В шаге от соблазна

– Марси не шутила, – заметила Лили.

– Уборка займет целую вечность, – ляпнул Ной, чувствуя себя настоящим ослом: надо же такое сморозить?! Лили, как никто другой, заслуживала всего этого и даже больше, а он все испортил.

Она разочарованно взглянула на него.

– Не можем же мы вызвать горничную. Держу пари, ни у кого нет сомнений, что мы уже разделись и я делаю тебе эротический массаж.

Воображение услужливо нарисовало Ною соблазнительную картину: обнаженная Лили ласкает его. И сдерживаться стало почти невозможно. Он желает ее больше, чем какую-либо другую женщину! И вот она, рядом. В каких-то нескольких сантиметрах от него! А может, шут с ним со всем? Что, если схватить ее на руки и поцеловать? Что, если им заняться любовью? Разве это кому-то повредит?

– Знаешь что… – начала Лили, и у Ноя перехватило дыхание. Может, она сейчас скажет, что они должны сделать это, чтобы горничные не выдали их? – Если бы все это увидела Шарлотта, она бы долго смеялась. Она предупреждала меня, что ты попытаешься соблазнить меня. Что не сможешь удержаться. А все эти цветы и свечи должны были бы еще больше распалить тебя.

Вот и ответ. Шарлотта не сомневалась, что он поведет себя так с Лили, потому что так он вел себя всегда. Точно так же, как их отец. Нет, он не хочет, чтобы эти предположения оправдались!

– Моя сестра считает, что хорошо знает меня. Но ты сама сказала, что я не такой. И я сам намерен быть джентльменом целиком и полностью. Да, именно так!

Лили подошла к изголовью кровати и откинула покрывало.

– Что ж, отлично. Но мы-то должны показать всем иное.

С этими словами она резко сдернула покрывало с кровати, так что цветки орхидей на мгновение взмыли в воздух, а потом посыпались на пол.

– Я хочу умыться и почистить зубы. День выдался долгий, я очень устала. – И она скрылась в ванной, оставив Ноя в полном душевном раздрае.

Он плюхнулся навзничь на кровать и уставился в потолок. Скоро Лили вернется. И они будут спать в одной постели. И он должен сделать так, чтобы между ними ничего не произошло. Даже если это убьет его.

Глава 7

Лили пережила эту ночь. Она проснулась рядом с Ноем и позавтракала с ним. Она пережила это утро и часть дня, не обращая внимания на то, как он хорош и невозможность сделать передышку и побыть наедине с собой. Шаг за шагом она с этим справилась. Но теперь, когда они собирались на свадьбу и на ней было шикарное синее платье, которое Ной, скорее всего, даже не заметит, она почувствовала, как сильно устала от всего этого.

У них в холодильнике стояли уже три бутылки шампанского: третью принесли утром на завтрак вместе с тропическими фруктами и омлетом. Они не заказывали, но Марси и Лайл все равно прислали. Видимо, помолвка Ноя и Лили их сильно взволновала. Что ж, хоть кто-то ею интересовался. Потому что Ною, очевидно, было наплевать.

И Лили это ужасно расстраивало.

Чпок! Она подождала, пока пена осядет, и налила в бокал шампанского.

– О, решила открыть одну, – заметил Ной, выйдя из спальни, одетый для свадьбы. Выглядел он, разумеется, превосходно. Словно сошел со страниц модного глянцевого журнала.

– Что ж оно зря стоит.

– Можем вылить его перед отъездом.

Лили сделала глоток. Вкусное. Изысканно сладкое. Впервые за последние несколько часов она получала настоящее удовольствие. Быть рядом с Ноем оказалось ужасно сложно, это просто убивало ее.

– Не будем мы его выливать. Оно слишком хорошее. Я вот налью лучше тебе бокал. – Согласия его Лили ждать не стала. Может, хотя бы шампанское его хоть немного расслабит.

