Хмарь. Солдат удачи

— Четыре, — ответил я. Сознание плавало в какой-то вязкой жиже. Ощутив неправильность происходящего, я перестал отжиматься.

Присев рядом, отец с жалостью посмотрел на меня.

— Сын, я, как старший, приказываю вспоминать о доме. Это гипноз, у нас на Земле его применяют сектанты. Нам нужно делать вид, что ничего не изменилось. Они должны быть уверены в нас, тогда есть шанс вернуться домой. — Отец приложил палец к губам и зашептал. — Мои знакомые в медицинском центре советуют коктейль спортивного питания № 5 не пить, туда добавляют психотропные лекарственные средства, усиливающие гиповоздействие.

Отец вздохнул, ободряюще похлопал меня по плечу и сердечно сказал:

— Напиши матери, беспокоится очень. — Он резко развернулся и ушел, а я, задумавшись, простоял еще несколько минут.

После отказа от коктейля и психологической встряски, устроенной отцом, мой разум сумел воспротивиться скрытому рабству. Я еще какое-то время не мог рассуждать ясно, но уже начинал осознавать происходящее вокруг. Рассудок протестовал против совершаемой несправедливости. С огромным трудом уговаривал себя смотреть на старших со щенячьей преданностью. Хуже всего было выполнять их дебильные приказы. Я был свидетелем, когда сержант приказал курсанту взлететь и достать до потолка. Растопырив широко руки, курсант подпрыгнул высоко вверх и старательно замахал руками. На его лице отображалась глупая улыбка, не сходящая даже при его падениях. Курсант повторял прыжки до тех пор, пока сержанту и его хохочущим друзьям не надоело. Наказав курсанта за невыполнение приказа, они пошли искать другие развлечения. Отец, видевший мое душевное состояние, крепко держал меня за плечи, шепча в ухо.

— Ему не поможешь и нам навредишь.

Стоит отметить, курсантов, не способных сопротивляться приказам, становилось меньше с каждым днем. Организм перемалывал психотропные вещества и начинал выполнять программу веденной инъекции. Менялся я, отец, наши сослуживцы. Особенно для меня было заметно, как преображается отец в свои 62 года. У него начали происходить резкие изменения в поведении. Характер стал жестче. Повысилась энергичность и импульсивность. Отец всегда находился в движении, он не был способен стоять на месте, во время разговора мог неожиданно подпрыгнуть до потолка или начать отжиматься. Отец стал чрезмерно демонстративен и активен в общении, появилась излишняя самоуверенность и торопливость. Так же он менялся и внешне, мышечный каркас тела увеличился, исчез жир. Стало понятно, почему при наборе новобранцев не было ограничения по возрасту.

Для того, чтобы прояснить ситуацию, мы с отцом осторожно интересовались у персонала о возможностях инъекции.

После изматывающей тренировки я сумел разговорить невысокого и широкоплечего инструктора по рукопашному бою об инъекции. Меня разбирало любопытство, чья это разработка. Сержант с большим удовольствием делился своими знаниями.

— Наши командиры, — торжественно вещал он, — с трудом сумели договориться с компанией "Биоинжинеринг" о испытаниях в отряде. Как я предполагаю, эта компания ищет новые пути совершенствования человеческого тела без использования имплантатов через биоинженерию. Врать не буду, но за три месяца вы будете превосходить обычных людей по многим показателям. Ваша костная структура будет прочнее, объем мышечных тканей вырастет, появятся связки повышенной эластичности. Увеличится сила, выносливость, скорость реакции, интеллектуальное развитие. Даже ваши мозговые клетки изменятся в сторону увеличения скорости восприятия. Вы будете уникальными в своем роде. Во время боевых действий это может оказаться весьма полезным преимуществом, — голос инструктора разливался медом.

И я поинтересовался о ложке дегтя в бочке меда, когда мы остались один на один.

