Хроники современной Германии

Каковы шансы, что «Большая Война» все же случится?

Вернер Гульде

И я, и многие из тех, кого я знаю и с кем общаюсь, не верят в войну, но многое зависит от того, кто станет следующим президентом США. Г-н Трамп был бы весьма желательной кандидатурой, а вот с «Киллари» нужно быть настороже, она могла бы устроить нечто для устрашения.

Игорь Шенгальц

Ваши прогнозы на 2017 год. Что произойдет в мире, в Европе, и в Германии в частности?

Вернер Гульде

Контуры наступающего года определятся после американских выборов, тогда будет понятно, какие силы здесь одержат верх. Хочется верить, что можно победить и в Сирии, и в Иране, и в Ираке, и что в тех регионах все станет более стабильно.

Постоянные провокации на Украине скоро прекратятся, потому что сотни тысяч мирно настроенных людей уже продвигаются на Киев для участия в Марше мира, о чем умалчивают немецкие СМИ.

Если Россия и Китай будут продолжать экономическое сотрудничество, но при этом продажа нефти и газа будет происходить в другой валюте, а не в долларах, то это ослабит американцев и будет полезно делу мира.

Южная Америка должна обрести экономическую мощь и вытеснить в итоге янки, так что несколько русских баз в том регионе были бы весьма полезны.

Европа в современном ее виде (финансовая диктатура, осуществляемая из Брюсселя) распадется, ведь это приносит пользу малому числу людей, многие из которых даже не живут в самой Европе. Европа Отечеств по образцу де Голля – вот что было бы идеальным решением проблемы. Только совместно с Россией возможно возрождение экономики, ведь американцы используют Европу в своих интересах, в том числе военных. Раммштайн – это самый большой террористический аэропорт, используемый как тактическая база. Невероятно, прошло более 70 лет после окончания войны, а все еще занята. Так и хочется сказать: «Освободите нас еще раз!»

Часть 4

Кризис беженцев

От автора: эта часть расскажет о европейском «кризисе беженцев», о котором неоднократно упоминалось в предыдущих главах, расскажет о том, с чего все начиналось, как шло и развивалось, к чему привело. Точнее, результаты необдуманной политики евробоссов еще проявят себя в будущем. Сейчас же понятно лишь одно – история с беженцами полностью дискредитировала власть в глазах мыслящих людей. И если Европа хочет выжить, она будет меняться, может, в худшую сторону…

4.1 Германия и ислам

От автора: вспомним Германию до начала кризиса. Попытки мультикультурализации проводились многократно, но так ни к чему и не привели.

Для начала немного статистических данных. Из почти 7 миллионов иностранных граждан, проживающих на территории Германии, примерно 25% составляют турки[29]. Конечно, речь идет о тех людях, кто имеет вид на жительство и еще не получил немецкое гражданство. Для сравнения, число выходцев из России составляет меньше 3%, с Украины – чуть меньше 2%, но если сосчитать всех русскоязычных жителей нынешней Германии, имеющих гражданство (их данная статистика не учитывает), то число это вырастет многократно.

Основная проблема, почему турки (да и многие другие мигранты) не хотят получать немецкое гражданство – это юридическая норма, требующая отказа от прежнего гражданства. В Бундестаге который год выносят на рассмотрение, но никак не могут окончательно «пробить» закон, по которому можно иметь два и более гражданств одновременно. В последнее время наметились существенные сдвиги в этом вопросе, и вскоре ситуация может, наконец, разрешиться в положительную сторону.

Для россиян, кстати, такой проблемы никогда не существовало. Немецкие власти не требовали от поздних переселенцев отказаться от российского гражданства при получении немецкого, а вот жители Украины и Казахстана обязаны были это делать.

Несомненно, что закон направлен в первую очередь на турок. Именно они, составляя неоспоримое преимущество среди иностранцев, недовольны сложившимся положением вещей. А ведь число мусульман в Германии растет год от года. Если в 1970 году на всю страну насчитывалось всего три мечети, то теперь их 77, плюс более 2 тысяч молельных домов. И более 70% турок считают себя религиозными в то время, как треть европейцев не принадлежит ни к одной из конфессий. Конечно, тут необходимо учитывать и фактор «налога на церковь». Многие, не желая выплачивать этот обязательный налог попросту отказываются от собственной принадлежности к церкви. И все же, совершенно очевидно, что христианской Германии больше не существует.

