Мир, где мне рады

Задержись на секунду и нас бы уже не стало. Я быстро огляделся в поисках этого огромного мудака, что в нас метнул катану, и в ту же секунду увидел, как к нам несётся этот ебаный воин. На бегу подхватив воткнутую в землю катану и вырвав куски земли из дороги, этот самурай-доспехи со всего маху рубанул по моему бедному автобусу.

ЛиАЗ, слегка подбросило, а железному воину удалось разрубить его практически наполовину. Ещё один такой удар, и он его просто пополам разрежет. И что-то мне кажется, что именно это он и собирается сделать. А мой автобусик уже захрипел в предсмертных судорогах.

Ну уж нет, сука. Я тебе этого не позволю сделать, тварь. Ты не посмеешь угрохать мой автобус. К тому же воина в любом случае надо убрать, так как он просто не даст убежать мне с Юи. Аутистка будет меня слишком сильно тормозить, а он слишком быстро бегает. Я просто с ней на руках не убегу даже в форме твари. По крайней мере не от него.

Я аккуратно положил Юи на пол и уже без лишнего груза ловко выпрыгнул через окно, ухватившись за верхний край. Сделал сальто назад, как на турнике, и оказался на крыше прямо перед четырёхметровым воином. Но на этом я не остановился. Едва коснувшись крыши лапами, я тут же встал на четвереньки, вцепившись когтями в металл, словно в землю, и что было сил оттолкнулся навстречу ублюдку.

Мой рывок такой силы, что воин, даже попытавшись меня ударить, просто не успевает, его кулак проходит ровно за мной в молоко. Я подобно боевому снаряду, вытянув вперёд свои когтистые лапы, врезаюсь в его шлем и принимаюсь что есть сил дербанить его, вырываю куски, пытаюсь снять. От такого попадания четырёх метровый воин даже делает несколько шагов назад, стараясь удержать равновесие.

Пока он не пришёл полностью в себя, я становлюсь ему на плечи, хватаю шлем и пытаюсь его вырвать, но… хуй там. Мне просто не хватает сил оторвать его, словно тот приварен к основному корпусу. А через секунду я спрыгиваю на землю за его спиной, так как над головой самурая-доспехов пролетает кулак, который едва меня не задевает. Может я удар такой и переживу, но проверять удивительным образом не хочется.

Спрыгнув на землю, я всеми четырьмя лапами вновь оттолкнулся и запрыгнул на него, только теперь уже на спину. И вновь деру, пытаясь сорвать броню, хотя бы кусок брони. Все его доспехи состоят по большей части из множества деталей, которые скреплены между собой заклёпками. Она выглядит как такая добротная чешуя. Нет, даже не как чешуя, а как ксилофон. У меня такой в детстве был, и его броня через чур смахивает на него.

Я наношу удар за ударом, пока он пытается меня достать то катаной, то руками, однако встречается с проблемой многих — ручки за спину то не заведёшь. А от катаны я или уворачиваюсь, или отбивая её лапой в сторону, так как за спиной сильный удар не нанесёшь. Удар, ещё один удар когтистой лапы, пальцы ломаются, ещё один удар и вот я всё же смог проломить броню, при это переломав себе все когти и кости. Пиздецки больно, но… я уже как-то привык постоянно терпеть.

Наконец, теперь-то…

Блять!

Воин-самурай неожиданно подпрыгнул и со всей дури просто рухнул на спину, пытаясь меня раздавить. Я едва успеваю отпрыгнуть, но в полёте меня настигает катана, буквально снося мне одну из ног…

БЛЯ-Я-Я-ЯТЬ!!! Сука… блядь… как же больно… пиздец блять…

Я взвыл и, не в силах приземлиться нормально, кувырком упал на землю, катясь по ней кубарем. Пролетел так несколько метров и остановился, всё продолжая хвататься за культю. Хотя могло быть и хуже, так как тут боль практически мгновенная.

Но стоило мне об этом подумать, как дала о себе знать регенерация: тут же стала работать со страшной силой; мне казалось, что кто-то буквально жарит конечность, которой теперь не было. Фантомная боль была настолько реальной, что мне даже думать было тяжело.

Я очень медленно встал на три лапы и заревел во всё горло, скорее от боли, чем от злости. Проорался и вновь бросился на самурая-доспехи, который только-только встал на одно колено. Он попытался ударить меня катаной наотмашь, но я резко пригнулся и буквально прокатился под лезвием, после чего прыгнул на него, опрокинув обратно на землю.