— Если честно, думаю, наши командиры хорошо заработали на вас, договорившись об испытании этой супер-вакцины. Много побочных эффектов всплывает на третьем году службы. Все зависит от организма и устойчивости ДНК. На вашей планете обнаружили ДНК, наиболее близкую к генотипу Джоре во всем Содружестве. Поэтому и сделали такой большой набор новобранцев с Земли. Причем набирали разные национальности с различным генотипом. Больше мне неизвестно. Так что готовься к изнурительными тренировкам в течении минимум пятнадцати лет, пока клетки организма полностью не обновятся. Иначе жиром заплывешь, если, конечно, выживешь, — посмеялся он, — и это не мои слова, а результат многолетних исследований "Биоинжинеринг". Да, с тебя выпивка, бесплатно информацию не даю.

Пришлось раскошелиться и купить сержанту недорогую бутылку вина и закуску.

Достаточно быстро командиры взводов приблизили к себе сильнейших курсантов, делегировав им свои полномочия. Этим сержанты существенно упрощали свою жизнь. Свободное время, которое у них появилось, можно было потратить и на развлечения. Были бы кредиты. Взвода после самоустранения сержантов начинали жить по законам, придуманными привилегированными курсантами. В СССР это называлось "дедовщина". Чаще всего власть захватывали беспредельщики, которые с помощью физического насилия добивались от курсантов беспрекословного выполнения приказов. Кроме того, курсанты, считающие себя высшими людьми "право имеющими", стали повышать успеваемость взвода похожими способами. Еще и зарабатывать деньги на отстающих курсантах. Причем все остальные курсанты одобряли:

— Так им и надо.

— Сами виноваты.

Отец разъяснил мне схему.

Так как зачет по физической подготовке идет, как правило, по последнему курсанту, а из-за плетущихся в хвосте курсантов всему взводу приходилось бегать лишние километры или делать дополнительные силовые упражнения, то воспитательный процесс таких аутсайдеров воспринимается на ура. Причем, все делалось в рамках учебного процесса. Подходили к инструктору по рукопашному бою с просьбой потренировать курсанта. Потом избитого курсанта сдавали медикам на лечение. Медики брали за восстановление здоровья двести кредитов наличными или триста, но в долг. Причем, медики, как сообщил мне отец, за каждого больного платили тридцать кредитов. У нас во взводе было три человека, на которых висел долг более трех тысяч кредитов.

Отец, став правой рукой сержанта, прекратил избиения. Но и увеличил физические нагрузки.

— Чем меньше свободного времени у курсанта, тем меньше головной боли у меня. — Говорил он всем жалобщикам.

Всех желающих покомандовать он приглашал на спарринги для повышения уровня боевой подготовки. Еще в СССР он получил КМС по боксу на окружных соревнованиях. В девяностых он заслужил коричневый пояс по карате. Ему нравились рукопашные схватки. Поэтому он часто участвовал в тренировочных боях не только с курсантами, но и сержантами. Со мной отец проводил тренировочные бои очень часто, и синяки отличительной меткой присутствовали на моем лице и теле.

Несколько курсантов решили, что я слаб, и попробовали приподнять свой авторитет, но не преуспели в этом. Никто не догадывался, что мы родственники и, решив, что конфликт у нас из-за того, что я претендую на место в свите сержанта, отстали от меня. Может, помогло то, что двое зачинщиков после драки со мной отправились в медкапсулу поправлять своё здоровье. На вопрос, каким спортом занимался на Земле, я всем отвечал, что КМС по шахматам. Большинство интересующихся курсантов решало, что я так шучу, принималось заливисто хохотать. Не расскажешь же всем, что я рос озорником, и отец вместо наказания ремнем предлагал выбор: тридцать минут в углу или сто отжиманий, или двадцать подтягиваний. Один раз у меня за неделю набежало более двухсот подтягиваний.

А еще можно было обыграть отца в шахматы и тогда все долги прощались. Но это было не просто. У отца был первый разряд по шахматам и проигрывать он не любил. В седьмом классе я два раза из десяти выиграл. А в девятом я заработал КМС по шахматам и отец перестал со мной играть.