Конечно, если брать численное выражение, то по данным на 2010 год количество мусульман в Германии от общего числа населения составило всего 4-5% или примерно 4 миллиона человек. Это, казалось бы, не так и много, но на самом деле вполне достаточно, учитывая общее недовольство немцев исламом. Только 19% жителей Германии считают, что немецкая культура и ислам совместимы. И это является самым низким показателем по всей Европе. Немцы не хотят, чтобы мусульмане жили рядом с ними, не хотят, чтобы ислам был признан одной из официальных религий страны на государственном уровне. Между тем, в некоторых землях это уже свершившийся факт. К примеру, Бремен. Следующей в списке идет Нижняя Саксония, где это планируется сделать в самое ближайшее время. Власти еще трех регионов так же согласны с подобной позицией и намерены вскоре принять соответствующие законы.

Естественно, признание ислама официальной религией – это серьезный шаг для укрепления его позиций в Германии. Ведь это подразумевает собой обязательное строительство мечетей в городах, многомиллионные денежные вливания, как от верующих, так и от государства, возможность хоронить согласно мусульманским обрядам, возможность проводить традиционные мусульманские празднования, а в школе вести предмет «основы религии». Официальная конфессия тут же приобретает и другие дополнительные льготы.

Исламские представители много говорят о том, что все вышеперечисленное только усилит возможность интеграции мусульман в европейское общество, но на практике получается совсем иное. Ведь не зря немцы недовольны мусульманами. Они стараются жить обособленно, компактными группами, иногда и целыми районами, где все работники, начиная с булочной и парикмахерской, и кончая различными магазинами, – мусульмане. Где немецкий язык поверхностно знают лишь мужчины, и то в меру необходимости, а женщины попросту не утруждают себя его изучением. И дети не считают себя немцами, даже те, кто родился непосредственно в Германии. Нет, все с гордостью заявляют, что они турки (или представители других народов). О какой же интеграции может идти речь? Все подобные успокоительные разговоры –  фикция, попытка подсластить для общественности горькую пилюлю.

Возвращаясь к вопросам двойного гражданства. Отчего же турки так не желают расставаться с родным паспортом? А все потому, что большая часть их заработка уходит обратно в Турцию. Деньги утекают из Германии. В России, несомненно, такая же ситуация с гастарбайтерами из Узбекистана, Таджикистана и прочих государств. Ведь еще в 2007 году было рассмотрено предложение председателя совета муфтиев Аширова о создании в крупных городах, в том числе в Москве,  особых этнических микрорайонов с детсадами, школами, больницами для локального проживания мусульман. К счастью, это предложение подверглось резкой критике.

Известно, что массовый въезд турок в Германию начался с 1961 года, когда стране отчаянно требовались рабочие руки. Позже к ним присоединились марокканцы, тунисцы, а так же иммигранты из Ирака, Ирана, Афганистана, Боснии. Именно они и сформировали современный немецкий мусульманский мир.

Вот что говорит журналу «Шпигель» Урсула Шпулер-Штигман, профессор Исламских наук в университете Марбурга в Германии: «Мусульмане достигли многого в Германии. Сейчас в немецких бассейнах есть женские дни для мусульманок, причем залы для купания в это время драпируются плотными занавесками, чтобы избежать посторонних. С многих больниц и школ убраны кресты, на заводах и в общественных учреждениях появились комнаты для намаза. Родители школьников-мусульман избавляют своих дочерей от школьных походов с ночевкой и совместных спортивных занятий с юношами. Вопрос разрешения общественным служащим на ношение платка решается в судах, так же как и вопрос преподавания религиозных предметов в школе. В Германии уже дают образование мусульманским учителям и имамам».

Даже из этого короткого отрывка ясно видно, что ни о какой интеграции речи не идет. Напротив, мусульмане всеми силами стараются изменить общество под себя, под свои нужды и цели. Не удивительно, что европейцы не хотят этого и настроены в основной массе негативно.

Немцы видят в исламе угрозу. По данным соцопроса более 50% немцев заявили, что считают ислам опасной религией. Известный бывший немецкий политик от «Социал-демократической партии» и в прошлом член совета директоров Немецкого федерального банка Тило Сарацин в своей нашумевшей книге «Германия – самоликвидация» писал, что мусульмане не хотят интегрироваться в немецкое общество даже во втором-третьем поколении. И не просто не хотят – не могут. Из-за постепенного изменения этнического состава Германия «тупеет».

Конечно, Сарацина тут же уволили с должности члена совета директоров, его книгу подвергли жесткой критике, обвинив в шовинизме, расизме и дешевом популизме, но надо признать, что первоначальный 25-тысячный тираж книги был раскуплен еще до поступления ее в продажу. Сам же Сарацин снискал огромную поддержку рядовых граждан.

Подытоживая все вышесказанное, хочется добавить, что проблемы взаимоотношений европейцев и мусульман только набирают обороты. Если учесть статистику рождаемости, то несомненно, что в скором будущем число мусульман будет только расти в процентном отношении. Межэтнические конфликты будут усугубляться год от года. Ни о какой интеграции речи не идет. Выходом из кризиса может послужить лишь жесткая реакция правительства, усиление мер по «принудительной интеграции» с высылкой тех, кто от нее отказывается. Но в современных условиях при нынешней правящей партии это невозможно.

4.2 Новая волна антиисламизма в Германии

От автора: а теперь момент перед самым началом кризиса, за некоторое время до того, как толпы беженцев пошли напролом через границы.

В январе 2015 года по всей Германии прошло несколько массовых демонстраций протеста против дальнейшей исламизации страны. Такого здесь еще не было: в Дрездене, по данным полиции, на улицы вышло порядка 25.000 человек (заявлено, правда,  было 40.000). Все это проходило пол эгидой организации PEGIDA – «Патриотические европейцы против исламизации Запада» – правого популистского движения, в последнее время приобретающего все больше и больше сторонников. Демонстранты несли плакаты: «Народ – это мы», «Они не убьют нашу свободу» и т.д.

Справедливости ради, надо отметить, что парой дней позже в других крупных городах: Лейпциге, Берлине, Мюнхене, Ганновере, да и в самом Дрездене прошли даже более многочисленные демонстрации – но уже против PEGIDA. А канцлер ФРГ Ангела Меркель заявила, что присоединяется к акции в поддержку религиозной терпимости.

Вспоминая в связи с этим классику американской фантастики – «Заповедник гоблинов» Клиффорда Саймака –  хочется процитировать две фразы: «Слово «нетерпимость» мне не нравится, мистер Мармадьюк, так как оно подразумевает «терпимость», а это оскорбительно и для вас, и для меня, и для любого другого существа во Вселенной…», и еще: «…Там, где множество самых разных рас должны жить в мире и согласии друг с другом, и «нетерпимость» и «терпимость» одинаково стали грязными ругательствами».

Европейское общества неоднородно, оно расколото на несколько частей. Сам факт проведения массовых акций не только в поддержку PEGIDA, но и против нее, показывает, насколько все неоднозначно.  И никто не знает, как отреагирует население в следующий раз, случись (не дай Бог, конечно) новые теракты, прикрываемые исламистскими лозунгами. Вполне может произойти и новая Варфоломеевская ночь, как и в 1572 году во Франции, когда религиозные разногласия так же достигли своего апогея. Католики резали гугенотов – своих, по сути, «двоюродных братьев» по вере – таких же фанатичных христиан, только протестантского толка. А в нынешнем случае дела обстоят еще хуже: христианская религия против исламизма в самом центре «толерантного», «прогрессивного» мира. Что же может ожидать современную Европу, если в самом ее центре вновь начнутся религиозные войны?..  Не окажется ли, что нынешние немцы и французы не так уж и далеко ушли от своих предков, не прощавших гораздо меньшие проступки и мстивших за них кровью, не щадя при этом ни женщин, ни детей?

А ведь убийства уже начались. Первой жертвой новой волны пал двадцатилетний беженец Халед Б., зарезанный в прошлый вторник недалеко от собственного подъезда. Преступник до сих пор не найден, но полиция не исключает религиозный мотив убийства и призывает всех к спокойствию. Народ, доведенный до критической точки терпения, способен на многое. К примеру, двадцать лет назад в городе Росток местные правые радикалы при поддержке населения сожгли общежитие с проживавшими там беженцами. Поводом тому послужили грязь, разведенная приезжими вокруг своего обиталища, явное нежелание их интегрироваться в немецкое общество и т.п. И ведь подобное случается время от времени в разных европейских городах. Так что любая толерантность все же имеет свои границы.

И как же не сравнить в данном контексте терпимую только на словах Европу и Россию, которая всегда объединяла народы и религии, являясь многонациональной и многоконфессионной страной на деле. Если говорить начистоту, то представителям иных национальностей и конфессий зачастую живется в России даже лучше, чем ее «титульной» нации. Но это уже вопрос к властям – как сделать так, чтобы, не теряя плюсов национального разнообразия, свести на нет все минусы проживания бок о бок представителей различных народов и культур.

Кстати, немецкая полиция запретила все собрания под открытым небом, планируемые на 19 января в Дрездене, аргументируя это возможной террористической угрозой.

«В оценке положения, мы исходим из вполне конкретной, а не абстрактной опасности», – заявил начальник полиции Дрездена Дитер Кролль. По данным полиции, радикальные исламисты планировали несколько убийств представителей PEGIDA, в том числе и одного из организаторов шествий Лутца Бахмана.

Отказ от проведения демонстраций вызвал резкую критику в обществе. «Невероятно страшно, что государственная власть и свободные граждане должны капитулировать перед террором. Запрет, конечно, имеет смысл, однако выглядит как полный провал»; «Печально, что экстремисты добавляют все больше и больше аргументов, раскалывающих общество. Я потрясен, сколько, оказывается, ненависти есть в некоторых людях»; «Куда это ведет нас? Неужели, теперь нам запретят проводить демонстрации под предлогом, что нам грозят теракты? Ведь это угроза демократии. Или мы должны отныне жить по указке террористов? Я хочу идти на демонстрацию, пусть даже мне угрожают радикальные исламисты. Я считаю, что подобные запреты ни к чему хорошему не приведут»; «Исламисты побеждают. PEGIDA проводит свои демонстрации мирно. Несмотря на то, что я не во всем их поддерживаю, сейчас я хочу быть с ними, чтобы показать – нам не страшны угрозы!»; «Бедная Германия. Немецкие институты власти больше не могут гарантировать основные права гражданам. Плохой знак для демократической страны. А те, кто против PEGIDA, должны все же при этом понимать, что это так же форма выражения собственного мнения, как и пресловутые карикатуры. Выражение многообразий мнений – главный признак демократии, и никакие политики не должны это запрещать».

Эти и другие подобные комментарии неизменно сопровождают статьи в немецких СМИ, посвященные отмене дрезденской демонстрации. Что, впрочем, не мешает властям делать свою работу, защищая граждан от потенциальных угроз.  Немцы – законопослушная нация, а сильное государство характеризуется тем, что в случае опасности спокойно игнорирует мнение либеральной части населения. А Германия – это самое сильное современное европейское государство, способное на многое, несмотря на две катастрофических для страны войны, проигранные в ХХ веке.

Тем временем, немецкие политики обсуждают дальнейшее усиление законов, направленных на защиту граждан от террористических угроз. К примеру, долгосрочное хранение данных телефонных переговоров, а так же все, связанное с интернет-соединениями (хранение личной переписки граждан, их запросов в поисковых сетях, перечень скачиваемых данных и т.п.)

Можно представить себе, какой крик подняли бы российские либералы, если бы их переписка стала бы вдруг доступной для прочтения официальным органам на правовой основе, и сколько тайных связей всплыло бы при этом на поверхность.

Американцы, кстати, уже давным-давно напринимали себе законов и поправок, позволяющих специальным службам практически все, если их действия подпадают под эгиду борьбы с терроризмом. И плевать они хотели на права человека и собственную мнимую порядочность. Антироссийские санкции – лучший тому пример. А вспомните культовый сериал «24 часа» и агента Джека Бауера, без зазрения совести пытающего гражданских обоих полов, если только эти гражданские пусть чисто теоретически могут вывести его на след очередного террориста. Недаром же этот сериал приобрел невероятную популярность. Силовые методы приветствуются большей частью любого общества, ведь только ими можно добиться поставленной цели. Даже «главные» мировые демократы – американцы это прекрасно понимают.