– Только немного. – Ной тоже сделал глоток. – Да, ты права. Очень вкусное. Выпьем все до капли.

– Дело говоришь. – Лили почувствовала себя немного лучше. Вот этого Ноя она обожала. Однако ей не давало покоя его странное поведение накануне вечером и сегодня утром.

– Могу я спросить? Я сделала что-то не то и ты рассердился? С тех пор как мы сюда приехали, ты сам не свой. Мы в настоящем раю, но тебе, похоже, не до веселья.

Он сделал еще глоток и уставился на мыски своих туфель.

– Волнуюсь за сделку с Ханнафортом. Ее успех зависит по большей части от нас, какое уж тут веселье. И еще все это как-то неправильно. Нечестно. Он ведь готов вести с нами дела, считая, что все мы придерживаемся традиционных семейных ценностей. Как мы заварили такую кашу?

– Каша еще та, но ведь с его же подачи. Так что придется с этим разбираться. Я одного не понимаю: ты сказал, что мы в деле вместе, но все время игнорируешь меня, и мне это неприятно. – Ну вот, сказала, и на душе стало легче. Даже если Ной ответит, что она слишком остро реагирует, – не важно.

Ной одним глотком допил шампанское.

– Знаешь, Лили, иногда мне трудно находиться рядом с тобой. Ты очень красивая женщина и нравишься мне. Но ты еще и ценный сотрудник компании. Сойер снял бы с меня голову, если бы я к тебе хоть пальцем прикоснулся. И, откровенно говоря, я бы сильно разочаровал сам себя. Так что да, за последние сутки было несколько моментов, чересчур болезненных для меня.

Лили чуть не задохнулась. Это был не тот ответ, которого она ожидала.

– Вот это да…

– Прости. Я не должен был этого говорить.

Лили протянула руку и прикоснулась к его плечу. Казалось, это прикосновение замкнуло цепь и по их телам пробежал электрический заряд.

– Нет, что ты. Я рада, что ты сказал. Просто я боялась, что ты находишь меня непривлекательной.

– Совсем наоборот.

Ее щеки залила жаркая краска.

– Если тебе станет легче, мне тоже приходится нелегко. Ты слишком сексуален, и мне сложно изображать полное равнодушие.

Он одарил ее своей знаменитой магнетической улыбкой.

Их захватывающую беседу прервал сигнал телефона: Ною пришло сообщение. Он выудил мобильный из кармана.

– Это Шарлотта. Они с Майклом заняли нам места. Похоже, надо идти.

Лили допила шампанское, заткнула пробкой бутылку с остатками и убрала в холодильник.

– Как бы там ни было, допьем вечером. На пляже.

Удивление на лице Ноя стало для нее бесценной наградой. Надо почаще заставать его врасплох.

Недолгий путь к месту церемонии они прошли, держась за руки.

За бассейном среди буйной тропической зелени рядами были расставлены белые стулья, украшенные гирляндами белых цветов. Посередине между двумя секциями мест для гостей атласная ковровая дорожка вела к венчальной арке из бамбука, пышно обрамленной лилиями и орхидеями. Идеальная картина. О такой мечтает каждая невеста. Чтобы отвлечься от грустных воспоминаний о собственной несостоявшейся свадьбе, которую до мелочей она спланировала лично, Лили стала прикидывать, во что обошлось это убранство. Да, Ханнафорты не поскупились на расходы.

Наконец они отыскали Шарлотту и Майкла.

– А где Сойер и Кендалл? – поинтересовался Ной.

– С прошлого ужина Кендалл неважно себя чувствует. Вряд ли они придут на церемонию.

– Надеюсь, с ней ничего страшного, – произнесла Лили.

– Я тоже. Она сказала, что ребенок толкается как сумасшедший, и утром ее осмотрел врач, друг Ханнафортов. Ей нужно больше отдыхать, – ответила Шарлотта.

Ной нахмурился и положил ногу на ногу.

– Все в порядке? – прошептала ему на ухо Лили, воспользовавшись возможностью насладиться ароматом его парфюма.

– Да. Просто меня раздражает, когда Сойер не рассказывает мне, что происходит. Оказывается, Кендалл больна, а мне об этом ничего не известно. А если это что-то серьезное?

Лили ласково взяла Ноя за руку и переплела свои пальцы с его.

– Все в порядке. Уверена, он не нарочно. И знаешь, возможно, он не хочет проявлять перед тобой слабость. Не хочет, чтобы ты видел его расстроенным. Ему проще пожаловаться Шарлотте.

Ной взглянул на Лили и мягко улыбнулся:

– Да, наверное, ты права. Спасибо.

– Обращайся, – улыбнулась в ответ она.

Заиграла музыка. Жених и его друзья заняли свои места у арки, священник уже стоял посередине помоста, сложив перед собой руки. При первых звуках знаменитого канона Пахельбеля Лили невольно почувствовала волнение: как миллионы других невест, она когда-то выбрала эту музыку для своей свадьбы в качестве прелюдии к важнейшему в жизни моменту.

Сегодня же каждая нота отдавалась в ее душе болью. Она хорошо помнила, как стояла в церкви, когда прибежала ее кузина и объявила, что жених не явился… Именно под эту музыку Лили бросилась на поиски Питера. Позже она узнала, что органист сыграл ее семь раз, прежде чем она вернулась и сообщила гостям, что свадьба не состоится.

Заиграл «Свадебный хор» Вагнера, и гости дружно встали. Когда Лили обернулась и увидела Анни Ханнафорт под руку с отцом, сердце ее ухнуло куда-то в живот. Анна была одета почти в такое же платье, какое было на Лили в день ее страшного позора. Белоснежный матовый атлас, изящный корсет без бретелек, обтягивающий стройную талию, пышная юбка в пол… Лили завороженно наблюдала, как невеста и ее отец прошествовали мимо.

Ной положил руку Лили на плечо, и она вдруг почувствовала, как по щекам текут слезы. Она зажмурилась и постаралась взять себя в руки. Ее расторгнутая помолвка осталась в далеком прошлом. Ей больше не больно… Но беда в том, что мечта все еще жила в ее душе. И Лили захотелось убежать отсюда.

Она с усилием открыла глаза. Невеста уже стояла рядом с женихом, Лайл присоединился к Марси. Все шло как положено, но Лили ощутила тошноту. Наверное, даже на похоронах она чувствовала бы себя лучше. Лили глубоко вдохнула, стараясь отогнать образы разгневанного отца, старавшейся держаться мужественно мамы и шокированной бабушки, которая переживала больше всех. Через два месяца ее не стало. Тогда Лили видела ее в последний раз.

– С тобой все в порядке? – прошептал ей на ухо Ной. Ей хватило сил лишь кивнуть, глядя строго перед собой. Она вовсе не хотела, чтобы Ной заметил, как ей больно. Пусть думает, что ее просто волнуют свадьбы.

И вдруг он сделал то, к чему она была совершено не готова: обнял ее, притянул ближе к себе и нежно поцеловал в висок.

– Это же свадьба, Лил. Плачь, если хочешь, это нормально.

Слабая улыбка озарила ее заплаканное лицо. Что бы она делала без милого Ноя? Такой чувственный, красивый… К тому времени, как им надо будет вернуться во Флориду, она точно окончательно потеряет от него рассудок.

* * *

Два часа спустя Лили чувствовала себя гораздо лучше, и все благодаря Ною.

Она вяло передвигала вилкой по тарелке кусочки свадебного торта – есть совершенно не хотелось, – пока он в десятке метров от нее весело общался с двумя девчушками. Дружно хихикая, малышки надели ему на голову венок, потом взяли его за руки и повели в круг танцующих. Ной был таким очаровательным душкой, что это казалось несправедливым.