Первые месяцы свободного времени у курсантов не было, тренировки и физподготовка забирали все силы. Я с трудом добирался до своего кубрика и без сил падал на постель. Мне казалось, только закрыл глаза, и уже новый день и снова утомительные занятия.

Так, в трудах и тренировках, незаметно промелькнули три тяжелых и изматывающих месяца. Начинался новый этап нашей подготовки. Нам начали преподавать новые предметы по боевой подготовке, физическая составляющая отошла на второй план, появилось больше свободного времени. Курсанты предавались неге и лени. Отец не позволил мне лениться.

— На днях будут проводить соревнования среди курсантов за звание сильнейшего бойца, а мы с тобой не готовы. Нам нужны полноценные тренировки, а для этого нам необходимы абсолютно разные спарринг-партнеры, иначе мы не сможем повысить свой уровень. Я предлагаю поучаствовать в подпольных боях. Если травмируют, то медики помогут, я договорился. Кроме того, заработаем деньги. — Отец потер большой палец указательным, что обозначает ожидание больших денег. — На соревнованиях нам нужно обязательно попасть в десятку. В финале ожидаются большие ставки, красивые и жесткие бои. Кто заплатит нам больше всех, получит большую сладкую конфету, мы позволим ему победить.

Не делая паузы, отец продолжил.

— Ты слышал уже, что нам будут ставить нейрокоммуникаторы?

— Да, это урезанная нейросеть, разрабатывалась для установки детям.

— Так вот, с помощью нейрокоммуникатора в мозг можно загрузить различные знания по любым специальностям. Хочешь быть художником, покупаешь информационную базу "искусство" и пишешь картины, чем выше уровень базы, тем ценнее произведения. Появилось желание стать профессором, пожалуйста, купи базу 7-го уровня и ты профессор. Все зависит от интеллекта, нейросети и базовой единицы, сокращенно б.е. Я еще не разобрался, как все происходит, но понял одно. Нужно покупать информационные базы. На станции можно купить со скидки пятьдесят процентов. А у местных прапорщиков можно базы начальных уровней вообще за копейки приобрести.

Отец как всегда был эмоционален. Я еще расспросил его о возможностях нейрокоммуникатора и согласился.

Участие в подпольных боях далось мне тяжело. Выигрывал я редко. Поэтому за неделю боев мое тело украсили множество синяков и ссадин. Можно было поправить свой внешний вид в медкапсуле, но отец берег все заработанные деньги.

— Твой заморенный и избитый вид обманет противника и поможет заработать нам кредиты. Ставки будем делать в финале. Мы точно знаем, что выигрывать не будем, — убеждал он меня.

О начале соревнований объявили на построении. За победу пообещали немыслимые для курсантов блага: поставить нейросеть "Пехотинец 2М" и участие в соревнованиях корпорации на звание лучшего бойца.

— Давай в начале прикинемся слабаками, как бы случайно побеждающими, а в последних двух боях перед финалом покажем быстрый и эффектный поединок, — предложил я. — Кто будет побеждать, если судьба сведет нас?

— Ты, — сказал отец, — все уже привыкли, что я побеждаю, поэтому на тебе больше заработаем. Эта призовая нейросеть нам не нужна. Она для сержантского состава, а мне хочется купить что-нибудь на вырост, как минимум нейросеть для офицерского состава, — добавил он. — Поэтому первое место не наша цель.

Нам повезло, все прошло как по маслу, самое главное, нас не свели в одном поединке в плей-офф.

В начале соревнования ставки на нашу победу в поединках были один к трем. Большинство, увидев, внешний облик, а после подпольных боев даже отец был в синяках, ставили против нас. Да и на взгляд профанов бои мы выигрывали с трудом, хотя мне было трудно тянуть время, имитируя тяжелую битву. Для многих болельщиков была шоком быстрота последних наших побед. Мы их выиграли в первые секунды боя. Отец довольно потирал руки. Наше благосостояние росло.

