Скрамасакс

— Тупо смириться, а там будь, как будет?..

— Нет уж, хрен вам!

— Раз пошла такая пьянка, то терять мне особенно нечего…

Поболтав с шизофренией я, наконец-то, пришёл к очевидному выводу: "Пока не поздно — надо рвать когти!"

Идём параллельно земле с небольшим ускорением — очень быстро, леса и речки, поля и холмы сменяют друг друга. Реальность происходящего прямо пугает — ощущения как у живого: "Значит, не умер, хотя, откуда мне знать как там за гранью?"

От ветра слезятся глаза, сердце колотится боевыми тамтамами, волосы — дыбом, стадом бизонов — мурашки… "Нож — вот он, надо ж, не выронил…"

Собравшись с духом, изворачиваюсь, бью тучку клинком, лихорадочно полосую туман — посылаю удар за ударом…

Спустя пару мгновений, сквозь адреналиновый гул до слуха доносится жуткий, душераздирающий вой.

Падаю с высоты девяти этажей — никак уж не меньше. Сердце заново в пятках, земля приближается очень стремительно. Зажмуриваюсь, морально готовясь к удару, пытаюсь мысленно себя успокоить: "Не дрейфь студент, это лишь сон — страшный ночной кошмар…"

— Хрясть… — произошла встреча с ёлочкой.

— Ой!.. какой-то травмоопасный нынче сон получился.

Покувыркавшись по веткам, упал в мягкий мох: "Ну, хоть тут-то везёт. Зашибись… куда меня утащили?.. Кто это был?.. Впрочем, с деталями разберусь чуть попозже, главное выжил…" — в мешанине разума стремительно мелькнули обломки сознания и вновь темнота.

Глава 2. Аника

На этот раз в себя я пришёл гораздо быстрее. Резко открыв глаза, глянул вверх, покосил по сторонам: обстановка показалась нормальной — странностей не обнаружил. Осторожненько приподнялся: "Точно: тишь, гладь, благодать…"

Обдувал ветерок, чирикали пташки, пахло хвоей и прелой листвой — картина была почти идиллической.

"Что же, надо собраться — это лишь сон. Необходимо срочно в том убедиться и как можно быстрее проснуться", — таким образом поразмышляв, я не нашёл ничего более умного, как тупо полоснуть ножом по запястью.

— Ой! Блин! — слизав капельку крови, почувствовал солёный, металлический привкус, сознание встрепенулось и сделало вывод: "Нет, не сон, совсем не сон. Куда же меня занесло и что это, вообще, происходит?.."

Сидя на заднице, затравленно огляделся: лес смешанного типа представлял из себя довольно густую массу деревьев, землю ковром покрывал серо-зелёный, бархатный мох, солнце, пробиваясь сквозь кроны, причудливо играло пейзажем.

Зажимая рукой нанесённую рану, прокрутил ситуацию: "Эпизод с кабаном, в общем-то, ясен, а дальше — абсолютная мистика. Если умер — почему тогда кровь? Я, вроде, должен был стать бестелесным, так сказать, духом, посещать родственников, знакомых, а уж только затем — свет в конце туннеля, страшный суд и дальше по списку. К тому же, следов битвы на мне не осталось, лишь пара царапин — от ёлочки… вновь ненормальность — навернуться с такой верхотуры и хоть бы хны!"

— Так… — достав телефон, обнаружил отсутствие связи, открыв навигатор, убедился в исчезновении спутников.

Озадаченно почесав затылок, я снова вступил в диалог с шизофренией:

— Да… задачка, как же мне домой добираться — в какую сторону двигать?

— Давай разберёмся: тащили меня, вроде как, на восток, значит, идти необходимо на запад — логично?

— Логично.

— При данном раскладе, боюсь, блуждать буду долго.

— Только без паники… впрочем, и паники не наблюдается — снова странная странность.

— Жена осознав, что муженька долго нет, решит — вновь грибник заблудился, и свяжется с братом, он служит спасателем, какой никакой, а всё-таки блат. Где МЧС развернёт свои поиски? Правильно, в Головинских лесах, я же обозначил куда собираюсь. Охохонюшки-хо-хо… — а там-то меня уже нет…

— Где я, чёрт возьми? — отбив ладони о землю, в сердцах крикнул тёмному лесу.

Лучше бы это не делал — не поминал бы рогатого. Когда, растворившись в сумраке чащи, мой голос затих, тут же налетел ураганный порыв холодного ветра: верхушки могучих деревьев раздвинулись, иголки и листики закружились в мини торнадо, а над головой пронеслись две зловещие тени. Вспомнив о жутких аморфных созданиях, не так давно тащивших меня, я вжался в землю, зажмурился, представил, что вновь попаду в когтистые лапы: сердце ухнуло в пятки, дыхание перехватило, подняв волосы дыбом, по телу пробежались мурашки.

"Уф, вроде, как не заметили… Надо быстрей делать ноги… ещё раз встречаться с такими парнями совсем не охота… Ходу!.. Ходу!.." — перевернувшись на четвереньки, по-собачьи устремился в ближайшие кустики, подальше — поглубже.

