Помоги проекту - поделись книгой:
А. Вознесенский
Николай Чудотворец: полная история жизни, чудес и святости
«Благословите, братия, про чудо сказать,
про чудо Святителя Миколы,
про Святителя Миколу Чудотворца»
Предисловие
Величие чудесных явлений и знамений Угодника Божия Николая было причиной того, что уже с самых ранних пор (с V в.) появились жизнеописания его, число которых с течением времени увеличивалось. С XI века «Жития св. Николая» переходят к нам в Россию и появляются главным образом в двух редакциях: в рукописных списках и сборниках. В последнее время и в нашей агиографической литературе появились опыты критического отношения к существовавшим изложениям жизни Святителя Николая.
Предлагаемое читателям «Житие Святителя Христова Николая, архиепископа Мир Ликийских, чудотворца», следуя «Житию» его по изложению св. Димитрия Ростовского, проверено и пополнено всеми, по возможности, сведениями, какие только возможно было собрать у церковных писателей. Кроме того, жизнь его представлена здесь в связи с теми великими событиями, при которых жил и действовал Святитель Николай. Эти события необходимо влияли на жизнь и деятельность Божия Угодника и отражались на ней более или менее заметно, и поэтому современные писания о них не только поверяют и поясняют, но отчасти и пополняют скудные сведения о той или иной поре жизни великого Чудотворца.
Блаженная кончина Святителя Николая произошла в Мирах Ликийских. Но честные его мощи оставались здесь только до конца XI в., когда они, по воле Божией, были перенесены в италийский город Бари. Перенесение честных мощей Святителя Николая в Бар-град с непосредственно предшествовавшими и следовавшими за ним событиями составляет поэтому предмет второго раздела «Жития».
Ввиду несомненного интереса, который представляют для христианина Мирликийская церковь, где первоначально были погребены мощи св. Николая, и Барградская церковь, в которой они находятся в настоящее время, мы поместили рассказы об этих дорогих для христиан достопримечательностях и наших русских путешественников к святым местам.
По милости Божией пастырская деятельность св. Николая не закончилась праведным успением его в Мирах Ликийских, а чудесно прославилась по всем почти следовавшим векам на пространстве Православной Церкви.
Вместо предисловия ко второй части настоящего труда, в качестве составителя ее, считаю нужным заметить со своей стороны следующее.
Потребность в подобном предпринятом нами подробном сборнике сведений о Святителе Николае давно уже назрела в нашем обществе и требует удовлетворения. С разных сторон давно уже слышатся запросы о цельном и полном исследовании об Угоднике Божием, искони столь славном и почитаемом в нашем отечестве. Поэтому, когда я увидел, что располагаю уже довольно обширным запасом сведений о Чудотворце, хотя еще и не совершенно законченным, я решил на время остановиться и окончить свою работу, хотя и из того неполного, что я имел. Меня подкрепляла в моем решении мысль, что и в том, что даст моя работа в настоящем своем виде, она крайне своевременна, полезна и даже необходима. Я думал, что если и выйдет односторонне обработанным мое исследование, то – во-первых – этим оно не лишает меня возможности продолжать далее свои изыскания и впоследствии дополнить и обработать свой труд совершенно. Во-вторых – православные читатели, которым главным образом посвящается это исследование, легко извлекут из него и в таком виде все потребное для их души, ума и сердца. Религиозному сознанию русского народа и из предлагаемого будет видно все великое национальное, историческое значение славного Чудотворца для нашего отечества, и сердцу каждого благоговейного русского человека достаточно будет и сказанного для проникновения чувствами удивления, восторга, благодарности и любви к Святителю. Вместе с тем я надеялся, что и в таком виде мой труд представит во всей целостности если не всю сущность, то весь объем и путь исследования о великом Угоднике по отношению к его величайшему значению для нашей земли. Осмеливаюсь полагать, что, в соединении с первой половиной труда моего сотоварища, моя часть и в таком виде доставит почитателям Святителя если не все постоянное законченное здание литературного храма имени Чудотворца, то хотя весь план этого памятника, широко намеченный, и много материала.
Итак, основываясь на всем вышесказанном, прошу моих будущих читателей благосклонно извинить мне многие недостатки моего труда, все, иногда столь очевидное, в нем несоответствие между величием взятой на себя задачи и несовершенством ее исполнения.
