Экономическая и политическая борьба

   - Да, тяжёлый случай, но мы будем разбираться.

Ну, как вы думаете, нашлась виновница? Не нашлась. Ясное дело, что к этому нельзя призывать. Но не надо людей до такого доводить. Неизвестно, на что могут пойти матери, если их детям нечего есть.

Короче говоря, разные бывают формы. То есть нужно творчески подходить к делу, а профсоюзная организации, можно сказать, является штабом этого творчества, даже если в профсоюзе три человека. Поэтому, во-первых, не надо кричать о том, кто состоит в организации. Во-вторых, не надо ходить и требовать помещения, обойдётесь сначала без помещений. И, в-третьих, – не надо бежать регистрироваться, успеете зарегистрироваться, когда в вашей организации будет полтысячи человек.

Могу сказать, что на сайте Фонда Рабочей Академии в разделе «Публицистика» висит моя заметка, как создать действующий профсоюз, не как создать профсоюз, профсоюз создать просто, ничего не стоит, а как создать действующий. Понятно, что профсоюз должен себя проявить в борьбе. За что? За хороший Коллективный договор. А вот как проявить себя в борьбе за хороший Коллективный договор, это отдельная тема, и очень большая. Хороший Коллективный договор, как показывает практика наших наиболее боевых трудовых коллективов, хороший Коллективный договор без забастовки заключить невозможно, потому что никто на улучшение положения, которое требует значительных затрат и перекладывания из прибыли обратно в заработную плату того, что уже из зарплаты изъяли и заложили в прибыль, никто вот это просто так без серьезного воздействия на работодателя делать не будет. Поэтому хороший Коллективный договор может быть заключён только по итогам забастовки или не без забастовки, тогда применяются и другие средства. Например, не работать в выходные дни, ни в субботу, ни в воскресенье, никто вас не может заставить, это сразу воздействует на работодателя, не работать сверхурочно, а у некоторых сверхурочные работы огромные, и это позволяет сокращать работников, увольнять их благодаря тому, что кто-то работает сверхурочно, а поэтому другие уже не нужны, а когда вы не работаете сверхурочно, тогда можно добиваться того, что требуется. Работать в другом темпе. Работать по правилам и так далее.

Например, авиадиспетчеры. Они, поскольку им всё запрещено, использовали такую форму, как бесконечное профсоюзное собрание. Вот вы после работы куда идёте? Домой. А авиадиспетчеры уходили в здание аэровокзала и там шло непрерывное собрание. Только те, кому надо было идти на смену, те шли на смену. А после смены возвращались куда? В здание аэровокзала. И так бесконечно шло профсоюзное собрание. Вот так в Ленинграде оно проходило месяц. А дети? А дети приходили папу посмотреть туда, в здание аэровокзала. А журналисты? А журналисты, если вы им будете идеи излагать, то они вас слушать не будут и показывать не будут, и писать не будут, а тут они сами прибегают. Как это так, такое событие, в здании аэровокзала сидят постоянно авиадиспетчеры. И пишут, и пишут, и показывают, и снимают, делают то, чего вы не допроситесь, и денег у вас таких не будет, чтобы заплатить, чтобы вас показали и требования ваши обнародовали, а тут все сами приходят. Через месяц добились своих требований.

А в одном из городов Сибири, в Сургуте, начальник взял и выгнал всех из здания аэровокзала с использованием силы. Что тогда сделали авиадиспетчеры? Тогда они обратились к профсоюзу, ко всему профсоюзу авиадиспетчеров с просьбой объявить голодовку, и люди объявили голодовку, весь профсоюз. Это что значит? Они объявили всего лишь голодовку, но, когда они идут на работу, обязательно должны сначала пойти к врачу, а врач решает вопрос, допустить к работе или не допустить. Вот, смотрит врач, у человека, который голодал, давление ненормальное, сердцебиение ненормальное. И врач:

   - Я вас не могу допустить! Вы не пойдёте работать.

   - Нет, я пойду.

   - Нет, не пойдёте!

Короче говоря, медики не стали допускать авиадиспетчеров к работе. И так закрылось 40% воздушного движения России. Что делать работодателю в этих условиях? Что авиадиспетчеры нарушили? Ничего. Вы же не можете заставить меня есть?! Ну, не хочу я есть. Не хочу!!! Почему не хочу? Да потому, что посмотрел я на свою зарплату, и так мне стало противно, что аппетит полностью пропал… В результате стороны договорились миром повысить зарплату, но всё-таки администрация не выдержала и в Омске и Новосибирске судили авиадиспетчеров, и присудили омским и новосибирским авиадиспетчерам запретить голодать. Мы в газете «Народная правда» об этом написали, наш художник Федор Алексеев нарисовал, как судебные приставы несут большую ложку кормить авиадиспетчеров. А президент профсоюза авиадиспетчеров Ковалев Сергей Анатольевич выступил по телевидению и сказал: "Мы, авиадиспетчеры, народ законопослушный. Вообще-то мы договаривались, что по итогам нашей акции, всероссийской голодовки авиадиспетчеров, не будут приниматься такие меры, как запрет голодовок через суд, но раз есть такое решение в отношении омских и новосибирских авиадиспетчеров, они голодать не будут, зато мы, все остальные, будем голодать. А вот омские и новосибирские авиадиспетчеры будут переедать. И, я вас уверяю, результат будет тот же самый!". Ну, вот вы съели три обеда и пошли к врачу. Вы пробовали съесть четыре или три обеда и пойти к врачу? Попробуйте и увидите, что у вас тоже будет всё зашкаливать.

А однажды я принёс материалы Российского Комитета Рабочих в Федеральный профсоюз авиадиспетчеров России, разговариваю с его президентом Сергеем Анатольевичем Ковалевым, а он мне: " А мы вот сегодня проводим спартакиаду". Я думаю, чего это он мне про спартакиаду, я приехал и интересуюсь профсоюзными вопросами, а он мне про спартакиаду. А он говорит:

   - Да вы не понимаете. Спартакиада – весь профсоюз бежит пять километров.

   - И что? - я говорю.

   - Ну как что?! Пробежит каждый пять километров, а потом перед работой идет к врачу.

Вот если вы пробежите пять километров, у вас может быть всё хорошо, у меня хорошо, а у кого-то не очень хорошо. И тогда его не пускают медики на работу. Он сам не может не явиться, а медики могут не пустить, точнее не имеют права допустить, и опять закрывается часть воздушного движения. И как с ними намучились работодатели, отказываясь подписать прогрессивный коллективный договор. Причём в Ростове-на-Дону суд даже принял решение по иску работодателя запретить проводить бесконечное профсоюзное собрание в ночное время с 22 часов до 7 утра. Ну, тогда ростовские авиадиспетчеры стали в 10 вечера делать перерыв до утра до 7 часов, а в 7 часов они снова в здании аэровокзала и продолжают это свое бесконечное профсоюзное собрание, домой не уходят, домой уходят только спать, а всё остальное время они находятся в здании аэровокзала. И всего они добились. В том числе добились авиадиспетчеры, что того руководителя, генерального директора Госкорпорации по организации воздушного движения, который не хотел идти на уступки, сняли с работы. Я после этого к ним приходил, у них хорошее просторное помещение, они хорошо размещаются, у них хорошие отношения с новым руководителем, потому что он знает, что с авиадиспетчерами надо договариваться, а диктовать им не надо. А договариваются только с сильными, поэтому, если вы хотите быть сильными, надо создать сильный профсоюз и вести систематическую коллективную борьбу. И только тогда, когда у вас есть профсоюз и когда вы грамотно ведете сильную коллективную борьбу, вы можете подготовиться и к другим более крупным задачам, более важным, более тяжёлым и более сложным.

5. Коллективный договор

Этот раздел посвящён борьбе за Коллективный договор. В нашем законодательстве есть целый раздел «Заключение Коллективного договора». Вы откроете Трудовой кодекс и можете прочитать про Коллективный договор, какой он может быть, что в нем можно прописывать. А если вы подряд будете читать Трудовой кодекс, вы обнаружите что работники, которые не имеют Коллективного договора, лишены очень многих льгот, а вот те работники, которые имеют Коллективный договор, очень выигрывают. Во многих статьях Трудового кодекса в конце записано по отношению к возможным льготам: «если это предусмотрено в Коллективном договоре», вот вы это получаете, если это есть в Коллективном договоре. Или вы это получаете в соответствии с Коллективным договором. И в конце очень многих статей записано «в соответствии с Коллективным договором». То есть у кого Коллективного договора нет, он как бы обрезан, все его возможности сужены, а у кого есть Коллективный договор, они могут быть расширены.

А что такое Коллективный договор? Коллективный договор – это по существу локальный нормативный акт! Что такое нормативный акт? Это такой законный акт, который относится не к одному человеку, а ко многим, к определенному кругу людей. В данном случае это нормативный акт, который относится к работодателю и работникам. Все обязаны его соблюдать. Он входит в систему Российского права. У нас есть Конституция, дальше идут федеральные конституционные законы, потом федеральные законы, потом указы президента, потом постановления правительства, потом решения губернаторов, потом всякого рода отдельные постановления, и, наконец, распоряжения вашего генерального директора, а тут вот локальный нормативный акт, который обязан выполнять директор и работники. И это по существу Конституция предприятия.

Какую Конституцию вы сделаете, какой вы себе установите Коллективный договор, такой и будет ваша жизнь на этом предприятии. То есть если работники в целом в России пока не могут добиться того, чтобы зарплата росла быстрее, чем инфляция, то в Коллективном договоре работники отдельного предприятия могут это сделать у себя. Если они не могут добиться 6 - часового рабочего дня по всей России, то они могут это сделать у себя на предприятии.

Вообще, что написано в законодательстве, в Трудовом кодексе, по поводу Коллективного договора? Что там не должно быть ничего такого, что ухудшает положение работников по сравнению с тем, что есть в законе, а вот улучшать – пожалуйста. То есть наше законодательство, которое является буржуазным, позволяет нам улучшать положение работников по сравнению с тем, что есть в законе, а вот ухудшать не позволяет.

На практике не сильно мешает, конечно, поскольку никто за ухудшение положения работников работодателей, как правило, не наказывает, но эта запись очень важная. Вы можете составить проект и добиться принятия Коллективного договора, который будет законом вашего предприятия. А если это будут делать многие коллективы согласованно, то, скажем, можно перейти к 6-часовому рабочему дню до того, как будет принят закон о 6-часовом рабочем дне. В своем коллективном договоре это установит одно предприятие, второе предприятие, третье, четвёртое, пятое, шестое, седьмое и так далее.

Вы можете сделать в Коллективном договоре отпуск не 30 рабочих дней, а 35, а можете и 37, а можете и 43, как вот докеры сделали себе в одно время 55, а потом сменяли это себе на зарплату, а зарплату съела инфляция, и зря это сдали. То есть вы что угодно можете сделать в Коллективном договоре, лишь бы это не ухудшало положение работников.

Другое дело, как вы заключите такой Коллективный договор!? Для того чтобы его заключить, как показывает опыт самых передовых профсоюзов, потребуется либо забастовка, либо угроза забастовки. Ну, так большому кораблю большое плавание! Если вы хотите больших изменений в условиях труда, если вы хотите себе сделать бесплатную медицину, чтобы вам оплачивали, скажем, всё протезирование зубов, как у докеров это оплачивается по Коллективному договору, для включения этих пунктов в коллективный договор понадобится немалая борьба.

Вот у всех работников по России Трудовым кодексом отнято установленное ранее Кодексом законов о труде право на то, чтобы согласовывать с профсоюзом увольнение, то есть вас могут уволить без согласования с профсоюзом, а у докеров АО «Первый Контейнерный Терминал» в Коллективом договоре записано «увольнение по согласованию с профсоюзом», это значит, что, если начальник задумал вас уволить, а профсоюз не согласен, он не может вас уволить, вы находитесь под защитой. А что стоят все блага, которые записаны в Коллективном договоре, если вас могут уволить? Конечно, прекрасно иметь такие блага, но вас-то уже тут не будет, и поэтому вас уже не касается ни более высокая зарплата, ни лучшие условия труда, ни большой отпуск, ни, скажем, лучшее обеспечение пенсионеров. Ничего вас не касается, если вас уже уволили! Поэтому одним из самых главных требований является требование согласования с профсоюзом нормативных актов работодателя, затрагивающих экономические интересы работников, а сейчас это в законе заменено учётом мнения.

А учёт мнения к чему сводится? К тому, что работодатель не может сразу принять какую-то меру, ухудшающую положение работника, а он должен сначала провести процедуру учета мнения профсоюза. То есть он подготавливает проект нормативного акта. Затем он этот проект отправляет в профсоюзную организацию. Профсоюз говорит, что мы не согласны и дает мотивированное мнение. Тогда работодатель должен провести консультации с профорганизацией, то есть, к примеру, работодатель приглашает председателя профкома для беседы и пьет с ним чай или кофе. После того, как он попил с ним чай или кофе, он, уже независимо от мнения профорганизации, может издавать такой приказ, который он собирался издавать. То есть учёт мнения – это просто небольшое затягивание процесса издания приказа, это лишь откладывание намеченного работодателем решения на несколько дней. И вот у докеров есть такие машинки в профкоме, в которые опускаешь уже не нужный документ, и, чтобы не было известно, что там было написано, она разрезает бумагу на мелкие кусочки, эту машинку и использование её докеры называют «учёт мнения». Ррраз туда эту бумагу – и ваше мнение учли. Поэтому учёт мнения никак не останавливает шаги работодателя по ухудшению положения работников, а вот согласование останавливает. Поскольку не все докеры – члены профсоюза докеров, то, скажем, если в Коллективном договоре, заключённом профсоюзом докеров, написано, что докеров нельзя уволить без согласования с профсоюзом, то руководство составляет список, потом смотрит, кто член Российского профсоюза докеров – их нельзя уволить, их оставляем, зато других увольняем. Или я видел такую сцену, как здоровый такой, мощный докер, член профсоюза докеров, приходит плачущим к председателю профкома и говорит:

   - Она мне сказала, чтобы я шёл в кадры и увольнялся.

   - А кто она?

   - Начальница.

   - Да мало ли, что она сказала. Никто тебя не может уволить у нас без согласования с профкомом, а мы согласование не дадим.

   - А она сказала.

   - Да мало ли что она сказала.

Поэтому Коллективный договор – великое дело! В борьбе за его заключение смыкается экономическая борьба и политическая. Если заключается Коллективный договор, появляется новый локальный нормативный акт, то есть в системе права происходит изменение, и система таких изменений может быть достаточно широкой. Если, скажем, у многих коллективов в Коллективных договорах будет сокращение рабочего дня, повышение реального содержания зарплаты и так далее, то изменится вообще система права в целом. Вот почему люди, которые участвуют в составлении Коллективного договора, это не только такие люди, которые способны вести экономическую борьбу, а такие, которые способны уже овладевать и юриспруденцией, которые способны вести и политическую борьбу. Когда перед ними встанет вопрос планирования в новом социалистическом обществе или вопрос составления законов, то они смогут это сделать. Например, проект Трудового кодекса мы писали, я в положении научного работника, преподаватель, профессор по кафедре экономики и права, а главный соавтор, который подготовил проект Трудового кодекса, Константин Васильевич Федотов, он, конечно, с хорошим образованием, он и экономическое, и юридическое образование получил, но он, как начальник консалтинго-правового отдела портового комитета Российского профсоюза докеров морского порта Санкт-Петербурга и ранее работавший председателем профкома докеров, творчески и глубоко владел практикой профсоюзной борьбы. И вот он, а я ему помогал, то есть мы, подготовили такой проект Трудового кодекса России, за который боролись все боевые профсоюзы, и который получил 189 голосов депутатов Государственной Думы, занял второе место, проиграв лишь проекту Комиссии Слизки, и выиграл у правительственного проекта, проекта восьми, с которым выходила ФНПР, проекта Московской Городской Думы, у проекта Митрофанова из ЛДПР, а Митрофанова сейчас полиция разыскивает, поскольку он нарушил законы Российской Федерации и он сейчас за границей, и у «яблочного» проекта, который представил Голов, а Голов представил такой проект, в котором предлагалось детям до 8 лет 120 часов работы в год, я этот проект публично на Ленинградском телевидении охарактеризовал так, что «он составлен по заказу владельцев детских публичных домов», потому что какая ещё может быть работа детям до 8 лет? Везде, во всех Трудовых кодексах, всех стран, ну с 15 лет, ну с 16 лет люди начинают работать. Но не с 8 же лет! И тем не менее такой проект был.

То есть это очень важное дело – составить проект и добиваться заключения собственно Коллективного договора. Но прежде чем вообще что-то запускать в обсуждение, надо такой проект составить. А чтобы проект составить, сколько человек может написать Коллективный договор? Ну, как минимум и ну, как максимум, – один. Почему? Как вы думаете, Маркс и Энгельс, будучи соавторами, как писали? Что, одно перо вдвоем держали? Ну, Энгельс написал «Принципы коммунизма», а потом Маркс присоединился и получился «Коммунистический манифест». Энгельс очень многие работы писал, которые считались работами Маркса, потому что Энгельс подписывал "Маркс" и отправлял, а деньги за них, то есть гонорар, приходили Марксу, чтобы он мог писать «Капитал». Ну, пишут всегда один или два человека. Такого не бывает. чтобы «куча людей» писала. Будут дорабатывать, обсуждать, рассматривать, улучшать, предлагать – может куча людей. Так и проект коллективного договора пишет всегда один человек. Максимум – два.

