа на землю, и раненые кабаны просто порвали беднягу. Естественно, что для прекрасной Селии все произошедшее оказалось страшным ударом, но она понимала, что должна держаться ради ребенка, будущего наследника графства Мернье.

– Сейчас поясню...

– Она мой плащ увидела, и кое-что вспомнила. Далее, думаю, все ясно и без долгих разъяснений.

– А как же так получилось, что в охотничьем домике не оказалось слуг?

– Патрик, ты меня разочаровываешь... – а вот теперь в голосе господина Ормона чувствовался холод. – Всему есть свой предел, и не стоит его переступать.

Зайдя в комнату, господин Ормон сразу понял – у нас что-то произошло, уж очень неприязненно мы с Патриком смотрим друг на друга.

– Кажется, это страна, что находится южнее... Пожалуй, это все, что мне о ней известно.

Ну, раз этот наглец меня ни во что не ставит, то и мне следует относиться к дорогому супругу, как пустому месту. Не глядя на мужа, сняла с себя платье, надела ночную рубашку, и легла на кровать, натянув на себя одеяло до подбородка. Надо сказать, что мое присутствие, вернее то, что мы оказались в одной постели, не произвело никакого впечатления на Патрика. Он как лежал на кровати, закинув руки за голову, так и продолжал лежать, а потом и вовсе повернулся ко мне спиной, и через какое-то время услышала ровное посапывание. Кажется, мой муж предпочитает крепкий сон общению с молодой женой. Ну, раз такое дело, то и я заснула с легким сердцем, подумав о том, что девичьи страхи по поводу первой брачной ночи, пожалуй, слишком преувеличены.

– Так может, объяснишь, наконец, зачем ты на мне женился?

– Дорогая Черил, насколько мне помнится, ты не особо возражала против моей кандидатуры... – ухмыльнулся Патрик. – Теперь можешь гордиться и радоваться тому, кто достался тебе в мужья.

– А точнее?

– Я, вообще-то, не любитель расшаркиваться. К тому же мы только что стали счастливой семейной парой, так что обращаться на «вы» к супруге не стоит – нарушает семейную идиллию.

Вставать мне очень не хотелось, но пришлось – не ссориться же с самого утра, хотя, каюсь, мне очень этого хотелось. Переодевшись, я спросила у Патрика:

– Мы уже перешли на «ты»?

– Мне ее искренне жаль... – вздохнула я.

Более не слушая никаких возражений, Патрик потащил меня в карету, и моим родным поневоле пришлось отправиться вслед за нами. Н-да, совсем не так я представляла себе свое замужество, и не хочется думать, что может быть дальше.

– А вам что-то неясно?.. – только что не огрызнулся тот. – Только что соединились два любящих сердца, то бишь мы с вами... Или вы не согласны?

– Извини, но у нас не было иного выхода... – развел руками граф Фиер.

– Да потому что любой, даже самый опытный маг и колдун, посмотрев на человека, подвергшегося драконьему колдовству на скорлупе, будет находиться в полной уверенности, что имеет дело с настоящим отродьем тьмы, врагом человеческого рода!.. – едва ли не крикнул Патрик. Он поднялся с кровати и прошелся по комнате. – Вначале так думала даже та старая лесная ведьма, и потому гнала нас вон, не желая иметь с нами никакого дела. Потом, правда, все же смилостивилась, но даже такому опытному и знающему человеку, как она, понадобилось немало времени, чтоб докопаться до истины. Понятно, что наши столичные маги и инквизиторы не будут так дотошно разбираться, а многие просто не в состоянии это сделать, несмотря на уверения в своей исключительности. Так что костер – это единственное, что меня может ожидать. Знать бы еще, где герцог Малк отыскал такого умелого колдуна, который не побоялся ввязаться в столь рискованную историю...

– Да уж... Кстати, а что сейчас с герцогом Нельским, отцом Патрика? Надеюсь, на него не навели это драконье колдовство?

– Заранее сочувствую этой несчастной... – я даже не стала оглядываться на дорогого супруга.

– Чтобы быть вместе и в радости и в горе. Или у вас есть иное мнение по этому вопросу?

– Как это ни странно, но так и есть.

– Не понимаю, почему я не имею права собраться в дорогу перед отъездом? Мы женаты всего несколько минут, но уже начинаем ссориться!

– Кому-то повезло.

– Да уж, необычное у меня замужество... – покосилась я на муженька. – Один грубиян-супруг чего стоит...