В заключение считаю своим долгом выразить искреннюю свою признательность всем лицам, сочувственно отозвавшимся на мои запросы о их местных святынях имени Угодника и помогшим мне художественным и литературным материалом в моей работе, и особенно глубокочтимому профессору Н. В. Покровскому.
Житие и чудеса Cвятителя Николая
ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ ХРИСТОВА НИКОЛАЯ, АРХИЕПИСКОПА МИРЛИКИЙСКОГО, ЧУДОТВОРЦА
Глава 1
Гонение на христиан Валериана. Рождение святого Николая до выступления на общественное служение
Около 16 веков прошло с тех пор, как жил на земле Святитель и Угодник Божий Николай, великий чудотворец, архиепископ Мирликийский, которого теперь чтит и прославляет весь христианский мир за его ревность по вере, добродетельную жизнь и бесчисленные чудеса, совершаемые им и до сих пор всем, прибегающим к нему с верой в его помощь и милосердие Божие.
Промыслу Божию угодно было послать на землю Святителя Николая в одно из самых трудных для христианства времен. Третий век по Рождеству Христову, во второй половине которого он родился, был временем решительной борьбы христианства и язычества, когда окончательно должен был решиться вопрос – Христова ли вера заменит язычество, или же последнее останется несокрушимым и навсегда подавит христианство? Христианство, несомненно, превосходило уже разлагавшееся язычество своей внутренней силой, основанной на божественном учении Иисуса Христа и Его святых апостолов. Но на стороне язычества находилась в то время внешняя сила, которая всеми доступными ей средствами старалась подавить ненавистное для нее христианство. Так, христианин считался преступником законов, врагом Римских богов и кесаря, язвой общества, которую всячески старались истребить. Ревностные язычники – римские императоры, – считая христианство погибелью для Римской империи, а христиан – самыми опасными ее врагами, устроили на них жестокие гонения, во время которых заставляли их отрекаться от Христа и поклоняться идолам и изображениям кесаря. Если же христиане не соглашались на это, их бросали в темницы и подвергали мучительнейшим пыткам – томили голодом и жаждой, били розгами, веревками и железными прутьями, жгли на огне. Если же и после всего этого они оставались непоколебимы в христианской вере, то их предавали не менее мучительной смерти – топили в реках, отдавали на растерзание диким зверям, сжигали в печах или на кострах. Невозможно перечислить все те жестокие мучения, которым подвергали раздраженные язычники ни в чем не повинных христиан! Одним из самых тяжелых гонений на христиан было гонение, предпринятое римским императором Валерианой. В 258 году по P. X. он издал эдикт, которым предписывались ужасные меры по отношению к христианам. По этому эдикту епископы, пресвитеры и диаконы умерщвлялись мечами; сенаторы и судьи лишались своих имуществ, а если и тогда оставались христианами, то также предавались казни; знатные женщины, по отобрании у них имущества, отправлялись в ссылку, все прочие христиане, закованные в цепи, осуждались на каторжные работы. Гонение это с особой силой пало на пастырей Церкви, и многие из них запечатлели свою веру мученической смертью. (Тогда святой Киприан в Карфагене пал под секирой, святой Лаврентий в Риме был испечен на железной решетке.)
Но все усилия духа злобы поколебать Церковь, которую, по слову ее Божественного Основателя, никогда не в силах будут поколебать врата адовы (Мф 26:18), оказались тщетны. В то самое время, как лилась мученическая кровь пастырей Церкви, которая оказалась плодоносным семенем христианства, Господу угодно было на место их даровать Церкви нового ревностного защитника и поборника веры Христовой, Святителя Николая, которого Церковь достойно именует
Родители святого Николая Чудотворца – Феофан и Нонна – жили в городе Патары, в древней Ликии, входившей в состав Малой Азии (нынешней Анатолии). Они происходили из благородного рода, были весьма зажиточны и, как благочестивые христиане, отличались хорошей жизнью, милосердием к бедным и усердием к Богу. Господу угодно было послать им, подобно Захарию и Елизавете – родителям Иоанна Крестителя – и многим другим ветхозаветным праведникам, тяжелое испытание: старея в честном браке, они не имели детей. Бесчадие сильно огорчало их, и они не переставали усердно молиться Господу о даровании им сына, причем дали обет посвятить его на служение Господу. Усердная молитва праведников была услышана. Нонна родила сына, которому при крещении было дано христианское имя Николай, что значит
Уже в первые дни своего младенчества св. Николай показал, что он предназначен на особое служение Господу. Сохранилось предание, что во время совершения таинства святого крещения он, никем не поддерживаемый, простоял в купели в продолжение трех часов: этим трехчасовым стоянием в купели великий младенец, по словам св. Димитрия Ростовского, предзнаменовал свою будущую веру в Святую Троицу, которую он ревностно защищал в продолжение всей своей жизни. С первых же дней своего младенчества св. Николай начал строгую подвижническую жизнь, которой и остался верен до конца жизни. При кормлении грудью, по преданию, он принимал молоко только из правой груди своей матери, а по средам и пятницам воздерживался даже и от этой пищи и вкушал ее только однажды, по совершении обычного древним христианам правила.
