Правда или расплата (ЛП)

Р. Л. СТАЙН

ПРАВДА ИЛИ РАСПЛАТА

Стюарту,

лучшему в мире телефонному горнолыжному инструктору.

Глава 1

Длинный белый лимузин подскочил на глубокой выбоине на извилистой просёлочной дороге, но мы с друзьями почувствовали лишь маленький бугорок, сидя в задней части лимузина и наслаждаясь непривычной для нас роскошью.

— Машина — чудо! — воскликнул Кен Найт. — Думаю, я смогу купить одну такую после окончания школы.

— Только в своих мечтах! — ответила ему Дженни Бёрд. — Тебе пришлось потратить все свои карманные деньги на ремонт велосипеда.

Она толкнула его в бок, и Кен завалился на меня.

Дженни, Кен и я делили неудобные гладкие кожаные сиденья, из-за которых нам приходилось сильно сутулиться. Кен сидел посередине, мы с Дженни по краям, а прямо напротив нас сидел парень по имени Джош.

Никто из нас не знал его, ведь Джош не учился в средней школе Шейдисайда.

Мне он показался тихим и застенчивым. Джош не сказал и двух слов с тех пор, как мы заехали за ним.

Он был невысокого роста и худой, но на лицо очень даже симпатичный. У него были волнистые чёрные волосы и тёмные глаза. А ещё он носил очки, которые постоянно поднимал к переносице. Нервная привычка.

Всю дорогу, пока мы ехали, он смотрел в окно, делая вид, что его интересует пейзаж. Иногда он мог засмеяться, когда мы шутили, но сам не произносил ни слова. Я сразу догадалась, что Джош слишком застенчив.

— Эйприл, тебе я тоже куплю лимузин, — с усмешкой заявил мне Кен. — Какого цвета ты хочешь?

— Лимонно-зелёного, — не задумываясь, ответила я. — А ещё голубого. На выходные. И чтобы салон был светло-белым — в тон моим волосам.

— Хорошо. Один лимонно-зелёный лимузин для мисс Эйприл Лидс, — заключил Кен. — Если у Дары есть лимузин, то почему у нас не может его быть.

— Дара богата, — напомнила я Кену, хотя это и не нужно было. Мы все знали, что Дара Харкер была богата. И она постоянно напоминала нам об этом.

— А где сама Дара? — внезапно спросил Джош. Он так долго молчал, что я немного испугалась. — Она говорила мне, что поедет в лыжный домик её родителей вместе с нами.

— Хах? Ты шутишь? Чтобы Дара поехала в одной машине с простолюдинами вроде нас? — вскрикнул Кен с притворным возмущением.

Мы с Дженни засмеялись, но Джош не улыбнулся.

— Дара едет вместе со своими родителями в их джипе, — объяснила я Джошу. — Поэтому в нашем распоряжении целый лимузин на снегу!

— На каком снегу? — возмутилась Дженни, глядя в окно.

Уже темнело. Проскальзывающие мимо фермы и поля были окутаны туманной дымкой. Серебристый иней покрывал тёмные поля. Для снега была достаточно холодно, но мы не видели ни одной снежинки за последние пару дней.

— Я посмотрела прогноз погоды, прежде чем вышла из дома, — сказала Дженни, проведя рукой по коротким каштановым волосам. Она одёрнула рукав свитера. — Я всегда смотрю сводку погоды, прежде чем уезжаю куда-нибудь на пару дней. Так вот, диктор говорил о вероятности в сорок процентов, что…

— … будет снег. Хотя, скорее всего вместо снега будет слякоть, — закончил за неё Кен.

Я застонала.

Дженни и Кен встречались очень долго, поэтому нередко могли заканчивать целые фразы друг за друга. И выглядит это так отвратительно! Иногда они ведут себя как пожилая супружеская пара.

Они даже ругаются как старые супруги. Сначала кричат и обзывают друг друга всякими ужасными словами, а потом целуются и ведут себя так, будто ничего страшного не произошло.

Я наблюдала такую картину не один раз. И хотя Дженни моя лучшая подруга, я всё равно считаю, что такие сцены — отвратительны!

Быть может, я просто завидую? Я не знаю.

Хотя иногда я ловлю себя на мысли, что действительно завидую внешности Дженни. На мой взгляд, она самая красивая девчонка в средней школе Шейдисайда. У неё чудесные короткие волосы, такие тёмно-коричневые и гладкие, а ещё прекрасные овальные голубые глаза и красивая кожа, которая всегда выглядит загорелой.