Значит, бегу я на четырёх костях, а неугомонный рассудок, в надежде отыскать хоть какую-то логику, пытается разложить ситуацию на составляющие: "Так, основная версия — я умер, точнее, геройски погиб в неравной схватке с лесным душегубом. Меня схватили черти или как их там?.. Ну, и потащили в ад, куда же ещё? А я такой, блин, красавчик, оставил их с носом и, кажется, одного слегка покалечил. Однако — вновь нестыковка, я в своём собственном теле из плоти и крови, да и мёртвым себя не считаю. Стоп! А моё ли, собственно, тело?.."

Глянув на мелькающие конечности, сделал вывод: "Руки ноги мои, одежда, как будто бы тоже, — чуть успокоившись осмотром, подвёл итог, — вроде бы я".

Вдруг до сознания, сквозь гулкий стук сердца, продрался встревоженный голос:

— Ты кто такой?

Я резко замер. Стоя на четвереньках, не дыша, медленно поднял голову, скользя взглядом по мху, странной одежде, наткнулся на испуганное лицо мальчугана. Пацану лет пятнадцать — четырнадцать, может, тринадцать, жилистый, невысокий, с перетянутыми по лбу кожаным шнурком соломенными волосами. Самотканая косоворотка неопределённо сероватого цвета, того же оттенка штаны, на ногах чуни — кустарно изготовленная меховая обувка. Живописьненько так — в духе русского средневековья.

"Может быть старовер?.. — озадачившись антуражем, сделал предположение и его сразу отмёл. — Не, откуда у нас староверы?.. Впрочем, оказаться я мог весьма далеко, даже в Сибири — неслись мы почти на сверхзвуке…"

За такими вот, размышлениями я не сразу сосредоточил внимание на весьма актуальном: на меня смотрел гранёный наконечник стрелы, руки сжимающие лук немного дрожали и данный момент не вдохновлял — абсолютно.

"Опять начинается, из огня да в полымя. Ну, когда же всё это закончится?.."

Забегая вперёд, хочу оправдаться: говор мальца сразу показался мне странным, поначалу я понимал его через слово, однако достаточно быстро освоившись с местным наречием, ниже, дабы никого не смущать неудобопроизносимыми фразами, представлю перевод диалогов на современный мне русский.

— Ты что, басурманин?.. Слов не разумеешь?.. Али немой?.. — после не продолжительной паузы, вновь раздался чуть дребезжащий мальчишеский голос, парень был явно на взводе, и мягко сказать, немного взволнован.

Вспомнив эпизод из популярного фильма: "Папаша, огоньку не найдётся?.. Ты что глухонемой что ли?.." я чуть не выпалил — да! — однако сдержавшись, лишь улыбнулся.

Парнишка сконфузился.

Почувствовав слабину в собеседнике, решил действовать бесцеремонно — нахрапом. Вальяжно встал, отряхнулся, в интонацию добавил развязность:

— От басурманина слышу! Чурбан не отёсанный! Меня Романом зовут, вроде бы русский… сам кто таков?

— Это ты с небес шваркнулся? — ещё больше напрягшись, парень задал вопрос, игнорируя мой.

— Я, а что?..

— Ты колдун?

— С чего взял? Умом тронулся, мальчик?..

— Обычные люди по небу у нас не летают…

Лихорадочно соображая, куда я попал и что отвечать собеседнику, решил закосить на амнезию:

— Так, это… не помню я ничего, видать, как о землю ударился, так память и кончилась.

— А как же помнишь, что Романом зовут? — сильней натянув тетиву, недоверчиво полюбопытствовал парень.

— Ну, понимаешь, брат, вот что Роман, что из Владимира — помню. А, как и откуда упал — отрубило.

— Брось — так не бывает: помню — не помню.

"Пацан, прямо сыплет крылатыми фразами из советских комедий, сейчас "Джентльмены удачи" прикольно", — я улыбнулся, мальчишка, вздрогнув, сглотнул.

"Надо заканчивать, — подумалось мне. — Так договоришься, Роман, до стрелы, торчащей из многострадального тела, а это, брат, неприемлемо, от слова вообще…"

Угомонив пришедший не ко времени смешливый настрой, приступаю к решительным действиям:

Не мигая гляжу парнишке в глаза, один шаг навстречу, другой несколько в бок — пытаюсь подобраться поближе, одновременно уйдя от возможного выстрела. Громко кашлянув в руку, носком ноги подцепив шишку, бросаю ту в сторону, она глухо бьёт в ствол. Противник инстинктивно смотрит на звук. Прыгаю. В считанных миллиметрах от лица пролетает стрела — чиркает краешком, жжёт опереньем. Толкаю всей своей массой его лёгкую тушку. Пацан звонко бьёт о сосну головой, ныряет в нирвану и затихает.

— Уф… опять пронесло, — потирая пострадавшую щеку, констатирую я.