Такое необычайное поведение св. Николая в детском возрасте показывало его родителям, что из него выйдет великий Угодник Божий. Поэтому они обратили особенное внимание на его воспитание и, будучи, как замечено выше, благочестивыми христианами, и сыну своему прежде всего постарались внушить истины христианства и направить его на праведную жизнь. Старания родителей увенчались полным успехом. Доброе семя, которое они сеяли в душу своего сына, пало на плодородную почву и принесло обильные плоды. Благодаря богатым природным дарованиям, отрок, руководимый Святым Духом, в скором времени постиг книжную мудрость, насколько она необходима была, по словам св. Димитрия Ростовского, «доброму кормчию Христова корабля и искусному пастырю словесных овен». (Сохранилось предание, что, когда родители св. Николая не знали, кого выбрать им в учителя своему сыну, отрок Николай, по руководству Святого Духа, по складам назвал имя того учителя, который должен был обучать его грамоте.)
Успевая в книжном обучении, отрок Николай столько же успевал и в благочестивой жизни. Его не занимали пустые, ни к чему доброму не ведущие беседы его сверстников. Столь заразительный пример товарищества, ведущий к чему-либо худому, для него был чужд. Избегая суетных и греховных развлечений, отрок и юноша Николай отличался примерным целомудрием и не только избегал всяких нечистых помыслов по отношению к женщинам, но, как строгий подвижник, избегал самого общества женщин, не говорил с ними и старался не глядеть им в лицо, боясь соблазна и твердо памятуя слова Спасителя, что
Вообще, в юности Николай достиг такого успеха в добродетельной жизни, что его не беспокоили никакие свойственные этому возрасту греховные страсти: казалось, это был не юноша, а старец, отрешившийся от всего земного и всецело посвятивший себя на служение Богу.
Глава 2
Поставление святого Николая в пресвитеры. Его широкая благотворительность. Избавление трех дочерей обнищавшего богача от бесчестия
Благочестивая жизнь юного Николая скоро сделалась известной всем жителям города Патары. Епископом в городе Патары был в это время дядя св. Николая, по имени также Николай. Заметив, что племянник его выделяется из всех добродетелями и строго подвижнической жизнью, и прозревая в нем великого Угодника Божия, дядя-епископ стал уговаривать родителей Николая отдать его на служение Господу. Последние охотно согласились на это, потому что, как замечено было выше, еще перед рождением сына дали таковой обет. Приняв юного старца под свое покровительство, дядя-архиерей посвятил его в пресвитеры. Несомненно, однако, что св. Николай прошел и низшие степени церковного служения, прежде чем удостоился священства, хотя и неизвестно, как он служил Богу в звании чтеца и даже диакона. При совершении над св. Николаем таинства священства епископ, исполненный Духа Святого, в следующих словах пророчески предсказал народу великое будущее Угодника Божия: «Вот, братие, я вижу новое солнце, восходящее над концами земли, которое явится утешением для всех печальных. Блаженно то стадо, которое удостоится иметь такого пастыря! Хорошо он будет пасти души заблудших, питая их на пажитях благочестия, и всем находящимся в бедах явится теплым помощником». Пророческое возвещение дяди-епископа скоро стало оправдываться в жизни его племянника. Приняв сан священника, Николай стал вести еще более строгую подвижническую жизнь. Беспрерывное бодрствование, пост и молитва приближали его к бесплотным духам, так что всем казалось, что это уже не человек, а ангел во плоти.
