Джинния

Вернувшись в комнату, я застал там джиннию за просмотром очередной серии аниме, зависшую в позе лотоса в метре над полом перед телевизором и в наушниках.

- Бармина, нам с тобою поговорить нужно.

А в ответ ноль внимания, хотя я уверен, что всё она слышит, просто характер такой, что не может не заставить себя поуламывать.

- Бармина!

Та, словно, только что меня услышала, развернулась в воздухе, не меняя позы, успев поставить изображение на паузу, и сняла наушники.

- А?

- Нам нужно поговорить.

- Ты опять ничего не понял, - сердито сказала она и гневно сверкнула глазами. – Хорошо, больше я…

- Да постой ты, - перебил я собеседницу. – Я не про Машку. Хочу узнать, как улучшить чуткость «лозы», чтобы она только ценные клады показывала. Я за эту пару дней нашёл их четыре, и всего один принёс пользу. Рогатка эта наводится на любую захоронку, которую закопали от чужих глаз когда-то. Там уже всё сгнило, мусор остался, но приходится раскапывать всё равно, ведь не знаю что там: самовар с монетами, куски сундучка, горшок с гнилыми тряпками и медными висюльками. На мой прибор тоже надежды мало, почему-то ошибается с определением драгметаллов.

Джинния задумалась. Думала долго, ну, для неё, разумеется. Наконец, нехотя произнесла:

- Ладно, я дам тебе рецепт одного зелья. Его нужно закапывать в глаза. После этого в течение минуты ты будешь способен увидеть любые золотые предметы, золотой песок, самородки, даже пыль золотую.

- Вредное?

- А ты как думаешь? – усмехнулась джинния.

- Значит, вредное, - вздохнул я.

- Не беспокойся. Для организма мага это почти безопасно, последствия быстро выветриваются. Ну, а для простых смертных можно делать растворы послабее, так длительность сократится до нескольких секунд, расстояние – пять-шесть шагов.

Как обычно, зелье пришлось варить мне. Девушка быстро продиктовала мне рецепт и упорхнула к телевизору, оставив меня священнодействовать на кухне…

- Кха, кха, - я закашлялся и помахал ладонью над медной жаровней, развеивая дым, - ну и гадость… так, вроде дошло до кондиции…

Коричневый однородный пепел, ещё недавно состоявший из горки десяти компонентов, осторожно взвесил на электронных аптекарских весах (держал дома для самостоятельного закручивания патронов), и разделил на три равных порции, остаток, которого не хватило на четвёртую, выбросил в мусорное ведро.

В три мензурки налил равные порции отвара, приготовленного ранее. После этого мензурки закрепил в зажимах и поставил над зажженными спиртовками. Когда мутная грязно-зелёная жидкость закипела, я засыпал в каждую пепел и оставил кипятиться до тех пор, пока почти вся влага не выпарилась. Густой осадок подсушил в фарфоровой чашечке и растолок в пыль.

- Почти готово, - прошептал я, поднимая на уровень глаз колбу со светло-коричневым порошком. В колбу почти до краёв налил раствор глазных капель. Если верить описанию, то жидкость один в один схожа с составом обычных слёз. По рецепту, который мне дала джинния, именно слёзы и нужны были. В истинном зрении аптечный товар ничем не отличался от моей слезинки, что мне было только на руку. Химия – не химия, главное, что для магического рецепта капли подходили даже лучше, чем идеально!

Жидкость приобрела насыщенный жёлтый цвет, словно, расплавленное золото было налито в колбу. После этого содержимое стеклянного сосуда разлил по пластиковым пузырькам, где раньше содержался глазной раствор. А что? Удобный флакончик и дозатор для прямого применения имеется. Перед тем, как провести эксперимент на себе, предупредил джиннию… мало ли что, вдруг сознание потеряю, ослепну, а магесса, которой по плечу соединить плоть человека и старшего демона, тут-то и придёт на помощь.

Запрокинул голову вверх, двумя пальцами чуть раздвинул веки, мгновение помедлил и капнул на зрачок, тут же повторил такую же операцию на втором глазу. Чуть поморгал.

- Хм, и чт… ах, чёрт! Жжёт-то как!

