Планета сюрпризов (СИ)

Над лесом спасательная капсула тормозила с громоподобным шипением и низким рокотом. А когда капсула встала на поляне, земля легонько вздрогнула. Балла на три по Рихтеру. Ещё пара минут, и спаскапсула развернулась во временное убежище. С лязгом сдвинулись бронепластины, с рыком в грунт вошли фиксаторы, бесшумно в небо взметнулись антенны.

— Сканирую периметр! — поздоровался со мной компьютер спасательного убежища. — Фиксирую уровень биологической опасности! Долгосрочная глухая оборона периметра потребует значительных энергетических затрат! Личность опознана! Командор! Добро пожаловать на борт! Принимайте командование спасательной миссией!

— Да, привет, я тебя тоже рад видеть, — устало пробормотал я, заходя внутрь. Тут я могу переночевать в относительном комфорте и безопасности. В первую очередь — душ! Затем медкапсула — надо оценить последствия этого маршброска, как и последствия принятия боевых стимуляторов. Затем лёгкий ужин и — спать. Отбой!

А завтра дойду уж до Академии. Тут, по карте судя, совсем рядом. Кабы не триклятое колдовство, сбившее меня с пути, да ка бы не вредная ведьма, устроившая мне маршбросок с нагрузкой, я бы засветло до Академии добрался бы.

Офигел

Утром я проснулся свежим, полным сил и добрым. С предвкушением удовольствия от предстоящей лёгкой пробежки вышел наружу, на полянку.

Снаружи я встретил её — мою вчерашнюю вредную ведьму. Девушка, свежая и прекрасная, как утренняя лилия, рассматривала какую-то корягу, кажется, обмотанную леской. Я не сразу узнал свою вчерашнюю поделку, так сказать, эмулятор музыкального инструмента.

— Прекрасное утро! — с ходу заявил я, вежливо улыбнувшись, хотел закончить фразу так: «для прекрасной ведьмы!», но девушка меня оборвала.

— Это что такое? — строго спросила она, выразительно кивая на мою временную спасательную станцию.

— Это мои хоромы! — улыбнувшись, уведомил я её, и тут же добил, демонстрируя перстень князя Г'Ора: — Именем светлого князя Ри Г'Ора, я тут теперь живу, и несу княжью службу!

Кто-то вчера обзывал меня бродягой, да? Кто-то нагло заявлял свои права творить всякие ведьмовские безобразия в этом славном (хотя дремучем и тёмном) уголке Роландии, да?

— Именем князя, я должен взглянуть на ваши верительные грамоты! — я перешёл в наступление. Не люблю стерв. Не подумайте чего, я человек мирный, тихий, и стерв не люблю тихо и мирно: просто стараюсь с ними не пересекаться. Но когда стерва вытирает об меня ноги, это я спустить не могу, даже невзирая на свой миролюбивый характер.

Давай, милочка, соображай, в какую зад… засаду себя загнала, делай выводы, и я обещаю милостиво воспринять твою просьбу о помиловании.

— Ч… чего?! — зашипела ведьма.

— Что ж тут непонятного? Вчера ты заявила, что «в своём здесь праве». Вот, как доверенный человек князя, направленный сюда разобраться, я должен удостовериться в заявленном тобой праве, — выдал я ей.

Пока ведьма хлопала ресницами, раскрыв рот и тщетно пытаясь отыскать достойный ответ, я решил забить на разминку и зарядку, а утреннюю пробежку заменить маршброском. Мне пора таки посетить Академию. А то ж мы с ней как сейчас сцепимся — а мы сцепимся — это к гадалке не ходи — так я опять до Академии не дойду. Не, надо отложить развлечение на потом, а сперва заняться делом.

— Сделаем так: время тебе до вечера, а меня сейчас важные дела государственные ждут! — объявил я, и открыл люк, что б пойти позавтракать, да в поход снарядиться, раз уж утренняя пробежка обломилась.