В первом бою финала мне по жребию достался один из наиболее вероятных претендентов на выигрыш, курсант Бонт. Он был просто непробиваемый. Показательно перед выступлением он ломал о свой железный лоб большие керамические плитки. Где он их брал никто не знал, но многие пытались повторить его подвиг… неудачно. Для его противников это был убийственный психологический аргумент. Несмотря на то, что специализированной техники боя у него не было, побеждал он всегда. Знали об этом не только курсанты, но и инструктора, которые и судили бои. Непробиваемость Бонта объяснялась приемом боевого коктейля, который он покупал в глубокой тайне от всех. Это мы узнали только в конце обучения.

На соревнования он приходил в красных шелковых трусах, черной футболке с красивым 3D узором и надписью "железная голова". Когда он появлялся, его фанаты скандировали восторженными воплями "Б-о-нт! Оле, оле, Бонт победит!" И еще много всего несуразного. Я на ринг вышел в заляпанной кровью футболке и застиранных трусах. Толпа сравнила нас и заорала: "Б-о-нт! Порви его, Б-о-нт!" Нужно отдать должное, я действительно выглядел блекло на его фоне, этакий мальчик для битья. Он даже не задумался своей железной головой, как я сумел попасть в финал.

— А-а-а! Я тебя порву как плюшевого зайку! — заорал он, брызжа слюной.

В этот момент ударил гонг. Мы встретились в центре бойцовского круга, на который были направлены взгляды болельщиков. Я не спешил нападать на него. А Бонт всем своим видом показывал болельщикам, что справится со мной за пару секунд. Для большего эффекта его черная футболка заходила волнами от играющих мышц, и его фанаты взорвались криками поддержки своего любимца. От его взрывных атак я легко уклонялся и даже контрактовал. То есть время шло, а мальчик для битья по-прежнему невозмутимо стоял перед ним. Это было для Бонта как красная тряпка для быка. Он не оправдывал ожидания фанатов. Приступы животной ярости сотрясали тело Бонта, вновь и вновь бросая в атаку. В какой-то момент я сумел подловить его на встречном ударе, правый кросс. От такого удара обычно противник сразу оказывался на полу, а он только тряхнул головой. Первый раунд закончился, и мы разошлись по углам.

Отец подошел и сказал:

— Хороший удар, точно нокдаун, можешь теперь пожестче с ним, непонятно, почему судья удар тебе не засчитал. Так что, вали его, иначе никак.

Курсанты громкими криками поддерживали Бонта. Второй раунд начался с громкого ора "Б-о-нт! Порви его!!!" А он смотрел на меня уже другим, настороженным, взглядом и стал уже беречься моих ударов. Но я опять сумел подловить его. Шаг влево, нырок вниз и в сторону под ударяющую правую руку, удар левой рукой снизу в голову. Кровь брызнула маленькой струйкой изо рта. Есть контакт. Бонта повело резко в право и он вынужденно встал одним коленом на настил. Судья остановил бой и открыл счет. Пока судья считал до восьми, вокруг установилась тишина, никто не ожидал от мальчика для битья такого удара. Отсчитав пять секунд, судья скомандовал "бой".

Безбашенные фанаты вновь взорвались дикими криками и воем. Обменявшись ударами с Бонтом, я понял, что для победы нужно добить его сильным ударом. Что я и сделал, взорвавшись серией, в надежде, что хотя бы один раз я пробью. Бонта качнуло в сторону и он упал на помост. Зал замер, и в этот момент кто-то, проснувшись, заорал: "Б-о-нт! Порви его!", но вновь погрузился в спячку после резкого тычка в область затылка.

Бонт поднял голову, мутным взглядом оглядел курсантов и сказал:

— Давай, выйди, и сам порви.

Курсанты взорвались истерическим дружным смехом.

После победы наш посредник сумел уговорить четырех финалистов вложиться в победу кредитами. А до этого все, кому он предлагал договорные бои, отказывали, еще и обзывали сумасшедшими.

Отцу в первом бою финала противник достался слишком пассивный. Он сразу ушел в глухую оборону и никак не хотел атаковать. Я видел, как отец с силой развёл ему руки и точным прямым ударом в голову закончил бой. Толпа болельщиков выразила неудовольствие боем свистом и улюлюканьем. А некоторые курсанты кричали и обзывались, грозя прибить бедолагу.

Договорные бои отец обыгрывал целым театральным представлением. В начале боя он побеждал по очкам, потом слегка открывался, пропускал два удара и, получив нокаут, падал на помост, дальше он изображал попытку встать и окончить бой победой.

Я же в начале боя позволял себя избивать, затем имитировал активность из последних сил, а потом, обессиленный, уходил в защиту, огрызаясь одиночными ударами. Показывая противнику, если он увлечется избиением, то я могу и ударить.

Один гад, чтобы показать свою крутость, во время боя стал показывать мне неприличные жесты. Кричал мне, что вы, русские, ленивые и алкаши. Откуда только узнал. Пришлось наказать. Этот наглец так ничего и не понял. После боя притащился требовать возврата кредитов. В начале он шевелил своими распухшими чёрными губами, сыпля угрозы. Потом, сверкая глазами сквозь маленькие щелки, попытался на меня напасть. Пришлось сделать массаж ушей, потом грудного отдела, чтобы взбодрить сосудисто-нервные пучки и мышцы. Для улучшения лечебного процесса включил точечный массаж шейно воротниковой зоны, стремясь проникнуть глубоко в ткани. После которого наглец достиг полного расслабление мышц и сознания. После моих стараний он воспринял мои доводы доброжелательно и обещал компенсировать проигранные ставки. В конце нашего общения его уши так распухли, что напоминали лепёшки. Вы видели чебурашку? Так у него точь-в-точь.

Все-таки странные эти западные мифы о русских. Нация, имеющая самую большую площадь территорий и сумевшая защитить их, выигравшая все крупные войны, запустившая первой космический спутник и Юрия Гагарина — ленивая? А если бы мы не ленились? Весь мир бы вздрогнул! Может поэтому нас все и боятся? Еще меня удивляет обвинение в том, что русские рабы. Рабы, которые только за двадцатый век совершили три революции и подмяли под себя фашистскую Европу? Три раза ха, ха, ха.

По итогам поединков я занял третье призовое место, отец — пятое. Мы проиграли только тем, кто заплатил.

Отец был доволен. Придя от своих друзей, он высокопарно заявил:

— Радуйся, сын, некоторые базы первого уровня нам бесплатно поставят от корпорации за участие в финальных боях. Кроме того, я достал по дешевке базы второго и третьего уровня, всего за тридцать процентов от реальной стоимости, "Рукопашный бой", "Тактика малых групп", "Бронекостюм". Лично для тебя — "Юрист" и "Программирование", а для себя — "Медик" и "Техник". Все с первого по третий уровень. Списанные они, немного устарели, но нам пойдут. Я выяснил, выше третьего не имеет смысла брать. Гранаты не той системы, — пошутил он.

Он имел в виду то, что базы выше третьего уровня работают только с нейросетью.

Курсантам, занявшим первые десять мест в соревнованиях, установили нейрокоммуникаторы первыми. Эта штука состояла из нейромоста, внедренного в мозг, и коммуникатора. Располагалось это чудо науки за ухом в виде черного пластикового нароста.

На лекции нам разъяснили, что нейросеть бесплатно ставится только ветеранам. А нам, молодым, достаточно этого. Нейрокоммуникаторы многоразовые, дешевы в изготовлении и удовлетворяют все потребности рядового наемника. С его помощью можно управлять вооружением, различной техникой, выходить в галонет, вести видеосъемку, загружать информационные базы со знаниями до третьего уровня включительно. Но при сравнении нейрокоммуникатора с нейросетью выявляется значительное функциональное отставание первого. Это и слабый искин, и более сильная зависимость загрузки "Баз знаний" от интеллекта, и низкий обмен данными с мозгом, и невозможность установки имплантантов.

Счастливчикам сразу выдали считыватели "Баз знаний" и базы "Бронекостюм" и "Вооружение" первого уровня.