Повалив ублюдка, я тут же бросился на руку, что держала катану и принялся забирать оружие, оттягивая на себя и буквально таща за собой самурая. И в тот момент, когда его рука вытянулась максимально, я со всей дури когтистой лапой ударил в район кисти в сочленение доспехов.

Такого удара при таком натяжении доспехи не выдержали, послышались щелчки, скрежет, заклёпки отлетели и в моих руках оказалась…

Ох… ебать… вот это тяжесть… Я уронил катану на землю, едва не отрубив себе вторую ногу. Даже будучи тварью мне было тяжело её держать. Но… с другой стороны этим и лучше!

Поудобнее перехватив её, я занёс катану над своей головой и что было сил опустил прямо на воина, что сейчас пытался встать.

Сюрприз, уёба!

Клинок со скрежетом вошёл в доспехи, буквально пробив его и опрокинув обратно на землю. Я напрягся, вытаскивая его из доспехов, вновь занёс над головой и…

И подавись сука!

Удар. Вновь занёс и вновь удар. И ещё удар. Катана была действительно острой; она разрубала металл, словно это было обычное дерево. Да, не полностью, но этого хватало, чтоб пробивать спокойно броню даже самого самурая-доспехов. Не удивительно, что ей умудрились порубить автобус в говнище, а в одном месте так вообще разрубить практически сверху до низу.

Однако полностью шинковать его я не собирался, времени не было. Я отрубил сраному доспехам-самураю ноги, после чего повторил то же самое с руками, когда он пытался на них до меня доползти.

Эта сука отчаянно сопротивлялась, пытаясь отобрать у меня катану, но поймать клинок ему было не суждено — тот с огромной скоростью под собственной тяжестью, помноженной на мою силу рубил его руки в говно. Напоследок я рубанул катаной прямо по нагрудной пластине, да так и бросил его там, оставив едва двигающиеся доспехи валяться на земле.

Можно сказать, что я одержал сокрушительную победу и теперь со спокойной совестью мог валить отсюда. Больше эта хуйня металлическая нас преследовать не будет.

Однако за место неё пришла другая проблема — сколько мне осталось до обратного превращения?

Больше не теряя времени, я бросился что есть сил обратно к автобусу, от которого мы отдалились, пока дрались. Я даже не знал, успею ли достаточно далеко убежать с Юи в лес. Сколько я рубился с этой тварью, минуту? Пять? Или уже девять? Как бы…

Твою же мать!

Прямо на бегу, когда я нёсся к автобусу, в меня воткнулась стрела. А потом ещё одна и ещё. Я отпрыгнул в сторону, уворачиваясь уже от десятков двух стрел, которые грозились сделать из меня ёжика и усеяли всю землю в округе.

Я невольно глянул туда, откуда мы приехали.

На дороге в нашу сторону направлялась огромная группа солдат эльфов, что наконец добежали до нас и теперь обстреливали меня издалека. Значит не успели… Не сказать, что мне это было опасно, но теперь о незаметном побеге в неизвестное направление не могло быть и речи. А значит нас рано или поздно догонят.

Я вновь ушёл резко в сторону, направляясь к автобусу и уклоняясь от стрел. Они вряд ли меня убьют, но одной боли от каждого попадания было достаточно, чтоб уворачиваться. А эльфы ко всему прочему показали себя довольно меткими стрелками, буквально нашпиговывая меня ими.

Хм… может ими и перекусить?

Но едва я подумал о том, что вполне успею добежать до эльфов, сожрать часть, а часть убить, тем самым продлив себе время, как в меня прилетела молния. Меткая молния, пущенная из толпы, подействовала как сраный электрошокер, буквально парализовав меня. И на полном скаку я просто кубарем полетел парализованный ударом током. Это длилось всего сраную секунду, но ушастым гомосекам хватило этого, чтоб запустить в меня попутно фаербол. Тот прожёг мою кожу до мяса.

Блять, а это плохо. Я рывком ушёл в сторону от ещё одного заряда, но в меня попал уже другой заряд. Короче, пока я добрался до автобуса, получил три сосульки, четыре фаербола и четыре молнии. Их меткость меня настораживала. А это не идёт речь о стрелах, которые меня как ёжика натыкали.

Мне едва удалось запрыгнуть в автобус, а толпа уже сократила расстояние на половину.

Нет, с Юи я просто тупо не смогу убежать. Или её случайно убьют, или нас обоих схватят и уже убьют меня. К тому же…

Всё тело в этот момент неожиданно свело болью. Ах же сука… я… я уже и забыл, как это больно! Ну вообще заебись, сейчас будет сраный калека и обоссавшаяся аутистка на разъёбаном ЛиАЗе. Сейчас как превращусь обратно, вообще шансов отбиться не останется.

Поэтому переходим к плану «Г». Как самый последний, самый отчаянный и самый Г. Надеюсь, что всё находящееся в автобусе так же улетит вместе с ним хуй знает куда, иначе будет совсем не смешно.

Тело ещё раз скрутило болью, да такой, что в голове потемнело. Если я не успею до этого момента…

В собственных способках я с облегчением заметил, как горело ярко способка четыреста десятого, означавшая то, что я смогу отозвать его нахуй из этого мира. Боги, пусть нас отправит вместе с ним, пусть…

Последнее что я помню до того, как потерял сознание от боли: то, как я активирую способку четыреста десятого, отзывая его обратно вместе с нами. Вот и мой черёд настал заглянуть в тот волшебный мирок, куда исчезает ЛиАЗ. Розовое облачко поглотило меня.

Глава 269

Если бы в аду было освещение, то оно бы обязательно было тусклым, ядрёно искусственным, неприятным глазам и обязательно мигающим из-за неисправной проводки. Именно таким, чтоб ты каждой клеточкой тела чувствовал, насколько он неприятен и как сильно бесит.

В данный момент я был если не в аду, то где-то рядом. Тусклая лампа надо мной изредка помигивала, заставляя жмуриться, хотя сам свет не был ярким. Просто раздражающим. И именно свет привёл меня в чувства, заставив открыть глаза. А я не мог даже сказать, отрубило меня из-за боли или же из-за того, что я переместил вместе с собой хрен знает куда сраный автобус. Но теперь это было неважно.

Каким-то неведомым мне образом лампы над потолком работали, пусть и не так как нужно, но всё же. Даже после того, как его обработал тот самурай-доспехи. Их свет создавал своеобразную атмосферу нереальности и какого-то знакомого уюта старых автобусов, которые едут ночью последним маршрутом.

Мне стоило огромных усилий раскрыть свои зенки, чтоб увидеть происходящее вокруг.

Тусклый, нервно мигающий свет по всему салону. Битые окна, гнутый корпус, повсюду щели от разрезов, переломанные, порезанные сидушки, весь пол усеян стеклянной крошкой. Повсюду разносился тихий убаюкивающий звук, который словно шептал: Поспи, не бойся, поездка в ад будет длиться долго. Но больше всего меня напрягало окружение за окном.

Потому что там было ничего. Только лёгкие разводы тёмно-фиолетового, словно огромные клубы дыма. Нечто подобное я видел на картинке про космос: там такими облаками являлись огромные такие скопления то ли газа, то ли просто хрени какой-то. Но это когда ты путешествуешь среди галактик. А где мы сейчас?

Сесть для меня, чтоб посмотреть нормально в окно, было нереально: ни руки, ни ноги не работали должным образом, отзываясь адской болью на любое движение. Я взглядом нашёл ту самую спасительную коробочку с исцелением и гусеницей, вгоняя себе в тело новые осколки стекла, подполз к ней. Блин, больно и пиздецки неприятно, но исцелиться надо.

С трудом мне удалось открыть её и буквально зубами вытащить одно из яиц, после чего я лёг на спину, резко сжал зубы и почувствовал, как в глотку заливается какая-то безвкусная жидкость. Прохладная, словно наполненная ментолом и бьющая током жидкость, которую я сразу начал глотать, чтоб не захлебнуться нахуй.

Не, ну это был бы вообще эпик фэйл, где только можно выжил, но захлебнулся в магическом исцеляющем яйце. Это пиздец, в аду смеяться надо мной будут.

Очень скоро сама скорлупа словно расплавилась, просто превратилась в жижу, которую я проглотил. По ощущениям слегка напоминало само исцеление от Богини Целительства и Лечения. После этого прошло не меньше минуты, когда я почувствовал, что могу двигаться, и тут же сел, чтоб оглянуться по сторонам.

Больше всего меня интересовало то, что находилось за окном.

А там действительно ничего не было кроме бескрайних огромнейших пространств и клубов этого тёмно-фиолетового дыма, что являлся единственным разнообразием на чёрном фоне. Они напоминали газовые облака в космосе. Конечно, это не был космос, иначе бы мы все сдохли, но я бы сказал, что нечто похожее. Судя по тому, что я вижу, даже эти огромные облака размером будут эдак несколько тысяч километров, если не больше.

Я ещё бы мог предположить, что мы там, где летают души, но как раз-таки душ было не видать, а значит это измерение несколько иное. А ещё я могу дышать. Значит есть кислород. Или же он есть только внутри автобуса, который поддерживает внутри себя определённую атмосферу.

— ЛиАЗ? Ты как дружище, жив? — окинул я взглядом салон.

Ответ я получил, но на этот раз он не говорил со мной двигателем, как раньше. Я просто слышал его, словно собственные мысли в голове. Причём могло показаться, что это я сам себе отвечаю. Такое несколько пугало, так как выглядело слишком безумно.

Жив.

Мой взгляд зацепился за Юи, которая лежала на полу словно трупак. Аккуратно подняв её на руки, я посадил Юи на кресло, чтоб не валялась на полу. Её реакция на мои действия была нулевая и могло показаться, что она сдохла мне на зло, но дыхание и сердцебиение говорили об обратном. А вот про температуру тела здесь весьма спорно — холодная сука не может быть тёплой.

— Где мы? — выглянул я в окно, наблюдая, как перед нами клубятся огромные тёмно-фиолетовые облака. — Это… ничто? Что-то типа пространства между мирами?

Что-то вроде. И тварь как раз из этой среды. Пустая.

— Ну… теперь я знаю, откуда родом способка, — усмехнулся я и высунул руку наружу.

Но её тут же словно скукожило. Боли не было, да и она сама никак не изменилась, однако ощущение было такое, словно кожа сморщивается. Я испуганно отдёрнул руку и осмотрел её, но всё окей.

— Слушай, а что находится по ту сторону тебя?

Пустота.

— И… что будет, если я попаду туда? И почему меня здесь не… кукожит?

Дело в том, что внутри своя среда. Оттого здесь всё нормально.

— А стёкла?

Аура. Область применения.

Звучит странно, если честно. Но принцип я уловил.

В этот момент зашевелилась Юи. Тихо мыча, она с трудом разлепила глаза и полностью отсутствующим взглядом посмотрела на меня. По лицу могло показаться, что ей похуй и вообще она вновь ебанулась. Но с каждой секундой, проведённой в сознании, её взгляд становился всё более осмысленным и живым.

Она оторвала голову от сидушки и очень медленно тяжёлым взглядом оглянулась.

— Где мы?

— Нигде.

— Имею я ввиду… — начала она медленно, растягивая слова.

— Я понял, что имеешь ты ввиду. И отвечаю. Мы нигде, в пустом пространстве, не в своём мире. Нигде. Технически, нас нет.

После моих слов скорость прихода в себя у неё увеличилась. Взгляд за секунды стал куда более осмысленным, сама она из растекающейся по сидушке сопли стала подтянутой и бодрой, словно проснулась не только что. Вот бы мне по утрам так просыпаться быстро.

Юи медленно встала, слегка качнувшись и подошла к окну.

— Это мир не наш, верно говорю я?

— Это вообще не мир. Это пространство между мирами, как я понял, — объяснил я.

— Если не мир это, то… как обратно нам вернуться? — она высунула руку за пределы автобуса, но тут же спрятала её обратно, разглядывая её.

— Это хороший вопрос и я задам его нашему стальному монстру. ЛиАЗ, как нам вернуться?

Так же. Но это бессмысленно.

— Эм… — я слегка растерялся, услышав ответ.

— Он что тебе ответил? — тут же спросила Юи, заметив мою реакцию.

— Говорит, что… так же. Но типа это бессмысленно.

— Почему?

— Откуда я знаю?

— Так и не тебя спросила я. Спросила я его. Так что давай, — она махнула рукой, типа давай, пошевеливайся. Вот лишь бы на мозг капнуть.

— Слушай, а почему это бессмысленно?

Ответ был ну просто верхом странности. Я даже не знал, как интерпретировать сказанное им, так как не понимал, о чём вообще идёт речь. Слишком замысловатый ответ для такого дебила как я, которому надо всё говорить прямо.

— Что он говорит? — тут же поинтересовалась Юи.

— Говорит… что некого ему больше спасать, никого не осталась. Он и так никого не уберёг, не смог.

— Но мы остались. Он нас уберёг и вернуть домой он сможет нас.

— Говорит… что и мы… погибнем… Что…

Что он возит только в ад, потому что из ада ему ещё никого не удалось вывезти.

Боже, да меня сейчас смоет оптимизмом!

— Чувак… это… слишком пессимистично. Настолько, что даже жутко. С чего ты такой оптимист?