Морок Дарк (полный текст)

— Ну, что там?! — теряет терпение старшая сестра.

— Там… там мыши, сестра Клара!

— Мыши! — сестра вздрагивает. Как и многие монахини, она до смерти их боится, — Но откуда?

— Не знаю, откуда они появились, сестра Клара, но уже пару дней от них нет спасения. Клара с сомнением смотрит на дверь кельи. Ей уже совсем не хочется туда входить.

— Ну, если в твоей комнате завелись мыши…

— Я пока поживу вместе с подругой, послушницей Анной. Я как раз к ней шла!

— Хорошо. Надо будет сообщить матери — настоятельнице. И послать за крысоловом, когда в следующий раз отправимся в город.

— А когда вы туда отправитесь, сестра Клара?

— Ты же знаешь, монастырь находится высоко в горах и до ближайшего города не менее 3 дней пути, — она с сожалением вздыхает, — А мы, увы, недавно вернулись оттуда. И пройдёт не меньше недели, прежде чем мы отправимся туда снова. Так что, тебе придётся подождать.

— Ничего, сестра Клара, я потерплю.

— Похвально. А теперь отправляйся спать. Они прощаются. А ведь сестра была так близко! Ещё чуть-чуть и всё… Мари отправляется к Анне. Стучится в её дверь. Та открывает.

— Здравствуй Аня.

— Здравствуй Мари. Подруги обнимаются.

— Ты ещё не спишь?

— Скажешь ещё! Как можно спокойно спать, когда он в монастыре? — она садится на кровать.

— Не начинай опять. — Мари проходит вглубь комнаты.

— Но если об этом кто-нибудь узнает! Ты представляешь, что с нами сделают тогда?

— Всё будет хорошо. Если его найдут. Я скажу, что во всём виновата я. Ведь это моя идея.

— Не доверяю я ему… ты так рискуешь собой, рискуешь мной, всеми нами! Кто знает, что у него на уме?

— Я уже говорила тебе, что он не причинит никому вреда. Он мог сделать это уже много раз, но не сделал же.

— Откуда ты знаешь? Быть может, он всего лишь копит силы!

— Хватит. Давай ложится спать. Завтра рано вставать. Несмотря на все возражения Ани, Мари продолжает время от времени навещать Рыцаря.

— Может я всё-таки обработаю твои раны? Ты выглядишь всё хуже и хуже. — спросила она. Тёмный рыцарь в который раз мрачно покачал головой. Он был похож на волка, зло скалившегося на любого, кто пытался протянуть к нему руки. И Мари понимала это. Она оторвала взгляд от рыцаря и посмотрела вверх, на окошко, из которого струился потоком дневной свет.

— Смотри как красиво! — обратилась она к рыцарю в надежде приободрить его. На её лице отразилась милая улыбка. Тёмный рыцарь поднял голову и уставился туда, куда указывала Мари, некоторое время смотрел.

— Я не вижу. — сухо и равнодушно проронил он. Улыбка пропала с губ Мари.

— Как? — озадаченно спросила она, — Не видишь?

— Не вижу, что вызывает у тебя такую радость.

— Тебе не кажется красивым, как падает свет из окна? Прекрасный вид неба, что открывается в нём? Рыцарь насторожился, не понимая, что имела в виду Мари. Разве он что-то упустил? И ещё раз поднял голову. Сквозь прорезь шлема он видел: тёмно-пепельный камень стен, отверстие окна, серое море, блёклые облака, проплывающие по нему и большой чёрный уголёк на месте солнца.

— Я вижу только серо-чёрный цвет. Мари изумилась. Всматриваясь в яркий, играющий красками, вид за окном она пыталась найти, где Тёмный рыцарь увидел это.

— Ты не видишь? — переспросила она, до сих пор, не веря его словам.

— Нет. — спокойно ответил он, — Там нет ничего из ряда вон выходящего. Таким мир был всегда. Эти слова глубоко засели в душу Мари и не выходили из её мыслей весь остаток дня. Но как она не пыталась, ей так и не удалось понять их.

