Вторжение 1: высший разум

– Это я их напрягаю. – Вадим слегка покрутился в кресле, проверяя, какой у него «ход».

– Чем?

– Ну… – Вадим тяжело вздохнул, не зная, что ответить. Скажешь правду – неизвестно, куда вырулишь, а врать – долго и скучно. – Мне справку от вас надо, – решился он. – Любую. Что я – псих – тоже пойдёт. Матери всё равно некогда. Да и она знает, что я – не псих.

– Мать, значит, уважаешь?

– А почему бы вдруг нет? – нахмурился Вадим. – У матери – свой завод. Она рулит заводом, людьми, бабками.

– А учителя?

– Учителя ютубу не конкуренты. Рассказывают нудно. Даты все в гугле можно смотреть. Зачем это всё? – Он пошевелил пальцами.

– Что – всё?

– Ну… такое. Когда я должен слушать учительницу, которая даже рассказывать не умеет. Кто ей сказал, что она больше меня знает?

– Ну… Это серьёзное заявление. А доказать?

– Да в лёгкую, – пожал плечами Вадим. – Ну вот давайте – эксперимент: она читает параграф, и я читаю параграф. Ну и кто из нас больше знает – книжка-то одна? Вы, поди, в школе давно учились, а у нас – знаете, как сейчас? В учебнике – один ответ, а гугле – уже другой. Сведения устаревают каждый день.

– То есть школа не успевает за жизнью? Потому учителей уважать незачем?

– Ну… Не всех, – замялся Вадим. – Математика, например. Или русский. А литература, история… Ну вот при СССР – была страна, и наши же учителя её развалили. Ну и чему они научились? Как надо жить – это они теперь знают? Зачем весь опыт в учебниках по истории, если страну угробили? Значит, история не помогает: пыль, мрак, туфта.

– Хорошо излагаешь, – кивнул мужчина.

– Хорошо – это если справку дадите, – усмехнулся Вадим.

– Дам, – кивнул психолог. – Только тест пройдёшь, и дам.

– Таки узнавать будете – псих я или не псих?

– Ну… такое, – нехорошо улыбнулся мужчина. – Надо ведь будет заключение писать, слова всякие умные.

Вадиму показалось, что хозяин кабинета исподтишка смеётся над ним. Но делать было нечего.

– Давайте свой тест, – сказал он.

– Сначала подпиши добровольное согласие на психологический эксперимент, – предупредил мужчина. – А потом в другой кабинет пойдёшь. Там – приборы всякие сложные. – Он пошевелил в воздухе пальцами, явно слегка придуряясь.

Вадим посмотрел в направлении взгляда хозяина кабинета и увидел на столе бумагу и ручку.

Но ведь стол, вроде, пустой был???

– Пиши!

– А что писать?

– Я – такой-то такой-то, даю добровольное согласие на психологический эксперимент.

– И про справку писать?

– Ну, пиши.

– В целях получения справки?

– Ну, да, – согласился мужчина.

Вадим написал и расписался.

– И куда теперь?

– Вон в ту дверь.

Вадим оглянулся – дверь! Ещё одна. Справа от входа. Но когда он входил, никакой двери там не было!

Спину неприятно захолодило.

– Разыгрываете? – спросил он.

– Да что ты, голая психология, – натянуто улыбнулся мужчина. – Внимание, и всё такое.

«Вот урод, – подумал Вадим неожиданно зло. – Сидит, кривляется. Знает, что мне справка нужна!»

– Да ты не бойся, – сказал психолог уже откровенно ехидно.

– Да я вообще не из пугливых! – огрызнулся Вадим и открыл дверь.

За дверью опять оказался тамбур.

«Тэкс, – подумал Вадим. – Ща опять будет темно».

И не угадал.

Вторая дверь открылась сама, и он шагнул в ослепляющий свет.

Глава 3

Слепота и офигение длились секунд пять, а потом Вадим разглядел, что попал в крошечную каморку и впереди – ещё одна дверь.

Опять разыграли!

Он преодолел каморку в два с половиной шага, ломанулся в очередную дверь, чертыхнулся и вышагнул в просторную комнату, перегороженную сканером, как в аэропорту.

– Пройдите сквозь рамку! – сказал женский голос.

Вадим огляделся: комната была пуста.

Он дёрнул плечами, прошёл сквозь рамку и снова уткнулся в дверь! Злобно пнув её (дверь с готовностью поддалась), он вывалился в… приёмную!

В приёмной скучала секретарша-блондинка, видимо, «чьих-то родителей» уже удовлетворили в одном из соседних кабинетов.

– Ваша справка! – сказала она, лучезарно улыбаясь и протягивая исписанный бланк.

«Пограничных состояний личности не выявлено», – прочитал Вадим.

Бред все эти новые якобы центры. Бред и развод. На бабки. Хоть и бесплатно вроде, но кто-то же денег на это дал? Грант, поди, городской?

Вадим мысленно обозвал всех психологов психолухами, забрал у секретарши рюкзак с учебниками, попрощался и потопал домой.

Спускаясь по лестнице, он машинально посмотрел на часы: 14:15. Ну, хоть времени много не потерял.