В глаза, словно, перца насыпали, на ощупь бросился к раковине, сбив по пути что-то со стола.

- Водой не смывай, а то опять придётся закапывать, - донесся до меня медовой голосок Бармины. – Я совсем забыла про неприятные симптомы, но они скоро пройдут, потерпи.

«Забыла! Как же», - простонал я, прижимая ладони к лицу.

Боль мучила меня секунд десять и так же быстро, как и появилась, исчезла. И когда я раскрыл глаза, то мир вокруг меня изменился. Всё было полупрозрачное, словно, из серой дымки, чуть дрожащей, то мутнеющей, то приобретающей чуть ли не стеклянную прозрачность. Стены, мебель, шторы, даже слои краски и ламинированой плёнки чётко разделялись, стоило сфокусировать взгляд на них. Я видел даже контуры людей вокруг себя, сверху и снизу – соседей по дому и прохожих на улице. И среди этой серости светились искры и пятна золотистого цвета. Даже на людях такие отметины имелись. Сосредоточившись на одной из таких фигур, выглядевшей настоящим ювелирным салоном, настолько много было золотых украшений, я различил даже мельчайшие сверкающие крапинки внутри тела, вспыхивающие то там, то здесь.

Минута прошла быстро, и вскоре мир стал прежним: дымка резко набрала плотность и вернулись цвета. К счастью, неприятных последствий не при этом ощутил.

- Живые существа состоят из многих веществ, недаром в магии Крови применяют эту алую жидкость, обходясь без множества сложных ритуалов и ингредиентов, - пояснила мне Бармина, когда я решил прояснить у неё странности с золотыми искрами внутри людей. – Золота в людях хватает. Слышала про пустынный и каменистый мир, где местные маги и правители получают золото, серебро, краски и многое другое из тел пленников и рабов.

- Мерзость, - скривился я.

- Там это норма. Скоро и твоё мировоззрение поменяется вместе с аурой и телом. Прежним человеком ты уже не станешь никогда.

- А что с телом не так? – встревожился я.

- А разве ты не заметил ничего странного? Твоя сила и реакция заметно увеличилась, даже я это вижу.

- Ах, это. Ну да, заметил, - кивнул я. - А больше ничего не будет?

- Не знаю, - пожала плечами джинния. – Под воздействием плоти демона твое тело и аура существенно изменились, возможно, однажды ты сможешь менять тело по желанию, превращаться в животных, других людей или представителей разных рас. Менять свои размеры вплоть до невообразимых – в муравья или гиганта. Я точно не могу сказать, тебе помогли бы мои преподаватели, маги исследователи или преподаватели различных магических школ в разных мирах. Я же боевой маг, мне неинтересны изыскания.

- Послушай, Бармина, ты же учишь меня понемногу, так? А можно ускорить этот процесс? Сама же не раз говорила, что мне повезло с инициацией, и всё уже у меня в крови, на генном, так сказать, уровне. Но нужны учебники, знания разные, которые ты мне даёшь редко совсем.

- Ускорить? – нахмурилась она. – Знаешь ли ты, что я училась год, пока мне дали настоящие заклинания, причём из самых простых. А ты за какой-то месяц уже узнал не меньше десяти!

- Ага, ага – кивнул я в ответ. – Два из них, как сделать джинну хранилище и ему же тело, секрет изготовления кладоискательской лозы, зелье для обнаружения золота, а всё прочее это разные яды.

- Этого вполне хватит на первое время. Научись всё это делать быстро и без ошибок. Вон, ты потратил полдня на эти капли и ещё два дня перед этим лишь портил компоненты.

- Но ведь сделал же, - буркнул я.

- Ладно, завтра я дам тебе ещё одно заклинание из ритуалистики, - пообещала мне девушка.

- Какое?

- Ещё не решила, буду думать, - не преминула повредничать джинния.

- А следующее когда? Может, сразу напишешь мне десяток, а?

- Сколько?! – вспыхнула джинния и вдруг задумалась, заставив меня забеспокоиться: как бы не каверзу какую придумала, с неё станется. – Пожалуй, я напишу тебе магическую книгу, всё то, что знаю из алхимии и ритуалистики. И ты от меня отстанешь.

- А там много?