Дженни могла похвастаться и своей фигурой. Её тело не такое тощее и бесформенное, как у меня. Мой младший брат Джерри говорит, что я похожа на десятилетнего мальчишку.

Славный малый, не правда ли?

С такой потрясающей внешностью Дженни должна производить впечатление самого уверенного человека в мире. Но на вечеринках она заметно нервничает, а на уроке запросто может лишиться дара речи. И она постоянно носится за Кеном, как будто не может без него обойтись.

Я не знаю, в чём её проблема. Не то, чтобы Кен был недостаточно хорош для неё. На самом деле, он очень хорошо относится к Дженни и красиво ухаживает за ней. Наверное, поэтому так много девушек готовы умереть ради свидания с ним.

Кен, наверное, один из самых симпатичных парней в школе, со своими густыми волнистыми коричневыми волосами и тёмными глазами. И он довольно хорошо сложен — высокий и мускулистый, но не слишком громоздкий.

— Интересно, какой у Дары джип? — поинтересовалась Дженни. — «Ренегат»?

— Ни в коем случае, — возразил Кен, качая головой. — Должно быть, у неё «Гранд Чероки». Это самый большой джип, какой только выпускают. Прям не джип, а какой-то грузовик!

— Если снега так и не будет, то мы поумираем от скуки в своих спальнях, — уныло произнесла я.

— Может быть, ты и умрёшь, но мы нет! — хихикая, ответил Кен.

Он повернулся и уткнулся лицом в щеку Дженни. Она поцеловала его. А я задалась вопросом, почему я должна тратить большую часть своей жизни, наблюдая за Кеном и Дженни?

Поэтому я обратила внимание на Джоша.

— В какую школу ты ходишь? — спросила я его.

Джош прокашлялся и поправил очки.

— В Камберленде, — ответил он.

Джош был одет в тёмный лыжный свитер и потёртые мешковатые джинсы, в карманах которых он всю поездку держал руки.

— А в каком ты классе? — снова спросила я.

— В одиннадцатом, — всё так же кратко ответил Джош.

— Я тоже. Откуда ты знаешь Дару?

— Мой отец работает вместе с её отцом, — пояснил Джош, глядя в окно. — Они руководят несколькими юридическими фирмами. Иногда мы вместе отдыхаем. В прошлый раз мы ездили на Кейп-Код. Мне было немного скучно, поэтому я спросил у Дары, могу ли я приехать в эти выходные.

— Выходит, ты хорошо знаешь Дару, — добавила я.

— Да, довольно хорошо, — сказал Джош, и я заметила, как покраснели его щёки.

Он снова повернулся к окну, и я заметила, как что-то блеснуло. Это была маленькая серебряная молния в мочке его уха.

Мы снова замолчали и проехали так в течение минуты или около того. Трудно было поддерживать разговор с Джошем. Я не знала, что ещё можно у него спросить.

Я задумалась, почему это я пытаюсь разговорить Джоша? Почему бы ему не спросить меня о чём-нибудь?

— Мы не очень хорошо знаем Дару, — пробормотала я. — В смысле, она переехала в Шейдисайд совсем недавно. Мы сидим вместе на практических по химии, и как-то Дара спросила меня, хочу ли я провести выходные в шикарном лыжном кондо её родителей и покататься на лыжах? Она добавила, что я могу пригласить Дженни и Кена. Поэтому мы здесь.

Джош кивнул, но ничего не ответил.

Он начинал меня потихоньку раздражать. Я не особо люблю сильных и молчаливых типов. Или слабых, но молчаливых, так что я решила заставить Джоша говорить.

— Ты катаешься на лыжах?

— Немного, но достаточно хорошо, чтобы сломать себе пару костей, — ответил мне Джош.

Мы оба засмеялись. Я рада была видеть, что, по крайней мере, у Джоша есть чувство юмора.

Поля сменились сосновым лесом и лимузин начал подниматься на крутые холмы.

Мы все взяли по бутылочке Коки из маленького холодильника. Дженни нашла в лимузине телефон. Она позвонила в Шейдисайд нашей общей подруге Корки Коркоран и похвасталась, что звонит ей прямо из лимузина!

— Кого можно ещё набрать? — спросил Кен, но лимузин внезапно остановился.

Кен положил телефон обратно на рычаг. Водитель вылез из кабины и открыл нам заднюю дверь.

— Мы приехали! — объявила я.

Я выскользнула на гравийную дорожку перед гаражом и сделала глубокий вдох прохладного и свежего горного воздуха.

Здесь было намного холоднее, чем в Шейдисайде, поэтому я немного поёжилась. Потом оглядела тёмные сосны, которые покрывали холмы и отбрасывали чёрные тени. На тёмно-фиолетовом небе не было ни единой звёздочки.

— Эй, это что, была снежинка? — спросил Кен, подняв ладони к небу.

— Ты единственная снежинка здесь, — поддразнила его Дженни. Она толкнула Кена обеими руками.

Он хотел сделать вид, что пошатнулся назад, но в итоге приземлился на капот лимузина. Тем временем водитель открыл багажник, откуда доставал наши сумки и лыжи.

Я повернулась и посмотрела на дом Дары.

— Ого! — произнесла я вслух. Дом был длинным и низким. Очень красивым.

Ко мне сзади подошли Дженни и Кен, под тяжестью шагов которых захрустел гравий.

— Он намного больше, чем я ожидала! — воскликнула я.

Построенный из панелей красного дерева, с огромными окнами вдоль фасада, дом выглядел как традиционный лыжный домик — лыжный домик, который был вытянут, чтобы покрыть весь холм.

— Я бывал здесь раньше, — сказал Джош. — Это потрясающе, ведь в округе нет других домов, способных испортить вид. Сзади есть огромные стеклянные окна и двери, так что вы сможете увидеть красивые холмы, простирающиеся на мили.

Бледный белый свет вдруг осветил фасад дома. Мы повернулись и увидели, как две фары разрезают темноту и приближаются к нам.

Джип Дары остановился рядом с лимузином, резко дёрнувшись в паре дюймов от нашего багажа.

Дара два раза посигналила нам. Затем она выскочила из джипа и побежала поприветствовать нас. Светлые волосы развевались позади неё.

Я заметила, что она была одна. С ней не было родителей.

— Вы так быстро! — крикнула Дара. — Я хотела успеть сюда до того, как приедете вы.

Голубая лыжная куртка Дары, надетая поверх белого свитера, была расстёгнута.

— Дара, где твои родители? — спросила я.

— Они не смогли приехать. Но я уверена, что мы сможем выжить и без них! — заявила Дара с озорным блеском в глазах.

Я тяжело сглотнула. Я знала, что в этом случае мои родители не одобрили бы эту поездку без взрослых. Но было поздно что-либо делать, поэтому я решила просто не рассказывать им.

— А где же снег? — недоумевала Дара, глядя в небо. — Как мы сможем кататься на лыжах без снега? Мы сойдём с ума! Что будем делать? Я ненавижу шарады. Обещайте мне, что мы не будем играть в шарады. И я не люблю Тривиал Персьют. Навряд ли я вспомню что-нибудь о семье Партридж или Брэйди Банче. Знаете, когда я играла в последний раз, то выкинула все свои карты в огонь.

Вот примерно так Дара всегда и говорит. Не переводя дыхания и всегда взволнованно. И у неё очень хриплый голос, отчего он звучит ещё более комично.

У Дары была приятная внешность, очень милая, но не такая красивая, как у Дженни. Клубки светлых кучеряшек с прожилками цвета пепельной блондинки. А ещё у неё был маленький вздёрнутый носик. Лично мне кажется, что без вмешательства пластического хирурга не обошлось, прежде чем Дара переехала в Шейдисайд в прошлом году.

Её естественная особенность — глаза. Они большие, круглые и бледно-голубые.

Дара пошарила в кармане лыжной куртки и выудила оттуда ключи.

— Снег должен выпасть. Может нам удастся сделать снежный танец под луной, — сказала она, отперла входную дверь и распахнула её.

Затем Дара повернулась к водителю лимузина:

— Фрэнк, ты бы мог занести сумки в дом? Я покажу, куда их нужно поставить. Лыжи можно убрать в шкафчик за домом.

Водитель кивнул и быстро схватил сумки.

— Привет, Дара, — робко шагнул к ней Джош, неуклюже упершись руками в бока.

— Ох, Джош. А я не заметила тебя! — воскликнула Дара и тут же добавила жёстким тоном. — Я совсем забыла, что ты приедешь.

— Эй, слушай, я ведь предупреждал тебя. Ты же знаешь, что в доме достаточно комнат. Как дела?

Дара не стала отвечать Джошу. Вместо этого она повернулась ко мне:

— Эйприл, какая красивая у тебя куртка. У неё есть меховая подкладка? Я искала себе что-то подобное.

Я поймала обиженное выражение на лице Джоша. Думаю, он надеялся на лучшее приветствие от Дары.