По глубокому смирению Николай свои духовные подвиги всячески старался не выставлять на показ другим. Но Промыслу Божию угодно было, чтобы добродетельная жизнь св. Николая направляла и других на путь истины и служила им на душевную пользу и спасение. Случилось это следующим образом. Дядя Николая, епископ Патарский, решил отправиться в Палестину, чтобы поклониться там святым местам. На время своей отлучки управление Патарской церковью он поручил своему племяннику-пресвитеру, видя в нем достойного заместителя своей высокой должности.
И действительно, пресвитер Николай вполне оправдал надежды своего дяди: он всей душой отдался выполнению многотрудных, но в то же время высоких и священных обязанностей епископского управления. Много мог сделать и действительно сделал добра своей пастве в это время Николай. Есть еще одно обстоятельство, давшее возможность Николаю проявить широкую благотворительность. Около этого времени скончались родители Николая – Феофан и Нонна – и оставили своему единственному сыну богатое наследство. Ни в каких других руках подобное богатство не могло быть употреблено с большей пользой, чем в руках святого Николая. Как и следует истинному христианину, на свое богатство он смотрел как на временное и скоропреходящее: он не старался всеми средствами умножить его, как делают в подобных случаях другие люди, но единственно правильное употребление земного богатства видел в раздаче его нищим и нуждающимся, помня заповедь Христову, что подающие им милостыню подают ее Самому Христу и тем приобретают себе богатство нетленное на небесах.
Рука его была отверзта для даяния всякому нуждающемуся, подобно тому, как многоводная река открывает свои струи для всякого, желающего удовлетворить жажду. О том, с каким христианским смирением святой Николай оказывал благодеяния при помощи оставшегося ему после родителей наследства, можно судить по следующему случаю.
В городе Патары жил один человек, у которого были три дочери, слывшие во всем городе за красавиц. Сначала он был очень богат, но потом, вследствие несчастных обстоятельств, лишился всего, что имел, и впал в крайнюю нищету. Не говоря уже о том, что ему не на что было выдать замуж своих дочерей, он не имел даже денег, чтобы приобретать себе и семейству еду и необходимую одежду. До чего не доводит крайняя нищета человека, недостаточно проникнутого христианским смирением! Несчастного отца, потерявшего всякую надежду на улучшение своего положения, она привела к ужасной мысли – пожертвовать честью своих дочерей и из их красоты извлечь для себя и для них средства к существованию. Но, к его счастью, в одном городе с ним обитал святой Николай, бдительно следивший за нуждами вверенной ему паствы. Получив от Господа откровение о его преступном намерении, он решил избавить его от телесной нищеты, чтобы тем самым спасти его семейство от духовной погибели. Как истинный ученик и пастырь Христов он задумал оказать благодеяние так, чтобы никто не знал о нем как благотворителе, не знал даже тот, кому он намерен был сделать добро. В таком решении, с глубоким христианским смирением, выраженным Спасителем в словах:
Взяв большой узел с золотом, в полночь, когда все спали и, следовательно, не могли заметить его благодеяния, когда спал и несчастный отец со своими дочерьми, св. Николай тихо подошел к хижине его и, отворив окно, бросил внутрь ее золото, а сам поспешно возвратился домой. Утром проснулся хозяин, и взор его прежде всего упал на лежавший в хижине узел с золотом. Можно представить его неожиданную радость, когда, развязав узел, он нашел в нем то, из-за чего хотел отдать на позор своих дочерей. Не веря своим глазам и думая, не сон ли это, он ощупал золото руками и, наконец, пришел к убеждению, что это реальность. Долго он думал, кто бы мог быть таким бескорыстным благодетелем, но ни на ком не мог остановиться своей мыслью. Решив, что сам Промысл Божий послал ему тайного благодетеля, он горячо возблагодарил Господа и на полученное золото выдал свою старшую дочь замуж.
Святитель Николай, когда увидел, что его благодеяние принесло надлежащие плоды, решил довести его до конца: в одну из следующих ночей он также тайно бросил через окно в хижину бедняка другой узел с золотом. Бедняк на этот раз уже не стал теряться в догадках относительно личности своего благодетеля, но прямо пал ниц на землю и возблагодарил покровителя несчастных Господа. «Боже, Ты источник милости, – благодарил растроганный отец, – Ты строишь наше спасение. Ты прежде всего искупил меня кровью Своею, а теперь дом мой с детьми избавляешь золотом от сети врага. Покажи мне того, кто служит здесь орудием Твоего милосердия и человеколюбной благости. Покажи мне этого земного ангела, что охраняет нас от греховной погибели. Пусть будет известно мне, кто освобождает нас от гнетущей нас нищеты и отклоняет от задуманных дурных замыслов. По милости Твоей, оказанной мне тайно рукой Угодника Твоего, я и вторую дочь выдаю замуж по закону и этим избегаю необходимости попасть в сети врага и отдать свою дочь на дурное дело».