— Ты такой же, как эта коряга! — бросила мне в спину ведьма, сделала паузу, дождавшись, пока я обернусь, и закончила так: — Настоящим рыцарем кажешься — как эта подделка музыкальным инструментом: издалека и в темноте!

Это чего, это мне показалось, или это попытка мной манипулировать? Типа, раз ты рыцарь, так извини-подвинься, но будь добр и любезен?

— Меткое замечание, девушка, — невозмутимо кивнул я. — «Рыцарь», «князь», «воин», «мастеровой» — известные в здешних краях титулы мне одинаково не подходят.

— Кто же ты? — сощурила свои хитрые глазищи.

— Космический разведчик! — отчеканил я, щёлкнув каблуками и отсалютовав по форме. — Лирический герой межзвёздных трасс. И этот мир — лишь один из сотен на моём пути.

На том и разошлись. Ведьма, гордо вздёрнув свой курносый носик, с независимым видом удалилась в свою избушку, я же шмыгнул внутрь спасательной станции. Решил, позже с нею разберусь. Пора бы делом заняться! Уже третьи сутки на этой планете, а к делу так и не приступил!

Наскоро позавтракал, собрал котомку, выходя, настроил систему защиты: только не летальные средства. Мало ли.

Вышел наружу и наткнулся на ту обмотанную леской корягу. Значит, только издали и в темноте, да? Хм. Леску с коряги я смотал, да в карман сунул — в этом отсталом мире леска — невосполнимый ресурс и бесценный артефакт. Может, в дело потребуется, а я тут её на развлечение перевожу. Сунул леску в карман, взял пеленг на Академию, да и пошагал себе.

Через час я стал замечать в редких просветах кроны леса сполохи какого-то дальнего пожарища.

А через пару часов я вышел к зданию Академии. Не поверил своим глазам, сделал несколько снимков, включая рентгеновский, сложил их вместе и прогнал через фильтры, но инфор показал мне то же, что и собственные глаза: белоснежная башня высотой в три сотни метров с ажурными балконами, висячими садами, каскадами фонтанов. Вокруг башни кружили снежинки. В разгар лета, да, кружили снежинки и красиво сверкали в лучах летнего солнца. А вершину башни венчали сполохи негасимого пламени: не просто огонь, разведённый зачем-то на крыше, нет, но нечто, вроде коронарного разряда плазмы. Вокруг башни вились в причудливом танце два синих дракона, увитых сполохами молний. Сама же башня — я не поверил, подошёл ближе, потрогал руками, произвёл сканирование — цельная кость!

Слов нет!

Мыслей — то же нет. Разве что ещё раз помянуть начальника первой экспедиции: — «Эта планета полна сюрпризов!». Это он заявил, когда экспедиция обнаружила на планете жизнь. По всем расчётам ничего подобного здесь быть не должно, но есть. Потом, когда тут обнаружили разумных человекообразных обитателей со средневековой цивилизацией, уже весь личный состав экспедиции воскликнул чуть ли не хором: — «Эта планета полна сюрпризов!»

Хотел бы я посмотреть на их реакцию на эту вот башню. Нет, не «башню», «Башню»!

Потрясающе!

Такого просто не бывает! Ничего подобного этой Башне быть не может! Этакого попросту нет в природе вещей! Что вообще тут творится?!

Магия же!

Ясно, что магия. Я же знал, что на этой планете есть маги, которые творят истинные чудеса, но даже с магией — сотворить такое! С моей академией! Да как посмели?! Кто позволил?! Что тут вообще произошло?!

— Кто таков? По какому делу? — строго спросил меня грозный великан в сверкающем сплошном доспехе, на которого я наткнулся, когда бросился вход в башню искать.

— Именем князя Ри Г'Ора! — провозгласил я, показывая печатку. — Рей из рода Анд! Послан княжескою волею заради Правды!

