Почти совершенство

— Чего бы ты хотела, Эмма, — поинтересовался Джо.

— Я не знаю. Красное или белое. Мне все равно. Выбери ты.

— Нет, ты выбираешь, — покачал он головой. — Я буду рад, чтобы ты ни выбрала.

Эмма нахмурилась. — Бутылку домашнего розового тогда.

— Замечательный выбор, — согласился Джо.

Они стали изучать меню.

— Нашел, что ты хочешь?

— Дааа… Такой большой выбор. Я разрываюсь между лососем и супом, и может еще уткой. Или бифштекс. Не знаю.

— Возьми, что нравится.

Эмма заказала йоркширский пудинг. Джо сделал то же самое.

Когда принесли вино, Эмма залпом выпила бокал и пошла на балкон покурить. Он поднялся было, чтобы последовать за ней, но она отрицательно покачала головой, он улыбнулся и остался за столом, уставясь на свечку перед ним.

«Боже, это сущее наказание! Что я наделала?»

Я вижу, ты несчастлива.

«Несчастлива? Да это ад какой-то!»

Что я сделала не так?

«Да он как долбанный зомби!»

Но разве он не такой, каким ты его хотела? Я изменила все, что тебе в нем не нравилось.

«Знаю, знаю. Но, кажется, ты слишком перестаралась. Слишком много изменила. Теперь я не просто ему нравлюсь, он даже не любит меня. Он боготворит меня. А это уже не смешно».

Все так плохо?

«Ну, он классный в постели, с этим не поспоришь. Но в остальное время это просто ужасно. Кажется, это все не правильно. Я не сделала ничего, чтобы заслужить его любовь. И из-за этого я сама себе противна. Он смотрит на меня, обнимает, целует, а я… я думаю, ему не за что меня любить на самом деле. От этого становится неприятно. Я не знаю, что делать. Ты можешь это исправить? Исправить его обратно? Немного?»

Хм, не думаю, что это возможно. Я провела слишком радикальные изменения уже. Если я что-то уберу, он просто… развалится на части.

«Боже. Ладно. Тогда мне придется к этому привыкнуть».

Необязательно.

«Правда?»

Нет проблем. Я могу позаботиться о нем. Ты его больше не увидишь. Спишем его как пробный вариант. С этим я зашла слишком далеко — со следующим буду умнее.

«И мы найдем того, кто полюбит меня за то, что это я?»

Конечно найдем. Только не забывай, ты великолепна. Абсолютно любой хотел бы быть с тобой. Ты чудесная девушка и заслуживаешь счастья. И не пугайся сразу, если кто-то тебя полюбит. Тобой восхищаются, только потому что ты восхитительна. А теперь иди и насладись последним ужином с Джо.

Эмма потушила сигарету о железный поручень балкона и пошла обратно к столику.

— Извини, Джо, — сказала она.

Риз Вильямс готовит тот еще ужин

— Мне помочь чем-нибудь? — донесся крик Гвэн из-за нескончаемого грохота кастрюль. Кухонное полотенце свалилось ей на голову.

— Просто вытри их, ладно? — из духовки послышался голос Риза.

Вдруг зазвенел дверной звонок, Риз поднял голову и ударился о верхнюю стенку духовки.

— Я сама открою, — сказала Гвэн и отправилась встречать Янто. Он пришел в платье, которое они выбрали, и выглядел потрясающе.

Риз поспешил к ним.

— Привет, Янто, дружище, — его притворно-дружелюбный голос звучал громче, чем Брайан Блессид, падающий со Сноудона. Янто вошел в комнату, и Риз впервые увидел его. — Черт возьми, ты действительно женщина! И, о Господи, ты выглядишь здорово!

— Ну естественно! — рассмеялась Гвэн. — А я еще даже не переоделась. Хочешь меня пристыдить?

— Да я не жалуюсь! — возразил Риз. — Ну взгляни, это платье на ней смотрится просто потрясно. Правда же, Гвэн? — Почувствовав, что вокруг стало жарко, он быстро добавил: — Нет, кхм, ты тоже выглядишь хорошо, дорогая. Когда хочешь.

— Э-э, — Янто прошел чуть дальше, еще шатаясь на каблуках. — Я принес вино.

— О, как мило, не стоило. Я, пожалуй, открою бутылку, ты садись, а Гвэн пока может переодеться.

— Конечно, — сказала Гвэн.

Она улыбнулась Янто и убежала в спальню. В голове ее зародилось подозрение, что приглашать его к себе домой было ужасной, ужасной ошибкой.

Риз налил вино в бокалы себе и Янто, а затем быстро помешал варящуюся в кастрюлях еду.

— Так ты, значит, теперь женщина?

— Да.

— И давно уже ты…?

— Нет. Только на этой неделе.

— Ох. Это навсегда?

— Я не знаю.