Поблагодарив, таким образом, Господа, отец выдал замуж вторую свою дочь, твердо надеясь, что Господь таким же образом пошлет милость и для третьей его дочери. Вместе с тем он решился во что бы то ни стало узнать своего тайного благодетеля, чтобы достойным образом поблагодарить его, и для этого не спал ночей, выжидая его появления. Недолго пришлось ему ждать. Скоро пришел в третий раз также ночью добрый пастырь Христов к хижине и, бросив в окно узел с золотом, поспешно направился домой. Но на этот раз ему не удалось скрыть своего благодеяния. Бедняк, услышав звон упавшего золота, поспешно вышел из дому и нагнал своего тайного благодетеля. Узнав в нем святого Николая, он пал к его ногам, целовал их и благодарил его, как освободителя от неминуемой беды его самого и его семьи. «Если бы Господь не внушил тебе этого доброго дела, – сказал он святому Николаю, – то я, несчастный, давно бы погиб вместе с дочерьми, которых решился отдать на скверную жизнь. А теперь, благодаря тебе, мы спасены и избавлены от греховного падения».
Святой Николай поднял его и, советуя больше благодарить за милость Господа и молиться Ему, взял с него клятву никому не говорить о сделанном ему благодеянии. Вот одно их тех многочисленных христианских дел милосердия, которые оказывал святой Николай нуждающимся и которые по своей христианской высоте должны служить для нас образцом благотворительности!
Глава 3
Путешествие святого Николая в Палестину. Чудесное укрощение бури. Воскрешение мертвого. Пребывание в Палестине. Возвращение на родину
По возвращении из Палестины дяди-епископа, Николай сам собрался туда же, чтобы видеть и поклониться святым местам, освященным стопами Господа нашего Иисуса Христа. Во время путешествия в Палестину на корабле Николай проявил дар глубокого пророческого прозрения и чудотворения. Когда корабль приближался к Египту, Угодник Божий прозрел и возвестил корабельщикам, что вскоре наступит сильная буря: он даже видел, как нечистый дух взошел на корабль и пытался потопить его вместе с людьми. И действительно, небо внезапно обложилось тучами, подул страшный ветер, корабль стало бросать, как щепку. Мореплаватели пришли в ужас и единственное средство к своему спасению видели в помощи святого Угодника, к которому и обратились с мольбою о своем спасении: «Если ты, святой отец, не поможешь нам своей молитвой к Господу, говорили они ему, то мы погибнем в пучине морской». Святой Николай успокоил их и советовал им возложить надежду на милосердие Божие. Между тем сам, став на колени, обратился с горячей молитвой к Господу. Молитва праведника немедленно была услышана. Морское волнение прекратилось, наступила тишина; вместе с этим печаль и отчаяние моряков уступили место неожиданной радости за свое чудесное спасение и благодарности Господу и Его святому Угоднику, столь чудно прозревшему морское волнение, а потом не менее чудно укротившему его своими молитвами к Господу.
Непосредственно за этим святой Николай совершил и другое чудо. Один из матросов по корабельному делу взобрался на верх мачты; спускаясь оттуда вниз, он поскользнулся и, упав на судно, ушибся до смерти. При виде бездыханного тела своего товарища радость мореплавателей опять сменилась печалью. Но угодная Господу молитва праведника снова устранила эту общую печаль. Прежде чем обратились к святому Николаю с просьбой о помощи, он сам обратился с молитвой к Господу, Который, как и несколько ранее, также скоро внял ей. Мертвый юноша воскрес и в глазах всех встал, как будто пробужденный от глубокого сна. Присутствовавшие при чудесном воскрешении мореплаватели прониклись еще большим уважением к чудному их спутнику.
Корабль, охраняемый молитвами святого Угодника, продолжал плавание и благополучно пристал к берегам большого торгового города Александрии, что в Египте.
