Как курица лапой

— Исторический день?

— Ну ты понимаешь. Все девочки наряжаются в переднички и сидят, аккуратно сложив руки на парте, а учителя делают вид, что все это происходит сто лет назад.

Наконец у него на чердаке забрезжил свет понимания.

— А-а-а! Это как в Школьный день викторианской эпохи?

Я пожал плечами.

— Ну типа, наверно. Когда все такие лапушки, такие старомодные паиньки.

Он оглядел двор. В углу двое мальчишек постарше обнимали всхлипывающего малолетку, который потерял любимый шарик или еще чего. У входа мальчики и девочки учились играть на волынке. (Я серьезно!) Возле ворот стайка болельщиц практиковала сложную схему хлопков и прыжков. Остальные неторопливо прогуливались, улыбались друг другу и приветливо махали руками или терпеливо ждали друг дружку возле уборных.

— Я хочу сказать, мы где вообще? На планете Зог?

У Джо загорелись глаза.

— Ой, да! Это было бы здорово! Давай полетим на планету Зог, и ты…

Я одарил его самым убийственным из своих взглядов. Кем он меня считает, этот плоскоголовый? Каким-то писуном в памперсах, что жаждет сыграть с ним в «мама-кашку-варила»?

— Слушай, — говорю, — думаю, пора тебе кое-что прояснить.

Но он вдруг хлопнул себя по лбу.

— Ой, Говард, давай подождем до конца перемены. Я только что вспомнил, что обещал мисс Тейт помочь с обложками для наших сочинений на тему «Как это делается».

И в этот миг вышеозначенная леди собственной персоной появилась из дверей.

— Джо-о-о! — издала она сладкоголосую трель. — Джо-о-о Гарднер!

— Иду, мисс Тейт! — радостно взвизгнул он, едва не виляя хвостом.

И был таков.

Я сполз по стене и сел на корточки, уронив голову на руки. Вот удача так удача. Я пробил себе дорогу в школах, где школьная форма такая колючая, что весь исчешешься, и в школах, где приходилось по пять раз на дню вставать и молиться, и в школах, где тебя заставляют переписывать домашку, пока не избавишься от всех ошибок. Но в подобные места меня еще не заносило.

Тут слышу шорох шагов. Поднимаю голову: вокруг меня — озабоченные лица.

— Говард!

— С тобой все в порядке?

— В первый день всем тяжко.

— Ты скоро привыкнешь, честно.

— Хочешь пойти попрыгать?

Я открыл рот. Сейчас скажу. Первое слово было готово сорваться с моих губ, и тут прозвенел звонок.

Такие вот дела.

Жуть

Час спустя мисс Тейт по новой объясняла задание — для тех, кто своими телячьими мозгами не понял с первого десятка раз.

— Вот наши красивые обложки, которые Джо был столь любезен помочь мне вырезать по размеру.

Наш Джо поклонился в десятый раз.

— На моем столе — бумага. Здесь — линованная, здесь — нет.

Она указала на каждую стопку дважды — на случай, если у кого-то в классе мозг так сильно поврежден, что может переутомиться, разыскивая две стопки бумаги на площади метр на полтора.

— Каждый сам выбирает, о чем писать. Но это должно быть небольшое сочинение на тему «Как это делается». Значит, твоя тема…?

Она указала на Бет.

— Как держать кроликов, — быстро ответила Бет и расплылась в улыбке.

(Та еще новость. Мы обговорили интересы Бет по меньшей мере триллион раз, пока остановились на этой теме.)

— А твоя?

Она стала тыкать пальцем в жаждущих ответить учеников с первого ряда, и они подскакивали по одному:

— Как смастерить змея.

— Как делать свечи своими руками.

— Как выращивать горчицу и кресс-салат.

— Тренировать собаку.

— Спланировать зимний поход с ночевкой.

— Красить пасхальные яйца.

Я провалился в какую-то временную яму, а мисс Тейт тем временем приближалась к нам с Джо.

Сначала она указала на него.

— Джо! Тема…?

Он разволновался.

— Я еще не придумал, мисс Тейт.

Теперь она тоже выглядела взволнованной.

— Говард?

Надо отвечать, знаю. Но я был сильно занят, ковыряя ручкой парту, и пробормотал себе под нос:

— Честер я.

— Ох, батюшки мои! — сказала она. — Да вы двое, оказывается, не готовы. Может, еще разок объяснить?..

Я зарычал. Повисла секундная пауза. Она взглянула на часы. Видать, какой-то уголок ее мозга не успел превратиться в перегной от чая, выпитого в учительской, ибо мисс Тейт вдруг осенила светлая мысль:

— Лучше я подойду и поговорю с вами отдельно.

Я проглотил еще один стон, но Две-ноги-и-нет-мозгов рядом со мной чуть не запрыгал от радости.

— Она подойдет к нам!

Примерно с таким же выражением мы с вами сказали бы: «Бесплатное кино пожизненно!»

Я покрутил пальцем у виска, давая понять, что считаю его курицей безголовой. Но тут на мою парту упала тень: мисс Тейт, окруженная облаком моли, стояла перед нами и улыбалась изо всех человеческих сил.

— Ну, так что вы надумали, мальчики?

— Моя тема — секрет, — сказал я.

Тогда она от меня отлипла и перекинулась на Джо.

— Ну, Джо? Не придумал, на какую тему ты хотел бы почитать в библиотеке?

Джо покусал ногти. Потом помотал головой.

— Подумай: про что ты хотел бы написать сочинение «Как это делается»?

Джо никак не мог выйти из роли Озадаченного человека.

— Наверняка ты хотел бы что-нибудь уметь делать.

— Скажем, считать до трех не на пальцах? — предложил я.

— Говард!

Мисс Тейт была в шоке, ясное дело. Она подняла одну бровь, так что глаз чуть не вывалился из орбиты. Но в этот миг Джо-мозгов-с-наперсток наконец придумал.

— Я хотел бы научиться писать поаккуратнее.

Мисс Тейт потрепала его по вихрам, словно это был умирающий с голоду трехногий щенок, найденный в брошенной собачьей будке.

— Думаю, мы все тебе этого желаем, Джо.

Он смотрел на нее с надеждой.

— Тогда, может, я выберу эту тему?

— Какую?

— «Как писать красиво». Могу попытаться.

— Ну что же, Джо. Можешь попытаться.

Не очень-то уверенно прозвучал ее голос. Но Джо, полный энтузиазма, уже открывал свою тетрадь для домашки. И тут я понял, почему мисс Тейт сомневалась. Этот мой сосед Джо имел адский почерк. Я вам так скажу: когда в «Школе поместья Уолботл» будут раздавать награды за чистописание, Джозефу Гарднеру придется выдать личную и заслуженную антимедаль.

— Ух ты! — я аж задохнулся. — Какая жуть!

— Говард! — предупредила мисс Тейт.

Но разве можно взять и перестать пялиться? В жизни не видел такого. Армия пьяных букв с заплетающимися ногами слепо плелась куда-то, разбитая в хлам. На большинстве из них крепко потоптались, может, даже поплясали. Некоторым досталось меньше, они были узнаваемы. (Не настолько, конечно, чтобы взять и сразу прочитать их, но в сравнении с другими калеками — очень даже ничего.)

— М-м-м, смотрите-ка, выглядит весьма обнадеживающе, — не удержался я от язвительного комментария. — Прямо победитель. «Как писать красиво» — слишком сильно сказано. Если спросите моего мнения, нашему Джо лучше бы остановиться пока на чем-то типа «Мои первые шаги в чистописании».

Тон учительницы Счастливого класса стал холодным, даже инеем подернулся.

— Я была бы тебе благодарна, если бы ты помолчал, Говард Честер, — сказала она. — Да, у Джо есть небольшие трудности в чистописании, но он мужественно с ними сражается.

— Мужественно? — скривился я. — Да он калякает как курица лапой.

Джо пролистал страницы к началу тетради.

— Вообще-то у меня явные улучшения, — возразил он. — Посмотри, насколько стало аккуратнее. Я теперь дважды в неделю занимаюсь с миссис Хупер дополнительно.

Я глянул. Пролистал туда-обратно.

— Эта миссис Хупер — смелая женщина, — заключил я.

В голосе мисс Тейт прозвучали металлические нотки:

— Я теряю терпение, Говард.

Ладно, я придержал язык, пока она не отошла. Сидел и наблюдал, как бедняга Джо взял ручку, вцепился в нее изо всех сил — руку ему будто свело, она стала похожа на парализованного тарантула, — и до невозможности медленно вывел вверху страницы:

— Не пойдет, — говорю я ему. — Здесь пять ошибок. Не говоря уж о том, что это далеко от стандартов написания букв.