Патриотизм – национальная идея России

А.Ванденко: Но не бывает людей, которые не совершают ошибок.

В.Путин: Конечно. И у меня случались какие-то шероховатости.

А.Ванденко: Например?

В.Путин: Не буду сейчас говорить об этом, в ходе большой, масштабной работы всегда происходит такое, что, может, стоило сделать иначе. Но это не носит, знаете, глобального, стратегического характера. Надеюсь, этого и не произойдёт. У меня определённый, что ли, стиль сложился за многие годы. Никогда не принимаю волюнтаристских решений, таких, последствия которых не вижу. Если этого не происходит, стараюсь пока подождать. Это как на дороге: не уверен — не обгоняй. Вот ты вылез из ряда, посмотрел: путь свободен. Но этого мало. Знаете, бывает так: вроде всё свободно, а дорога ушла вниз, и ты не заметил, что оттуда идёт машина, да ещё на высокой скорости. Нужно быть абсолютно уверенным, что нет встречного транспорта, что ты действительно контролируешь ситуацию. Тогда обгоняй!

А.Ванденко: Мы сейчас не на «встречке»?

В.Путин: Это те, кто пытается с нами соревноваться, на «встречке». Мы в своём ряду и с заданной скоростью… Если всё правильно делать, не придётся суетиться. Как в спорте, которым Вы не хотите заниматься. Некоторые вещи принимаются на основе вроде бы первой сигнальной системы, тем не менее срабатывает предыдущий опыт и понимание, как должна развиваться ситуация. Реакция должна быть быстрой.

А.Ванденко: В Вас дзюдоист говорит. Философия этой борьбы не предполагает суетность.

В.Путин: В общем, да. Но если без конца раздумывать, тоже мало толку. Ведь результат даёт не только хорошая проработка решения, не рассуждения на заданную тему, а само действие.

А.Ванденко: До нашего разговора у меня было ощущение, что этот год наиболее тяжёлый для вас.

В.Путин: Да нет. Ну а когда в России было легко?

А.Ванденко: Вспомним тучные годы.

В.Путин: Для кого-то тучные, а у нас шла война на Кавказе. Тучные! Что лёгкого-то? Возьмите новейшую историю, начиная с 2000 года.

А.Ванденко: Я про этот период и говорю.

В.Путин: А в прежние времена? Взять любой этап нашей истории: хоть советский, хоть досоветский.

А.Ванденко: Царя Гороха вспоминать не будем, о Вас разговор, Владимир Владимирович. 1996 год Вы наверняка не забыли…

В.Путин: Ну да, тогда мы проиграли выборы, Собчак потерял пост мэра Петербурга, я без работы остался… Думал, как жить дальше, где работать, чем детей кормить. В прямом смысле, без преувеличения. Конечно, было непросто. Но, знаете, в жизни каждого человека существуют такие моменты. Можно вспомнить и, скажем, 2000-й, когда нужно было понять, как действовать после нападения боевиков на Дагестан. Ведь высказывались идеи построить стену вокруг Чечни. Натуральную! Но это было абсолютно неприемлемо. И для людей, которые нам верили в Чечне, и для России. Контрпродуктивно, опасно, вредно. Затем пошли бы другие стены и разделительные линии. И всё, страны не стало бы…

Вот Вы упомянули тучные годы. А нам нужно было восстановить экономику, элементарно спасать её. Потом была критика, что мы делаем не так. Упрекали, что слишком много дали людям, сильно подняли зарплату. Это уже в мой адрес реплика. Мол, производительность труда в России заметно отстаёт от уровня зарплаты. Мне говорят: не надо было так!

Мог не делать? Хорошо, когда возможности сочетаются с запросами. Но ситуация, в которой страна находилась в 90-е годы и в начале нулевых, требовала показать людям, что мы движемся в правильном направлении и жизнь хоть как-то улучшается. Если бы не сделали этого, может, и не удалось бы консолидировать общество, добиться определённых результатов по восстановлению страны.

Коллеги из рыночно-либерального блока говорили нам: ни в коем случае нельзя принимать программу материнского капитала. Меня лично много раз убеждали: как в чёрную дыру бросить огромные деньги, не просчитать! И результата, говорили, не будет. Программа не повлияет на уровень рождаемости в стране. Приводили примеры некоторых западноевропейских стран, где платят большие пособия за рождение ребёнка, а толку нет. Я выслушал аргументы за и против, а потом пришёл к выводу, что у нас иная ситуация. Надо нашим людям дать другой горизонт планирования семьи. В Европе жизнь качественно отличается. В России одним из ограничителей роста рождаемости тогда являлся очень низкий уровень доходов, семья не могла позволить себе ребёнка, тем более двух. А для нас это важно, особенно в регионах. Были опасения: справится ли бюджет с новыми платежами, не обманем ли людей? Нет, и не обманываем, и справляемся. Наряду с другими мерами поддержки всё сработало! В России не было такой рождаемости в последние десятилетия!

А.Ванденко: Но сейчас-то отменяем материнский капитал?

В.Путин: Это другой вопрос. Скажу о нём в послании Федеральному Собранию, не хочу заранее объявлять. Нет, надо быть аккуратным. Программа через год заканчивается, и все должны знать об этом. Но, конечно, нужно думать о механизмах поддержки демографии. У нас и новые перинатальные центры появились, и схемы денежных выплат не только семьям, но и медучреждениям за качество обслуживания женщин. От этой оценки многое зависит… Комплекс мер принёс результат, превзошедший наши ожидания. Демография демонстрирует устойчивую позитивную динамику. Почему так подробно об этом рассказываю? От меня зависело окончательное решение, поскольку голоса были и за, и против.

А.Ванденко: Подтверждаете, Владимир Владимирович, то, что я говорил в самом начале: хоть круть, хоть верть, а всё упирается в одного человека.

В.Путин: Нет-нет, не всё!

А.Ванденко: Хорошо, многое.

В.Путин: А я утверждаю: не всё. И повторю это. Да, при принятии стратегических решений часто не обходится без моего участия. А зачем иначе нужен первый человек, если он ни фига не делает? Если только сидит на троне и царствует?

А.Ванденко: Ещё цитата. Николай Бердяев: «Русский человек любит Россию, но не привык чувствовать себя ответственным перед Россией».

В.Путин: Это гениальный человек, уважаемый.

А.Ванденко: Его слова можно адресовать русским чиновникам и бизнесменам.

В.Путин: Не существует такой национальности — чиновник и бизнесмен, это виды деятельности. А ментальность народа, она, конечно…

А.Ванденко: Приедет барин, барин нас рассудит.

В.Путин: Если дадите договорить, узнаете мою позицию… Ведь откуда всё пошло? У русского человека, как правило, и не было ничего, он постоянно работал на барина. Что оставили, то и слава богу. Мужик знал: всё забрать могут. Это ещё от крепостного права движется.

Нельзя сказать, что не было ответственности за страну. Может, не хватало соответствующего отношения к текущим делам, к бизнесу, к собственности. Не сформировалось оно, как в странах с развитой рыночной системой, где человек понимал, что сам должен бороться за благополучие своё и семьи. У нас общинный склад ума и менталитет. И хорошо это, и не очень. Хорошо, что есть чувство общности. А не очень — из-за отсутствия индивидуальной ответственности. Но сказать, будто русский человек не дорожит… Как точно у Бердяева?

А.Ванденко: «Не привык чувствовать себя ответственным перед Россией».

В.Путин: Я вот чувствую себя ответственным. Зависит, какой человек в целом. Чем проще, тем больше у него ответственности за Родину.

А.Ванденко: Я о больших начальниках говорю, которые привыкли, знаете…

В.Путин: Бердяев же писал не о начальниках, он говорит о русском человеке.