Пока мореплаватели запасались съестными и другими необходимыми для морского плавания припасами, святой Николай приложил заботы к уврачеванию недугов местных жителей: одних он исцелил от неизлечимых болезней, из других изгнал мучившего их нечистого духа, некоторым, наконец, подал утешение в их душевных скорбях.
Отплыв от берегов Александрии, судно благополучно достигло Святой Земли. Первым делом святой Паломник отправился в Иерусалим, где Христос Бог совершил наше спасение, и здесь поклонился святым местам, освященным стопами Божественного Искупителя рода человеческого.
Мало отрады для христианского чувства представлял тогда священный город, заселенный язычниками и более известный под именем Элии Капитолины. После вознесения Христова дважды разрушенный – сперва Титом, а потом – Адрианом и при вторичном восстановлении отчасти сдвинутый с прежней местности, библейский Иерусалим для христианского взора был закрыт языческой обстановкой. На месте второго храма, где Господь так часто проповедовал, стоял храм Юпитера Капитолийского. Обагренная Божественной кровью Голгофа, войдя в состав города, была оскорблена и опозорена статуей Венеры. Гроб же Господень, засыпанный землею и замощенный камнем, служил подножием для Юпитерова капища. При втором разрушении и восстановлении города уцелела только небольшая церковь с небольшим количеством домов на Сионской горе – церковь, образовавшаяся из того дома трапезы, где Господь наш установил таинство Причащения, а потом Апостолы в день Пятидесятницы получили Святого Духа. Лишь эта горняя во имя Апостолов церковь могла своей древней святыней утешить благочестивого Пресвитера. Сохранилось предание, что когда ночью святой Николай захотел помолиться Господу в церкви, которая была заперта, то двери церковные по воле Божией сами растворились пред избранным Угодником Божиим, который таким образом получил возможность войти в храм и исполнить благочестивое желание своей души.
Воспламененный любовью к Божественному Человеколюбцу, пострадавшему за грешников и даровавшему им благодатную надежду воскресения и блаженства, святой Николай возымел желание навсегда остаться в Палестине, удалиться от людей и втайне подвизаться пред Небесным Отцом.
Но Господу угодно было, чтобы такой светильник веры, каким был Святитель Николай, не оставался под спудом в пустыне, но ярко освещал нуждавшуюся в нем Ликийскую страну. И вот, по изволению свыше, благочестивый пресвитер решил возвратиться на свою родину и для этого условился с корабельщиками, обязавшимися доставить его туда. Во время плавания Угоднику Божию пришлось испытать на себе ту людскую злобу, борьба и победа над которою была предуказана в самом его имени. Вместо того, чтобы плыть в Ликию, как обещано было святому Николаю, злые корабельщики, воспользовавшись попутным ветром, направились в совершенно другую от Ликии сторону. Заметив злой умысел, Угодник Божий пал к ногам корабельщиков, умоляя их отправить его в родную ему Ликию. Но жестокосердые корабельщики остались непреклонны в своем преступном намерении, не подозревая того, какому божественному гневу они подвергались за свой злокозненный поступок с Божиим Угодником. Тогда святой Николай обратился к Господу с горячей молитвой о помиловании, которая скоро была услышана. Внезапно поднялся чрезвычайно сильный ветер, повернувший корабль и быстро понесший его к берегам Ликии. Прибыв против своего желания в Ликию, корабельщики естественно опасались наказания за свой злой умысел. Но обиженный ими путник, по незлобию своему, не сделал им даже ни одного упрека: напротив, благословил их и отпустил с миром домой.
Желая удалиться от суеты мирской, Угодник Божий, по возвращении на родину, отправился не в родной город Патары, а в Сионскую обитель, основанную его дядей-епископом. Здесь он был принят братией с большой радостью, как Ангел Божий, посланный поучать их своими беседами и руководить своими добродетелями к благочестивой жизни. Здесь, в тихом уединении монашеской келий, святой Николай думал остаться на всю жизнь.