— Ты не рассказывай, с какой скоростью происходит загрузка "баз" и какие знания получил, — посоветовал мне отец. — Зависть опасное чувство и ему легко поддаются некоторые люди, а для нас главное время протянуть. Солдат спит — служба идет. Главное держаться в середине, незаметность наше все. Все же не Родину защищаем.

— Да понял, я понял, — ответил я.

В медкапсуле внедрили нейромост, а на следующий день вставили нейрокоммуникатор. Перед глазами появился логотип корпорации "Нейрком" и развернулся полупрозрачный рабочий стол. Медработник посоветовал свернуть его и пойти поспать в кубрике. Исследованиями лучше заняться завтра, так как синхронизация происходит около суток.

Пропустив двое суток после операции, я поставил на изучение базу "Бронекостюм" первого уровня. Через 23 часа запустил на установку базу "Вооружение". В среднем получилось, что на изучение одной базы первого уровня потребовалось около суток. Осторожно поинтересовавшись у других курсантов, я выяснил, что у многих на это уходит больше четырех суток. Я быстренько посчитал, 6*24 ч=144 часа, то есть около семи Земных суток на все базы первого уровня, которые есть у меня в наличии. Поэтому я решил сначала изучить все базы первого уровня, которые дал мне отец, а уж потом договориться с инструкторами о шести часовых практических занятиях. На практические занятия мы с отцом пришли в первой десятке.

Второй уровень баз я начал изучать с "Программирования" в надежде оптимизировать свой нейрокоммуникатор. Изучив "Программирование", я сразу залез в настройки нейрокоммуникатора и обнаружил, что он докладывает обо всех моих действиях искину станции. Также была возможность стороннего перехвата управления нейрокоммуникатором. И все это можно было исправить только с третьим уровнем базы. Я сразу нашел отца и рассказал ему об этой проблеме. Оплатив доступ в галонет, мы на одном из форумов нашли решение. Там советовали для блокировки этих нехороших функции установить базу второго уровня "Программирование". После этого появится возможность открыть доступ специалисту для настройки. Специалист должен иметь изученную и сертифицированную базу "Программирование" третьего и выше уровня. Отец тяжело вздохнул, и мы пошли к медтехникам. По пути отец поведал, как познакомился с ними.

— Запали они на девчонок в моем кубрике, а там я, такой весь крутой боец, их охраняю. — С иронией рассказывал он. — Ну, они подкатили ко мне, вино принесли, закуску. В общем, хорошо посидели. Они и посоветовали, у кого и по какой цене можно купить информационные базы. С девчонками они теперь дружат, у них же нет побочных эффектов после инъекции.

Доступ в медблок для меня был закрыт. Отец отправился к своему знакомому, оставив меня рассматривать потолок. Скучать мне не дали снующие туда-сюда медсестры. Они с интересом разглядывали меня, прикалывались и подшучивали. "Кого же ты ждешь, Иван-царевич?". Я напускал туману и делал загадочный вид, чтобы как золотую рыбку подсечь клюнувшую на меня девушку. Отец вернулся очень быстро и протянул базу "Боевая медицина" первого уровня.

— Фамилия моя — Балбес, сразу не сообразил, — сказал он, — в кредит пришлось взять. Ну и программирование для себя взял. Спасибо, что подсказал.

И понеслась веселая жизнь: тренажер-симулятор пехотинца, физподготовка, затем полигон с полосой препятствий в бронекостюме. Милашки-медсестры, зазывавшие меня в гости, ушли в прошлое, оставив приятные воспоминания и несбывшиеся фантазии.

Личное время нам немного, но выделялось. Мы с отцом тратили его на изучение баз. Каким-то образом отец договорился о разгоне. И мы один раз в неделю тайком приходили в медблок и проводили в капсуле всю ночь.

— Скорость обучения увеличилась почти в два раза, и это замечательно, — сказал отец. — Как только выучишь "Программирование" третьего уровня, пойдем покупать сертификат. Может программки какие установишь хитрые, заодно проведешь оптимизацию.

— Хорошо, поищу в галонете, готовь кредиты, бесплатно здесь только первый бит, — сделав умный вид, ответил я.

Мы планируем какие-то дела, планируем программу действий на несколько лет, однако никто не может знать, как располагает им бог. Главное верить, что иногда бог забирает серебро, чтобы взамен подарить золото. Вот только всякие изменения жизни связаны с тяготами, которые лягут на ваши плечи тяжким бременем. Вот и у нас планы через день поменялись кардинально.

Офис компании "Биоинжинеринг"

В кабинете начальника СБ находились два человека, вице-президент компании "Биоинжинеринг" Лер Винар и начальник Службы Безопасности полковник Гарус, выглядевший этаким крепким старичком. Кроме того, два аграфа, посланник клана "Сумеречная звезда" Фертониэль и заместитель главы клана Тайной Стражи аграфов Черониэль.

Лер Винар сидел молча с расфокусированным взглядом и хмурясь, что-то читал пришедшее ему на нейросеть. Полковник Гарус внимательно рассматривал аграфов. Те в ответ с бесстрастными масками смотрели на него, как на букашку. Никто не стремился первым начать разговор. Неловкая пауза затягивалась.

— Гхы-гхы, — прокашлялся Лер Винар и направил взгляд на посланника.

Тот посмотрел на Лера и спросил:

— Быть может уважаемый Лер Винар расскажет нам, как прошли тестовые испытания вакцины Джоре на новобранцах с дикой планеты Земля?

— Испытания прошли успешно. Подопытные, у которых обнаружили ДНК, близкую к генотипу Джоре, увеличили свои физические показатели от полутора до двух коэффициентов Эстера, регенерация организма бесподобна. К сожалению, вакцина отторгается другим генотипом вплоть до смертельных случаев. При сравнении, ваша последняя разработка ХМ5768976 проигрывает по всем показателям. К недостаткам стоит отнести много побочных эффектов, наблюдающихся на третьем году службы. Психологическая неуравновешенность выявлена у 90 % испытуемых, генетические изменения не более 30 %, много смертельных заболеваний на пятом году.

— Разрешите прервать вас, Лер Винар. СБ Империи Антран заинтересовались вашими разработками и высылают ревизионную комиссию. Если Император узнает, что мы предоставили вам украденную у него тридцать семь лет назад вакцину Джоре…

— Нас что, зачистят? — С испугом напрягся Лер Винар.

— Нет. Если вы во время боевых испытаний проведете устранение подопытных землян, обязательно с уничтожением генетического материала, то надобность в чистильщике отпадает. Все должно пройти незаметно. Тем более их немного, всего семьдесят пять разумных.

— Хорошо, мы сворачиваем обучение этой группы. У вас еще какие-то вопросы, посланник?

— Да, новый состав вакцины мы вам предоставили. От вас требуется провести испытание в ближайшее время на следующей группе землян. Мы надеемся, что наша совместная работа продолжится так же плодотворно.

После того, как аграфы ушли, полковник Гарус достал бутылку красного вина и молча разлил по бокалам. Когда они выпили, он спросил:

— Что будем делать?

— Все данные по этой группе уничтожить, а всех вакцинированных куда-нибудь зашли без возврата.

Система ВК№ 5767 планета Тромс

Вот уже неделю выпускные экзамены наш батальон сдает противнику. Не выдержали испытания пока двое.

Наш наниматель корпорация шахтеров "Копатель 22". У них проблемы с конкурирующей корпорацией "Копатель 11" из-за шахты с редкоземельным минералом. Спор давний, мирные переговоры ни к чему не привели. Суд Содружества вынес решение в пользу корпорации "Копатель 22". Вот только во фронтире многие вопросы принято решають силой, у кого больше пушки на космических кораблях, тот и прав. Как только судья сказал "Судебное заседание окончено", произошел рейдерский захват шахты с редкоземельным минералом. Корпорации "Копатель 11" попыталась использовать свой последний шанс. Основные силы они расположили в районе шахты "Глубокая". Тяжелая штурмовая пехота рейдеров заняла оборону в космопорту для предотвращения высадки десанта. Даже в город, где проживали шахтеры, рейдеры ввели до батальона пехоты. Мне было неизвестно, какими силами наши наниматели блокировали систему в космосе, но в живой силе и по вооружению наземные войска имели существенное преимущество. Однако быстрого возвращения имущества не произошло. ЧВК пришлось с тяжелыми боями выбивать конкурентов из космопорта.