Глава 2

«Прошло несколько дней. Мои силы возвращаются. Правда, на много медленнее, чем я рассчитывал. Как же мне опротивело сидеть здесь!

Как пойманный зверь в капкане. Я уже хожу и по ночам выбираюсь на разведку. Хорошо, что комната, где я скрываюсь днём, выходит на внутренний двор и близка к воротам. Это позволило мне полностью разведать план местности. Теперь я точно знаю, что это именно монастырь. При необходимости я могу быстро его покинуть. Но чутьё говорит, что ещё не время. Да, это будет глупо. По крайней мере, пока я не верну все свои силы… Голос Хозяина. Он как бездомный пёс ноет в моей голове всё это время. Беда в том, что от этого „пса“ я не могу избавиться! Или могу? Странно… Мой доспех, — моя гордость… Он потускнел! Я только сейчас это заметил. И рана не заживает. Что бы это могло значить?

Как бы я не хотел убедить себя в том, что это последствие ранения, которое скоро пройдёт, мне приходится признать, что сейчас я представляю собой лишь жалкую тень былого могущества. Я лишился сил!

Или нет? Разве такое возможно? А эта девчонка всё приходит. Никак не пойму, что ей надо?! Да и кому она служит! Видел я статую её богини у алтаря, когда ночью выходил на разведку. Меня чуть было не заметила их настоятельница.

Она чувствует моё присутствие. А я её. Она сильный противник! Ни то, что эта девчонка. Пожалуй, даже в этих старых костях сил будет больше, чем у их богини. Не говоря уж о Хозяине! Сравнивать её с ним это всё равно, что сравнивать червя с человеком! И чем она их привлекает? Хозяин, — вот власть и настоящая мощь! Меня мучают образы. Чёрные рыцари не спят как смертные. Когда, ты не нужен Владыке, разум погружается в пустоту. Там нет ни боли, ни страданий, ни нужды. Ни каких эмоций. Чистая пустота! Это невероятно. Блаженное чувство! Когда же Хозяин вновь призывает, все раны тела твоего уже исцелены, а силы восполнены. Теперь же, как я ни стараюсь, мне не удаётся даже дотронутся до той пустоты! Стоит мне закрыть глаза, как возникают эти навязчивые сны! Откуда они? Это явно не мои воспоминания… как будто из чьей-то чужой… из другой жизни… Что же мне с ними делать? Ох, как много слов. Голова раскалывается! С Хозяином мне не приходилось задавать столько вопросов… А! Проклятье! В сознание до боли впечатался лик Повелителя… Как-то необычно шумно снаружи! Слышны крики и ругань… Какое неприятное чувство. Я ощущаю рядом других слуг Хозяина!

Видно ему надоело ждать и он решил меня выкурить. Что ж теперь мой ход!»

Впервые выхожу за дверь своего укрытия при свете дня. Солнце слепит привыкшие к полумраку глаза. Как же больно! Столько неприятных чувств навалилось за последнее время! Может всё таки стоит вернуться к Хозяину? Проходы обители пусты. Осторожно иду на шум. Передо мной открывается неприятная картина. Ворота распахнуты. Рядом лежит тело монахини. Во внутреннем дворе стоит группа воинов. Хотя какие из них воины? Кучка мародёров и стервятников! Их вожак, что-то требует от подвернувшейся под руку сестры. Угрожает ей окровавленным мечом, пока его головорезы обыскивают двор. У его ног лежит ещё пара тел с перерезанными горлами. Хочу уйти тихо, но не получается. Замечают стрелки, оставленные у ворот и поднимают шум. На меня с криками бросаются двое. Олухи даже драться, как следует, не умеют! Парой выверенных движений расправляюсь с обоими. И это не смотря на то, что я сражаюсь одной рукой. Вожак обращает на меня внимание. Отпускает монашку, подаёт знак остальным оставаться на местах и подходит ближе, но сохраняет дистанцию. Изображая на лице акулью улыбку, он убирает короткий меч в ножны и как бы невзначай кладёт руку на его рукоять.