Глава 4
Поставление святого Николая Мирликийским архиепископом. Его богоугодная жизнь в архиепископстве
Господь Бог, не пожелавший, чтобы святой Николай безвестно оставался в Палестинской пустыне, не пожелал и теперь, чтобы такое сокровище веры и благочестия, каким был Угодник Божий, скрывалось в тесной монашеской келий. Наступило время, когда святой Николай должен был выступить верховным руководителем Ликийской церкви, чтобы просвещать людей светом Евангельского учения и добродетельной жизни. Когда святой Николай однажды стоял в монастырском уединении на молитве, он услышал голос, который сказал ему: «Николай! Ты должен выступить на служение народу, если желаешь получить венец от Меня». Священный ужас объял его, когда он услышал эти слова; вместе с тем он недоумевал, что именно повелевает совершить ему чудный голос. Тогда вновь тот же голос сказал: «Николай! Эта обитель не та нива, на которой можешь ты принести ожидаемый Мною от тебя плод. Уйди отсюда и поди в мир к людям, чтобы прославить в тебе имя Мое».
Тогда святой Николай понял, что чудный голос – несомненно голос Самого Господа – повелевает ему оставить обитель и идти в мир для прославления имени Божия верой и добрыми делами. Всегда послушный воле Божией, он немедленно оставил приютившую его обитель. Хотя теперь уже было несомненно и для самого св. Николая, что ему предстоит занять почетное место христианского руководителя народа, он по-прежнему старался избегнуть людской славы и почета: поэтому, удалившись из обители, руководимый Промыслом Божиим, он местом своего жительства избрал опять не родной город Патары, где все знали святого Угодника и за его святость стали бы воздавать ему особое почтение, но большой город Миры, столицу и митрополию Ликийской страны, где, никем не знаемый, он скорее мог избегнуть мирской славы. Здесь он жил, как нищий, не зная, где преклонить главу свою, но неопустительно посещая все церковные службы. Насколько Угодник Божий смирял себя, настолько Господь, унижающий гордых и возвышающий смиренных, возвысил его.
Во время пребывания святого Николая в Мирах в этом городе скончался архиепископ всей Ликийской страны Иоанн. Для избрания нового архиепископа собрались в Миры по обыкновению все епископы Ликийской страны. Много было предложено умных и честных людей для занятия этой высокой должности, но общего согласия в избрании кого-нибудь одного не последовало. Господь судил для занятия этой должности более достойного мужа, чем какой находился в их среде. Не пришедшие к общему согласию епископы решили, что такое важное дело, как избрание архиепископа, всецело должно зависеть от изволения Божия, и поэтому обратились к Господу с усердною молитвою указать им то лицо, которое наиболее достойно занять Мирскую архиепископию.
Господь, мудро руководивший епископами, исполнил их благочестивую просьбу. Во время горячей молитвы одному из старейших епископов явился муж, окруженный светом, и приказал ему в эту ночь стать в притворе храма и заметить, кто первый придет в храм на утреннее богослужение: это и есть угодный Господу муж, которого епископы должны поставить своим архиепископом. Вместе с тем было открыто и имя избранника Божия, которое было Николай. Получив Божественное откровение, старец-архиерей сообщил о нем прочим архиереям, которые в виду милости Божией еще более усилили свои молитвы, а сам, с наступлением ночи, стал в притворе храма, ожидая прихода избранника Господа Всевышнего. Наступила пора утрени, и святой Николай, по обыкновению ставши на молитву с полуночи, прежде всех пришел в церковь. При входе в церковный притвор его остановил сподобившийся видения епископ и спросил о имени. Святой Николай, изумленный таким вопросом старейшего из епископов, сначала молчал. Когда же архиерей неотступно стал просить об этом, он скромно и тихо отвечал: «Называюсь я Николай, раб святыни твоея, владыко!»
По имени и глубокому смирению прибывшего убедившись, что он есть избранник Божий, который должен занять Мирскую архиепископскую кафедру, епископ взял его за руку и привел на собор прочих епископов. Они с радостью приняли его и поставили на средину церкви. Между тем весть о чудесном избрании архиепископа, несмотря на ночное время, разнеслась по всему городу, и церковь наполнилась множеством народа, желавшего видеть чудного избранника Божия. Епископ, сподобившийся видения, обратился ко всем присутствовавшим со следующими словами: «Примите, братие, своего пастыря, которого помазал для вас Святой Дух и которому Он поручил управление ваших душ. Не человеческий собор, а суд Божий поставил его. Вот теперь мы имеем того, кого желали; обрели и приняли, кого искали. Под его мудрым руководством мы смело можем надеяться предстать Господу в день Его славы и суда». Слыша эти слова и видя избранника Божия, народ горячо благодарил Господа за Его чудесную помощь.
Святитель же Николай, узнав о высоком сане, в который хотят возвести его, долго сначала отказывался от него. Но, уступая неотступным просьбам епископов и народа, наконец согласился на принятие архиепископского сана. Святой Мефодий, патриарх Константинопольский, повествует, что Угодник Божий еще пред смертью архиепископа Ликийского Иоанна в чудесном видении был предуведомлен об ожидающем его великом сане. В одну ночь святой Николай видел, что Спаситель наш Господь Иисус Христос в великом блеске стоит возле него и подает ему книгу Евангелия, оправленную в золото и жемчуг, а с другой стороны стоит Пресвятая Богородица и кладет на плечи его святительские омофор.
Собор епископов рукоположил святого Николая в архиепископа Мирликийской церкви. Таким образом, находившийся ранее под спудом светильник веры и благочестия воссиял для всей Мирликийской церкви.
При вступлении в управление Мирликийской архиепископией, святой Николай сказал сам себе: «Теперь, Николай, твой сан и твое место требуют от тебя, чтобы ты всецело жил не для себя, но для других». Поэтому теперь он уже не стал скрывать свои добрые дела, как прежде, делая и теперь это не из гордости или тщеславия, но единственно для блага паствы и для прославления имени Божия, согласно заповеди Спасителя:
Глава 5
Исповедничество святого Николая в гонение Диоклетиана. Заботы о пастве после гонения
Завистливое око диавола, никогда не могущего спокойно смотреть на процветание Христовой Церкви и всегда старающегося причинить ей какой-нибудь вред, и на этот раз не оставило ее в покое и воздвигло на нее сильное гонение. Это гонение было тем ужаснее, что оно явилось после продолжительного спокойствия, которым пред тем пользовалась Церковь Христова. Преемники Валериана, воздвигнувшего гонение на христиан в середине III века, часто сменявшие друг друга, были принуждены всеми силами заботиться то о своей непрочной власти, то об отражении варваров, отовсюду нападавших на Римскую империю. Им некогда было и подумать о гонении на христиан. Только император Аврелиан (270–275 гг.), отразив внешних и одолев внутренних врагов, «готов был воздвигнуть на нас гонение», пишет Евсевий, «но едва задумал он и только что хотел подписать против нас указ, как постиг его суд Божий». А после кратковременных Аврелиановых преемников – Тацита (275 г.), Флориана (276 г.), Проза (276–282 гг.) и Кара (282–283 гг.) – достигший верховной власти Диоклетиан в первую половину своего царствования (285–304 гг.) занимался устройством всемирной империи и не только оставил в покое вселенскую Церковь, но даже видимо благоволил к христианам. Христиане начали окружать самого императора в должностях высших сановников государства и добросовестным исполнением своих обязанностей и преданностью императору еще более укрепляли благосклонный взгляд Диоклетиана на христиан. Пользуясь благосклонностью императора и высших его сановников, церковные предстоятели ревностно заботились о привлечении заблуждающихся язычников в лоно истинной Церкви, о построении величественных церквей для помещения многолюдных христианских собраний. Это быстрое распространение христианства до такой степени раздражало закоренелых язычников, что они, во что бы то ни стало, решили подавить его. Орудием своей цели они избрали соправителя Диоклетианова Галерия, «имевшего все пороки и все страсти язычества», который просьбами и ложными наветами склонил старого Диоклетиана сначала к удалению христиан от двора и войска, потом – к лишению их государственной службы и разрушению церквей их, и наконец – к открытому, повсеместному и ожесточенному преследованию их. В силу императорских указов христианские церкви разрушались «сверху донизу»; божественные и богослужебные книги сжигались на площадях; епископы заключались в темницы и предавались пыткам; все христиане подвергались всевозможным обидам и мучениям. Все было позволено в отношении к христианам. В самых обыкновенных житейских делах они встречали не судей, защитников их невинности, а остервенелых врагов. По словам одного Египетского епископа-мученика, Филеаса, оскорблять христиан позволялось всякому, кто хотел: одних били палками, других розгами, иных бичами, тех плетьми, этих кнутами. Зрелище казней сменялось и содержало в себе много зла. Христианская кровь лилась потоками; скрываться же гонимые не могли, если бы и хотели: в империи едва ли оставалось местечко, где бы не были выставлены и не действовали эти ужасные указы.
Поделиться книгой: