Помоги проекту - поделись книгой:
Он раздраженно поморщился, отвлекаясь на входящий звонок по НКИ. Ответил, попытался быстро свернуть разговор, сославшись на занятость, но не получилось — собеседник был настойчив.
— Ребята, извините, мне нужно будет вернуться в офис, — сдался он через пару минут. — Я оплачу счет, так что сидите, никуда не торопитесь.
Мы поднялись почти одновременно, и он снова первым протянул мне руку.
— Было приятно познакомиться, Стас. Извини, если показался чересчур… резким в некоторых суждениях. Думаю, нам стоит пообщаться как-нибудь еще, если будет возможность.
— Да, конечно, — пожал я плечами.
Честно говоря, я и не особо-то завелся из-за этой небольшой перепалки. Меня больше волновало другое. То, что Кристина весь вечер молчала и даже не пыталась выступить на моей стороне.
Катаев ушел, и мы пару минут сидели друг напротив друга в полной тишине, пока я, наконец, не спросил:
— А правда, когда ты собиралась мне рассказать?
Она тяжело вздохнула.
— Стас, я… Не знаю, что делать. Отец строг, но во мне он души не чает. И раньше я всегда этим пользовалась. Легко могла его переубедить, что-то выпросить, добиться компромисса. Но сейчас он непреклонен. Кажется, он действительно очень боится за меня.
— О да, ведь его любимая дочка связалась с каким-то отбросом. Виртуальным наркоманом, человеком второго сорта…
— Ну, не начинай, а! Ничего он против тебя не имеет. Мне даже кажется, что ты ему понравился.
— Серьезно? — сказал я с таким сарказмом, что его концентрации хватило бы на то, чтобы насквозь прожечь стол, за которым мы сидели.
— Мне-то видней! Поверь — у него к тебе ничего личного. Просто он хочет, чтобы у меня началась новая жизнь.
— Ладно… — вздохнул я и постарался успокоиться. Тут здорово пригодились навыки медитации. Если бы не они, я бы уже дано ногой расшвыривал тарелки по всему залу. — Ну, и что делать-то будем? Куда ты уезжаешь-то? Он что-то сказал про Лондон…
— Да, он пропихнул меня в университет Брунеля, на отделение дизайна. Документы давно были готовы, я туда уже почти поступила в прошлом году, но забила. А потом увлеклась Артаром…
— Когда вылет?
— Послезавтра.
— Серьезно?! — снова не выдержал я. — Нет, и все-таки — когда ты мне собиралась рассказать?
— Да я сама обо всем узнала только вчера! Причем в весьма жесткой форме. Он мне ультиматум поставил, по сути…
Губы ее задрожали, и она отвернулась. Плачущая Эдж? Что-то немыслимое…
Я потянулся к ней через стол и взял ее тонкие теплые ладошки в свои.
— Крис… Крис, посмотри на меня!
Она подняла глаза.
— Ну а ты сама-то что решила? По поводу нас?
— Я не хочу уезжать. Не хочу с тобой расставаться. Но что я могу поделать?
— Да не про поездку я. Хрен с ним, с Лондоном! Надо будет — я к тебе перееду. Мне важно знать — мы по-прежнему вместе?
Она недоверчиво улыбнулась.
— Ты хоть представляешь, о чем говоришь? Я уж, конечно, не знаю, сколько тебе платит Молчун, но вряд ли этого хватит на то, чтобы обосноваться в Лондоне. Да и вообще — чем ты будешь там заниматься? Чужая страна…
— Как и для тебя.
Она снова отвернулась, пряча слезы. Обернулась, когда окончательно пришла в себя.
— Ты серьезно, Стас? Ты правда готов ради меня…
Я крепче сжал ее ладони.
— Дай мне время, Крис. Я что-нибудь придумаю.
Глава 6. Кэлауокан
Самый простой и быстрый путь к Кэлауокану — по воздуху. Ближайшая к данжу башня Тенептиц располагается на юго-западной оконечности плато Арнархолта. Однако пользоваться Тенептицами сейчас, в разгар всеобщей гильдейской войны — так себе затея. По всем правилам военной науки такие важные транспортные узлы нужно контролировать, вот игроки и пытаются это делать. Каждая башня — как переходящий кубок, меняет хозяев по пять раз за неделю, а то и за день. Так что возле нее гарантированно нарвешься либо на засаду, либо на патруль враждебно настроенной гильдии, либо и вовсе угодишь в гущу очередного сражения.
В общем, подниматься на плато пришлось ножками, по длиннющей извилистой тропе, вьющейся по западному склону. Гораздо дольше, зато надежнее.
Наверху я понял, что не ошибся. У башни Тенептиц шла какая-то крупная заваруха — вспышки заклинаний и клубы дыма видны за сотни метров, а в Медитации можно расслышать лязг стали, боевые кличи и прочие звуки битвы.
Я свернул к Кэлауокану, стараясь не выходить на открытые пространства. Благо укрыться здесь есть где — все плато усыпано обломками скал.
Кто построил этот огромный храм и кто его разрушил, в легендах напрямую не указывалось, да и своим нынешним названием он был обязан дау, а в прежние времена наверняка именовался по-другому. Сейчас данж напоминал не то огромный полуразвалившийся термитник, не то трухлявый пень. Каменные башни будто оплавились и потекли, как свечи, а со временем и потрескались, обваливаясь огромными кусками. Похоже, тут не обошлось без чудовищной магии алантов. Однако подземелья сохранились. Правда, наполнились жутковатыми обитателями, покореженными магическим эфиром.
Вот уже долгое время это место священно для дау. Геомантки проводят здесь какие-то обряды. Забираются не очень глубоко, чтобы не потревожить духов Земли. Ибо здесь эти духи злы и не терпят чужаков.
Неподалеку от храма тоже могут караулить какие-нибудь игроки, так что я подбирался к нему осторожно. Вся надежда была на то, что подземелья эти не так актуальны, как в начале игры, и стратегической ценности для гильдий не представляют. Сложность у Кэлауокана лишь чуть выше, чем у соседнего Кладбища дрэков — того, что к востоку отсюда, в ущелье. Соответственно, и добыча здесь не особо ценная по нынешним временам. У прокачанных гильдейских ремесленников можно заказать вещи куда круче. Основная аудитория этого данжа — это те, у кого он фигурирует в квестах, либо прокачивающиеся новички. Которых, впрочем, в последнее время немало.
С Вульфом мы уже списались в чате. Он был уже где-то неподалеку. Мы договорились встретиться у ближайшего к данжу менгира Возврата, в безопасной зоне. Более удобный ориентир здесь сложно было найти, тем более что я раньше не бывал в этой локации.
Я добрался до места первым и в ожидании напарника коротал время за медитацией, задумчиво перебирая зерна Нити пути. Подумать было о чем. Обычно при входе в Артар я быстро забывал о реале, но в этот раз все было по-другому. Я постоянно возвращался в мыслях к разговору с Кристиной и ее отцом. Конечно, проще всего было представить Катаева этаким домашним тираном, который не дает спокойно вздохнуть дочери. Но в глубине души я понимал, что он по-своему прав, даже в нашем споре по поводу Артара. Просто мне в данной ситуации сложно оставаться объективным.
Зерна на четках сухо щелкали, соприкасаясь друг с другом. Все-таки очень символично, что они называются Нить пути. Перебирая резные, приятные на ощупь шарики, невольно вспоминаешь, когда и при каких обстоятельствах получил их.
Вот пять зерен, подаренных мне Бао сразу после прохождения Шести шагов — стартового классового квеста на посвящение в боевые монахи. Простые буковые шарики с выжженными на них символами пяти стихий. Бонусы от них смешные — по +3 к соответствующим параметрам. Но, пожалуй, на нити они останутся еще долго. Как память. Да и места еще полно — я заполнил Нить лишь на четверть.
Вот серо-голубой дымчатый шарик Слезы Нюй Ва, добытый в Храме Черной змеи.
«Слеза Нюй Ва». Класс предмета: очень редкий. +2 к уровню защитных умений стихии Воды. +10 % к живучести, — 10 % к продолжительности и силе воздействия ядов. На Нити Пути может быть только одна Слеза Нюй Ва.
Вот ребристая, будто бы сотканная из крупных волокон, сфера Зерна Морской саламандры, вырезанная из гладкой желтоватой кости. Это уже награда за прохождение квеста на Мастера Стихии Воды.