— Проходи мимо! — безразличным тоном отозвался страж. — Дела Академии князьям не подотчётны! На земле Академии есть токмо воля совета архимагов! Подай челобитную через привратника, получи приглашение на приём, приходи, когда будет назначено.

Вот так! Ничего себе!

Почёсывая затылок, я повернул от башни к аккуратным домишкам неподалёку — у подножия утёса, на котором стоит Башня. Прибашенная слобода — во как! Это я вышел к Академии из дремучего леса, а нормальные-то люди прибывают в Академию нормальной дорогой, и останавливаются в слободе, что возникла около Башни, и называется Прибашенною слободою. При мне тут стояла пара бараков строителей Башни, а теперь тут живёт целая слобода, живёт мелкой торговлей и услугами. Потребителями являются академики и студенты из Башни, а так же их родственники, и разного рода просители, коих в Башню не пускают, а потому все они селятся в слободе, снимая комнаты в наём.

И так, в прошлый свой визит на эту планету я основал Академию, как центр здравомыслия, оплот логики, науки и передовых для этого мира технологий. А маги в то время были скромными мудрецами, ведущими отшельнический образ жизни, и придерживающимися принципов невмешательства в мирскую жизнь и непротивления злу насилием.

В этот раз я намеревался базу свою поставить в Академии, и оттуда вести поиски магов, что бы кого-то из них уговорить отправиться со мной к далёким звёздам, да и самому попытаться научиться хоть бы какому-то колдовству.

Теперь выясняется, что в моё отсутствие скромные маги поменяли своё отшельническое мировоззрение, и захватили Академию, превратив её в Академию Магии!

Разумно было бы покрутиться в Прибашенной слободе, прислушиваясь к разговорам, аккуратно порасспросить местных, собрать информацию, с тем, что бы позже собранную информацию обработать, составить полную картину, и понять, что и как делать дальше.

Так решил — так и сделал. До самого вечера я шатался по слободке, большей частью состоящей из трактиров и постоялых дворов. Встретил нескольких старых знакомых.

Одним был мой прежний «прораб» — старший мастер строительной «бригады». Его ребята и отстроили эту слободу. Только в нынешний сезон бригада распалась: кто-то подался на заработки, а кто-то осел здесь же — сдавать комнаты в ими же выстроенных домах показалось занятием необременительным, но доходным. Сам мастер владеет одним таким доходным домом и небольшой харчевней, но ещё принимает заказы на всякого рода ремонт — просто скучно мастеру без дела сидеть.

Ещё встретил Плошку — шустрого парнишку с умными глазами, который в прошлый раз во время эпопеи с ремонтом моего звездолёта был у меня на роли личного «подай-принеси». Сейчас этот солидный мужчина — владелец собственного «бизнеса» в слободе — сувенирами торгует. Говорит, весьма ходко раскупают. Особенно — заколдованные. Ему студенты «из Башни» колдуют «за харчи», когда курс «умерщвления плоти ради возвышения духа» проходят.

А ещё мне повстречался Сур — суровый воин, в прошлом не раз заступавший мне дорогу — не со зла, а по долгу службы и по убеждениям. Теперь Сур работал суровым вышибалой в одном из питейных заведений. Как оказалось, Сур является владельцем этого места, но предпочитает этот факт не афишировать, и тешит себя ролью вышибалы.

Каждому из них я заговорщицким тоном сообщил, что шатаюсь тут без особого дела под вымышленным именем, просто посмотреть, как нынче люди живут. И многозначительно поднимал глаза к небу. Они на это реагировали так одинаково, словно заранее сговорились и отрепетировали: многозначительный хмык, саркастическая ухмылочка, типа: — «знаем мы!», — и согласный кивок в том смысле, что, дескать: — «ладно уж, как скажешь!» И чего это никто не верит, что я ничего не замышляю? Говорю вам: я человек тихий, скромный, предпочитающий мирный отдых всяким сомнительным подвигам!