— Какая встреча! Неожиданный сюрприз. Приятно видеть в этом месте верного слугу Хозяина. Присоединяйся к нам, Чёрный рыцарь! Вместе мы расшевелим этот старый курятник! — говорит он, протягивая свободную руку. Пауза. Голос Хозяина всё настойчивее требует: «Подчинись!» Он стучит барабанами внутри! Меня гложут сомнения… Что же делать? Душа мечется между двух огней…

— Я больше не служу Хозяину! — с силой выдавливаю я из себя.

— Вот как? — спокойно говорит вожак. На его лице отражается невинное выражение: лёгкая досада, смешанная с разочарованием и сожалением. Затем оно меняется в мгновение ока, превращаясь в холодный, волчий взгляд. И тут он наносит подлый удар! Заходит с фланга, как раз со стороны раненной руки и всаживает свой клинок мне между пластин лат. Ударом отгоняю его, заставляя разорвать дистанцию.

— Так это ты тот глупец, что предал Хозяина?! Чего не хватило?

Богатства? Власти? Силы?

— Он слишком много у меня отнял! — реву я, нанося удар за ударом.

— Он оставил тебе жизнь! Чего тебе ещё надо? — надрывается соперник, парируя удары.

— Он отнял у меня имя! — я прихожу в бешенство толи от боли, толи от всплеска адреналина.

— Ну так отправляйся в бездну и скажи ему об этом! Ко мне ленивые свиньи! Пора его кончать! Он бежит назад к своей банде. Его головорезы, не теряя времени, бросаются вперёд, а стрелки натягивают луки. Это уже хуже. А ведь был шанс, расправится с вожаком, тогда бы остальные, скорее всего, разбежались. Но сейчас больше волнуют стрелки. С новой раной прытко скакать и быстро бегать у меня не получится. А это значит, что меня просто расстреляют в упор. Первого подбежавшего останавливаю ударом ноги в пах. Он складывается пополам, шумно и резко выдыхая. Конечно, сапог то латный! Пока он не очухался, толкаю его перед собой. «Живой щит»

прекрасно выполняет свою роль и ловит пару стрел, предназначенных мне. Он кричит от боли и падает. А я перехожу к следующему. Над ухом свистит стрела. Ещё одна врезается в стену совсем рядом. Меткие черти! Вытесняю противника на линию огня стрелков, это их придержит.

Булавой бандит владеет хорошо и просто с ним не справится. А тем временем к нам присоединяется ещё один. Придётся напрячься! Хозяин. Его голос ошеломляет, заполняя всё вокруг. Он всё сильнее и сильней. Из носа течёт кровь. Он хочет, что бы я покорился?

Склонился перед ним. Он хочет моего повиновения… Живым, не дамся… И мёртвым тоже!!! Пусть меня выручит мастерство! Держу пари, такого Хозяин ещё не видели. Парирую выпад. Сокращаю дистанцию. Оглушаю одного ударом эфеса в висок. Поворот на месте. Рука, привычным движением, очерчивает полумесяц и меч вспарывает второго от живота до горла.

Вожак орёт на стрелков: «Чего встали?! Пристрелите его! Живее!» Пора устроить показательную казнь! Разворачиваюсь к первому. Он всё ещё на ногах. Хорошенько замахиваюсь и срубаю ему голову. Брызги крови летят на мой доспех. Стрелки, выпучив глаза, остолбенели впечатлённые увиденным. Кое-кто бросается бежать. Тем лучше! Вот и дошла очередь и до вожака. Тяжёлый это будет бой. Он пару раз застаёт меня врасплох, но мне удаётся выкрутиться. Наступаю. Серией ударов вывожу его из равновесия и добиваю. Всё, кончено… В лопатку впивается стрела. Алая вспышка боли расцветает в глазах.