Зерно Морской саламандры. Уникальный предмет работы мастера Джанжи Хэ. Требования: класс — монах, Мастер Воды. Материал: бивень Большого Кракса. Свойства: носитель зерна автоматически применяет умение Хвост ящерицы текущего уровня без затрат зарядов чистой Ци. Ограничения: не чаще одного раза в 15 секунд, не более 5 раз в течение одного боя. Умение не активируется, если носитель самостоятельно уходит от атаки или отражает ее, либо если атака не представляет серьезной опасности для носителя.
Рядом — полый шарик из темной коричневатой кости, на котором раскаленной иглой выжжены затейливые узоры. Внутри него через крупные отверстия виднеется еще одна сфера, уже из светлого пористого материала. Это зерно я тоже получил вместе с рангом Черной черепахи.
Зерно Парящего сокола. Уникальный предмет работы мастера Джанжи Хэ. Требования: класс — монах, Мастер Воды. Материал: кость тарраска Ржавых пустошей, кость скального наездника Серого пика. Свойства: увеличивает вдвое бонусы к Силе и снижению веса тела во время применения Прыжка лягушки. Во время прыжка позволяет управлять скоростью движения в воздухе и частично корректировать траекторию. Ограничения: максимальное ускорение — х2, максимальное замедление — х4.
Блестящее адамантитовое зерно Благословения стали резко выделяется среди прочих — и цветом, и материалом. Его отполированная поверхность блестит, как зеркало, и если приглядеться, можно увидеть собственное изображение, только сильно искривленное.
Зерно Благословения стали. Требования: класс — монах, Мастер Металла. Материал: адамантит. Свойства: + 50 к броне, если не надето других доспехов. Аура Благословения стали становится перманентной (не требует зарядов Ци для активации и поддержания).
Его я получил в Крипте Белого тигра из рук собственного двойника. И лишь в следующую игровую сессию спохватился. Я ведь первым в Артаре стал мастером Металла. Значит, мне полагалась особая награда. Почему же мне выдали лишь одно зерно?
Я отправился за ответами к Бао и получил от него заслуженный дополнительный приз. Как и до этого, пришлось выбирать наугад из десятка спящих зерен. Мой выбор пал на невзрачный тяжелый шарик из темного зеленоватого металла, на котором были выдавлены угловатые символы, скорее похожие на алантские руны, чем на ксилайские иероглифы.
Зерно Осадного голема. Требования: класс — монах, Мастер Металла. Материал: орихалк. Свойства: при активной ауре Благословения стали монах становится невосприимчив к эффектам ослепления и оглушения, а продолжительность любых других эффектов контроля сокращается вдвое.
По сравнению с предыдущим подарком этот, конечно, выглядел менее вкусно. Если бы я мог выбирать не вслепую, а изучив описания всех спящих зерен, то наверняка подыскал бы что-то более подходящее моему стилю игры. Однако со временем я все-таки оценил этот бонус. Особенно в последний месяц, когда в составе Стальных Псов постоянно участвовал в массовых PvP-замесах. Именно при сражениях с другими игроками это зерно работало на полную катушку. Маги всех мастей, да и не только они, обожают разного рода пакости с замедлением, сковыванием, опрокидыванием, дезориентацией. Порой именно грамотный контроль решает исход всей схватки, а не то, у кого броня толще или мечи острее.
А вот и четыре зерна, выточенные для меня Джанжи Хэ из зачарованной древесины Великих древ Уобо.
Со стихией Дерева вообще история противоречивая. Во время заварухи в Уобо мне было не до вдумчивого прохождения квестов, так что я до сих пор владею только самым минимумом умений этой школы. Правда, в том числе и мастерскими. Но звание Мастера Дерева я получил только благодаря удачному стечению обстоятельств. Если бы не помощь ванаров и Псов, мне бы, пожалуй, даже сейчас не хватило бы силенок на то, чтобы собрать ключевые предметы для квеста.
Однако несмотря на то, что прохождение квеста получилось таким поверхностным, стихия Дерева стала очень важной составляющей моего билда. Частично — за счет синергии некоторых умений школы Дерева с умениями школы Металла. Но в первую очередь — за счет этих четырех зерен.