Девушка снисходительно посмотрела на меня:

- Человеческой жизни не хватит всё создать и опробовать. Разумеется, если нет цели просто претворять в жизнь всё написанное без всякой цели. Мне нужно будет бумага, чернила и перья. Бумага самая лучшая, гладкая и белая без линий и знаков. Чернила не менее трёх цветов, и перья разной толщины.

- Всё будет, завтра же возьмусь за это, - заверил я её.

Фрагмент 2

Глава 7

Перед тем, как вновь отправиться на поиски кладов, я на несколько дней забурился в интернет. Мне нужны были старые, даже не просто старые – старинные карты деревень, сёл и городов, барских поместий и трактов, по которым часто путешествовали члены царской династии, богатые аристократы с боярами, помещики, купцы и так далее. Обычно на таких дорогах всегда ставились постоялые дворы, небольшие хуторки, почтовые и перегонные станции, сидели нищие. А последние обязательно имели закопанную в окрестностях кубышку, наполняемую подаянием. Прятали, чтобы их не потрясли коллеги по ремеслу или местные разбойнички.

Переделал лозу, увеличив радиус срабатывания. Теперь ясеневая рогулька показывала клады на расстоянии трёхсот метров. Большее мне пока что не по силам, и так выложился до донышка. А металлоискатель я вернул в магазин, благо что гарантия не успела закончиться. Не нужен он мне да и легко принесёт неприятностей: чёрная археология у нас государством сильно не поощряется и найдутся доброхоты, которые тут же наберут «02» при виде человека с металлоискателем, особенно, если этот человек будет бродить по территории одной из старинных усадеб. Начать поиски решил именно с таких мест, они по определению должны быть самыми жирными.

Два дня на каждое такое место: дорога, осмотр окрестностей и ночная вылазка с лозой. За неделю осмотрел три усадьбы-музея и в каждой нашёл несколько кладов. Вот только прибрать их к рукам у меня не вышло (а часть просто и сам не стал). Вряд ли мне удалось бы пробраться в главные корпуса и там поковыряться в подвалах и стенах, где моё зрение после закапывания эликсира и «лоза» показывали на наличие некоторого количества золота. Захоронки в парках и садах сам не стал отрывать, так как золотых предметов в них не было. Скорее всего, это были клады слуг, которые золота отродясь в руках не держали.

И вот очередное здание. Заброшенное, с закрытыми окнами и дверями, обнесённое высокой железной оградой… в которой местные жители проделали несколько лазеек, выломав или отогнув стальные прутья. Занесло меня далеко, аж на границу Московской и Тульской области неподалёку от Оки в небольшую, но хорошо обжитую деревеньку.

Лоза чётко указывала, что в саду имеется клад и не один. «Золотой Глаз», как я окрестил для себя эффект после закапывания в глаза эликсира, ничего не показал, правда, территория усадьбы была огромная, её просто не охватывали чары. Днём лезть сквозь ограду я не рискнул, чтобы не привлечь внимания. Копать не собирался – не дурак совсем, чтобы заниматься подобным делом белым днём, но была опаска, что простая прогулка по территории закрытой усадьбы вызовет недовольство местных жителей. Весь день просидел на плотине у пруда, изображая рыболова, посматривая в сторону усадьбы.

И только в час ночи решился. С небольшой остро наточенной лопаткой, большим «болторезом» (им удобно перекусывать корни деревьев – тихо и быстро), фонариком и лозой в руках я протиснулся между отжатых неведомым силачом двух прутьев в ограде и скрылся в темноте сада, подальше от света фонаря, так некстати расположенного рядом с забором.

В течение получаса рогулькой определил первое место с кладом и осмотрел «Золотым Глазом». Когда почти под ногами на небольшой, сравнительно, глубине засияли золотистые пятна, я облегчённо выдохнул: есть! Дальше оставалось только хлебнуть усилителя, магического допинга, и вгрызться в землю с самой большой скоростью, которую смог выдать. При этом старался совершать как можно меньше шума, и часто замирал, прислушиваясь к окружающей обстановке.

Яму выкопал по грудь, отыскав на дне шкатулку из какого-то камня кремового цвета с ярко-зелёными и синими прожилками. Кроме клада тут имелся и неприятный довесок – скелет с проломленным черепом. Чуть в штаны не надул, когда под руками, в момент откидывания земли в сторону, оказался череп и верхняя часть скелета, всё остальное было скрыто под землёй.

Шкатулка была с притирающейся (ну, или как там называются такие крышки-пробки, не закрываемые, а вставляющиеся внутрь) крышкой. Размером с обувную коробку, с короткими ножками, пузатыми боками и куполообразной верхней частью крышки. Судя по расположению цветных прожилок, шкатулку мастер вырезал из целого куска минерала.

Только я собрался посмотреть её содержимое, как неподалёку послышались тихие голоса, мужской и женский.

«Чёрт, вот я вляпался», - промелькнула досадная мысль.

- Коль, ну, куда ты лезешь… подожди, я сама…

- Танюха, ты такая классная… да я за тебя всех порву!.. Да я…

- И Потапова?

- Урода этого, мужа твоего? Да ему вапще башку снесу!

Слова сопровождались постаныванием, хрипами, шорохом одежды. Судя по тембру – парочка не отказалась от горячительных напитков перед тем, как наставить рога неизвестному мне Потапову. Пыхтела пара любовников долго, не меньше получаса, пока женщина - судя по звукам - не оттолкнула в сторону мужика и не стала приводить одежду в порядок.

- Да ну тебя, говорила же, чтобы много не пил.

- Да чё ты… к чему вапще… Танюха, да ты сама смотри – как лом стоит, у муженька такого не бывает, сама же говорила…

- Вот и стоит, что пережрал ты. Хватит – сотрёшь мне всё там.

- Да постой ты… куда? Я ща… штаны завс-атегн-завстегну… ик, и провожу…

Совсем рядом послышались шаги, мелькнул тусклый свет небольшого фонарика, потом в яму упали несколько комков земли, и следом с испуганным криком на меня свалилась худая и высокая молодая женщина, чуть-чуть постарше меня самого. По моему обонянию удар свежий запах спиртного с чем-то фруктовым, в руках она держала большой мобильный телефон, свет от него я и принял за фонарик.

- Ой! Ты кто? – прошептала она, шальными глазами смотря мне в глаза.

- А кто ещё может сидеть ночью в яме? Вампир я, демон ночи. Вот мой гроб, вот завтрак, а ты, как понимаю, десерт, - ответил я, продемонстрировав женщине поочерёдно шкатулку и череп. Вот, не знаю, что на меня нашло в тот момент. То ли, детство в одном месте заиграла, даром что, обстановка окружающая и адреналин в крови способствовали, то ли, подспудно разозлила меня эта парочка своими ахами-охами, заставив просидеть в холодной яме столько времени и сейчас я просто мстил.

- Аи-и-и-х, - издала невразумительный стон женщина, потом закатила глаза под лоб и обмякла, при этом навалившись на меня.

- Таню… ик… ха, ты хде?

Почти над головой раздался пьяный голос, обладатель которого едва мог связать слова.

- А ну, стой! Замри! – гаркнул я, испугавшись, что сейчас на голову свалится ещё одно тело и вполне может быть, что весом свою пассию он не будет превышать раза в два-три.

- Ыы? Кто?!

- Ты стой.

- Кто ты? – почти чётко произнёс мужик.

Щёлкнув кнопкой фонарика, я осветил небритого паренька, который был моложе не только женщины, но и меня, причём, не на год-два, а гораздо больше. Тот сощурился, одной рукой закрывал глаза, второй придерживал сползающие джинсы.

- Потапов я, не признал, Коль?

- А?

- Вот могилку тебе да Таньке выкопал, она уже здесь, местечко для тебя согревает.

- Ы?

- Хочешь поговорить с её головою? – и бросил ему череп. На удивление, тот умудрился его поймать одной рукой, прижав к груди. Опустил голову вниз, посмотрел, как сквозь глазницы и нос пробивается свет от моего фонаря…

- Ик…

… и рухнул на землю пластом, уткнувшись лицом в свежую кучу земли, которую я выбросил при раскопках. Пришлось его переворачивать на бок, чтобы не задохнулся и не подавился, если тошнить начнёт. Потом забрал свой инструмент, шкатулку и рванул во все лопатки к дыре в ограде. Закинув вещи на заднее сиденье, завёл машину и, не включая света, порулил прочь. Фары зажёг в километре от деревни.

В шкатулке сверху лежали десять золотых колец и перстней с крупными разноцветными камнями. На мой взгляд, очень крупными: самый маленький был размером с мелкую вишнёвую косточку, самый крупный с пузатую фасолину. Сомневаюсь, что драгоценные камни бывают такой величины, явно полудрагоценные, хотя… ай, не ювелир я, потом проведу оценку. Может что-то из этого добра и для алхимии сгодится, по этому поводу нужно будет у Бармины проконсультироваться.

Вместе с кольцами лежали несколько ожерелий и бус. Золотые сохранились почти идеально, а вот жемчужным место только на мусорке – нить сгнила, сами шарикипокрылись трещинами, потускнели. Всё-таки, как бы ни прилегала плотно крышка, но в щель всё равно попадала влага, которая и разрушила жемчуг. Или перламутровые горошины сами не блистали качеством, и им хватило сотни-двух лет в сырости и грязи, чтобы из дорогих вещей превратиться в мусор.

На самом дне шкатулки лежали шестьдесят пять золотых монет, каждая номиналом в пять рублей. Шестьдесят монет с двуглавым орлом, сжимающего символы власти и с гербами на груди (большой) и крыльях (поменьше) – это на аверсе. И на реверсе: номинал, год – тысяча восемьсот шестьдесят третий и производитель – С.П.Б. Конечно, там имелись не только эти знаки и надписи, но как по мне – всё прочее уже неважно. Оставшиеся пять монет отличались от большинства: вместо орлов и профилей царей или цариц, там был отчеканен простой крест, а на другой стороне четыре очень коротких строчки: не намъ, не намъ, а имени твоему. Если не ошибаюсь, и меня не подводит память, а так же прочитанные книги в далёкой молодости, это был лозунг, или клич, или как там правильно, в общем, слова тамплиеров. Разумеется, надпись была отчеканена старорусским алфавитом. Имелся и год выпуска монет – 1798.

Дома я посмотрел в интернете, где узнал, что такие монеты датировались временем правления Павла I, считались раритетом и стоили они…

- Ух ты! – не удержался я от довольного восклицания. – Бармина, скоро будет тебе дом!

Более молодые пятирублёвки были отчеканены во времена Александра II и тоже стоили неплохо, но с «павловскими» и близко не стояли.

Джинния никак не прореагировала на мои слова. Да и сам я мгновение спустя вспомнил, что она занята созданием книги с заклинаниями для моего обучения. Писала она с изумительной скоростью, словно, сразу вырисовывая слово одним росчерком перьевой ручки (от шариковых отказалась, сообщив, что непривычны они ей). Процесс производился в состоянии транса, в котором она никак не реагировала на внешние раздражители. Писала на обычных (самой дорогой и качественной бумаге для принтеров, какую только смог найти) листах формата А4, после чего вкладывая тот в большой фотоальбом. Пояснила, что некоторые рисунки на одном листе не уместятся, если писать в тетради или, к примеру, альбоме для рисования, где нет разлиновки и бумага хорошая, плотная и белая, то всё равно придётся некоторые листы сначала вырывать, затем вновь вклеивать. С бумагой для принтеров и фотоальбомом намного проще получается.

Кстати, а почему до меня не смогли обнаружить этот тайник на такой небольшой, сравнительно (всего-то метр двадцать или метр тридцать яму откопал), глубине? Этот камень искажает сигнал, экранирует металл, защищая тот от всевидящего ока металлоискателей? Просто не поверю, что по барскому саду не прошлась сотня-другая чёрных копателей за то время, когда в свободной продаже стали появляться приборы. Интересный вопрос, жаль, что пока ответа на него у меня нет. И, кстати ещё раз – в заколоченном особняке ещё тайничок имеется, может там меня дожидается ещё такая же «малахитовая шкатулка»? Нужно проверить потом, обязательно проверить.

Через два дня я навестил продавца дисков и нумизмата по совместительству. Или наоборот, что будет, всё же, ближе к правде.

- Привет, Николаич!

- Здорово, Вить. Слышал, ты больше не егерь?