Вот опять! Многозначительный хмык, саркастическая ухмылочка, типа: — «знаем мы!», — и согласный кивок, вроде: — «ладно, как скажешь!» Вы сговорились? Да и бес с вами!

Короче, за день внимательного и осторожного сбора информации узнать удалось много интересного. Во-первых, я выяснил, как Академию захватили маги. Ещё в прошлый раз, когда маги вдруг явились ко мне ни с того ни с сего, и предложили помочь с ремонтом звездолёта, я не понял, что это их сподвигло вдруг на такой широкий жест.

Оказывается, как только я улетел, благообразные мудрые отшельники заявились в Академию, и учинили там погром. Называется: «первая великая конференция Роландийской Академии, посвящённая диспутам о силе знаний и предназначении людей ведающих»!

«Знание — сила!» — гласит девиз Академии, предложенный в своё время мной. Раньше эти слова были выбиты в камне, нынче маги зажгли огненные буквы над Башней Магии. Маги выиграли диспут о силе знаний в первой великой конференции — сила оказалась на их стороне. Та историческая «великая конференция» ознаменовалась принятием нового устава Академии, и выбором первого состава совета академии путём прямого и открытого сравнения силы знаний. С того дня Академия стала Академией Магии.

Первый выпуск магистров магии Академия сделала в рекордные три года. Правда, после года — двух самостоятельной практики выпускники возвращались к учителям с ворохом вопросов, и пришлось их доучивать. Сейчас прилежный студент после трёх лет получает звание «учёный маг» — в том смысле, что его учили, но недоучили, — и отправляется в официальное «странствие». Через пару лет он обязуется вернуться, «набравшись практического опыта», и закончить образование, став «магистром» — в смысле, закончившим учение «магом истинным» — сокращённо «маг-ист-р» («Р» — для благозвучия).

Первые же «учёные маги» из Академии Магии, выпущенные в мир, принялись с энтузиазмом творить чудеса, и выходило у них столь впечатляюще, что прониклись все: и собственные князья, и соседние державы. Отсюда и возник нынешний политический кризис: соседи поняли, что с каждым годом в Роландии будет прирастать число могущественных магов, и в скором будущем что-то требовать у Роландии будет невозможно: останется лишь молить о милости.

Теперь рассказ князя Ригора о положении дел предстал мне в новом свете! Магия всё меняет, весь расклад сил, да. Вот соседи и решили, что если что-то и предпринимать, то сейчас же, пока число магов в Роландии не столь велико, что бы значимо повлиять на ход полномасштабной войны.

Одолеть Роландию в войне можно, поскольку княжьи дружины достаточны только для поддержания порядка в мирное время. Ещё их хватает пугать отдельные племена в Великой Степи, и то, пока там нет «Хана ханов» — предводителя, способного объединить кучу мелких ханчиков в единую орду.

В случае же полномасштабной войны Роландии придётся ставить под копьё ополчение. И если когда-то в славные стародавние времена не было проблемы ни в том, что бы быстро собрать, ни в том, что бы вооружить и снабжать на время похода многочисленное ополчение, то век сравнительно мирной жизни, омрачавшийся только раздорами промеж своих же, боеготовность народного ополчения весьма снизил. А упомянутые раздоры так и вообще подточили.

Впрочем, мне-то какое дело до местных проблем? Маги тут и до меня обитали, и кто знает, могли они и без меня однажды плюнуть на своё отшельничество и взяться менять мир вокруг. Нет, у меня вполне конкретная цель. И раз уж в Академии нынче учат магии, то мне же легче! Поступлю, поучусь — глядишь, чему-нибудь научусь, а там, возможно, кого-нибудь из студентов старших курсов уговорю со мной на «Базу сорок два» полететь.

Кстати, выяснилось и насчёт дороги прямохожей, через лес: оказывается, этой дорожкой пользовались студенты старших курсов, что бы в город на выходные бегать — так они ту дорогу и заколдовали! Зачем? А вот без «зачем», а потому что смогли. Кидались заклинаниями, кто какое выучил, вот со временем и накидали такого, что теперь там только архимаг пройдёт. Прочих заклинания с пути сбивают. И это — в лучшем случае. Мне, можно сказать, повезло.

Благодаря знакомым моих старых знакомых мне удалось напроситься на аудиенцию у одного из архимагов, действительного члена совета Академии. Завтра с утра. Ради такого дела ночевать я остался в слободе, у Плошки в гостях. А с утра уже, отстояв очередь, удалось попасть на приём к архимагу.

Благосклонно приняв мои вежливые расшаркивания и невозмутимо выслушав мои осторожные вопросы, благовидный старичок с лысой башкой и длинной, но жиденькой бородою в скромном тулупе с верхом из дорогущей парчи, ответил мне решительным отказом.

— Нет!

— А если бы я намекнул, что под вымышленным именем ради скромности, являюсь тем самым Аном Д`Реем, основателем этой самой Академии? — осторожно поинтересовался я.

— Да будь на твоём месте хоть сам Ан Д`Рей, основатель Академии! — резко заявил мне старикан. — И его ждал бы отказ! Никто из Академии не станет ни обучать, ни делиться знаниями с ним! А всё почему?

— Почему?

— Потому что он — не Роландийских корней! Мы обучаем только Роландийцев, и списки студентов составлены и утверждены на семь лет вперёд!

— Но почему? Почему только роландийцев? — не выдержал я, и спросил прямо: — Нешто не ведомо вам тут, в высокой Башне, что и Великие Кочки свою конницу, и Костяной Престол свои легионы, и Железные Пределы своё рыцарство супротив Роландии войною собирают из-за вашего упрямства?

— Временные трудности! — отрезал старик убеждённо. — Нам бы немного продержаться, подготовить ещё пару-тройку выпусков «магистров» из наших студентов, и тогда никто не сможет угрожать миру и спокойствию в роландийской долине! Ведь, отчего случаются промеж людей войны?

— Отчего?

— От того, что единственной силы в мире нету. Всякий властитель свою силу имеет, через то соседние властители ссорятся, и войною друг к дружке идут. А будет во всём мире одна сила! Роландийская! И войн не будет вовеки!

Ну да, ну да. Как совет архимагов скажет, так во всём мире с покорностью и склонятся. Понятное дело. Задумали архимаги власть взять. Такое ни в Железных Пределах, ни на землях Костяного Престола, ни даже в Великих Кочках представить невозможно. Там бы Академия изначально оказалась в подчинённом и зависимом от государственной власти положении. А вот в Роландии мечты архимагов о мировом господстве вполне имеют шанс. Просто учтите, что каждый выпускник Академии наверняка проходит промывку мозгов в Башне, и уж «как пить дать» даёт клятву верности своей альма-матер при выпуске. И сложите это с вольной волей и Правдой Роландии.

В роландийской долине спокон веков единоначалия не было: городом правит сход граждан, страною — съезд выборных представителей земель и городов. Каждый город нанимает князя с дружиной за порядком следить, Правду защищать. Это здесь так свод законов называется: «Роландийская Правда». Вот такая в Роландии вольница и демократия. Только в случае войны появляется временный Диктатор. Так оно выглядит.

На деле что? На деле на городском сходе слово держит патриарх знатного рода. Кто ж из простых граждан слово поперёк скажет? Слово патриарха сильного рода, состоящего из множества ветвей, да плюс принятые в род, да плюс слуги рода, да связи союзные с другими сильными родами! Несколько иначе в старых городах, вроде Другого Города — там несколько крупных родов, и коли они промеж собою единого решения не нашли, то свободные горожане вольны принять сторону того или иного из них. Да и с князьями не всегда и не везде по Правде выходит: иной князь может правду по-своему интерпретировать.

Тем ни менее, на просторах обширной роландийской долины люду живётся вполне вольно. Единовластного государя тут нет, и отродясь не бывало.

А раз так, раз верховную власть никто не держит, то её совет архимагов Академии может себе взять!

Что-то мне не по себе становится от непрошеной мысли, что это я каким-то образом повлиял на местных магов. Вспомнить если, то ведь лозунг «Знание — Сила!» — я выдвинул. Неужели же моя вина в том, что маги из затворников и отшельников решились во власть пойти? Вот, значит, как оно бывает — «вмешательство в естественный ход исторического развития иных цивилизаций»?

Это, кстати, был заголовок статьи. Нет, не из журнала «наша наука и жизнь иных разумных видов». Из уголовного кодекса та статья, вообще-то. Наверное, надо бы мне что-то предпринять? Тут главное — ещё больших «дров не наломать». Или, может, ну его? Может, лучше так оставить?

Глядя на плотно сомкнутые бледные губы уважаемого архимага, на сдвинутые к переносице седые брови, я осознал: эти упрямые старики всё для себя решили и пойдут до конца. И тогда Роландия умоется кровушкой. И каким бы ни был тот конец, чья бы ни взяла, не будет уж боле той вольницы, что свела на Роландийской долине в единое государственное образование множество различных племён и народностей.

Если в том моя вина — то по уму, мне бы и разгребать. Но что я могу?!

Могу ли я что-то?

Как ни прикидывал я, выходило, что если я что-то и смогу, то только став магом. Сами посудите: если я стану разоблачать заговор магов перед народом Роландийским, когда мне поверят скорее, когда я сам маг или когда — не маг? Или, скажем, разузнать больше о заговоре магов мне как будет легче, внедрившись к магам, или оставаясь в оппозиции? Может быть, мне будет сложно развалить организацию магов изнутри, но ведь оставаясь «снаружи» я вообще шансов их как-то развалить не имею! Всё складывается к тому, что мне придётся пройти обучение и стать магом. Желательно ускоренными темпами. Вот только ведь не возьмут меня маги в ученики!

Остаток дня я мрачной тучей бродил по слободе, зависая в трактирах, прислушиваясь, и весьма осторожно расспрашивая. Если система состоит из людей, то следует искать в ней человеческие слабости. Не может же не быть среди магов кого-то недовольного, не согласного?

Оказалось, что да, разумеется, есть такое. Есть несогласный! Правда, всего один единственный среди всех магов Роландии. Вы уже догадались, кто это? Верно! Та самая ведьма, с которой я уже успел поссориться! Представляете, какая досада?! Единственный маг, который может наперекор совету Академии рассказать мне, что у них на уме, единственный, кто может взять меня в ученики — та самая вредная ведьма, с которой я уже успел повздорить!

Мало мне расстройств, обнаружил я осторожный интерес к своей скромной персона. Прошёлся по слободе, проверился специально, и убедился: слежка! Кто? Чего ради? Маги что-то заподозрили? Нешто у магов на подобный случай магического средства нет? Тогда кто? Стоит ли оно того, что бы мне рискнуть, и попробовать это выяснить? Решил — не стоит. Решил: надо сбросить хвост и уходить в лес. В любом случае, теперь мне одна дорога: на поклон к вредной ведьме!

Я, конечно, предпринял меры, что бы оторваться от слежки: зашёл в конюшню при постоялом дворе, вылез через узкое оконце в задней стене под самой крышей и задами покинул слободу, ушёл в лес. Но основная моя надежда была на заколдованную напрочь студентами-хулиганами прямую дорогу в Другой Город. Шёл я, доверяя исключительно навигации с борта своего зависшего на стационарной орбите космического корабля. Шёл, игнорируя эпизодическое лёгкое головокружение, призрачные колючие заросли, и случалось, проходил сквозь вполне правдоподобно выглядящие могучие деревья.

Небо меж тем потемнело, от высоченной Башни потянуло холодным противным ветром, а кроны деревьев разгуделись, как встревоженный улей. Волосы на голове вставали дыбом. Нет, не от страшных предчувствий, а просто от электричества. Толи гроза надвигается, а может какой-то студент экзамен по стихийной магии завалил. Кто ж их теперь разберёт, с магией-то? Так я и добрался до памятной полянки, где жила вредная ведьма и где я поставил свою базу.

Вышел на знакомую полянку и задумался, а где, собственно, я поставил свою базу? Потому что на чудесной полянке стояла только аккуратненькая и ухоженная избушка ведьмы. Других строений не было!

Побродив по полянке, я всё же отыскал кучу какого-то подозрительного мусора, оплетённую какими-то подозрительными колючими лианами на месте, где я давеча поставил аварийную базу. Отыскал, потому что мой инфор давал точный пеленг, и системы аварийного убежища охотно отзывались на любые штатные запросы. Однако я всё же пару минут старательно делал вид, будто что-то ищу.

Вредная ведьма, ни слова не говоря, со стороны наблюдала мои неспешные поиски, лишь изредка ехидно усмехаясь — когда считала, что я на неё не гляжу. Наконец, я направился прямо к ней.

— Добрый вечер! — поздоровался я, прежде чем сообразил, что ляпнул. Ведьма с некоторым сомнением посмотрела на хмурые низкие тучи и поёжилась от порыва холодного ветра. А я хмыкнул, подумав, что для злых и вредных ведьм такая погодка, по идее, должна считаться самой подходящей для достижения внутреннего душевного комфорта.

— Это с какой стороны такой вот вечер может считаться добрым? — ехидно поинтересовалась ведьма.

— Похоже, буря надвигается, — признал я.

А ведь я не хотел вредничать. Исходная идея была в том, что «у природы нет плохой погоды», а есть негативное мышление у человека. Дальше мой мозг попытался найти плюсы в надвигающемся ненастье, использовать позитивное мышление, попытался, наверное, взглянуть с точки зрения собеседницы, дабы нащупать подходы к налаживанию взаимопонимания, и… вот, что нашёл, то и выдал:

— Вредным ведьмам должно быть тепло на душе при мысли, как в такую бурю будет плохо добрым людям.

— Откуда тебе-то знать? То есть рыцарем быть не получается, и ты решил податься в ведьмы? — ехидно поинтересовалась девушка.

— Не совсем так, но почти что да! — мне надо было как-то налаживать отношения с единственной ведуньей, отколовшейся от сговора магов. Опыта общения с колдунами и всякой такой магической братией, тем более сестрией (а есть такое слово-то?) у меня отсутствовал, но, решив, что ведьмы — тоже, в общем-то, люди (по логике вещей, должны бы быть), я решил начать по классической отработанной схеме, с комплемента:

— Прекрасно выглядишь!

Лицо ведьмы на миг перестало быть маской, выдав искреннее удивление. Воздух, предвещая грозу, был таким, знаете ли, наэлектризованным, что пышная шевелюра ведьмы вполне наглядно демонстрировала действие электростатики. Девушка попыталась рукой пригладить топорщащиеся волосы, но стало только хуже.

— Издеваешься? — не очень уверенно пробормотала лохматая ведьма.

— Я, собственно, пришёл поблагодарить! — да, я решил всё-таки попробовать позитивное мышление ещё раз: — Поблагодарить за мои хоромы. Мне сразу не понравилось, как мой стальной дом выделяется на этой красивой полянке. Как бельмо на глазу. Признаться, я намеривался попробовать покрасить зелёным. В жёлтый горошек. И обсадить вьющемся плющом. Но так мне даже больше нравится! Благодарю, что позаботились и взяли на себя хлопоты по обустройству моего жилья!