Ядовитый плод Джубокко наделил меня зеленой едкой кровью, при попадании на врагов накладывающей дебафф в 20 % Живучести. Вот он — из темного, почти черного дерева с вязкой текстурой. Джанжи, кажется, даже не пытался придать ему какую-то форму — лишь превратил кубик заготовки в нечто похожее на косточку от персика — неровную, с глубокими извилистыми бороздками по всей поверхности.
Зерно обезьяньей цепкости — скромный шарик из красноватой, с едва заметными темными прожилками, древесины. Оно, хоть и не добавило боевых параметров, очень усилило меня как лазутчика. Умение свободно передвигаться по стенам и потолку не раз оказывалось ключевым преимуществом. При обустройстве крепостей и других гильдейских объектов возможность таких фокусов просто не предусматривали, так что мне не раз удавалось преодолевать одним махом многоступенчатые линии обороны — с ловушками, турелями, вардами для обнаружения невидимок.
А вот и Желудь Шепчущего дуба. Это зерно Джанжи сделал продолговатым, так что оно действительно напоминало плод дуба. Древесина его гладкая, светлая, с прожилками цвета кофе с молоком.
Желудь Шепчущего дуба. Уникальный предмет работы мастера Джанжи Хэ. Требования: класс — монах, Мастер Дерева. Материал: зачарованная древесина Шепчущего дуба. Свойства: эффекты умений «Сердце дуба» и «Крепкие корни» становятся перманентными, а их сила увеличивается на 25 %. Монах может использовать заряд чистой Ци, чтобы обновить эффекты (например, когда уровень умения повысился, либо эффект был сброшен после смерти или в результате действий противника).
Это действительно шедевр, граничащий с имбой. В длительной перспективе это зерно экономит мне уйму зарядов Ци, плюс в сочетании с адамантитовым дает возможность держать активными все три известные мне стихийные ауры — Скоротечность, Крепкие корни и Благословение стали. Не говоря уж о приятном бонусе в 25 % к двум умениям.
Ну и последнее зерно стихии Дерева. Необычного цвета — зеленое с темными и светлыми прожилками, будто вырезано из малахита, а не из древесины.
Зерно необоримой силы. Уникальный предмет работы мастера Джанжи Хэ. Требования: класс — монах, Мастер Дерева. Материал: зачарованная древесина Вечного баньяна. Свойства: монах приобретает новое мастерское умение — подобно Великому Хануману, он способен увеличиться в размерах, превращаясь в колосса, обладающего повышенным уроном и живучестью. Рост и все базовые характеристики увеличиваются вдвое, во время действия эффекта монах может использовать умения школы Дерева без затрат зарядов Ци. Продолжительность: 60 секунд, стоимость активации умения — 6 зарядов Ци, время восстановления умения: 24 игровых часа (засчитывается только время онлайн).
Признаться, я пока ни разу не использовал это зерно — не было подходящего момента. Хотелось вытащить этот туз из рукава максимально эффектно. Да и восстанавливается умение так долго, что невольно будешь приберегать его на самый-самый крайний случай.
Еще дюжину зерен я сознательно разместил уже после этих, основных. Это были зерна, которые мне удалось добыть у странствующих торговцев и на аукционе. Ни одно из них, конечно, не могло сравниться с шедеврами Джанжи. Это были недорогие поделки, дающие небольшие прибавки к статам либо к уровням конкретных умений. Из-за того, что на Нити Пути не может быть двух совершенно одинаковых зерен, все эти бонусы шли вразнобой, но в сумме давали неплохой эффект. И с каждым из них у меня связана маленькая история, хоть и не такая интересная, как с униками.
Приближение Туманного волка я засек издалека. Целитель шел со стороны данжа — похоже, прятался где-то неподалеку. Я на его появление никак не реагировал. Опасаться мне было нечего, я сидел в безопасной зоне возле менгира. И прерывать цикл Медитации не хотелось — как раз оставался последний для максимального баффа. Сейчас, на Экспертном уровне медитации, это десять процентов ко всем характеристикам, а не пять, так что прибавка существенная.