Смотрю через плечо. Это оставшийся стрелок пришёл в себя. Он натягивает тетиву. Делаю вдох и вкладываю остаток сил в замах. Меч перелетает через меня, описывает кривую дугу и летит в стрелка. Тот целится. Замирает на секунду, не веря в происходящее. Потом опомнившись, пытается уклониться, но поздно. Верный клинок проходит его насквозь и тянет к земле. Он опрокидывается назад и падает. А в след за ним падаю и я…

Это чёрный день в истории монастыря. Мари ещё не успела опомниться от бойни, увиденной во дворе, как её вызвала к себе мать-настоятельница. Она вошла под своды просторной, вытянутой залы, уставленной рядами скамей. Настоятельница стояла на другом её конце, у алтаря богини, спиной к вошедшей и молилась. Из витражных окон на пол падали радужные тени. Мари всегда восхищалась этими нерукотворными произведениями искусства природы. Но сейчас, даже они не радовали её.

— Вот и ты, — твёрдо бросила настоятельница не оборачиваясь. Мари остановилась в благоговейном страхе не смея ответить.

— Ты представляешь, что ты наделала?! Только подумать. Слуги Хозяина в стенах обители! Неслыханно! Ты подвергла всех нас такой опасности. Всё что дорого нам! И чем это закончилось? Погибло 4 сестры! Их кровь на руках этих убийц-мясников! — говорит она, всё повышая голос.

— Но… мать-настоятельница… это не рыцарь. Он помог остановить… — робко попыталась возразить Мари.

— Молчи! — кричит настоятельница и оборачивается. Увидев суровое выражение её лица, Мари оступилась и упала.

— Но мать-настоятельница… — плачет Мари, — Богиня учит, что мы должны помогать тем, кто в этом нуждается…

— Он сделал свой последний шаг в пропасть. Он уже в ней, а это значит, что ему нельзя помочь! — отвечает настоятельница, — Ты даже не понимаешь, что играла со смертью. И что ещё более чудовищно с чужой смертью! Она снова переводит взгляд на статую богини перед собой. Повисла гробовая тишина.

— Это надо было додуматься притащить Чёрного рыцаря к нам! Да ещё и впутать свою лучшую подругу!

— Вы знаете…

— Сегодня она пришла и обо всём рассказала. К несчастью мне не удалось предотвратить катастрофу. Мария, сегодня скорбный день! Это твоя вина. Кровь убитых есть и на твоих руках! Если бы не твоя выходка они были бы сейчас с нами. В наказание ты примешь участие в уборке внутреннего двора, а так же в подготовке и погребении погибших. Пусть это послужит тебе уроком!

— А что с рыцарем? — пересиливая страх и запинаясь, спросила Мари.

— Ах да. Этот богоотступник. К сожалению, он выжил. Его отвезут на суд в Леанор со следующим караваном. И после предадут справедливому наказанию, — настоятельница задумалась, — Ты отправишься вместе с ним. Я лично прикажу, что бы проследили за твоим присутствием там! Быть может тогда, ты уяснишь, как надо поступать с ему подобным злом! А теперь ступай прочь. Мари мигом вылетела из залы. Она бежала по длинным коридорам обители, а на глаза её наворачивались слёзы. Но это лишь малая часть того, что ей пришлось пережить. Настоящей пыткой оказалась уборка двора. Вид окровавленных, изрубленных тел вызывал ужас и приступы рвоты. Мари никогда не забудет их запах, следы крови на земле. Самым тяжким испытанием оказалась необходимость убрать и перенести тела для подготовки к погребению. Мари знала некоторых из погибших.

Старшие сёстры, помогавшие ей, пытались её утешить. Не всем было по нраву такое наказание. Но всё было тщетно. Она не слушала никого, погрузившись в себя. И даже не обращала внимания на упрекающие взгляды некоторых во время погребальной церемонии. Потом, Мари долго лежала в своей комнате одна, среди погрома оставшегося после рыцаря.