Увидев над очередной дверью ярко горящую надпись «Выход», которой в прошлый раз не заметил, Вадим опять ощутил тревогу: «Это сколько же можно дверей!»

Он взялся за ручку и тут же вспомнил, что в центр входил прямо с улицы, никакой лестницы не было!

Но ручка двери уже поддалась и…

От резкого света потекли слёзы. Видимо, зрение не выдержало всех этих световых фокусов.

Вадим зажмурился и для верности прикрыл глаза руками.

Стало ну как-то сильно темно. Он убрал ладони – опять темно. Осторожно открыл глаза и офигел: перед ним была не улица, и даже не привычный уже тамбур, а, скорее… подвал!

Полутёмный, без явных источников света. Довольно большой, больше спортзала. Бетонный пол. Потолок… пониже, чем в спортзале. У противоположной стены – куча хлама.

Ну и главное – на голом полу, примерно в центре подвала, сидели трое: девчонка и два пацана. Девчонка и тощий пацан рядышком, почти в обнимку, другой пацан, покрупнее, – чуть в стороне, шагах в пяти.

Одеты они были без особенных наворотов: светлый верх, тёмный низ – обычный школьный прикид. Разве что за чёрную с рисунком футболку вместо рубашки, как у второго пацана, завуч могла бы и выгнать. Особенно за сочный волчий оскал во всё пузо.

Девчонка… Девчонка была худенькая, рыжая. Довольно прикольная – со вздёрнутым носом, с фенечками на тонких запястьях. Но зарёванная, как первоклашка, и какая-то вся зажатая. И это бы ещё ничего, но первый пацан, худой сутулый задрот, был в наручниках, а другой – крепкий, коротко стриженный, – в кандалах! (Кажется, так называются скованные ноги, да?)

Вадим невольно подался назад и ударился спиной о стену. Пощупал рукой, обернулся…

Дверей не было! Сплошная бетонная стена! И рюкзака за спиной – тоже не было!

Это как же так? Рюкзак-то куда делся?!

– Тля! – выругался он.

Девчонка всхлипнула.

– Лиза, захлопнись уже, а? То есть, ну, блин, ну не реви уже? – сказал пацан в наручниках. – Это такой же лох, как и мы! Лохом больше, лохом меньше…

– Сам ты – лох, – огрызнулся Вадим, обалдело изучая то ребят, то стену.

Он пнул её пару раз, чтобы убедиться в крепости, потом прижался спиной к бетону и смерил задрота уничижительным взглядом: молчал бы уж, чучело с торчащими ушами и куриной грудью клинышком.

«Ушки бантиком, зубки домиком, похож на маленького злобного гномика». В нормальной ситуации такая, как Лиза, рядом с ним даже стоять бы не стала, а тут – надо же – притиснул единственную девчонку и права качает.

– У психолога был? – ехидно спросил пацан в наручниках.

– Ну, был. – Вадим нахмурился: не зарывайся, мол.

– Ну вот и развели, как лоха. Присоединяйся. – Задрот кивнул на пол рядом. – Я – Мирон, это – Лиза, а качок – Илья. Он, блин, реально неразговорчивый. – Мирон пошевелил пальцами скованных рук.

Илья смотрел набычено.

«Это хорошо, что он – в кандалах. Не догонит», – подумал Вадим.

Тощий Мирон его не пугал: задроты драться не умеют. А то, что пацан задрачивает в компьютерные игры – к бабке не ходи. Даже пальцы правой руки у него были скрюченные, под мышку.

Вадим мотнул головой:

– Я лучше тут постою.

– От стены отойди! – выкрикнула Лиза.

– Почему это?

– Там дверь где-то рядом появляется, – подсказал Мирон. – Она, блин, может открыться, и не факт, что следующим впустят безобидное чмо, вроде тебя.

– Сам ты – чмо, – буркнул Вадим, но сделал пару шагов вперёд и обернулся, чтобы ещё раз изучить стену.

Стена как стена. И никаких намёков на дверь. Как в офисе. А там вдруг раз – и дверь появлялась. Логично, что и здесь такое возможно.

Вадим провёл по стене пальцем: и на ощупь – бетон. Сунул руку в карман, добыл пустую гильзу, поцарапал…

– Да сядь ты уже, блин! – не выдержал Мирон. – Задолбал! – Он покосился на Лизу и сбавил градус. – В ногах это… Ну как бы… правды нет.

«Ещё один психолог выискался, – подумал Вадим. – Недоделанный».

Но подошёл и сел между Ильёй и Мироном.

Пол был прохладненький такой, противненький. Вадим покосился на кучу у дальней стены, потом на Мирона. Тот потряс головой и ткнул большим пальцем в пол:

– Тут сидим. Лиза рили туда не пойдёт.

Видимо, кучу ребята уже обследовали.

Чего этот Мирон к Лизе-то прилип? Первый раз девчонка согласилась сесть рядом? Мозг воспалился от счастья?

Илья тем временем подвинулся чуть ближе и уставился на Вадима взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Его узкий лоб козырьком нависал над такими же узкими злобными глазами.

– Мирон. – Две руки лодочкой ткнулись в плечо.