— Рад видеть тебя, Мангуст! — негромко поприветствовал меня Вульф, приближаясь почти вплотную, чтобы тоже войти в безопасную зону вокруг менгира.
Я, приоткрыв глаза, кивнул и дождался последних тактов Медитации. Хотел было подняться, но целитель сам уселся на землю напротив меня, положив посох рядом.
— Я потихоньку разведал окрестности. Нам везет — поблизости никого. Похоже, игроки со всей округи стянулись к битве за башню Тенептиц.
— Да, я видел. Там сейчас мясорубка в самом разгаре.
— Ну, надеюсь, мы здесь надолго не задержимся. Что тебе нужно по квесту?
— Черный янтарь. Добывается с именного монстра по имени Изинкан… Что ты на меня так смотришь?
— Вообще-то Изинкан — это главный босс подземелья. Ты что, не в курсе?
— В курсе, конечно. Даже примерно знаю, как он выглядит и что умеет.
— И как ты планируешь добраться до него в одиночку? А тем более завалить?
— Почему же в одиночку? Ты ведь взялся помогать.
— Я ведь тебе говорил — у меня обет. Я не могу никого убивать, иначе запорю свой квест…
— Да помню я! Тебе и не придется никого убивать. Просто хиль меня. А я уж буду и за танка, и за ДД.
В оффлайне я изучил имеющуюся информацию по этом данжу. Кэлауокан — средних размеров подземелье, рассчитанное на прохождение группой в 4–5 человек со стандартной структурой: танк, принимающий на себя основной удар, два-три игрока с хорошим уроном, желательно дистанционным, и целитель, страхующий группу бафами и лечебными заклинаниями. Сложность данжа средняя, куда проще, чем тот же Храм черной змеи. Который мы с Псами, к слову, успешно прошли еще в те времена, когда были куда слабее, а я уж и вовсе был зеленым нубом. Хотя, конечно, тогда нас было два десятка человек, и все равно мы чуть не вайпнулись….
— В общем, я думаю, справимся и вдвоем. На крайний случай — сдохнем разок и отступим. Помирать-то тебе, кстати, можно по квесту твоему?
— О, сколько угодно, — невесело усмехнулся Вульф. — Но мне бы этого не очень хотелось.
— Тогда не подставляйся, — пожал я плечами. — Думаю, раз ты не будешь бить мобов, они и агриться на тебя будут меньше. А в остальном — рутина. Обычный данж, ничем особо не примечательный. А мы оба прокачаны выше среднего, так что вдвоем вполне можем заменить стандартную группу. Ну, разве что времени на прохождение потеряем чуть больше.
Я оказался прав почти во всем. Кроме того, что данж ничем не примечателен. В интернете, пока изучал инфу по нему, видел множество изображений, от концепт-артов до небольших видеороликов. Но как оказалось, все они не давали представления о том, как эти подземелья выглядели на самом деле. Дело даже не во внешнем виде, а в атмосфере, что царила здесь. В звуках, запахах, причудливой игре света и теней, в странных эманациях Ци, воспринимаемых даже без погружения в медитацию. Возможно, я просто оказался излишне впечатлительным (хотя раньше не замечал за собой такого греха), но подземелье странным образом давило на психику. Это было похоже на фильмы ужасов с постепенным нагнетанием саспенса. Вроде бы никакой жести на экране нет, но с каждой секундой нарастает предчувствие опасности. И это нервирует куда больше, чем толпы монстров, бесхитростно нападающих лоб в лоб.
Внешнюю оболочку Кэлауокана — те самые оплывшие от чудовищного огня руины, издалека похожие на огромный термитник — мы преодолели быстро, не встретив никаких преград, если не считать пары десятков скальных ползунов, похожих на огромных мокриц. Очень распространенная пещерная живность, в разных количествах и вариациях их можно встретить в любом уголке Артара.
Вход был похож на густое облако тьмы, зависшее между двумя каменными тотемами, изображающими взвившихся на дыбы кентавров с мощными волосатыми торсами и внушительными рогами, загнутыми вперед, как у быков.
— Это к
Пелена тьмы служила магическим барьером, отделяющим данж от Артара. Пройдя ее, мы оказались в замкнутой зоне. Пока мы здесь, другие игроки сюда проникнуть не смогут. Если же кто-то из них тоже решит проходить данж, то им придется ждать, пока мы пройдем эту зону. Тогда она перезагрузится и будет готова принять очередную команду.