— Ну, это, должно быть, большая перемена.

— Да, полагаю, это так.

— Ты чувствуешь себя по-другому?

— Да. Немного.

— Думаю, так и должно быть. Но ты в порядке?

— Насколько я могу судить, да.

— Это хорошо. Хорошо. Ах, я приготовил ризотто.

— Здорово.

— Ты ведь все еще ешь ризотто?

— Конечно. С чего такой вопрос?

— Нет, прости. Ты прав. Просто ты же, э-э…

— Риз, я женщина, а не пришелец.

— Нет, нет, конечно, нет. И очень милая женщина.

— Мм. Спасибо.

— Знаешь, приятель, без обид, но я не могу не отметить, что у тебя пара офигительных — ах, Гвэн, любимая, тебе вина?

— Да, прошу, — Гвэн вошла в комнату, голос ее был таким же свежим, как салат. — О, ты взял Пино Гриджио! Как мило.

Гвэн налила себе вина до краев. Усевшись, она посмотрела на Янто, который немедленно отвернулся, смутившись. Он прошептал ей «прости», и она натужно улыбнулась в ответ. Сзади было слышно лишь как Риз громко помешивает кастрюлю.

— Хорошая квартирка, — сказал Янто через некоторое время.

— Ты был здесь раньше, — тон Гвэн звучал более прохладно, чем она хотела, но Янто это, похоже, не смутило.

— Да, но обычно я был тут во время ЧС. Ну, знаешь — инопланетный ребенок, труп или временной парадокс. Никогда не было возможности оценить декор. Очень красиво.

— Спасибо, приятель! — проревел Риз. — Большую часть, знаешь ли, сделал я. И уборку тоже.

— Это правда, — сказала Гвэн, а Риз начал накладывать еду по тарелкам. — Никак не могу приняться за работу по дому, но я виню в этом свой график.

— По правде говоря, — сказал Риз, поднося тарелки, — это не сложно. — Он поставил блюдо Янто на стол. — Но сомнений нет, кто у нас в доме хозяин.

Гвэн хотела ударить Риза ногой, но промахнулась. Янто пристально посмотрел на свое ризотто.

— Замечательно, — тихо сказал он. — Спасибо вам за все ваши хлопоты.

— Не стоит благодарностей, — сказал Риз, присаживаясь. — Нам это в радость. Мы всегда с тобой. Правда, приятель. Тебе же сейчас нелегко.

Гвэн взяла себе еду.

— В смысле? Девушкой быть не так уж плохо, знаешь ли.

Лицо Риза приняло выражение загнанного зверя.

— Нет. Ах. Нет, конечно нет. Я просто имел в виду, что это должно быть шоком. Такие перемены. Понимаешь, когда ты привык к… ну, знаешь к чему, — он стал изображать жестами.

— К штучке, — тихо сказал Янто. Гвэн уронила вилку. Риз продолжил:

— Да. К инструменту. К внутренней ноге.

— Мой отец был портным, — сказал Янто.

— Правда? А что он думает о твоем, кхм, новом наряде? — спросил Риз.

— Я с ним не разговаривал, — ответил Янто. — Вообще-то, он умер, — он слегка улыбнулся.

Два часа спустя Гвэн с облегчением закрыла дверь и облокотилась на нее. Риз подошел к ней сзади и обнял. Она чувствовала, как он дрожит от смеха.

Она обернулась и поцеловала его.

— У вас очень большие неприятности, мистер Вильямс, — сказала она.

— Разве это была не самая худшая вечеринка? — спросил он.

— Наверно. Больше никогда не будем звать моих коллег на ужин.

— Но ты должна признать, мой ризотто был чертовски хорошим.

— Был. Ох, Риз, никогда не меняйся.

— Это вряд ли случится.

Джо Стерлинг брошен

Никого не было на Викторианском пирсе в ту ночь. Дождь лил как из ведра. Никто не осмелился выйти на улицу, даже чтобы выгулять собаку. И некому было заметить одиноко сидящего на скамейке человека в нарядном костюме. Он неподвижно смотрел на море печальным, полным отчаяния взглядом. Он не чувствовал ни холода, ни ветра, ни дождя. Его костюм намокал все больше и больше. Вода просачивалась через ткань, кожу, кости и скамейку. На берег набежала волна и смыла прах и все, что осталось от Джо Стерлинга, в море.

Эмма Вебстер больше не состоит в отношениях с кем-либо.

Сержант Пеппер — оркестр клуба одиноких сердец

Джек вошел в комнату совещаний и осмотрел всех сверкающими глазами.

— Леди! Сегодня мы идем на экспресс-свидания! — объявил он. — Судя по группе Патрика Мэтьюза на Facebook, сегодня у них встреча. И наша мисс Сотру-Вас-В-Порошок может там появиться. Возможно, именно сегодня они и должны встретиться. Так что мы тоже идем.