Группе К3244, состоявшей из пяти усиленных батальонов, в которую входил наш взвод, требовалось освободить огромные складские комплексы космопорта. Взвод подчинили технической группе в качестве усиления штурмовых дронов. Предполагалось, что боевую работу будут выполнять дроны, а пехота, продвигаясь за ними, произведет контрольную зачистку объекта от противника. Первые два дня так и происходило. Перед штурмом миниатюрные дроны незаметно поникали внутрь здания или складского комплекса и докладывали операторам подробную информацию об обстановке внутри. Готовили подробную 3D карту с помощью датчиков и лазерного сканирования. После разведывательных действий в бой вступали штурмовые дроны, проводившие первичную зачистку помещений. За ними шли наемники прогулочным шагом, постреливая по подозрительным углам. Однако на третий день от весёлого и беззаботного настроения не осталось и следа. При штурме торгового комплекса мы потеряли убитыми двух человек и пятнадцать дорогущих штурмовых дронов. Засаду противник организовал как по учебнику. Позволил войти в здание, после чего активировал аппаратуру радиоэлектронной борьбы, излучающую светошумовые и электромагнитные импульсы (ЭМИ). Дроны ослепли и замерли как истуканы. Вражеский боевой десяток приблизился и приступил к деактивации, намереваясь разбогатеть за наш счет. Мы возмутились подобной наглости, и вступили в бой с открытым забралом. Это не означает, что мы открыто, без подвоха и с честными намерениями, приступили к уничтожению врага. Дело в том, что в ослепших бронекостюмах много не навоюешь. Дронов мы вернули. Десяток наглецов сбежал изрядно ощипанный, но непобежденный. На следующий день сменив тактику, отбили торговый комплекс. Теперь в первой линии наемники шли вместе с штурмовыми дронами. Риск возрос, но и прибыль от мародерства возросла.

В складских комплексах космопорта находились на хранении различная техника, минералы, добываемые в шахте, одежда, продукты и вина, иногда счастливчики могли найти и дорогую электронику. Наемники забивали свои вещмешки различными ценностями для того, чтобы обменять на кредиты, с надеждой потратить накопления с большим размахом после военной компании. Мы с отцом придерживались другого мнения. Которое выражалось словами "мертвым деньги не нужны". Вследствие чего мы найденные трофеи меняли у интендантов на улучшенную защиту бронекостюмов и более мощное вооружение. Хочешь выжить на войне, усиливай вооружение и защиту себя любимого всеми доступными средствами. После наших стараний на моем бронекостюме закреплены как новогодней елке сканер, энергощит второго уровня, станер, ЭМИ гранаты и много другой необходимой военной мелочи как для разведки, так и для защиты. Отец успел приобрести все это достаточно дешево.

По прошествии месяца цены на защиту взлетели в разы. А вначале боевых действий сержант убеждал, что в бронекостюмах мы неуязвимы как Ахиллес. Потери показали, что наш бронекостюм МБ400 (малобронированный) это сплошная Ахиллесова пята для лазерных и плазменных штурмовых комплексов. Даже усиленный бронекостюм не спас нашего сержанта, он получил ранения несовместимые с жизнью.

В тот день мы как обычно штурмовали высотное здание. Сержант дал приказ нашему отделению начинать зачистку с чердака. Ну а сам он должен был руководить атакой с первого этажа. Мы привыкли, что нам противостоят такие же наемники-новички. Их немного попугаешь, и они сдаются. В контракте был отдельный пункт о выкупе наемника, попавшего в плен, чем новички и пользовались. В этот раз попались ветераны, для которых рейтинг имел огромное значение и когда их прижали сверху, не колеблясь, они пошли на прорыв. Ведь крыса, которую загнали в угол, смертельно опасна, а опытные вояки втройне.