И тихо плакала. В памяти до бесконечности повторялись слова настоятельницы: «Кровь убитых есть и на твоих руках!».

Глава 3

Вскоре настал час отправления в Леонор. К Мари приставили её подругу Анну. Ей было велено проследить за исполнением распоряжения матери-настоятельницы. Это была её часть наказания. Мари не держала зла на подругу. Она понимала, что это поручение такая же мука для Ани, как и для неё самой. Повозки собрались у ворот монастыря. В одну из них положили Тёмного рыцаря. После недолгих сборов караван, окружённый гнетущим молчанием, отправился в путь. По дороге к нему присоединилась группа попутчиков, — местных крестьян. Их согласились подвезти в обмен на услуги провожатых. Близился вечер, становилось сыро и прохладно.

Мари с подругой ехали внутри повозки. Они кутались в шерстяные накидки. Аня спала, прижавшись к Мари. Один из крестьян сидел впереди них, рядом со старшей сестрой Катериной правевшей лошадью.

Он любезно предложил избавить её от этой обязанности и та согласилась. Паренёк о чём-то болтал с понравившейся ему послушницей. Мари не сильно вслушивалась в их разговор. Монотонность дороги убаюкивала её. Она начала дремать. Но вот сквозь пелену сна до неё долетели слова крестьянина: «А кого это вы везёте вон в той телеге?»

— Ох, не говори о нём. А то услышит. — обеспокоенно ответила Катерина.

— Чего? Ты его так боишься?

— Страшно сказать, — сестра замолкла, раздумывая, стоит ли говорить об этом, — Ведь это же Чёрный рыцарь! — с трепетом прошептала она.

— Чёрный рыцарь? — парень вопросительно приподнял брови.

— Да, — утвердительно закивала та.

— И ты его боишься?

— Да! — ещё интенсивнее закивала головой сестра.

— Ах, не бойся! Если он попытается тебя обидеть, я ему так наподдам! Мало не покажется! Будет смирным как кролик, — он приобнял свободной рукой Катерину. Та в растерянности, помедлив, положила голову ему на плечо.

— Какой ты смелый!

— Не волнуйся, я не дам тебя в обиду. Никому! — он крепче обнимает её. Сестра прижимается к его боку, — А зачем вы везёте его? Не лучше ли просто выбросить его где-нибудь подальше?

— Сама так думаю. Но мать-настоятельница велела везти его с собой в Леонор. Ох. Она надеялась, что нам придётся везти только его тело, но не душу. Так было бы спокойнее и безопаснее.

— И что же вы будете делать с ним там?

— Отдадим паладинам.

— Ага. Ну и правильно. Пусть катится в бездну. Туда ему дорога!

Нечего добрым людям жизнь портить! — рука парня скользит с плеча девушки на талию.

— Я думала, что его будут судить… — не выдержала Мари и подала голос.

— Мария! — парень быстро отдёргивает руку, а Катерина поспешно отсаживается от него, — Я думала, что ты спишь!

— Да, так и было… Парочка переглянулась. В глазах Катерины читается досада. Парень недовольно покосился на внезапно возникшую занозу.

— Так его будут судить? — неуверенно уточнила Мари.

— Для таких как он, есть только одно наказание, — плаха. — бросил крестьянин — Так какая разница будут его судить или нет?

— Но как же так…

— Пойми Мария на его совести столько преступлений, что на пару жизней хватит. — попыталась объяснить Катерина.

— Да! Сколько зла он принёс добрым людям! А сколько ещё совершит!

— поддакивает парень, — Всех бед и не сосчитать. Пальцев не хватит!

— Что же он сделал? — спрашивает Мари.

— Да… да… Да мало ли чего? Вот на прошлой неделе у нашего скотника корова исчезла! А в крайней избе мешок муки пропал! Явно его рук дело.

— Почему же это он?

— Ну как ты не понимаешь! Глупая. — начинает злиться парень, — Кому же ещё это надо!