Сейчас, опираясь на имеющийся опыт, писать не так уж и трудно. Скажем, есть тексты Коллективного договора, заключенные ленинградскими докерами. Один висит на сайте «Фонда Рабочей Академии» (http://rpw.ru/kd/kd.html), другой на сайте Московского отделения Фонда Рабочей Академии (http://rpwmos.ru/progressivnyj-kollektivnyj-dogovor/). Есть и другие.

Вы берёте такой договор за основу своего проекта. Исключаете то, что относится сугубо только к докерам, и те положения, которые во взятом за основу тексте непосредственно относятся к докерам, переделываете так, как это нужно, чтобы это соответствовало вашему предприятию. Добавляете то, что вы считаете нужным. Добавляете то, что сейчас актуально. Сейчас актуально – повышение реального содержания заработной платы. Обязательно поставьте такое требование, чтобы ежегодно размер номинальной заработной платы повышался на уровень инфляции и ещё на какое-то количество процентов, допустим, на 8%, чтобы в результате борьбы вы получили в итоге повышение на уровень инфляции плюс 4% ежегодного повышения. Обязательно поставьте в проект коллективного договора сокращение рабочего дня, допустим на полчаса, на час, на два или три часа. Это как вы считаете, сколько нужным поставить. Предусмотрите улучшение условий труда и расширение льгот тем, кто работает во вредных условиях труда, включая увеличение отпуска и сокращение рабочего времени для тех, у кого вредные условия труда, монотонный, чрезмерно интенсивный труд и так далее.

И вот вы такой проект сделали, утвердили на заседании профкома. И что дальше делать? Некоторые нетерпеливые люди бегут к работодателю на переговоры. Не надо никуда бежать! Ни к какому работодателю не надо бежать! Прежде всего надо заручиться поддержкой профсоюзной организации и трудового коллектива. А для этого следует понимать, что не все будут читать ваш проект. Читать проект будут мало. А вы хотите, чтобы люди ознакомились с проектом? Надо ещё поработать. Сделайте, пожалуйста, «выжимку» на 1,5 странички «а что хорошего в проекте работников и почему нужно за него выступать». Вот вы 1,5 страницы написали и теперь вы готовы, чтобы идти в подразделения своего предприятия. Когда вы можете туда пойти? Ну, когда вас пустят. А когда вас пустят? Только в обеденный перерыв, потому что никто во время трудового процесса ничего вам не даст обсуждать, если это не предусмотрено в действующем у вас коллективном договоре. А время обеденного перерыва – это свободное или рабочее время? Это свободное время. Некоторые товарищи говорят о том, что давайте сделаем то время, когда человек обедает, рабочим временем. Не надо! Потому что в свободное время вы можете заниматься чем угодно, в том числе и Коллективным договором, подготовкой к забастовке. А если это будет рабочее время, вам скажут, что вы в рабочее время занимаетесь тем, что не относится к работе. Поэтому в нерабочее время, то есть в обеденный перерыв в цех или перед началом работы в раздевалку (после окончания работы в раздевалку) вы приходите и говорите: "Проводим собрание. Предлагается вот такой проект, в котором есть вот такие-то и такие хорошие пункты, которые улучшают нашу жизнь". И зачитали. Проголосовали. Составили протокол. Пошли в следующий цех. И вот когда на вашей стороне будет больше половины членов вашего коллектива, больше половины подразделений выступило за ваш проект, только тогда можно соваться к работодателю с предложением о переговорах по коллективному договору.

А некоторые товарищи прочитали Трудовой кодекс и увидели, что там предусмотрено создание совместной группы для разработки коллективного договора, и они, люди «тёмные», думают, что только тогда надо разрабатывать коллективный договор. Да надо за год до этого начинать! До всяких переговоров надо начинать работу над коллективным договором, и когда вас уже точно поддерживает больше половины коллектива прийти на переговоры с работодателем примерно вот в таком плане: нас профсоюз и коллектив направил на переговоры по коллективному договору, и вот у нас есть проект. Вы должны освободить участвующих в переговорах представителей работников от работы с оплатой по среднему на срок до трех месяцев. Но мы можем решить очень быстро этот вопрос. Вот этот проект уже обсужден. Уже больше половины коллектива с этим согласны. Если вы с ним будете согласны, давайте что-либо уточним, и быстро закончим переговоры. А если вы не согласны, вы должны понимать, что больше половины выступило за этот проект Коллективного договора, и что трудовой коллектив от него не отступит. А если вы будете тормозить, то будет забастовка. Вам забастовка нужна? Не нужна. Ну, раз не нужна, мы же с вами партнёры, у нас общее предприятие, вы имеете от него прибыль, мы имеем от него зарплату, и давайте думать вместе о том, как сохранить наш «общий корабль». Для этого прежде всего надо, чтобы те, кто гребет, были не в таком состоянии, что «они от недоедания не могут держать весла». Мы должны обеспечить такое улучшение, которое предусмотрено в проекте Коллективного договора.

Продвинутые работодатели могут принести свой проект и встанет вопрос о том, какой проект взять за основу, и придётся, может быть, вести забастовку за то, чтобы за основу был принят проект, предложенный профсоюзом. И поэтому, как говорят опытные люди и как показывает практика забастовочной борьбы и заключения Коллективных договоров, хороший Коллективный договор (тот, который значительно улучшает положение работников и возвращает назад то, что уже хотел забрать у вас работодатель, потому что можно иметь очень большую прибавочную стоимость, а можно – большую, но не настолько большую, чтобы всё забирать у работников и мало что оставлять им), хороший Коллективный договор без забастовки или угрозы забастовки не заключишь, и придётся тогда устраивать и забастовку. Но игра стоит свеч, потому что Коллективный договор – это результат борьбы за улучшение своей жизни не когда-то в будущем, когда будет социализм, коммунизм, а вот уже сейчас. И если работники, члены трудового коллектива не умеют вести борьбу даже за изменение в лучшую сторону положения на своем предприятии, никто не поверит, что они могут изменить судьбу вообще всего народа и судьбу политического и экономического строя в России. Поэтому, когда люди говорят: " А…, это у вас борьба за Коллективный договор, это чепуха! Это мелочь! Надо политическую борьбу! Давайте мы возьмем власть, а уж потом разберёмся." Кто Мы?! Кто Вы такие «брать власть»?! Кто вы такие? И кого вы представляете?! И это люди, которые думают, что они через какие-то политические махинации, через выборы получат власть. Ни разу трудящиеся никогда за всю историю человечества через выборы власть не получили! А вот через забастовочную борьбу и создание органов, которые вытекают из забастовочной борьбы, забастовочных комитетов, и органов, которые координируют деятельность этих комитетов, то есть Советов, составленных по представительству от забастовочных комитетов, да, мы получили рабочую власть, социализм, социалистическую революцию и социализм в России.

Поэтому наша Советская Революция – Великая Революция! Она показала, как можно не только менять форму эксплуатации и смягчать ее, а уйти вообще от эксплуататорского строя и перейти к экономической борьбе не с работодателем, а вместе с государством за улучшение положения работников. При этом дискуссия была, между прочим, после установления Советской власти о задачах профсоюзов в новых условиях, и Ленин несколько статей написал «О профсоюзах», «Об ошибках товарища Троцкого и Бухарина», которые не понимали, что есть ещё и «ведомственное усердие» и бюрократизм при социализме, поэтому профсоюзы должны бороться и с бюрократами и с теми людьми, которые не хотят осуществлять волю рабочих. Поэтому «порох» коллективной борьбы, в том числе и забастовочной борьбы, нужно сохранять сухим и в условиях переходного периода от капитализма к коммунизму, и при социализме, то есть в низшей фазе коммунизмазш. И в переходном периоде, и при социализме, забастовки не были у нас запрещены! И время от времени они были. Другое дело, что основная масса вопросов решалась без забастовок, в соответствии с целью социалистического производства – обеспечение полного благосостояния и свободное, всестороннее развитие всех членов общества. Но к этому надо прийти! И прийти к этому надо, научившись вести, прежде всего, экономическую, а затем ещё и политическую борьбу.

6. Условия успеха в экономической борьбе

Это последний раздел главы "Экономическая борьба". Вначале был рассмотрен вопрос содержания экономической борьбы. Затем встал вопрос о целях экономической борьбы. Потом речь у нас пошла о важнейшем, самом мощном и по сути единственным инструменте экономической борьбы – о забастовке, которую надо широко использовать. И надо рассматривать это как использование того права, которое дано Конституцией, которое дано современным российским законодательством, которое само по себе является важнейшим завоеванием не только экономической, но уже и политической борьбы рабочего класса, потому что так просто в Трудовом Кодексе не появляются такие права, они являются всегда результатом длительной и серьёзной коллективной борьбы. Наконец, речь шла о том, в какой форме сохранить достигнутые завоевания, чтобы их не забрали назавтра после окончания забастовки, то есть о Коллективном договоре. И вот теперь заключительный раздел о том, каковы условия успешной экономической борьбы.