На первом уровне подземелья еще были очень заметны следы разрушений. Стены здесь были сложены из огромных камней и, похоже, раньше служили подвалами основного сооружения. Судя по глубоким нишам в стенах, а также обилию обломков статуй и мраморных плит, здесь было что-то вроде подземного кладбища. Только вместо могил — богатые склепы, вместо гробов — массивные каменные саркофаги. Что удивительно, характерные архитектурные элементы указывали на то, что изначально все это было построено алантами. То есть сами построили, сами и разрушили? Гражданская война? Или техногенная катастрофа?
Стены, статуи, саркофаги — все здесь было сильно повреждено, причем повреждения были необычными. Камень оказался оплывшим, местами в нем темнели глубокие борозды, будто проточенные какой-то жидкостью. Некоторые участки стен и вовсе вспучились буграми, как оплавившийся пластик, и при этом светились рассеянным фиолетовым светом.
Мне вспомнились слова Джанжи Хэ. Эфир коварен. Величайшее изобретение алантов, основа их могущества, одновременно стало и причиной их упадка.
Обитатели этих мест были тоже изуродованы, и оставалось только догадываться, как их далекие предки выглядели изначально. На нас набрасывались похожие на пауков горбатые твари с тремя парами конечностей и косматой свалявшейся гривой волос, сквозь которую росли бесформенные наросты, напоминающие колонии грибов. Мелкими стаями, визжа так, что уши закладывало, с потолка пикировали нетопыри размером с добрую курицу. Выпрыгивали из засад, устроенных за обломками каменных плит, коренастые человекообразные карлики с морщинистыми птичьими ногами и широченными пастями, больше напоминающими крышки небольших сундуков. Ну, и для ассортимента тут была разнообразнейшая нежить — от банальных сморщенных зомби до странных псов, у которых поверх тела будто бы нарос еще один скелет, похожий на экзоброню из зазубренных темных костей.
Вопреки опасениям Вульфа, рядовые монстры не доставляли нам особых проблем. Под тремя монашескими аурами, полным бафом от Медитации и под бафами самого целителя я превратился в настоящую машину для убийства. Даже посоха не доставал — как активировал Железные кулаки на входе в данж, так и шел вперед, дробя черепа и ломая кости голыми руками и ногами. Самое твердое, что монстры пока могли нам противопоставить — это кости, клыки и когти, так что они меня даже поцарапать не могли — кожа под Благословением стали и Сердцем дуба была прочнее железа, хотя на ощупь оставалась совершенно обычной. Только руки от локтя до кончиков пальцев и ноги от колена до стопы под воздействием Железных кулаков посерели, и стали твердыми, будто и правда превратились в металл.
С контролем агра тоже все шло по плану — целителя монстры либо вообще не трогали, либо не успевали до него добраться, потому что я перехватывал их на полпути. Это было несложно, потому что Вульф следовал буквально в нескольких шагах позади меня — ровно на таком расстоянии, чтобы не попасть под шальной удар. И хотя мы почти не разговаривали по пути, не до того было, я чувствовал, что его скепсис по поводу этого похода постепенно рассеялся.
Хуже было то, что почти всем противникам удавалось набрасываться на нас неожиданно. В катакомбах было темно, свет исходил в основном от насыщенных эфиром стен и от странных факелов, похожих на торчащие из земли кости, объятые призрачным пламенем. Но темнота — это половина проблемы. Все подземелье заволакивал серый туман, похожий на дымовую завесу, использовавшуюся на старых рок-концертах двадцатого века. Где-то он струился по самому полу, едва доходя до щиколоток, а где-то вставал стеной, не давая ничего разглядеть даже в пяти шагах. И чем глубже мы пробирались, тем эта пелена становилась плотнее.
— Дау называют это мехкаан, Серый туман, — пояснил Вульф, куда более меня осведомленный об этом месте. — Это особая магическая сущность, которую хунганки оседлых племен используют для защиты поселений. Серый туман может укрыть целую область, как бы пряча ее из реальности.
Поделиться книгой: