Мертвые игры 7

Сидя в сторонке, с чувством легкой гордости я поглядывала на Норта, взявшего руководство на себя. Или не легкой. Было и удивительно, и волнительно, и даже немного не верилось в то, что он сумел переступить через враждебность и недоверие, и выложить все карты на стол, обозначив уровень проблемы. И теперь лучшие некроманты решали проблему, слаженно и решительно. И как-то очень уверенно, как задачу на боевой практике. Хладнокровно, обстоятельно и уверенно.

Наверное, именно в этот момент я поняла, что очень жду финального сражения и того мгновения, когда Ульгер Шерарн поймет, как сильно он просчитался.

И я тихо вышла, прихватив с собой рюкзак.

***

Покинув лабораторию, постояла несколько секунд, затем свернула к секретному входу, в лабораторию отданную Гаэр-ашем ученику отступника.

Ктар работал. Самозабвенно и радостно что-то напевая, он проводил эксперимент с кровью, который подходил к самой стадии краха, потому что медь парень умудрился перепутать с цинком.

- Ба-бах, - сказала я, стоя в дверях.

- Да, но я же еще не знаю, какой он будет, - весело отозвался Ктар.

Ба-бах обещался быть громким, и я вышла, закрыв дверь и следом секретный вход. Грохот от взрыва услышала отдаленно, уже выходя в холл дома Гаэр-аша, и лишь улыбнулась, закрывая вход и думая о том, что Ктар едва ли заметит, что окончательно остался в этой реальности, если ему просто предоставить лабораторию для работы…

И на этом мои мысли закончились, потому что в холле сидели маги, и их взгляды сконцентрировавшиеся на мне я ощутила почти физически. Чувство паники накрыло практически бессознательно. Они все продолжали сидеть, едва ли кто-то хотя бы пошевелился, но движение ветра и я ощущаю прикосновение к щеке, следом еще более легкое прикосновение к губам, и мне точно не показалось!

- Я вот как-то подзабыл, а куда Калиан Анревер отправляли на время инициации? - спросил вдруг один из магов.

- В Университет Магических Наук, - ответил ему кто-то, - там этих выродков Хаоса три штуки было, всех разом и выслали из столицы во избежание… собственно вот этого.

Торопливо ушла к лестнице, взбежала почти на самый верх и услышала, словно касанием у виска: «Кошечка…». Мерзко стало настолько, что захотелось вымыться.

Быстро дошла до комнаты, открыла дверь, вошла и закрыв дверь за собой, заперла на два проворота ключа.

- А я говорил, драпать надоть, - глубокомысленно произнес Ыгырх, в костюме горничной восседающий на кресле у окна, и читающий мой учебник по боевой некромантии. – Да, ваша эрудированность, говорил же?

Гобби не отреагировал. Сидя за столом, он мрачно смотрел на листок, который я сегодня уже видела в папке лорда Эллохара – тот самый с описанием обряда инициации.

- С трудом, но стащил! – гордо признался мне Ыгырх.

Невесело улыбнувшись, отнесла рюкзак на место, сходила умылась, после пришла и села на против Габриэля. Гоблин поднял на меня мутный нерадостный взгляд, постучал синим ногтем по бумажке и… И я перестала дышать. Ноготь был синим! Не коричнево-зеленым, как полагается трупу, не черным, как у трупов подвергшихся изменениям, а синим. Живым, синим ногтем.

- Габриэль! - прошептала потрясено.

И зомби перевел взгляд на свои руки. Застыл, поднял обе ладони к лицу, изумленно рассматривая.

Вскочив с места, я подбежала к нему, опустилась на колени и быстро принялась расстегивать все, что склонный к декорированию себя гоблин, успел на себя же напялить – камзол, жилетку, рубашку, порвала практически обнаружившуюся под всем этим шелковую черную майку и замерла - артефакт Кхада, усиленный венозным плетением и древней рунической магией работал. Работал настолько великолепно, что я заподозрила, что магию он тянул из всего, включая вчерашнюю траурную церемонию, дом Гаэр-аша, магию у сидящих внизу магов и в целом все, что только мог. Потому что сидящий передо мной сейчас зомби был собственно первой свежести. От повреждений, порванных связок и раздробленных костей не осталось ничего! Идеальная синеватая кожа под плетением из шелковых нитей, ровная, цельная, угадывающаяся под ней мускулатура. Все, что еще было мертво – глаза, сердце и собственно мозг.

- Да, я тоже заметил, что он стал лучше выглядеть, - глубокомысленно заявил Ыгырх.

- Ыыы, - просто сказал Гобби.

Я же просто села на пол, вглядываясь в артефакт Кхада. Проблема в том, что сейчас, в состоянии замедленного пробуждения этой крови, я не видела ничего. И все, что было доступно моему взгляду - только явно ставшая более сверкающей капелька ртути в основании артефакта.

Секундное размышление, и схватив нож для бумаги со стола, я проколола палец.

- Ы! - издал гоблин протестующее.

Но я не слушала. Стремительно поднесла руку к артефакту, сжала палец, так чтобы капля упала в самый центр и вздрогнула, испуганно дернувшись. Потому что передо мной был не просто артефакт Кхада, передо мной была энергетически функционирующая система… уже даже не то чтобы Кхада, скорее артефактическая система Кхада-Каро. И потоки курсировали по ней целенаправленно, так как если бы сам артефакт был мозгом, а сплетенная из шелковых нитей подобная венозной система, действительно была венами. Артефакт сам контролировал степень восстановления организма, перераспределял энергию для питания уже оживших участков тела, и копил энергию, действительно копил, понимая, что для запуска сердца и оживления мозга ее потребуется в сотни раз больше чем сейчас, для поддержания организма. И это могло означать только одно – артефакт стал живым. И это собственно была та основная причина, по которой черные артефакторы находились под запретом практически во всех государствах – мы были способны создавать то, что в свою очередь могло начать собственное разумное существование.

Гобби потянулся к внутреннему карману, достал блокнот и написал:

«Он говорит».

- Требует энергию? - выдохнула я.

«Да. Постоянно», - подтвердил Габриэль.

Начальная форма существования…

Я протянула руку, коснулась сверкающих соединенных магически колец артефакта, и попросила:

- Если у нас все получится, отпусти его.

Гоблин очень странно на меня посмотрел, но все же написал:

«И куда ОНО пойдет?»

- К сердцу Некроса, - как-то сразу догадалась я.

И если учесть, что сердце принадлежит дракону, в теле которого сейчас расположен дворец Властителя Хаоса… зная настойчивость оживленных артефактов, от дворца останется… собственно живой дракон. И я поняла, что улыбаюсь. Просто сижу и улыбаюсь, потому что чтобы не произошло на финале Мертвых игр, можно с уверенностью процентов на восемьдесят утверждать, что живыми останутся Гобби и… в будущем дракон, тот самый что когда-то ценой жизни защитил принца Роана.

Поправила майку Габриэля, все остальное заправил и застегнул уже он сам. Вопросительно посмотрел на меня - я продолжала сидеть и улыбаться. Все-таки не каждый день созданный тобой артефакт оживает. У меня вообще этот день был первым в жизни, и оживший артефакт тоже был первым. И это было удивительное чувство создания, светлое и какое-то совершенно волшебное.

Стук в дверь прозвучал неожиданно. В единый миг смазанной тенью ушел в окно Ыгырх, разом исчезнув, я поднялась, вытерла залетевшие после манипуляций с открыванием окна снежинки, и пошла к дверям.

Совершенно напрасно, потому что в следующее мгновение двери осыпались черным пеплом, но пытавшийся проникнуть ко мне маг с неестественно светлыми, совершенно стеклянными глазами, исчез, сметенный волной синего пламени.

Следом на входе возник Гаэр-аш, с исследовательским интересом осмотрел дверной проем, пепел, который раньше был дверью, и сообщил:

- Сейчас заменят.

Я даже знать не хотела, что вот это только что было!

Просто не хотела знать. И когда где-то внутри дома что-то взорвалось, и прозвучал чей-то болезненный хрип, раздавшийся следом, тоже не особо хотела знать, если честно.

Дверь заменили спустя четверть часа, не более. Поставив массивную железную, вместо той, что была до этого. Боевая нежить работала тихо, быстро, бесшумно, и качественно. Почти одновременно с дверью, за окном установили решетку, и та вспыхнула призрачным голубым сиянием, едва была зафиксирована. Призрачно-голубые линии протянулись по стенам, скапливаясь на двери. Я понимала, что все это для моей защиты… но от ощущения тюрьмы отделаться было непросто.

- Глупое ощущение, - ректор вошел в мою комнату, натягивая на ходу перчатки. И отдал распоряжение: - Из комнаты не выходить, никому кроме Норта не открывать, обед тебе принесут сюда.

Молча кивнула, зябко обняв плечи руками.

- Лорд Эллохар хотел поговорить с тобой, но в итоге отказался от этой идеи, и, пожалуй, постарается уделить тебе время завтра перед боем.

Вопросительно посмотрела на лорда Гаэр-аша, тот завершив с перчатками, спокойно пояснил:

- Твоя кровь.

И я опустила взгляд. Ректор постоял молча, затем сообщил:

- Парни сегодня потренируются без тебя, и завтра в принципе тоже. В идеале эту комнату тебе не стоит покидать.

Молча кивнула.

- И да, - лорд Гаэр-аш проговорил это с явной неохотой, - кольцо не действует на магов. Шерарн где-то сильно просчитался.

С этими словами ректор покинул мою комнату и дверь за ним захлопнулась, соединяя силовые линии моей… клетки.

Пройдя через комнату, устало опустилась на стул напротив Габриэля, безрадостно думая о своей… крови.

«Почему ты не наденешь браслет?» - написало умертвие.

Он даже сходил и принес мне его, взяв с кровати. Поставил передо мной, пододвинул осторожно ко мне ближе. Я протянула руку, прикоснулась кончиками пальцев к меди, и тихо сказала:

- Если я его надену, несколько сотен девушек разом станут неприметны для взгляда.

- Ыы? - не понял Габриэль.

- Сложно объяснить, - ответила ему. – Но в целом, их краски утратят яркость, ту естественную яркость, что дает только молодость. И я не уверена, что их внешность вернется к прежнему состоянию, когда я сниму с себя этот браслет.

Габриэль медленно опустился на стул, пододвинул браслет к себе, принявшись внимательно его рассматривать.

Затем посмотрел на меня и написал на лице:

«Румяна есть. Помада для губ. Прочее».

- Едва ли это порадует тех, кто в результате моей глупости потеряет молодость, - парировала я.

Несколько секунд Гобби молча смотрел на меня, затем написал:

«Все настолько… серьезно?».

Посмотрела на него в ответ и спросила:

- Моя кровь это серьезно?

«Понял», - мгновенно написал Габриэль. Постучал грифелем карандаша по бумаге, и дописал вопрос: - Как ты себя чувствуешь?»

Пожала плечами, прислушалась к себе - в принципе нормально. Слабость, нахлынувшая после изготовления Зеркал Света ушла, ничьи видения смерти более не посещали, цель у меня имелась, способ ее достижения так же.

«Завтра бои?» - не дождавшись ответа на вопрос, написал Габриэль.

Молча кивнула.

«Мы в игре?»

Кивнула повторно. Гоблин на мгновение опустил голову, но затем решительно написал:

«Хорошо».

Мне было сложно понять, что скрывалось за его решимостью. Нелегкий выбор как минимум, как максимум… даже не знаю. Но Габриэль посмотрел на меня, хитро улыбнулся и написал:

«Я приведу нас к победе!»

- Ага, всех перебдим, - иронично улыбнулась я.

«Непременно!» - заверил меня Гобби. – «Я у Ыгырха сеть маскировочную перехватил, так что у нас есть все шансы прийти к победе».

Представила нас с Гобби залегшими под кустом и сетью, и с интересом наблюдающими как другие некроманты с умертвиями бьют друг другу морды. И поняла что улыбаюсь, легко и как-то даже спокойно. И действительно, какой смысл нервничать, если все уже решено.

Габриэль сходил и взял оставленный Ыгырхом учебник по Боевой некромантии, после чего засел за его изучение, я посидела некоторое время над справочником по артефактам максимальной защиты, бездумно листая страницы, потом ушла спать. И без разницы, что сейчас день.

Мой сон нарушал дважды Норт. Приходил с едой, кормил полусонную меня, явно находясь мыслями где-то далеко, и уходил, продолжать тренироваться с парнями. Все что было сказано мне:

- Во время основной схватки запомни – поднимаю палец вверх, это первая позиция и ты уходишь ко мне за спину, поднимаю два – позиция вторая, ты уходишь за спину Дана.

Я покивала и снова вырубилась.

***

Проснулась в полночь. Четко. Как по будильнику. Поднялась, кутаясь в покрывало, подошла к окну, распахнула створки, игнорируя удивленный взгляд Гобби, посмотрела на неполную луну. Морозный воздух окутал, заставляя содрогнуться от холода, но я старалась этого не замечать, пристально глядя на месяц.

И одними губами прошептала:

- Дадя Тадор…

- Ыыы? - вопросил Габриэль, отставив тарелку с ночным супом.

Не ответила, все так же пристально глядя на луну.

Секунда… вторая… третья… И взгляд в ответ, самый родной взгляд на свете.

- Риа, девочка моя, - простонал тот, кто уже явно был в курсе всех событий.

В каком бы он ни был состоянии, первый контакт пробудил сознание дяди Тадора, а значит сейчас он все знал. Долгий, внимательный, полный боли взгляд, охвативший всю меня, словно дядя вглядывался в меня, отслеживая, что изменилось за эти годы, а после быстрое и решительное:

- Что ты планируешь делать?

Он не предложил бежать. Я отметила это краем сознания, и поняла, что дела действительно плохи.

- Ты не надела браслет, - было следующим замечанием дяди Тадора.

- Я не увидела в нем силового потока отвечающего за обратимость последствий, - сказала прямо.

Дядя укоризненно покачал головой и ответил: