Янтарный единорог

Но судя по одобрительным возгласам Туманного волка, я все делал правильно. И вся проблема была только в том, что бил эту гигантскую каменную грушу лишь я один, а не танк и два-три дамагера, как в нормальной группе.

Надежду на то, что можно каким-то образом нанести голему критический урон, я тоже быстро отбросил. Даже то, что можно было считать его головой, на поверку оказалось просто торчащим вперед заостренным камнем с двумя провалами-глазницами, в которых светилось зеленое пламя. Я попробовал попасть в эти глаза метательными кинжалами, и как минимум дважды мне это удалось. Но эффекта от этого не было никакого.

Маны у гада, похоже, как и Живучести, было неограниченное количество, так что каменный дождь на мою бедную голову он вызывал с завидным постоянством. Вскоре я начал то и дело спотыкаться о валяющиеся под ногами булыжники, тем более что их нельзя было разглядеть из-за стелящегося понизу тумана.

Нет, так дело не пойдет! Я со скуки помру раньше, чем этот увалень развалится. Придется действовать более радикально.

Когда Тактамак в очередной раз поднял лапищу для каста, я выстрелил в нее Жалом и подтянулся наверх, запрыгивая прямо на горбатую спину чудовища. Удержаться там оказалось несложно, тем более что, потеряв меня из виду, голем опешил и неуклюже топтался на месте.

Пока на глаза ему не попался Вульф.

— Эй, Мангуст, ты чего? Вернись! — увидев прущую на него громадину, вскрикнул целитель. Он-то уже расслабился и даже присел на камень, лишь время от времени подкидывая мне кратковременные баффы. А тут оказался один на один с великаном, и отступать ему было некуда — позади стена.

Упс! Это я действительно зря. Но прыгать сейчас вниз и пытаться преградить голему дорогу — тоже хреновая затея. Так что поздно менять план.

Я зарядил Орихалковый клык и после трехсекундной задержки вонзил раскаленный докрасна клин в спину чудовищу. Рука по локоть ушла ему в спину, и я тут же выдернул ее вместе со спекшимися комьями земли. А следом, размахнувшись, еще раз ударил Свинцовым молотом.

Тактамак от удара вздрогнул всем телом и оступился. Еще миг — и я понял, что опора уходит у меня из-под ног. Мы падаем! Голем, споткнувшись, валился плашмя вперед, ну и я вместе с ним. Цепляться Жалом было не за что — стены и потолок слишком далеко, так что пришлось сигать вверх с помощью Прыжка лягушки и замедлять скорость падения до минимума.

На лету я замахнулся посохом, поднимая его высоко над головой. Зарядил Хлещущую ветвь, чувствуя, как внутри с каждой секундой накапливается сила — будто тетиву натягивают. Ударил аккурат в момент приземления, вкладываясь всем весом. От звука аж у самого уши заложило. От спины голема во все стороны брызнула шрапнель мелких каменных осколков, а отдачей у меня едва не вырвало посох из рук. Я даже всерьез испугался, что зачарованное оружие может сломаться.

Рухнувший голем поднял целое облако пыли, клочья тумана тоже взметнулись во все стороны. Я едва удержался на горбатой спине чудовища, ухватившись за кривой кустик с толстым узловатым стволом. Щурясь от пыли, замер, пытаясь разглядеть, успел ли Вульф отбежать подальше или же оказался погребенным где-то под тушей Тактамака.

Голем тяжело заворочался, силясь подняться, и я зарядил в него еще одной Хлещущей ветвью. Это оказалось последней каплей — великан уткнулся в пол и как-то обмяк, если так можно выразиться про существо, сплетенное из древесных корней, камня и слоев дерна. Сфера Ци, вылетевшая из него, была крупной, как теннисный мячик, и темной, почти черной из-за преобладавшей в ней стихии Земли. Я поглотил ее и снова завертел головой в поисках целителя.

— Эй, Вульф! Ты живой?

В клубах пыли замаячил едва различимый силуэт. Через пару мгновений, кашляя и отплевываясь, из этой пелены появился Туманный волк. Выглядел он неважнецки — роскошный головной убор из перьев сбился на бок, лицо будто мукой обсыпали, на щеке алела обширная ссадина.

— Я одно тебе скажу, Мангуст… — утираясь тыльной стороной ладони, произнес он. — Вот теперь я понял, что все слухи про Стальных псов — чистая правда. Вы реально отмороженные.

— Да брось! Весело же было. А лут из этого каменного болвана есть хоть какой-нибудь?

— Да. Возле выхода вниз должен подняться из пола седьмой постамент, на нем — сундук.

Ну, сундук — это громко сказано. Больше похоже на небольшой каменный гроб со сдвигающейся в сторону плитой-крышкой. Внутри поблескивала целая россыпь мелких серебряных самородков и полудрагоценных камней. Кроме того, рандом расщедрился на боевой топор с необычным лезвием и два магических жезла — один из светлого, похожего на кость, дерева, покрытого черной вязью узоров, второй — больше смахивающий на булаву с массивным вытянутым навершием. Все оружие я отдал Вульфу, себе забрал мелочовку. Уже ссыпая их в инвентарь, обнаружил, что один из кусочков янтаря — оранжевый с вкраплениями воздушных пузырьков внутри — это спящее зерно для Нити пути.

Зерно Пульсации. Класс предмета: обычный. +2 к уровню умения «Пульсация».

Я даже заглянул в интерфейс, чтобы уточнить, что это за умение. Пользоваться им пока не довелось.

Пульсация. От монаха исходят концентрические волны Ци в такт биения его сердца. Каждый такт исцеляет монаха и его союзников. Если монах призвал менгир с помощью умения «Скользящий менгир», то такты Пульсации исходят еще и от менгира, но целебные эффекты при пересечении волн не складываются. Уровень: 1. Прогресс — 0/20. Радиус волны — 3 метра. Продолжительность пульсаций — 30 секунд. Сила исцеления за такт: базовая регенерация цели*1 минуту.

Хм… Ну, целитель у меня под боком, и умения его явно посильнее этого, так что вряд ли Пульсация мне пригодится в ближайшее время. Но зерно на Нить пути я, конечно, надел — запас карман не тянет. Заодно заглянул и в описание второго упомянутого умения стихии Земли.

Скользящий менгир. Монах использует заряд чистой Ци, чтобы призвать каменный менгир, которым может управлять легкими движениями. Под управлением монаха менгир легко скользит по поверхности земли, другие же игроки не могут его сдвинуть. Манипулируя менгиром, Монах может использовать его как в защитных, так и в атакующих целях, в том числе при активации некоторых умений школы Земли.

Да-да, видел я ролики с монахами школы Янтарного единорога. Их менгиры — этакие вертикально расположенные каменные цилиндры, которыми они вертят вокруг себя, используя то в качестве щита, то в качестве тарана, то чтобы оттолкнуться от него. Своеобразная техника боя, и у меня уже руки так и чешутся испробовать её. Правда, лучше бы это сделать на противниках попроще.

— Ну что, готов? — спросил я Вульфа.

— Честно? Нет. И я думаю, что и ты не готов. Одно дело — завалить один на один ходячую каменюку. Но Изинкан… Ты точно изучал инфу про него?

— Видел ролики. Это здоровенный кентавр.

— Катос, — поправил меня Вульф. — Самый что ни на есть настоящий дух камня. И мало того, что он здоровенный и живучий — почти такой же, как Тактамак. У него и магический арсенал весьма обширный. Больше всего меня беспокоит Окаменение. Во время боя он набрасывает заклинание на случайного члена группы, обращая его в камень. Этот эффект можно либо переждать — а это около минуты, либо разбить каменную корку, освобождая союзника. Для группы из пяти человек это не проблема — главное, не зевать. Но…

— Но нас всего двое, — подытожил я.

— Угу. И я тебе точно могу сказать — я против этого парнокопытного паровоза минуту не простою.

Я вздохнул.

— Ну что ж. Тогда ответ очевиден. Я пойду к нему один.

Глава 8. Черный янтарь

Нижний уровень подземелий, как и предупреждал Вульф, оказался небольшим, но насыщенным. Продвигаться пришлось уже не по колено, а по пояс в густом тумане, а временам он скрывал и с головой. Единственными ориентирами в пути служило смутное сияние впереди и выныривающие из серой пелены менгиры, похожие на вытянутые человеческие головы с растянутыми в крике ртами. Я не мог избавиться от ощущения, что где-то уже видел похожих истуканов, только в другом антураже. Но не мог точно вспомнить, где. Да и на размышления, честно говоря, времени не было — буквально каждый шаг приходилось преодолевать с боем.

Серые, будто присыпанные пеплом, волки с массивными горбатыми спинами охраняли это место так, словно где-то впереди логово с их маленькими щенятами. Туманные волки. Те самые, в честь которых взял себе имя Вульф. Лишь чуть крупнее обычных, но это тот случай, когда размер вообще не имеет значения, поскольку это не обычные хищники из плоти и крови. Казалось, что они появляются прямо из тумана, порой даже не успевая полностью материализоваться. Набрасываются внезапно, стремительно, силуэты их размазываются, будто дымный шлейф от погашенного, но еще не совсем затухшего факела. Зеленые глазищи светят сквозь белесую пелену, как фары. И все это в полном безмолвии, от которого становится совсем уж не по себе. Рычали бы хоть. Или взвизгивали, получая удар.

Вот с ударами было совсем худо — большинство из них проходило мимо либо вообще сквозь эти серые дымчатые тела, почти не встречая сопротивления. Вульф кинул мне в чат запоздалую подсказку о том, что волков можно достать только серебром или магией стихий. Я сосредоточился на бросках чакрама, Серебряных иглах и Серебряном жале. А еще регулярно набрасывал на себя Зеркальный щит. Его осколки, разлетаясь в стороны блестящей шрапнелью, тоже отлично ранили призрачных тварей. Увы, моя ядовитая кровь их не отпугивала. Либо они не считались животными, либо их ненависть к чужаку, вторгнувшемуся в святая святых, была сильнее страха.

Сам Вульф помог мне зачистить лишь небольшой участок возле самого входа на уровень и остался там. Я его не винил — исходя из механики финального босса, целитель стопроцентно не выживет в схватке с ним. Я и на свой-то счет не был уверен, хоть внешне и сохранял невозмутимость.

Сияние впереди все ширилось, туман вокруг него постепенно рассеивался. Призрачные волки продолжали набрасываться на меня, но, кажется, я уже изрядно проредил их поголовье. Вот трое особо настырных отлетели назад от взрыва Зеркального щита, усеянные острыми осколками, как дикобразы, и все стихло. Сферы Ци почти синхронно взлетели над их телами и поплыли ко мне. Темные, почти черные. В этом походе я черпаю в основном стихию Земли. Что ж, живучести много не бывает.

Вульф рассказывал, что при прохождении группой обычно полностью зачищают эту пещеру, разыскивая в тумане скрытые алтари, с которых можно собрать лут, и добивая всех туманных волков — ради опыта и шанса на выпадение редких ингредиентов с них. Но я шел напрямик к сиянию, а к телам поверженных защитников пещеры даже не склонялся, только собирал Ци. Я здесь не ради фарма, мне нужна только добыча с Изинкана.

Сияние исходило из огромной похожей на кратер дыры в потолке. Оттуда лился яркий золотистый свет, в лучах которого, будто пылинки, вились какие-то мелкие лепестки. Могучая фигура катоса, облитая этим светом, кажется, сама светилась изнутри.

Про себя я по привычке называл этого монстра кентавром. Но кентавр — это ведь наполовину человек, наполовину лошадь. Если же приглядеться к катосу, становится понятно, что нижняя часть его мощного туловища — скорее бычья. Верхнюю часть назвать человеческой можно тоже только с большой натяжкой. Торс — бочкообразный, сплошь поросший короткой, но густой шерстью, толстенные ручищи оканчиваются четырехпалыми лапищами, каждой из которых он может раздавить мне череп. Бычью голову венчают загнутые вперед рога, и толщина их в основании такая, что с трудом охватишь пальцами обеих рук.

В руках такого великана ожидаешь увидеть секиру размером с капот от автомобиля или булаву весом в пару центнеров. Однако вооружен Изинкан длинным изящным копьем, древко которого состоит из витиевато сплетенной лозы толщиной в палец. Кажется, древко это внутри полое, и сквозь неплотно прилегающие стебли просвечивается зеленоватое сияние. Наконечник — из ромбовидного белого камня размером больше ладони. И что-то подсказывает мне, что оружие это куда опаснее, чем выглядит.

Впрочем, оружие для него — лишь вспомогательный инструмент. Изинкан — сильный маг Земли, и насколько сильный, придется попробовать на собственной шкуре.

В отличие от тупого каменного увальня Тактамака, кентавр сразу отреагировал на мое появление. Правда, не совсем так, как я ожидал.

С удивительной грациозностью и плавностью эта гора мускулов развернулась и выдвинулась мне навстречу. От тяжелого топота его копыт — каждое размером с суповую тарелку — земля под ногами ощутимо содрогалась.

— Тебе здесь не место, чужак! — спокойно, но веско произнес он. — Уходи или умри!

А вот голос оказался ровно таким, как я и представлял — глубоким раскатистым басом, от которого все нутро задрожало, будто рядом с мощным сабвуфером.

— Не могу ни того, ни другого, — так же спокойно ответил я. — Я пришел за черным янтарем. И не уйду без него.

— Хмм… — склонив рогатую голову, задумчиво хмыкнул катос и, как мне показалось, улыбнулся. Считывать эмоции на бычьей морде довольно сложно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Так ты — тот самый… Она предсказала, что ты придешь.

— Кто?

— Еще она сказала, что мне тебя не остановить. Но я все же попробую. Заодно проверим, действительно ли ты тот самый…

Крутанув перед собой копьем, Изинкан взвился на дыбы, взмахнул в воздухе передней парой мощных копыт.

Я швырнул в него целый веер Серебряных игл. Почти все пришлись в цель — промахнуться по такой туше было сложно. Часть кинжалов были с сюрпризом — перед тем, как отправить их в полет, я сжал их посильнее, так чтобы лезвия резанули кожу на ладонях. Проливать собственную кровь уже начинает входить в привычку. Но что поделать, если эта кровь дает такой ценный дебафф, особенно на сильных противниках.

Сразу же после броска я прыгнул в сторону. И правильно сделал. Приземляясь обратно на все четыре копыта, Изинкан вызвал каменную осыпь на то место, где я только что стоял. Заклинание почти как у Тактамака, только камни не просто сыплются с потолка, а летят, будто ими из пушки выстрелили. Пользуясь неподвижностью противника, я метнул в него еще и чакрам.

Заточенный диск просто отскочил от его волосатой груди, будто та была каменная! Черт возьми, а ведь я усилил его у крафтера дополнительными рунами Серебра и Остроты. Против магических бесплотных тварей он стал гораздо эффективнее, но против обычных монстров все чаще меня подводит. Хотя дело, конечно, не в оружии, а в том, что противники у меня стали такие.

Кентавр, развернувшись, попер на меня — так быстро, что мне пришлось уходить в сторону Прыжком лягушки. Не зря Вульф обозвал этого босса парнокопытным паровозом. Стоять на пути у такой громадины, да еще несущейся на тебя с такой скоростью — это чистое самоубийство. Тормозя, Изинкан поднял тучи пыли и оставил глубокие, как колеи от трактора, рытвины в земле.

Так, и что мне с тобой делать-то, здоровяк? Изначально я планировал опробовать свой козырной прием — Укоренение плюс Зеркальный щит. Но теперь этот план не казался мне удачным. Тернии, кастуемые во время Укоренения, точно не удержат зверюгу. А что будет, если этот живой таран врубится в меня на полном ходу, даже представить страшно. Мне кажется, сотни единиц брони, навешанные на меня умениями, мне не особо помогут. И осколки Зеркального щита его тоже не убьют, тем более что они летят во все стороны и большая часть уйдет мимо.

Крутанув над головой копьем, Изинкан обрушил на себя душ золотистого света, омывший его с головы до копыт. Ч-черт, да он еще и хилится! И наверняка от яда моего избавился.

Я снова метнул в него веер Серебряных игл. Не то чтобы надеялся серьезно поранить, а так, просто чтобы не расслаблялся. Кентавр ответил градом каменных осколков, часть которых зацепила-таки меня, здорово расцарапав левое плечо и бедро. Почти сразу же он снова бросился в атаку, на бегу наклоняясь и целя мне в грудь рогами. Я снова прыгнул, на этот раз вверх, пропуская мчащуюся тушу под собой. Еще раз метнул чакрам, но тоже без особой надежды на успех. От бычьей спины он не отскочил, даже немного завяз в волосатой плоти, но тут же отвалился, оставив едва заметный порез.

Нет, метательным оружием я ничего не добьюсь. На Иглы тоже нет смысла тратить дальше заряды Ци. Пора схлестнуться с ним в ближнем бою, но нужна защита посерьезнее, чем природная броня…

Стоп, а что если…. Надеюсь, я правильно запомнил описание этого умения.

Скользящий менгир!

Каменный цилиндр с неровными, будто выщербленными от многочисленных ударов краями возник передо мной на расстоянии вытянутой руки. Высотой он был метра два, шириной — меньше метра. Как и было заявлено в описании, управлялся легкими прикосновениями — будто возишь камень для керлинга по идеально гладкому льду.

Изинкан как раз обстрелял меня очередной порцией каменной шрапнели, и я инстинктивно укрылся за менгиром, заслоняясь им, как щитом. Выглянув из-за укрытия, увидел, что катос снова идет на таран. Я уже заметил, что, взяв разбег, он уже с трудом корректирует направление бега и с еще большим трудом тормозит. Так что толкнул менгир ему навстречу, сам отпрыгнул чуть в сторону, но уже без Прыжка лягушки. Чувствую, что бой может затянуться и стоит поберечь заряды Ци.

Менгир, от моих прикосновений скользящий по земле будто невесомый, теперь сыграл роль забетонированного глубоко в землю отбойника. Когда катос врубился в него, кажется, вся пещера задрожала, а само чудовище ошарашено замотало головой. Но пришло в себя куда быстрее, чем я успел что-то предпринять. Взметнув в мою сторону копье, он что-то коротко выкрикнул. Я, кажется, даже успел разглядеть сгусток темного дыма, устремившийся ко мне. А вот увернуться не успел — меня быстро окутала дымка, и я замер, чувствуя, что покрываюсь толстой каменной коркой.

А вот и обещанное Окаменение. Одно радует — урона это заклинание не наносит, просто на время сковывает. И бить меня кентавр сейчас вряд ли будет — зачем ему освобождать меня из ловушки, в которую сам же и заточил?

— Ты осмеливаешься применять силу Земли против меня? — пророкотал катос. — Неслыханная наглость!

Он положил лапу на верхушку моего менгира — для этого ему даже не пришлось особо тянуться. Каменный монолит задрожал, покрываясь трещинами. Еще немного — и он осыпался горой обломков.

— И столь же неслыханная глупость, — самодовольно продолжил кентавр.

Ясно. Еще один заряд Ци впустую. А как же народная мудрость про то, что клин клином вышибают?

Впрочем, в Артаре своя мудрость. И, согласно урокам Бао о Цикле разрушения, стихия Земли слаба против стихии Дерева.

Изинкан снова взвился на дыбы, топнул о землю копытами, и по бокам его соткались из тумана два огромных волка. Они закружили вокруг меня, пригибая головы к самой земле. Только и ждут, когда я снова оживу. Как будто мне одного бычары весом в пару тонн мало!

Ну что ж, я долго ждал подходящего случая испробовать свой новый супер-прием. И, похоже, этот случай настал.

На активацию Зерна необоримой силы ушло аж пять зарядов Ци, но за это я особо не волновался — зато теперь я в течение минуты могу использовать умения школы Дерева без ограничений.

Ощущения были забавными — меня начало распирать изнутри, словно воздушный шар, и я стремительно увеличивался в размерах. Всего пара-тройка секунд — и я уже смотрел на Изинкана не снизу вверх, а вровень, а потом и свысока. Похоже, мне удалось застать катоса врасплох — он попятился, тяжело переступая копытами, а заднюю пару ног даже слегка поджал, приседая на круп. Вряд ли ему доводилось раньше видеть подобные фокусы от игроков.

Я опасался, что, вымахав до почти четырехметрового роста, замедлюсь в движениях, но этого не произошло. Двигался я как обычно, вот только силищи во мне прибавилось за счет удвоения всех базовых характеристик.

Время было дорого, поэтому я бросился в атаку сразу же, как моя трансформация закончилась. Посох царя обезьян увеличился в размерах пропорционально мне, и толщиной теперь был с молодое деревце. Получить таким по хребтине было очень чувствительно даже для катоса.

Связка из нескольких хлестких ударов посохом — то слева, то справа, восьмеркой. Катос отступает, прикрывая свободной рукой лицо. Его волки набрасываются на меня с флангов, вгрызаясь мне в ноги. Кастую Тернии, сразу следом — Хвост дракона. Волки отлетают далеко в стороны, Изинкан держит удар более достойно. Сразу же добавляю второй Хвост дракона, на этот раз сконцентрированный по одной цели. И еще один, и еще, и еще. Чувствую себя, как балерина, крутящая фуэте на одном месте. Хотя получается не совсем на одном, поскольку каждый мой удар немного отбрасывает катоса назад, и я шагаю, чтобы догнать его. Силы во мне сейчас явно больше, чем у противника, так что эффекты ошеломления и оглушения действуют на полную катушку — главное, не выпускать его из стана.

Боевой клич Джубокко!

Вопль этот пронзительный, ввинчивающийся в мозг, даже когда я применяю его в обычном своем состоянии. Великаний же вариант, кажется, слышно было даже в Джааке. Изинкан под его действием как-то поник и перестал светиться изнутри. Похоже, я сбил с него все баффы. Отлично!

Долбанул модифицированной Хлещущей ветвью с посоха. От обычной он наверняка увернулся бы, пока я готовился к удару.

Очередной стан продержался куда меньше предыдущих, и Изинкан отпрыгнул в сторону. Мой посох ударил в землю, взметнулась во все стороны каменная крошка.

Несмотря на полученный урон, катос продолжал стойко сражаться. Едва он вырвался из стана, как на меня полетела каменная шрапнель, призрачные волки снова бросились в атаку, цапая меня за голени. Навалившись разом, им удалось задержать меня — я рухнул на одно колено. Изинкан воспользовался этой моей заминкой, чтобы отбежать подальше и метнуть в меня свое копье.

Хвост ящерицы!

Хотя при моих нынешних размерах промахнуться в меня было сложно, защитное умение школы Воды сделало свое дело. Я неосознанно дернулся, сгибаясь влево, и копье пролетело мимо, лишь немного оцарапав мне боковую часть шеи. Сам я вскочил на ноги и, пинками разбросав волков, снова ринулся в атаку.

Таймер действия умения маячил на границе зрения. Не привычные цифры, а быстро съеживающаяся шкала — зеленая, неровная, будто стилизованная под древесные корни. Вроде бы минута в бою — это прорва времени. Однако я уже потратил больше половины, а долбаный кентавр все еще на ногах!

Я рванулся вперед, понимая, что это моя последняя атака. И чуть не напоролся на стену выросших из-под земли каменных столбов. Перемахнул их одним прыжком, бросился за утекающим Изинканом. Преимущество явно на моей стороне, но я теряю драгоценные секунды!

Выстрелил в него Жалом, рывком притянул к себе и тут же снова отшвырнул тяжелым ударом Хвоста дракона. Еще один Хвост дракона! Еще один!

Нанося очередной удар, я с ужасом почувствовал, что съеживаюсь, уменьшаюсь до прежних размеров. Не дожидаясь толком окончания трансформации, прыгаю на оглушенного катоса, на лету замахиваясь растопыренными пальцами.

Всплеск! Адамантовые когти!

Сколько можно нанести ударов за пять секунд? Разгоряченный схваткой, да еще и под баффом Всплеска, я, кажется, умудрился дойти до двух десятков, прежде чем раскаленные когти исчезли. На грудь и голову Изинкана к тому времени было страшно смотреть — они превратились в сплошную рану, при каждом ударе в стороны отлетали окровавленные ошметки.

Могучее чудовище уже начало заваливаться на бок — оно явно было на последнем издыхании. Я зарядил Орихалковый клык и завершил начатое ударом в грудь. Призванные им волки, уже готовые прыгнуть на меня сзади, исчезли, повиснув в воздухе длинными клочками тумана. Катос тяжело рухнул на бок, и последним громким звуком стал удар его рога о валяющийся на полу камень — кажется, осколок моего менгира. Потом все стихло, так быстро, будто кто-то выключил звук. В этой тишине я слышал только собственное дыхание — тяжелое, размеренное, будто я погружался с аквалангом.

Если бы не эта тишина, я вряд ли бы расслышал шаги позади меня. Шедший двигался осторожно.

Я обернулся рывком, держа наготове посох. Пальцы левой руки согнулись, готовые охватить рукоятку чакрама, выхваченного из слота быстрого доступа.

Вульф, замерев на месте, поднял руки ладонями вперед.

— Все в порядке, это я, — дрогнувшим голосом произнес он.

Смотрел он на меня настороженно и с долей ужаса. Окинув себя взглядом, я понял почему. Я был весь изгваздан в кровище. Часть потеков были зелеными — это моя собственная кровь из многочисленных мелких ран, которые я получил от туманных волков, пока пробирался сюда. Но по большей части это была кровь Изинкана — я так разодрал его когтями, что не запачкаться при этом было невозможно.

— Мы же договорились, что ты подождешь у выхода, — проворчал я.