Почесав бритый затылок, приступаю к реанимации: "Так, вроде бы дышит…" — вдох — выдох. Переворачиваю мальца на живот. Крепко, кожаным шнурком, сорванным с его же волос, вяжу лучнику руки. В попытке привести незадачливого юношу в сознание, прислоняю тщедушное тельце к сосне и шлёпаю его по щекам.

Мальчишка, очухавшись, не мигая, пристально смотрит в глаза — играем в гляделки: открытое лицо славянского типа, озабоченный взгляд, хулиганская ухмылка и ни тени смущения.

Когда, наконец, он моргнул, я задал вопрос:

— Ну что, Аника воин, очнулся?..

— А говоришь не колдун, так отколь тогда знаешь, как меня звать? — с ноткой вызова поинтересовался парнишка. Боевой мандраж мальчугана покинул, он успокоился и начал дерзить — при стрессе одна из типичных реакций.

— Тьфу ты! Аника… — прикольно! Значит так, дорогой, рассказывай без утайки — где мы? Кто ты? И что нам с тобой, дружок, дальше делать? А то я, правда, того… весь в непонятках — потерянный, не иначе.

Спустя минутную паузу, позыркав по сторонам и опробовав путы мои на разрыв, парнишка, обречённо вздохнув, стал давать показания:

— Что тут сказать?.. Здешний я, только поохотиться на зайца собрался — жуткий визг, глянул на звук: мужик по небу летит, оземь бряк. Хотел драпануть, однако подумал — может помощь нужна, а ты вона как — сразу в морду! Больно ведь… — жалостно скривившись, пацан шмыгнул носом.

— Родители где? — в зародыше безапелляционно прервал я его челобитную.

— Татары деревеньку нашу пожгли, отца убили, а мамка давно — при родах ещё умерла, — незамедлительно ответил подросток, вновь наигранно всхлипнув. — Дядь, развяжи…

— Какие такие татары? — округлив глаза, крякнул сконфужено.

— Простые — Касимовские…

"Час от часу не легче! Касимов недалече от нас — от Владимира, не раз там бывал. Татары в краях тех и вправду живут, но чтоб деревни жгли да колхозников убивали?! Стоп! А может, Касим — это бандитская кличка?.. Его-то бригада и терроризирует местных… в глубинке, болтают, до сих пор девяностые…" — мозг выстроил новую версию, упорно игнорируя очевидные факты.

С усилием вынырнув из тяжких дум, я вернулся к беседе:

— Не убежишь?

— Не-а.

— Буянить не будешь?

— Так это ты, вроде, буйствуешь как, я же помочь всего лишь хотел.

— А… ну, да… — протянул я задумчиво и заново нырнул в размышления: "Надо освободить сироту, конфликтовать с аборигенными нет никакого резона, наоборот, необходимо наладить контакт".

Огорошенный разум, анализируя ситуацию, неспешно зашевелился и наконец, выдал на-гора результат:

— Лады. Руки давай — развяжу. Не дрейфь — солдат ребёнка не тронет.

— Шолдат — это кто?..

— Не шолдат, а солдат!..

"Тёмный какой-то парнишка — элементарных вещей не понимает", — продолжил я удивляться.

— Как объяснить-то тебе?.. — подбирая слово, на секунду задумался. — Воин — короче.

— Стало быть, ты боярин? — просветлел собеседник. — То-то смотрю — череп скоблённый.

Надо заметить: до недавнего времени волосы у меня были по плечи, убирал я их в хвост. С возрастом хвост становился всё тоньше и тоньше, лужайка на макушке всё больше и больше, в итоге пришлось побриться под ноль, с тех пор так и хожу, плюс борода месячной давности, видок ещё тот — моджахед стайл.

Я опять подзавис: "Бояр, вроде, царь Пётр всех извёл подчистую… хотя, нет! Он им только бороды стриг, однако в семнадцатом они точно закончились… — угодив в тупик, разум слегка озадачился, — вероятно, слово бояре это местная феня, типа нового русского…"

Тряхнув головой, я растерянно буркнул:

— Нет, коммерсант я.

Собеседник сконфузился.

"Тьфу ты!.. Совсем дурачок!.."

— В общем, Купец, — вновь нашёл я синоним.

Малец выгнул брови:

— Расскажи-ка купец, как на небеса ты попал? С ангелами, что ль торговал?

Очевидно, картина летящего мужика, заинтриговав, озадачила пацана не на шутку.

— Говорю же — не помню. Вот, заладил!.. Небеса, небеса… Может я заблудился. На дерево влез осмотреться и не осторожно упал, — наконец справившись с собственноручно накрученными узлами, выдавил я.

— Не-а… до ёлочки ты по небу летел, то есть падал. Я на лысом пригорке аккурат тогда был, визг услышал и тебя сразу узрел, — разминая затёкшие руки, возразил собеседник.

Освободив парнишку от пут, ухватил шалопая за ворот, вдруг побежит, поди — догони. Сел рядом на корточки и, пристально глядя в глаза, дабы понять — врёт ли паршивец, продолжил:

— Ещё, что-то странное видел?..

— А что, должен был?.. — хитро прищурившись, в еврейской манере ответил мальчишка.