А.Ванденко: Удобнее, когда есть кто-то, который всё решает, а остальные, мол, исполняют.

В.Путин: Может, и так, но Вы привели цитату из Бердяева, и я позволю себе набраться дерзости и поспорить с классиком. Повторю ещё раз: чем человек проще и ближе к земле, тем больше у него ответственности за Родину. Скажу даже почему. У него другой Родины нет, он не сядет в самолёт, в поезд либо на лошадь и не уедет, не отвалит отсюда. Он знает, что останется жить здесь, на этой земле, тут будут его дети, внуки и правнуки. Он должен о них позаботиться. Если сам не сделает, никто не сделает. В этом основа государственности и патриотизма рядового русского человека. Да и человека любой национальности, живущего здесь. Мы же знаем, кто собирал ополчение в 1612 году: этнический татарин созывал людей, все свои деньги отдал, стал спасителем Москвы и России. «В объединении сила!» — этот внутренний патриотизм рядового российского гражданина очень силён.

А.Ванденко: Вы говорите о простом человеке, как бы отделяя элиту…

В.Путин: Нет-нет, я сказал: у рядового человека этого ещё больше, но в принципе речь об общей ментальности русских людей. Да, те, у кого миллиарды, ощущают себя гражданами мира. Особенно им свободно, если деньги размещены в офшорах. Укатили за границу и сидят там, чувствуют себя хорошо…

А.Ванденко: Это плохо?

В.Путин: Считаю, да. Конечно, плохо. Оторванный от корней человек в конце концов начинает об этом жалеть. Нет ничего роднее, чем твоя земля, друзья, близкие, культура народа, в которой ты вырос.

А.Ванденко: Сейчас мир без границ.

В.Путин: Он всегда оставался таким. А что, во времена Лермонтова или, скажем, Пушкина, мир был другим? Сел да поехал. Путешествовали на воды в Европу, плавали в Америку на кораблях. Сейчас мы вернулись к тому состоянию. Ничего по большому счёту не изменилось. Был лишь относительно небольшой промежуток в истории человечества, когда всё перегородили границами.

А.Ванденко: Мы не пытаемся новые заборы строить?

В.Путин: Мы — нет. И не будем. Понимаем пагубность «железного занавеса» для нас. И в истории других государств были периоды, когда страны пытались отгораживаться от остального мира, очень дорого за это заплатив. Практически деградацией и развалом. Мы ни в коем случае по этому пути не пойдём. И вокруг нас никто стенку не выстроит. Невозможно!

А.Ванденко: Задумываетесь, что будет потом, Владимир Владимирович?

В.Путин: Это когда?

А.Ванденко: Когда призовут на небеса и потребуют ответа.

В.Путин: Знаете, если уж там окажешься, есть лишь одно выражение, которое уместно произнести: «Слава Тебе, Господи!». А как иначе?

А.Ванденко: А президентское кресло с вами навсегда?

В.Путин: Нет. И для страны неправильно, вредно, и мне не нужно. Есть сроки, отведённые Конституцией России. Считаю важным соблюдать требования, предусмотренные Основным законом. Видно будет, как сложится ситуация, но в любом случае срок моей работы ограничен Конституцией.

А.Ванденко: Но она предполагает выдвижение в 2018-м.

В.Путин: Допускает, но это совсем не значит, что я приму такое решение. Буду исходить из общего контекста, внутреннего понимания, своего настроения. Разве об этом сейчас надо думать? 2014-й не закончился, а Вы говорите про 2018-й. Столько времени впереди, сколько ещё воды утечёт…

А.Ванденко: И никаких потаённых желаний?

В.Путин: Нет. Понимаете, я в таком состоянии и положении, что ничего затаённого…

А.Ванденко: Настолько всё утомило?

В.Путин: Даже не в этом дело. Исхожу из реалий текущего дня, из среднесрочного прогноза. Мне нет смысла…

А.Ванденко: Заглядывать за горизонт?

В.Путин: …за что-то хвататься. Понимаете, уже нет смысла никакого.

А.Ванденко: Всё, о чём можно мечтать, есть?

В.Путин: С точки зрения служения Отечеству. Знаю, что искренне служил и служу, делаю всё, чтобы реализовать себя в этом. А, повторяю, цепляться за что-то контрпродуктивно, вредно и совсем неинтересно. Есть Конституция, нужно действовать и жить в её рамках. Да, существует возможность моего нового выдвижения. Будет ли она реализована, пока не знаю…

Послание Президента Федеральному Собранию

4 декабря 2014 года, Москва, Кремль

Уважаемые члены Совета Федерации!

Депутаты Государственной Думы!

Граждане России!

Сегодняшнее Послание будет, разумеется, соответствовать и времени, и условиям, в которых мы живём, тем задачам, которые перед нами стоят. Но прежде всего хочу поблагодарить всех вас за поддержку, за единение и солидарность в судьбоносные моменты, когда решается очень многое для будущего нашей страны.

В этом году мы вместе прошли через испытания, которые по плечу только зрелой, сплочённой нации, по-настоящему суверенному и сильному государству. Россия на деле доказала, что способна защитить соотечественников, с честью отстаивать правду и справедливость.

Наша страна сделала это благодаря вам, граждане России. Благодаря вашему труду и тем результатам, которых мы добились вместе. Благодаря вашему глубокому пониманию смысла и значимости общенациональных интересов. Мы осознали неразрывность, цельность тысячелетнего пути нашего Отечества. И мы верим в себя. В то, что многое можем и всего добьёмся.

Конечно, мы не можем сегодня не сказать о тех исторических событиях, которые произошли в этом году. Как известно, в марте этого года в Крыму состоялся референдум, на котором жители полуострова явно заявили о своём желании присоединиться к России.

Затем последовало решение крымского парламента — и подчеркну, абсолютно легитимного, не надо об этом забывать, избранного ещё в 2010 году, — решение крымского парламента о независимости. И, наконец, произошло историческое воссоединение Крыма и Севастополя с Россией.

Для нашей страны, для нашего народа это событие имеет особое значение. Потому, что в Крыму живут наши люди, и сама территория стратегически важна, потому что именно здесь находится духовный исток формирования многоликой, но монолитной русской нации и централизованного Российского государства. Ведь именно здесь, в Крыму, в древнем Херсонесе, или, как называли его русские летописцы, Корсуни, принял крещение князь Владимир, а затем и крестил всю Русь.

Наряду с этнической близостью, языком и общими элементами материальной культуры, общей, хотя и не очерченной тогда устойчивыми границами территорией, нарождающейся совместной хозяйственной деятельностью и властью князя христианство явилось мощной духовной объединяющей силой, которая позволила включить в формирование единой русской нации и образование общей государственности самые разные по крови племена и племенные союзы всего обширного восточнославянского мира. И именно на этой духовной почве наши предки впервые и навсегда осознали себя единым народом. И это даёт нам все основания сказать, что для России Крым, древняя Корсунь, Херсонес, Севастополь имеют огромное цивилизационное и сакральное значение. Так же, как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам или иудаизм. Именно так мы и будем к этому относиться отныне и навсегда.

Уважаемые друзья! Сегодня, конечно, нельзя не сказать и о нашей оценке событий на Украине, нельзя к этому не вернуться, — о том, как мы намерены строить отношения с партнёрами во всём мире.

Хорошо известно, что Россия не только поддержала Украину и другие братские республики бывшего СССР в их стремлении к суверенитету, но и в значительной степени способствовала этому процессу на рубеже 1990-х годов. С тех пор в нашей позиции ничего не изменилось.

Каждый народ имеет неотъемлемое, суверенное право на собственный путь развития, на выбор союзников, формы политической организации общества, построения экономики и обеспечения своей безопасности. Россия всегда относится к этому и будет относиться с уважением. Это в полной мере касается и Украины, братского украинского народа.

Да, мы осудили государственный переворот, силовой захват власти в Киеве в феврале этого года. И то, что мы видим сейчас на Украине, трагедия на юго-востоке полностью подтверждает правильность нашей позиции.

С чего всё началось? Я вынужден напомнить сегодня об этом. Трудно даже поверить, с чего всё началось — казалось бы, с технического решения Президента Януковича перенести подписание договора об ассоциации Украины с Евросоюзом. При этом, подчеркну, речь шла даже не об отказе от этого документа, а только о переносе сроков с целью его доработки. Это было сделано, напомню, в полном соответствии с конституционными полномочиями абсолютно легитимного и между-народно признанного главы государства.

Как в связи с этим можно поддержать вооружённый захват власти, насилие, убийства? Одни кровавые события в Одессе чего стоят, когда людей сжигали заживо. Как можно поддерживать последовавшие затем попытки с помощью вооружённых сил подавить людей на юго-востоке, несогласных с этим беспределом? Повторю, как можно это поддержать? Причём под лицемерные разговоры о защите международного права и прав человека. Это просто чистый цинизм. Уверен, сам народ Украины ещё даст этим событиям справедливую оценку.

А как изначально складывался наш диалог с американскими и европейскими партнёрами по этой теме? Не случайно упомянул наших американских друзей, так как они впрямую или из-за кулис всегда влияют на наши отношения с соседями. Иногда даже не знаешь, с кем лучше разговаривать: с правительствами некоторых государств или напрямую с их американскими покровителями и спонсорами. В случае с соглашением об ассоциации Украины с ЕС вообще не было никакого диалога, я уже об этом говорил. Нам было сказано, что это, мол, не ваше дело. Если говорить по-простому, по-народному, просто послали подальше. Все доводы по поводу того, что Россия и Украина — члены зоны свободной торговли СНГ, что у нас исторически сложившаяся глубокая кооперация в промышленности и сельском хозяйстве, фактически единая инфраструктура, — эти аргументы никто не хотел не только рассматривать, но даже слушать.

Тогда мы сказали: хорошо, если вы не желаете вести с нами диалог, то мы вынуждены будем защищать наши законные интересы в одностороннем порядке и не будем платить за ошибочную, на наш взгляд, политику.

Результат: договор между Украиной и Евросоюзом подписан, ратифицирован, но применение его торгово-экономического раздела отложено до конца следующего года. Значит, в целом мы были правы?

И спрашивается: ради чего всё это было сделано на Украине? Ради чего совершили государственный переворот? Ради чего стреляли и до сих пор стреляют и убивают людей? По сути, разрушили экономику, финансы, социальную сферу, разорили страну.

Сегодня нужно не политиканствовать, не раздавать громогласные, пустые обещания, а оказать помощь экономике Украины — разумеется, под реформы. Однако что-то не вижу, что наши западные коллеги горят желанием это делать, а нынешние киевские власти — решать проблемы своих граждан.

Кстати говоря, Россия вносит, уже внесла свой огромный вклад в поддержку Украины. Здесь ещё раз скажу, наши уже банки проинвестировали в Украину около 25 миллиардов долларов. Минфин России выдал кредит в прошлом году — ещё три миллиарда. «Газпром» прокредитовал экономику Украины ещё на 5,5 — даже со скидкой, которую никто не обещал, на 4,5 миллиарда долларов. Посчитайте, сколько это всё вместе будет. Это 32,5-33,5 миллиарда долларов только за последнее время.

Конечно, мы вправе задаться вопросом: ради чего вся эта трагедия на Украине случилась? Разве нельзя было уладить вопросы, даже спорные вопросы, в ходе диалога, в рамках правового поля и легитимных процессов?

Однако нас сейчас всеми силами пытаются убедить в том, что это и есть грамотная, взвешенная политика, которой мы должны бездумно и слепо подчиняться.

Этого не будет.

Если для ряда европейских стран национальная гордость — давно забытое понятие, а суверенитет — слишком большая роскошь, то для России реальный государственный суверенитет — абсолютно необходимое условие её существования.

Прежде всего это должно быть очевидно для нас самих. Хочу подчеркнуть: или мы будем суверенными — или растворимся, потеряемся в мире. И это, конечно, должны понять другие державы. Все участники международной жизни должны это понять. И, понимая, укреплять роль и значение международного права, о котором мы так много говорим в последнее время, а не подстраивать его нормы под чьи-то конъюнктурные интересы, вопреки основополагающим его принципам и здравому смыслу, считая всех вокруг малообразованными людьми, которые не умеют читать и писать.

Надо с уважением относиться к законным интересам всех участников международного общения. Только тогда не пушки, ракеты или боевые самолёты, а именно нормы права будут надёжно защищать мир от кровопролитных конфликтов. И тогда не потребуется пугать кого бы то ни было мнимой изоляцией, обманывая самих себя, или санкциями, которые, конечно, вредны, но вредны для всех, в том числе для тех, кто их инициирует.

Кстати, о санкциях. Это не просто нервная реакция США или их союзников на нашу позицию в связи с событиями и госпереворотом на Украине и даже не в связи с так называемой «крымской весной». Уверен, что если бы всего этого не было, — хочу это подчеркнуть, уважаемые коллеги, особенно для вас, для политиков, для тех, кто сегодня сидит в зале, — если бы всего этого не было, то придумали бы какой-нибудь другой повод для того, чтобы сдержать растущие возможности России, повлиять на неё, а ещё лучше — использовать в своих интересах.

Политика сдерживания придумана не вчера. Она проводится в отношении нашей страны многие-многие годы — всегда, можно сказать, десятилетиями, если не столетиями. Словом, всякий раз, когда кто-то считает, что Россия стала слишком сильной, самостоятельной, эти инструменты включаются немедленно.

Однако разговаривать с Россией с позиции силы бессмысленно. Даже тогда, когда она сталкивается с внутренними трудностями, как это было в 1990-х и в начале 2000-х годов.

Мы хорошо помним, кто и как в тот период практически в открытую поддерживал у нас сепаратизм и даже прямой террор, называл убийц, у которых руки были по локоть в крови, не иначе как повстанцами, принимал их на самом высоком уровне. Сейчас эти «повстанцы» опять проявили себя в Чечне. Уверен, местные ребята, местные правоохранительные органы достойно справятся. Именно они сегодня работают по ликвидации очередной вылазки террористов. Поддержим их.

Но ещё раз скажу, мы помним, как на высоком уровне принимали террористов как борцов за свободу и демократию. Уже тогда стало ясно, что чем больше мы отступаем и оправдываемся, тем больше наши оппоненты наглеют и ведут себя всё более цинично и агрессивно.

Несмотря на нашу беспрецедентную открытость тогда, готовность к сотрудничеству по самым, казалось бы, острым вопросам, несмотря на то, что мы рассматривали — и все вы об этом знаете и помните — наших вчерашних противников как близких друзей и почти союзников, поддержка сепаратизма в России «из-за бугра»: и информационная, и политическая, и финансовая, и по линии спецслужб — была абсолютно очевидной и не оставляла сомнений в том, что нас с удовольствием пустили бы по югославскому сценарию распада и расчленения. Со всеми трагическими вытекающими отсюда последствиями для народов России.

Не вышло. Мы не позволили.

Так же как не вышло у Гитлера, который со своими человеконенавистническими идеями собирался уничтожить Россию и отбросить нас за Урал. Надо бы всем помнить, чем это заканчивается.

В следующем году мы будем отмечать 70-летие Победы в Великой Отечественной войне. Наша армия сокрушила врага, освободила Европу. Но и о тяжких поражениях 1941 и 1942 годов нельзя забывать, чтобы не повторять ошибок в будущем.