Люди, прочитавшие предшествующие разделы и положительно к ним относящиеся, могут сказать: "Мы пробовали, у нас не получилось". Мне вспоминается письмо Ленина о борьбе с бюрократизмом одному товарищу, который написал, что дважды пытался бороться с бюрократизмом, но у него ничего не получилось. А Ленин ему отвечает, что это такая трудная задача – борьба с бюрократизмом, что не два, а двадцать два раза надо попробовать. И он (Ленин) не уверен, что те два раза, когда вы пробовали, вы хорошо подготовились к этому делу и хорошо его вели. Поэтому нужно понимать, что это дело трудное. Точно так же первое условие успеха в экономической борьбе – это нацеленность на победу и уверенность в победе, потому что вера в победу есть фактор победы. Если вы сами не уверены, – кто за вами пойдёт?!

Дескать, «у нас ничего не получится, нас разгонят, нас раздавят – пойдемте за мной!». Никто тогда за вами и не пойдёт. И Наполеон это повторял, что вера в победу есть фактор победы. И Ленин это повторял. Те люди, которые побеждали, они этим всегда руководствовались. Ну, и необходимо иметь творческую инициативу, потому что, как бы вы ни слушали, что рассказывается о том, как надо бороться, всё равно на конкретном предприятии, в конкретной организации будут конкретные условия и никогда не будет полного и абсолютного совпадения, потому что нет ничего абсолютно одинакового. Но если нет ничего абсолютно одинакового?

, все же есть общие рекомендации, они вытекают из закономерностей этой борьбы, а закон – это спокойное в явлении. Явление многокрасочно. Явления могут быть самые разные. Как это проявляется в конкретной жизни, – это всё неповторимо. Тем более жизнь всё время меняется, она всё время развивается. Но в развитии сохраняется всё то закономерное, что есть в жизни. То есть надо, во-первых, ценить науку, но и, с другой стороны, понимать, что, кроме науки и кроме закономерностей соответствующих процессов, которые нужно постичь, нужна воля к борьбе. И собственно борьба. Это первое. А второе – эта борьба не должна быть борьбой одиночек. Как вы думаете, можно победить в экономической борьбе, если эту борьбу будут вести одиночки? Ну, если эту борьбу будут вести одиночки, то с одиночками знают работодатели, как вести борьбу. Так или иначе, не за это, не за забастовку, и не за организацию забастовки, а за что-нибудь другое их могут уволить. Их увольняют, и они находят, между прочим, я вот знаю истории тех товарищей, которые организовывали, но недоорганизовывали какие-то мероприятия, они устраиваются на другое предприятие, в другую организацию, на большую зарплату, и они живут хорошо. Другое дело, что те люди, которые их не поддержали, они по-прежнему живут очень плохо, и у них плохие условия. Люди энергичные и боевые, они всё равно лично себе дорогу пробьют, но вот им не удалось поднять на общую борьбу коллектив.

Поэтому о чём идёт речь? Идёт речь об экономической борьбе Иванова на предприятии "П" или речь идёт об экономической борьбе в России? Безусловно, мы будем иметь успехи в экономической борьбе в России, если это будет не эпизодическая борьба на отдельных предприятиях, а сознательно поставленная и энергично реализуемая цель на многих предприятиях России. То есть экономическая борьба – это дело рабочего класса. И это вытекает из того, о чём говорилось в первом разделе, из того, что содержание экономической борьбы – это улучшение положения рабочего класса, а, следовательно, и всех остальных слоев трудящегося населения, потому что рабочий класс не может улучшить своего положения, если будет ухудшаться, например, положение врачей, учителей, учёных, программистов. Для того чтобы рабочий класс улучшил своё положение, надо, чтобы это положение улучшалось у всех трудящихся. Поэтому бороться за это должны прежде всего трудовые коллективы. И надо сказать, что они-то и могут вытянуть всю цепь. Без борьбы рабочего класса борьба других отрядов трудящихся обречена на поражение.

Если вы думаете, например, что какая-то отдельная борьба отдельных профессоров отдельных ВУЗов решит проблемы вузовских преподавателей, то это совершенно не так! Ведь у нас, у преподавателей, такая картина – мы в основном сидим по домам, готовимся к занятиям, пишем научные труды и, время от времени, по расписанию выходим читать лекции, проводить семинарские занятия. Поэтому, как правило, нас на работе нет. А вот если мы такую акцию вдруг совершим, что явимся все на работу – это будет невиданно. Это акция, которая может возыметь действие. Поэтому всё по-разному.

Или думают, что врачи только своей борьбой могут улучшить свое положение, которых обирают страховые компании, накачивающие себе сначала большие зарплаты из страховой медицины, потом туда ещё и государство вливает, а ещё есть и добровольное медицинское страхование, добровольно давайте денег, а потом вас будут лечить. Как, вот, вы представляете, врачи могут улучшить свое положение? Не могут они улучшить свое положение! Это дело общественное. И в центре этого улучшения жизни людей, трудящихся лежит борьба рабочего класса, и он эту свою руководящую роль, авангардную роль не должен забывать. И есть два понятия. Одно – это диктатура пролетариата, которой сейчас нет, поскольку диктатура пролетариата – это власть рабочего класса, она появляется тогда, когда рабочий класс её завоюет. Но вот есть другое понятие – гегемония рабочего класса. Гегемон – это идущий впереди. Но это не тот, который командует, это не тот, который даёт указания, не тот, который дает распоряжения, обязательные к исполнению, нет. Гегемон увлекает своей борьбой всё остальное трудящееся общество. Вот в этом смысле рабочий класс должен чувствовать себя гегемоном сейчас, а не после того, когда будет установлена другая власть, а при той власти, которая есть, потому что он тот, кто лучше всех борется. А для того, чтобы он рос, он должен что делать? Не должен свою борьбу превращать в борьбу одиночек, а координировать всю борьбу в масштабах.... В масштабах чего? Города? Ну, тогда в этом городе улучшится, а в других городах и сёлах? У нас сейчас норовят вывести из города промышленность, дескать, она здесь воздух отравляет, пускай она лучше отравляет в сёлах климат и природную среду. А на самом деле боятся рабочих и пытаются убрать их куда-нибудь подальше.

Что нужно сделать для того, чтобы борьба экономическая была успешной? Нужно развернуть её по всей России. Есть у нас какие-то средства координации для этого? Есть! Я вот ещё раз хочу проинформировать трудящихся о том, что существует Федерация профсоюзов России, которая ставит своей задачей такую координацию. Не надо путать с ФНПР (Федерацией независимых профсоюзов России) которая непосредственно блокируется с партией работодателей Единой Россией, и не путать с Конфедерацией Труда России, председатель которой входит в Президентский Совет, и, значит, эта конфедерация координируется тоже работодателями. Я говорю о Федерации Профсоюзов России, которая создана Федеральным профсоюзом авиадиспетчеров России и его союзниками, в том числе профсоюзом "Защита Труда". И вот эта Федерация профсоюзов России совместно с Фондом Рабочей Академии каждые полгода проводит занятия, Семинары по рабочему движению Федерации профсоюзов России и Фонда Рабочей Академии – Российский Комитет Рабочих.

Российский Комитет Рабочих собирается два раза в год. Кто туда может приехать? Делегатами являются рабочие, направленные или профсоюзными организациями или коллективами, или группой рабочих. Если вот, скажем, группа рабочих, пять или три рабочих, написали, что слесарь Иванов направляется делегатом на заседание Российского комитета рабочих, он там получает мандат с решающим голосом. А вот интеллигенты все имеют право совещательного голоса, в том числе такие профессора, как я, которые являются консультантами Российского Комитета Рабочих, то есть доктор философских наук профессор А.С.Казённов, доктор экономических наук О.А.Мазур, доктор экономических наук профессор А.В. Золотов, кандидат медицинских наук, специалист по условиям труда Д.Б.Дегтерёв. Мы выступаем, разъясняем, доказываем, объясняем, а голосовать должны те, кто будет действовать. А кто будет действовать? Действовать будут, собственно, рабочие, рабочие решают. Они сидят в первых рядах, у них красные мандаты, а мы сидим сзади и, так сказать, в меру своих возможностей помогаем товарищам рабочим скоординировать свои действия и обмениваться опытом.

По установившемуся правилу, на заседаниях Российского Комитета Рабочих такие речи что «у нас ничего не получается» – не воспринимаются. И такие решительные люди, которые ведут заседания, а это: электромонтёр из города Сарова Кальвит Валентин Владимирович, сопредседатель РКР, другой сопредседатель токарь Нижегородского водоканала Сенков Константин Александрович, они быстро ставят на место таких выступающих. "Плакать здесь не надо. У нас можно у каждого дома, на каждой лавочке услышать, как старушки рассказывают, что цены повышают, что зарплата падает и так далее, и в этом мы не нуждаемся. А расскажите, как вы с этим боретесь. А если у вас что-то не получается, расскажите, как вы боролись, и мы вместе подумаем, как сделать так, чтобы вы не проигрывали, а выигрывали».

Для того, чтобы выигрывать, надо координировать свои действия в масштабах всей страны. Как вы думаете, работодатели координируют свои действия? И в России, и в каждом городе действуют союзы промышленников и предпринимателей, работодателей. И они договариваются, какую зарплату платить, какие условия труда и как считать нормальными. Если какой шальной предприниматель вздумает повысить зарплату своим рабочим, то ему могут сказать «ты чего делаешь!». И причём он будет иметь дело не только с предпринимателями, а могут ему настучать и по голове. Но если рабочие подымаются на забастовку – тут уж ничего не поделаешь, приходится повышать зарплату и улучшать условия труда. А если это сделает какой-либо предприниматель по своей инициативе, то его союзники, другие предприниматели будут с ним бороться как с тем, кто нарушил единую цену рабочей силы, нарушил общий сговор. И об этом не надо забывать.

Поэтому, если кто-то думает, что можно в одиночку что-либо улучшить, в какой-то мере это возможно, но нужно понимать, что улучшение положения трудового народа – это дело трудящихся всей России. Ну, а раз это дело всероссийское, то используйте такой инструмент, который уже есть, который уже создан – есть Фонд Рабочей Академии (Фонд содействия обучению рабочих), который проводит необходимое обучение, есть Красный Университет Фонда Рабочей Академии и Университет рабочих корреспондентов, которые ведут необходимые занятия, в том числе и заочные, и я приглашаю ещё раз записываться в них, тем более что ректор Красного Университета является главным редактором

Красного ТВ – Len.ru, там и на канале Фонд Рабочей Академии – You tube всё вывешивается, и вы можете всегда с этим познакомится, записаться, и с октября по конец мая проводятся занятия.

Ну, и, кроме того, надо понимать, что всякий класс, который ведет свою борьбу широко, он на самом деле, ведя экономическую борьбу, оказывается в политическом действии. К.Маркс и Ф.Энгельс объясняли, что «всякая классовая борьба есть борьба политическая». То есть пока это отдельные группки – это не политическая борьба. Одни – за свою зарплату, другие – за свои условия труда. А когда все требуют сокращения рабочего дня, и это единый лозунг по всей стране у всех рабочих «переход от 8 часового к 6 часовому рабочему дню», – это уже борьба не только экономическая. Она остаётся, конечно, и экономической, понятное дело, всё облегчится: в тяжёлых условиях вы будете находится не 8 часов, а 6 часов. Монотонным трудом будете заниматься не 8, а 6 часов. Во вредных условиях будете находиться не 8, а 6 часов. А зарплата при этом у вас сохранится на прежнем уровне, то есть на единицу времени вы получите большую зарплату, сразу, при реализации этого требования. Но надо понимать, что это экономическое требование в то же время является требованием политическим.

Скажите, пожалуйста, требование восьмичасового рабочего дня, которое в 1917 году было всеобщим и которое сначала явочным порядком рабочие реализовывали на предприятиях, опираясь на те Советы, которые создавались в то время, когда власть ещё была не Советской, разве не оказалось политическим, увенчавшись декретом Советской власти, который закрепил восьмичасовой рабочий день? Но это было 100 лет назад!!! За 100 лет производительность труда в десятки раз выросла, а рабочий день у нас так и не сократился.

А куда ушла соответствующая экономия труда? Эта экономия ушла в прибыль нынешних долларовых миллионеров и миллиардеров. Вот в России в прошлый 2016 год количество долларовых миллионеров выросло на 10%, а долларовых миллиардеров – на 11%. Поэтому не надо рассказывать, что в России плохая экономика. Это вам плохая экономика, а некоторым она даже очень хорошая. Где такую ещё найдешь экономику? Все рвутся в Россию, чтобы налоги большие государству не платить, нет прогрессивной шкалы налогообложения. Вот во Франции надо отдать с миллиарда евро, если вы получили такую прибыль, 568 миллионов евро, а тут 130 миллионов всего надо отдать с миллиарда, замечательные условия для обогащения. Мало что создается, заводы почти не строят. Уже не хотели вообще своего чего-то делать. Спасибо санкции у нас есть американские, поскольку все те отрасли, предприятия, которые подвергаются санкциям, начинают самостоятельно все вырабатывать, потому что всё можно сделать в России. Россия великая страна. Она, между прочим, имеет такое же количество новейших вооружений, как США, в том числе и ядерного, в том числе и ракетного, поэтому надо понимать, что нет таких вещей, которые мы не в состоянии сделать. У нас и приборостроение есть, только в малом масштабе. И станкостроение есть, только в недостаточном масштабе и так далее. То есть нужно этим заниматься, а не заниматься только лишь тем, чтобы пускать финансовые пузыри, что предлагают многие нынешние создатели разных проектов «улучшения экономики», а все у них сводится к тому, чтобы деньги перекачивать из одного кармана в другой, чтобы эти деньги не доходили до трудящихся.

Ну, а как организовать экономическую борьбу, если это борьба, по сути дела, по существу, политическая, как её организовать, чтобы люди поднялись? А если вы пока один на своем предприятии, который с написанным здесь согласен, готов бороться, но пока вас еще никто не поддерживает? Надо сказать, что, во-первых, на мелких предприятиях перспективы невысоки, возьмут и закроют. Откроют другую живопырку, потом третью живопырку, поэтому ожидать, что какие-то будут большие успехи в маленьких коллективах, где работают 10–12 человек, не следует. То есть там тоже надо бороться, но с пониманием, что в этих масштабах качество другое, здесь надо подумать, что тут можно сделать, на что опереться и как. А в больших коллективах, где есть большие бригады, где есть цеха, где можно договориться, где можно действовать едино – там перспективы борьбы очень хорошие, и у нас таких предприятий достаточно много, хотя было много сделано, чтобы их вообще уничтожить, но не удалось.

Сейчас не девяностые годы, сейчас почти не уничтожают предприятия, но, правда, и почти не строят, и темпы роста у нас примерно равны нулю. И при таком состоянии в экономике хотят какого-то улучшения в политике, в международных делах. Ну, как вы можете улучшать наше положение, если мы не становимся сильнее? Если вы не становитесь сильнее, то вас меньше уважают. Уважают на международной арене кого? Слабых или сильных? Достаточно поставить вопрос, чтобы было ясно – уважают только сильных в политике, а слабых не уважают – их топчут, как растоптали Ирак, Ливию, Югославию. И целый ряд стран, крупных, капиталистических поняли, что их ждет, такие, как Индия, Пакистан – они недаром попросились в Шанхайскую организацию сотрудничества, они туда вступили, поближе к Китаю. К Китаю, который имеет почти такую же долю мирового ВВП, как США, а темпы роста 7,2% при американских 2,1%. Поэтому без всяких переворотов, без всяких революций и без всяких политических движений соотношение сил сейчас изменяется в сторону стран социалистических, в сотрудничество с которыми включаются с целью сохранения своей независимости и самостоятельности и ряд капиталистических стран. Ведь что такое БРИКС? Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка. Ну, и вокруг какой страны они собираются? Собираются вокруг Китая. Россия приближается к Китаю, потому что её со всех сторон окружили санкциями, и искать надо помощь на Востоке, а не на Западе. Китай по своей военной мощи уступает США. У нас как бы паритет у России с США, но общий военный потенциал России и Китая больше американского, здесь перевес, и никто воевать с Россией и Китаем не будет. Хотя недавно было заявление одного американского генерала, что «мы могли бы уничтожить Китай с помощью атомного оружия», но там покрутили у виска и сказали что это сумасшедший человек. Поэтому мы видим, что условия изменились, не такая картина империализма, как при Ленине было, что есть кучка господствующих стран, и всех остальных они душат. Нет. Есть социалистические страны, в которых живет более полутора миллиарда человек, и такие крупные капиталистические страны, которые тянутся к социалистическим странам по соображениям сугубо практическим – чтобы их не раздавили, чтобы их не проглотили акулы империалистической части мира во главе с США. И их не задавят! Как вы задавите Индию, если теперь она в Шанхайской организации сотрудничества вместе с Китаем и Россией! Социалистические страны в современном мире уважают. Возьмите, например, Социалистическую республику Вьетнам, в котором 90 миллионов населения, который выиграл у США войну, а американцы самостоятельно ни одной войны не выиграли, если не считать небольшой войны с соседней Мексикой. Поэтому и в современном мире так складываются события, что, конечно, уважают сильных.

Сталин говорил: "Слабых били, и бить будут. Бьют слабых". А как стать сильным? Сильным рабочим можно стать, во-первых, овладевая знаниями. Пожалуйста, записывайтесь в «Красный Университет» (http://www.len.ru/index.php?mod=pages&page=univer) и, во-вторых, надо объединяться. Сила рабочего класса в организации. Нет организации – не будет силы. Есть организация – будет сила. Вы посмотрите, как организовалась буржуазия. Сколько у нас политических партий? К прошедшим думским выборам было допущено 74 политические партии. Причём из них сразу можно обозначить три, которые представляют голову буржуазии – это Единая Россия, Справедливая Россия и ЛДПР. Вот в США, если вам надоело выступать за Республиканцев, идите выступайте за Демократов. Надоело за Демократов, – выступайте за Республиканцев. Там двуглавый дракон. А у нас в России – трехглавый дракон Единая Россия, Справедливая Россия и ЛДПР. Сейчас уже не такие красивые названия, а то было такое название "СЛОН" – это союз людей за образование и науку. Или вот "Яблоко" – это от фамилий учредителей – Болдырев, Лукин и Явлинский, только вот буквы для благообразности расставлены не по алфавиту. Может быть, ещё и потому что яблоко – это символ Нью-Йорка. Вот нам пришлось печатать в «Народной правде» о том, что партия Яблоко финансировалась, в том числе, и через ЦРУ, а написал об этом журнал "Комерсант-деньги". Так вот у нас странная оппозиция. Оппозиция не в смысле противоположного класса, а в смысле того, что это люди, которые здесь живут и выступают против буржуазного правительства России, действуя фактически в интересах иностранных буржуазных государств. Они хотят создать такое буржуазное правительство, которое будет действовать, как при Ельцине, когда сидели в каждом министерстве американские советники и управляли разрушением нашей страны. Вот сейчас так не получается. А вот финансово-экономический блок, как отмечает советник президента товарищ Глазьев, действует в интересах иностранных государств. И я это подтверждаю как профессор по кафедре экономики и права, то, что делается нашим финансовым блоком, главным образом делается в интересах иностранных государств. Не хотят кредитовать наше производство, нашу промышленность. При ключевой ставке в США в 1,2 – 1,75 процента, Центробанк России при псевдонаучной поддержке Высшей школы экономики душит наше производство ключевой ставкой на уровне 7,75 процента.

Вывод какой отсюда? Все уже политизировались. Почти все классы создали свои партии. Буржуазия создала, у неё даже трехглавый дракон политических партий. Мелкая буржуазия десятки партий создала. А рабочий класс? А рабочий класс ещё не создал такую группу людей, за которой класс идёт. Вот, скажем, есть Рабочая Партия России. Это партия рабочего класса в становлении. Что значит в становлении? Она, вроде как, и отвечает в известной мере понятию партии рабочего класса, она правильно формулирует цели, задачи, выступает с позиции поддержки политической и экономической борьбы рабочего класса, и я отношусь к этой партии, сопредседатель идеологической комиссии, а другой сопредседатель рабочий Дмитрий Юрьевич Шилов. Но мы осознаем, что партия должна быть достаточно крупной и большой величиной, и авангардом класса является такая группа людей, за которой класс идёт. Сказать, что за нами уже класс идёт, это было бы нескромно и не вполне правильно. Но люди, все большее число людей вступают в Рабочую партию России, пополняют ее ряды. Однако задача создания партии – это чья задача? Ну, давайте вспомним, что говорили умные люди: «освобождение рабочего класса есть дело рук рабочего класса», и недостатка в помощниках со стороны людей науки, знания, интеллигентов не будет, они и сейчас есть, в том числе и в Рабочей партии России. Но надо, чтобы рабочий класс сам занимался этим делом. То есть одним из условий успеха в экономической борьбе в масштабах всей России является создание и использование в борьбе своей партии, партии своего класса.

А сейчас пока так получается, что есть профсоюзные объединения, которые являются приводными ремнями от буржуазных партий к массам. Например, секретарь Федерации независимых профсоюзов России Исаев, который был в свое время против проекта Трудового кодекса Фонда Рабочей Академии и защищал по сути дела антирабочий проект, входит в руководство партии Единая Россия. То есть люди вступили в профсоюз, чтобы бороться за свои интересы, а по отношению к ФНПР выходит, что это организация, которой руководят работодатели, которые будут стараться, чтобы эта борьба никаких успехов не принесла. То есть нужен такой широкий взгляд на дело. Если мы говорим об экономической борьбе, то это не освобождает от необходимости политического подхода к этой борьбе. Мы должны видеть, что не бывает успеха в экономической борьбе, если не будет правильного политического взгляда на содержание этой борьбы. Без создания своей политической партии рабочий класс больших успехов иметь не будет, его вечно будут водить за нос, за руки люди, которые на самом деле служат интересам буржуазии. Поэтому одна из самых актуальных задач, в том числе и задач экономической борьбы, это создание или укрепление партии рабочего класса. Пожалуйста, двери общественного объединения «Рабочая партия России» ни для кого не закрыты, обращайтесь на сайт Рабочей партии России, пишите заявление, вступайте, приём может быть очным и заочным, создавайте организации в своем городе и не чувствуйте себя одинокими на заводе, на своей фабрике, потому что в одиночку такие крупные задачи, как задачи экономической борьбы, решены быть не могут. Есть немалые сложности, но нет таких крепостей, которые не могли бы преодолеть большевики, как говорил Сергей Миронович Киров. Это я и хочу пожелать всем, кто берется за экономическую борьбу и хочет использовать то, о чем шла речь на страницах этой книги. За ними стоит большая школа экономической и политической борьбы, которую каждый, конечно, кто участвует и действует, должен пройти ещё и сам, потому что для того, чтобы плыть, надо начать плавать, для того чтобы научится борьбе, надо бороться. Нет ни одного человека, который бы научился плавать на берегу, обязательно надо лезть в воду и начинать плавать.

Подспорьем наряду с настоящей книгой могут быть лекции автора на Len.ru, сайте Фонда Рабочей Академии и канале Фонда Рабочей Академии на You tube по курсам «Социально-трудовые конфликты в современной России» и «Политические составляющие социально-трудовых конфликтов», разведопросы и выступления на сайте oper.ru. Так что недостатка в методических материалах нет. И проект Трудового кодекса можно посмотреть на сайте Фонда Рабочей Академии, и другие материалы, связанные с конкретными вопросами борьбы. Материалы Российского комитета рабочих благодаря Ленинградскому интернет-телевидению (Len.ru You tube) и Рабочему ТВ (Фонд Рабочей Академии You tube) вывешиваются в интернете, и их надо смотреть, не забывая старой проверенной истины, что освобождение рабочего класса есть дело рук рабочего класса, а помощь ему будет. Желаю успеха в борьбе за экономические интересы!

Глава II. ПОЛИТИЧЕСКАЯ БОРЬБА

1. Что такое политика?

Самые разные высказывания о политике нередко совершенно необоснованно принимаются за ее определение. Например, говорят, что политика – это концентрированное выражение экономики. То есть берешь экономику, концентрированно её выражаешь и получаешь политику, и, так сказать, вроде ответ есть. А понятно стало, что такое политика? Как сконцентрировать экономику, как её выразить и как понять, что такое политика? Люди, которые так делают, забывают различие между определением и суждением. Например, возьмем суждение, что роза есть растение. Это определение розы? Тогда вам могут принести вместо розы букет крапивы и сказать, что вот вам букет роз. Или можно услышать такого рода высказывание: «политика есть грязное дело». То есть, если вы каким-либо грязным делом занимаетесь, это политика. Тогда сантехники точно занимаются политикой. Посудомойки тоже занимаются политикой. Ну, а все остальные – в стороне от политики, чтобы не пачкать руки этой грязной работой. На самом деле имеется в виду какой-то определенный вид политики – есть политики, у которых политика грязное дело, но разве можно конкретному случаю придавать всеобщий характер? Или есть известное высказывание Ленина, что «политика начинается с миллионов». Хорошо. Она так начинается, но как и когда она продолжается? Или она заканчивается, когда дойдёт до миллиарда?

То есть неправильно все же поступают люди, которые выхватывают отдельные фразы, в которых имеется слово политика. Сейчас это особенно легко сделать, потому что вы можете взять набрать в интернете в поисковике слово «политика», и вам будет выдано много-много самых разных вариантов. Но, как известно, «машина – дура», и она не собирается входить в содержание того, что набирают, а вы сами должны разбираться, тем более, что неправильных вариантов больше чем правильных. Или можно сказать и более определенно – мнений много, а истина одна.

Так что такое политика? Политика неразрывно связана с классовой борьбой. Классовую борьбу, как известно, открыли французские буржуазные историки Тьерри, Минье и Гизо в ходе теоретической борьбы с идеологами французского феодализма, которые пытались доказать, что управлять государством могут только выходцы из высших классов, то есть только феодалы. А Тьерри, Минье и Гизо как представители интересов буржуазии доказывали, что управлять государством могут и другие классы. И вот, собственно говоря, это великое открытие позволило поставить на научную основу историю и рассматривать ее как историю развития классовой борьбы. Классовая борьба охватывает разные аспекты, имеет разные моменты – и экономические, и идеологические и так далее, и вот если борьба классов связана с борьбой за завоевание политической власти и удержание политической власти – вот тогда эта борьба является зборьбой политической или представляет собой политику. Вот теперь можно сказать, что такое политика. Политика – это классовая борьба за завоевание, удержание и осуществление государственной власти.

Обратите внимание: определение одно для политики разных классов, в том числе антагонистических, противоположных по своим интересам. Один класс уже решил задачу завоевания власти – это правящий, господствующий класс. Его задача в том, чтобы удерживать государственную власть. Но не для того он её брал, чтобы просто удерживать. Он её пускает в ход для решения своих задач, для осуществления своих целей. Ну, и первое, что он делает, – он свою волю, волю класса как выражение его экономических интересов оформляет в виде законов, и это называется правом. Право, писал Маркс, – это возведённая в закон воля господствующего класса. И поскольку это воля господствующего класса, постольку господствующий класс никаким правом не ограничен, он это право и творит, то есть право есть выражение его интересов и, если надо, он его переделает.

Вот вы можете наблюдать, что наша Дума, которую сами представители буржуазии называют «бешеный принтер», всё время плодит и печатает всякие новые законы, и нет устойчивости права – вчера только что был такой закон, завтра уже другой, значит надо снова давать новые комментарии, комментарии к комментариям, разъяснения, уточнения и так далее, надо ещё это всё опубликовывать.

В соответствии с буржуазным правом у нас закон считается вступившим в силу после того, как он пройдёт Государственную Думу Федерального собрания Российской Федерации, затем Совет Федерации, потом он отправится на подпись к Президенту. И каждая следующая ступень может тормозить принятие закона. Например, Совет Федерации может не пропустить, или Президент может отказаться подписывать. Тогда собирается целиком Федеральное Собрание и если будет собрано 2/3 за то, чтобы закон всё-таки стал действующим законом, то уже Президент обязан подписать этот закон, и из этого, кстати, видно, что законодательная власть выше исполнительной, к которой относится Президент. И после этого, после того, как Президент подписал, закона ещё нет. Надо после этого, чтобы он был опубликован в «Российской газете» и в электронном виде в Собрании законодательства Российской Федерации. Публикуется закон, и с того момента, когда он опубликован, он считается действующим.

Провозглашается, что "незнание законов не освобождает от ответственности за их выполнение". Если вы хотите узнать закон свеженьким, вы покупаете «Российскую газету», которая публикует все новые законодательные акты, которые уже подписаны Президентом. Президент подписал и они опубликованы, но они публикуются таким мелким шрифтом, что вы рискуете, просвещаясь в правовом отношении, одновременно и ослепнуть. Поэтому эта публикация имеет больше такой смысл: "Мы опубликовали, а дальше хоть не рассветай". Если вы чего-то не знаете, то незнание законов не освобождает от ответственности за их невыполнение. И если вы думаете, что вы знаете, что вы нарушаете закон или не нарушаете закон, то вы ещё не знаете, потому что вы, возможно, не в курсе тех последних изменений, которые были внесены и которые вносятся постоянно. Вот такая с этим делом имеется картина. И это помогает решать задачу удержания власти правящего класса.

Но это одна из задач правящего класса. Какую еще задачу он должен решать, кроме удержания своей государственной власти? Он должен пускать эту государственную власть в ход для осуществления своей государственной власти, и поэтому государство назначает соответствующих чиновников, создает государственный аппарат, назначает губернаторов, организовывает выборы так, чтобы у власти были те, кто представляет правящий класс, принимает все необходимые меры для того, чтобы в идеологии господствовала точка зрения правящего класса, а не точка зрения противоположного класса и так далее, то есть ведёт всю необходимую работу в средствах массовой информации и имеет соответствующие средства массовой информации, обеспечивает проведение своих экономических интересов.

Второй класс, который противостоит правящему классу, находится в худшем положении. Если для правящего класса политика состоит в том, чтобы удерживать власть и пускать её в ход для решения своих задач, то для того класса, который является подчиненным, политика состоит прежде всего в том, чтобы готовиться к тому, чтобы отобрать власть у правящего класса, стать правящим классом, подавить диктатуру прежнего класса, установив свою диктатуру. Почему диктатуру? Потому что, если класс правящий, он не ограничен никакими законами, сам определяет, какие законы принимать, поскольку закон есть воля господствующего класса. Поскольку всякое право - это диктатура господствующего класса, на место одной диктатуры класс подчиненный стремится поставить другую, свою диктатуру. Вот задача, которая перед ним стоит. Ему надо три задачи решить:

А - завоевать государственную власть,

Б - потом сохранять свою власть и

В – применять власть для осуществления своих интересов.

Вот рабочий класс России завоевал власть. Рабочий класс России известное время сохранял свою власть, а потом утерял. Рабочий класс устанавливал свою власть, чтобы проводить свои интересы. А потерял рабочий класс власть, которая у него была, во многом потому, что он не вполне последовательно и твёрдо отстаивал свои интересы или наслушался таких своих записных представителей и выразителей, которые объясняли ему, что классовая борьба прекратилась и, дескать, всё в порядке, не беспокойтесь, всё будет хорошо, сейчас мы ещё перестроим то, что до нас построено, и заживём прекрасно. Убаюканный этими разговорами, этими речами и соответствующими статьями, публикациями, передачами, рабочий класс власть утерял. Ну, а если он утерял власть, то для того, чтобы ему снова осуществлять свою диктатуру, ему нужно для начала себе власть вернуть. Поэтому задача перед угнетенным классом, перед рабочим классом России состоит не в том, чтобы с грустью отмечать очередное летие Октябрьской революции, а в том, чтобы сделать так, как сделал рабочий класс более, чем сто лет назад, то есть руководимый своей большевистской партией создал Советы и с помощью Советов установил Советскую власть. Вот собственно задача, которая стоит сегодня перед рабочим классом России.

Кстати, несколько слов о том, как отличается большевистская и меньшевистская партии, потому что это деление имеет не только историческое значение, но оно имеет и нынешнее вполне актуальное значение – у нас тоже есть «большевики» и «меньшевики». Большевики стоят за то, чтобы партия рабочего класса была бы не просто партией «разговаривающих», чтобы не просто туда профессора входили, которые время от времени помогают партии материально или какими-то своими действиями, но партия должна состоять из организаций. И вот ленинский пункт Устава РСДРП гласил, что членом партии может быть только тот, кто работает в одной из организаций. Не просто уплачивает членские взносы, не только тот, кто принимает, признаёт и выполняет программу партии, но ещё непременно работает в одной из организаций партии, чтобы партия была таким единым кулаком, который по команде мог бы действовать быстро, решительно и дисциплинированно. Поэтому и сегодня люди, которые себя называют левыми, в большинстве своем не большевики, сейчас много таких блуждающих левых, которые говорят: «я левый», и вот этот «левый» ни в какой организации не состоит, ни в хорошей, ни в плохой, он никакой дисциплине партийной не подчинен, ничем не обязан, но зато он и ничего сделать не может. Он ходит, смотрит, перебирает разные, в том числе противоположные идеи, поэтому у него в голове "каша", и эта "каша" у него только усиливается. И долгое нахождение в так называемой «левой тусовке» вовсе не делает его человеком растущим и выросшим. Вот так это дело выглядит.

Итак, если говорить об определении политики, то я ещё раз возвращаюсь к определению и ещё раз его повторяю: «Политика - это классовая борьба за завоевание, удержание и осуществление государственной власти в интересах своего класса». И это единое определение двухстороннее. Тут есть определение политики передового класса, политика передового класса прогрессивна, политика передового класса – "чистое" дело, к ней не относится высказывание о том, что политика есть грязное дело. А вот политика реакционного класса, буржуазии в наше время, в условиях, когда капитализм свободной конкуренции уже превратился в империализм и стал умирающим и загнивающим, политика сохранения господства капиталистов, политика сохранения эксплуатации, политика присвоения и накапливания богатств, получаемых за счёт чужого труда, а эксплуатация - это присвоение чужого неоплаченного труда, такая политика является грязной. Иногда по этому поводу выступают представители самой буржуазии и говорят, что вот у нас есть партия жуликов и воров, и помалкивают какая это партия. Почему? Потому что они союзники этой партии. А кто с этим выступает? Обычно эсеры, наша «Справедливая Россия». И кого они имеют в виду? Они как-бы намекают на Единую Россию. Но Единая Россия - это не жулики и воры. Жулики и воры – это те, которые иногда отбирают у вас то, что создано вашим трудом. И не бандиты они, которые на вас иногда нападают, забирая что-то, что вы создавали, накапливали. А в чём отличие действий эксплуататорского класса, в данном случае буржуазии? В том, что он систематически, ежедневно, в течение рабочего дня отбирает у вас значительную часть вашего труда. Ну, грубо говоря, вы работаете восемь часов, если вас не заставили еще работать 8-10, а то и 12 часов, как сейчас делают всё больше и больше, вы работаете 8 часов, за два часа делаете продукт, эквивалентный вашей заработной плате, а заработная плата - это цена рабочей силы, ну, а всё остальное время вы работаете на того, кто вас нанял, купил вашу рабочую силу. И всё, что имеют наши нынешние капиталисты, богатые люди, оно создано трудом других людей – это чужой неоплаченный труд. Поэтому они гораздо страшней, чем какие-то жулики и воры, потому что тут имеет место не эпизодическое присвоение чужого неоплаченного труда в ходе налёта или ограбления, а систематическое присвоение чужого неоплаченного труда. И освобождение от эксплуатации –это вот и есть та грандиозная задача, которая и сделала Октябрьскую социалистическую революцию действительно великой. Почему? Потому что предыдущие революции лишь меняли способ эксплуатации, форму эксплуатации. Например, было рабовладение, были рабы, которые подчинялись рабовладельцам, и не просто подчинялись, а были их собственностью, это были говорящие орудия, рабовладелец мог с ними сделать все, что угодно, убить, если ему этого захотелось. Поэтому революция феодальная, которая произошла, переход к феодализму, помещичьему землевладению, помещичьему правлению – эта революция изменила форму эксплуатации. То есть убить вы не можете, но можете бить плетьми и заставлять работать на себя бесконечно. Никаких ограничений нет. Затем феодальная эксплуатация была заменена буржуазной благодаря Великой буржуазной революции. Почему Великой? Потому что не стало личной зависимости. Вы больше ни рабовладельцу не подчиняетесь, потому что вы, дескать, его собственность, вы не являетесь собственностью помещика, вы свободный человек.

А раз вы свободный, то вы даже «свободней» тех, у кого есть фабрики и заводы, которые их теперь обременяют, потому что они свою задачу решали и освободили вас от всего, чтобы работник был «гол как сокол», и у вас есть только свои рабочие руки. Ну, и можете продавать свои «рабочие руки». У вас есть товар. А у нас свой товар – фабрики и заводы, у нас есть и другие товары. А у вас есть рабочие руки, вот и продавайте их как человек свободный, и мы будем вам платить «как бы нормальную» зарплату. А какая нормальная? Это по стоимости. Сколько стоит товар, то столько мы вам будем и платить, посчитаем стоимость жизненных средств, необходимых для нормального развития работника и членов его семьи. И.... вы получили?! А что сверх этого - вас не касается. Это не ваш завод, не ваш товар, который вы создаете. Не вы его будете продавать. Не вы будете за него деньги получать. Ваше дело сделано – идите, будет ваш день зарплаты и вы получите зарплату. Раз в 15 дней получайте свою зарплату и будьте здоровы! А буржуазное государство позаботится о том, чтобы не нарушали этот срок - всё-таки пусть выплачивают эти гроши. Хотя эти гроши становятся всё меньше и меньше. В 2016 году реальная заработная плата работников составили 92,5% по отношению к тому, какова была реальная заработная плата в 2013 году. Ну, а что касается эксплуататоров, которые богатеют за счёт чужого труда, - там совсем другая картина. За 2016 год процент прироста долларовых миллионеров в России составил 10%, а долларовых миллиардеров - 11%. Так что, когда люди думают и анализируют, хорошая у нас экономика или плохая – это неправильная постановка вопроса. Она для одних хорошая, а для других – плохая. Для тех, кто стал долларовым миллионером или миллиардером, она вполне хорошая. И так быстро обогатиться, как в России, редко где можно на нашей планете. Поэтому сюда активно едут люди для того, чтобы делать свой бизнес. Что значит бизнес? Значит эксплуатировать трудящихся России.

Итак, политика есть классовая борьба за завоевание, удержание и осуществления государственной власти. Вот понятие политики.

2. Предпосылки политической борьбы

Понятное дело, что поскольку речь идёт о политической борьбе, а политическая борьба — это борьба за завоевание, удержание и осуществление государственной власти, значит, в эту борьбу вступают два противоположных класса.

Лучше даже сказать, что они не просто вступают, а они никогда и не прекращают эту борьбу, постоянно её ведут. Но понятно, что каждый класс заинтересован не просто в том, чтобы вести эту борьбу для своего развлечения, а для того, чтобы выиграть. И самый главный выигрыш в том, чтобы получить государственную власть в свои руки и удерживать государственную власть. И второй выигрыш, если у тебя государственная власть есть, то властью надо пользоваться для того, чтобы осуществлять свои экономические интересы.

И вот для этой самой борьбы какие требуются предпосылки? Каждый класс должен знать, за что ему бороться. И каждый класс поэтому должен выразить свои цели теоретическим образом. Поэтому первая предпосылка политической борьбы состоит в том, чтобы классы выразили свои политические позиции. Выразили их сначала как теоретические, в своих теоретических работах, то есть в книгах, на конференциях, на форумах, семинарах, кружках и так далее. И, во-вторых, чтобы они свои политические позиции последовательно реализовали в своей пропаганде. Третье, что они должны сделать, они должны не ограничиться одной пропагандой, поскольку, если это будет кончаться пропагандой, это не политическая борьба, это подготовка к ней, это бег на месте. Надо чтобы они могли призвать к немедленному действию, а призыв к немедленному действию называется агитация, и наконец, надо организовать действия своего класса.

Поэтому борьба классовая, которая является политической борьбой, является борьбой теоретической, пропагандистской, агитационной и организационной.

Ну, и понятно, что она только тогда классовая и только тогда политическая, когда она охватывает значительную часть класса, а не такую, которая сводится к единичным элементам или экземплярам. Поэтому, если классу не удалось расширить свою теоретическую борьбу до того, что необходимые книги доступны значительной части соответствующего класса, если не удалось создать СМИ и организовать их работу таким образом, чтобы они доходили до класса, не удалось организовать агитационную и организационную работу, то тогда эта классовая борьба хромает, тогда эта классовая борьба не будет успешной.

Вот почему требуется и теоретическая борьба, и пропагандистская борьба и борьба агитационная, и борьба организационная, которая приводит в действие непосредственно класс.

В этом отношении что можно сказать про борьбу теоретическую? В борьбе теоретической хуже всего обстоят дела у реакционного класса, несмотря на колоссальные ресурсы, которые есть у господствующего класса. Несмотря на то, что он полностью господствует, именно потому, что он класс реакционный, его время уже прошло, он олицетворяет реакционную сторону противоречия самого существующего строя, в данном случае капитализма, уже перезревшего, созревшего, превратившегося в империализм — высшую и последнюю стадию капитализма. Про эту стадию Ленин говорил, что единая капиталистическая монополия, но обращённая на пользу всего народа и потому переставшая быть капиталистической монополией означала бы социализм. Вот в такой ситуации дело тяжёлое для правящего класса доказывать правильность своих позиций.

Поэтому мы наблюдаем в философии возврат к каким-то убогим философским течениям. Больше всего буржуазия боится диалектики. Среди лидеров буржуазии вы почти не найдёте людей, которые хоть немного вкусили гегелевской диалектики, хотя название «диалектика» они иногда употребляют, как Абалкин употреблял, но ничего общего с диалектикой он не имел. «Диалектика социалистической экономики» - была такая у него книжка.

Почему так? А потому, что они как бы чувствуют, что от философии Гегеля, от диалектики, от науки логики дальше следующий шаг к диалектическому материализму, а дальше от диалектического материализма ещё один шаг к историческому материализму, причём шаги эти уже в теории сделаны идеологами рабочего класса. И раз они сделаны идеологами рабочего класса, то, следовательно, с этим бороться очень тяжело. И поэтому всё сводится к тому, чтобы напечатать много разных книг и отстаивать позицию плюрализма мнений.

Поэтому в работах буржуазных идеологов речь идёт не о знании, а о мнении, дескать, у вас такое мнение, а у меня другое, у вас мнение, что у треугольника три угла, а у меня мнение, что четыре угла у треугольника. И дважды два — семь. И для мнения никаких законов нет, правда? Могу я считать, что до Луны 50 километров, я везде высказываю, что мнение у меня такое, что 50, и всё собираюсь туда пойти, но как-то вот недосуг. Ещё не проверял, но некоторые заявляют, что там 380 тысяч километров, но я с этим мнением не согласен.