Через пару минут он отдал девочкам венок, попрощался с ними и вернулся к Лили. Он был так хорош, что казался каким-то нереальным. Улыбка на его лице явно свидетельствовала о том, что он совершенно расслаблен.

Ной взял свой бокал и сделал хороший глоток вина, взглянув на наблюдавшую за ним Лили.

– Жажда одолела? – игриво осведомилась она, мысленно досадуя на саму себя. Невольное двухлетнее воздержание и полное душевное истощение оттого, что вот он рядом и в то же время такой недоступный, давали о себе знать: сейчас она желала его сильнее, чем когда-либо раньше. Логика подсказывала, что в иных обстоятельствах, оказавшись в столь непринужденной и расслабляющей обстановке, они наверняка поддались бы порыву, но реальная ситуация требовала от них быть разумными и сдержанными.

– Танцевать с этими девочками оказалось весьма утомительно.

– Не сомневаюсь. Да, похоже, все уже утомились, да?

– Это не важно. Я ведь до сих пор ни разу не танцевал со своей невестой. Это надо срочно исправить.

Невестой… Если бы!

Ной протянул ей руку и даже подмигнул, но Лили напомнила себе, что дело тут вовсе не в желании танцевать с ней, а в их представлении – ведь Лайл и Марси были сейчас на танцполе. Что же, пусть они только притворяются парой, странные обстоятельства вновь дают Лили возможность осуществить одну из ее сладких фантазий – танцевать с Ноем, наслаждаться его объятиями.

Она подала ему руку, и он немедленно обхватил ее ладонь своими теплыми длинными пальцами. Встала, и он, нежно положив другую ладонь на ее спину, повел танцевать. Лили словно шагнула в другой мир, где мерцали жемчужно-белые огни, дул приятный бриз и царила романтика. Никакого напряжения – вокруг только счастье и праздник любви. Ной обнял ее и прижал к себе. На миг их дыхание перемешалось. На его губах играла умопомрачительная улыбка. Лили отдала бы что угодно, чтобы каким-то чудом остановить этот волшебный момент и остаться в нем навсегда.

Марси взглянула на них и заулыбалась. Лили тоже было очень приятно смотреть на хозяев праздника. Лайл и Марси были явно влюблены друг в друга. Это читалось в их взглядах и прикосновениях.

– На что это ты смотришь? – полюбопытствовал Ной.

– На Ханнафортов. Они так любят друг друга.

– Откуда ты знаешь?

– Это сразу видно.

– А может, они притворяются, как мы?

Это замечание больно ранило ее. Пессимизм в голосе Ноя был неприятен ей гораздо больше напоминания об их маскараде.

– И почему ты так считаешь?

– Мой отец смотрел так на всех женщин. Вот точно так, как Лайл смотрит на Марси. Поверь мне.

– Мои родители тоже смотрят друг на друга именно так. И они до сих пор любят друг друга. Они счастливы вместе уже тридцать лет.

– Даже не представляю, как можно так долго сохранять чувства к одному человеку. И ты тоже рассчитываешь на подобное?

Лили покачала головой.

– Так говорят все убежденные холостяки. Но ты не должен объяснять свой выбор. Нет ничего страшного в том, чтобы быть одиночкой. Взгляни на меня, я тоже одна. И в общем-то счастлива.

– Почему это происходит? – Он посмотрел ей в глаза. – Точнее, как именно?

– Я не понимаю вопроса.

– Ну вот ты искренне веришь в любовь и романтику. Ты явно была растрогана сегодня и на свадьбе Шарлотты тоже. Так почему бы тебе не найти хорошего парня – и вперед?

Если бы он только знал, что все далеко не так просто…

– Можно ведь за всю жизнь не встретить того самого человека.

– Ах, этот неуловимый «тот самый человек». Который не беспокоится об угасании чувств. Не встречается с десятками женщин. Я прав?