Во всей этой истории радует одно – Россия, кажется, теряет сомнительную честь считаться главным врагом «прогрессивной и демократической» части человечества[30]. На эту роль вновь назначили радикальный ислам. Возможно даже, что страны ЕС в скором времени начнут потихоньку отменять антироссийские санкции – уже предпринимаются реальные шаги для этого. Слишком уж невыгодным для многих оказалась вынужденная изоляция России. И очень хорошо, что Россия выдержала трудные времена спокойно и с достоинством, не поддавшись на разного рода провокации и невероятное внешнее давление, приобретя этим уважение многих здравомыслящих людей.

4.3 Кризис беженцев, как угроза возникновения новых религиозных войн

«Наша истинная национальность – человек»

Герберт Уэллс

В 2015 году Европу захлестнула волна беженцев столь небывалых масштабов, что речь теперь идет не просто об оказание помощи жертвам войны на Ближнем Востоке, а о том, останется ли Европа в том облике, к которому мы привыкли, или полностью изменится, трансформируется в некое новое государство с новыми законами, моральными принципами и новыми гражданами – людьми с черными глазами и смуглой кожей.

Но так ли довольны сами европейцы происходящим? Тысячи людей выходят в Германии на демонстрации, чтобы выразить свой протест против огромного числа беженцев, заполоняющих страну. Митинги устраивает известная организация PEGIDA (Патриотические европейцы против исламизации Запада), которая в последнее время действует весьма и весьма активно и приобретает все большее число сторонников. Показательно, что все ведущие немецкие СМИ старательно обходят тему демонстраций стороной, не вынося ее на первые страницы. Подобная избирательность весьма характерна для публикаций последнего времени, когда почти все СМИ словно бы получили указания с самого верха: «О беженцах только в позитивном ключе!». И в который уже раз получается так, что ради беженцев жертвуют правами местных. Пара наглядных примеров. Во многих городах закрылись школьные спортивные залы. Точнее, они не закрылись, они лишь временно предоставлены для расселения беженцев. Конечно, условия жизни там далеки от идеала – большой зал, десятки раскладушек, общие душевые и туалеты. А немецкие дети всего-навсего лишены возможности заниматься спортом по школьной программе. Второй пример. В одной из федеральных земель, в городке Эшбах власти прислали жильцам социального дома расторжения договоров на аренду квартир. Теперь там хотят поселить беженцев. А прежние жильцы должны до конца года в срочном порядке подыскать себе другое жилье. И никого не интересует, каким образом они сделают это. Между тем, среди жильцов есть те, кто проживает в этом доме больше двадцати лет, и в планах не держал съезжать. Но таковы современные реалии – в первую очередь все для беженцев!

Совершенно естественно, что в таких условиях активно развивается неофашизм, а националистические группировки вновь набирают силу. Нынешняя помощь беженцам как бы облагораживает сегодняшнюю Германию, и в первую очередь в ее собственных глазах. Комплекс вины за Вторую мировую войну и годы фашизма, который Германия несла на протяжении семидесяти лет, исчезает. И когда в силу объективных причин кризис беженцев перейдет в стадию открытой конфронтации, то каждому будет очевидно, что Германия отныне больше никому и ничего не должна. Ни материально, ни морально. Первая волна напускной доброжелательности постепенно стихает, и даже «1 канал» немецкого телевидения осторожными шагами начинает критиковать Ангелу Меркель, показав забавный фотомонтаж, на котором канцлер Германии представлена в традиционной мусульманской чадре на фоне Рейхстага с минаретами, и на стеклянном куполе поблескивает полумесяц.

Так рождается новая идеология, формируется мировоззрение 21-го века. И нет в этом ничего необычного, достаточно вспомнить, как все происходило в Германии в первой половине 20-го века и позднее.

Фашизм, как политическое течение, возник в период глубокого кризиса, когда люди потеряли всякую надежду на хорошее будущее и жили, точнее, выживали лишь сегодняшним днем. Естественно, что те, кто пообещал людям счастливую жизнь и сильное государство, быстро набрали популярность среди населения и вскоре пришли к власти абсолютно демократическим способом.

Вспоминая книгу Ремарка «Три товарища», действие которой происходит в 1928 году, видно, как националистическое движение постепенно набирало силу, притягивая к себе все новых и новых членов, завладевая умами населения. Не стоит забывать и о том, что многие немцы того времени прошли сквозь бойню Первой мировой войны, а значит, обладали военным опытом, навыками и умениями. Это была полностью готовая армия, которую только надо было вооружить и вдохновить. И они очень хотели навести порядок у себя дома, и навели его по-своему и своими методами.

Идеология фашизма имела огромную поддержку в своих странах, и именно она послужила основой для начала Второй мировой войны, унесшей миллионы жизней.

Неофашизм – это, по сути, лишь слегка смягченный вариант обычного фашизма, со всеми методами, присущими крайним его проявлениям, как, например, культивация силы, открытый расизм, шовинизм, ксенофобия. Неофашизм объединяет современные правые радикальные и реакционные движения, являясь преемниками в идейном смысле фашистских организаций.

«Германия для немцев! Иностранцы – вон!» – эти и прочие лозунги можно слышать на улицах Германии во многих городах 20 апреля каждого года, когда неофашисты традиционно празднуют день рождения Гитлера. Сотни бритоголовых крепких парней ходят маршем по центральным улицам, заставляя прохожих жаться к стенам домов, а иностранцев с ярко выраженными чертами, присущими другим расам, попросту отсиживаться в безопасных местах. И это Германия – самая сильная и экономически развитая европейская страна, локомотив ЕС, поборница демократических прав и свобод.

При этом все вокруг делают вид, словно ничего особенного не происходит. Хотя тема немецкого фашизма не замалчивается, его запрещают, с ним борются, но число неофашистских организаций при этом растет как в Германии, так и во всем мире. С другой стороны, власти открыто порицают фашизм и все его составляющие. Недавно с одного из телевизионных каналов была уволена ведущая, не вовремя вспомнившая, что прекрасные немецкие автобаны были построены именно при Гитлере. А хвалить, пусть и косвенно, Гитлера в Германии нельзя – это табу.

За изображение свастики законодательством Германии предусмотрено наказание вплоть до года лишения свободы, но неонацисты прекрасно умудряются избегать уголовной ответственности. По данным, в Германии насчитывается около 30 тысяч правых экстремистов, из которых пятая часть относят себя к неонацистам – прямым продолжателям дел Третьего Рейха, порядка 10 тысяч человек из этого числа привлекались к уголовной ответственности и были признаны опасными для общества. Деятельность «Национал-демократической партии Германии», открыто поддерживающей неонацистов, Бундестаг не может запретить уже который год, хотя всеми силами пытается это сделать.

Особый пик деятельности неонаци пришелся на 90-е годы, сразу после объединения Германии, насилие в отношении к иностранцам стало практически обычным делом. Особо страдали тогда переселенцы из СССР, поляки, турецкие и африканские эмигранты. В городе Росток в 1992 году неонацисты сожгли общежитие мигрантов, причем собравшаяся вокруг многотысячная толпа только приветствовала это действие. Надо сказать, что во многом власти города оказались сами виноваты в сложившейся ситуации. Не желая допускать статуса «постоянно проживающего на территории страны», они устанавливали палатки для румынских цыган прямо на газонах между обычными жилыми домами, запрещая даже установку «био-туалетов». Тем самым район оказался буквально загажен, что вызвало естественное раздражение горожан. Мусор, грязь, нежелание интегрироваться, мгновенно выросший уровень криминала – все это не могло не привести к беде. Так и произошло, в один прекрасный день около двухсот неонацистов, вооруженных камнями, стали закидывать окна общежития для вьетнамских беженцев. Полиция ничем не смогла помешать и ретировалась. В итоге, общежитие подожгли, а полиция так ничего и не смогла сделать. К счастью, тогда обошлось без жертв, но и наказание никто не понес. Этот случай отчетливо показывает, что фашизм в головах людей никуда не пропал, как его не изгоняли, и случись перемена политического курса, многие немцы быстро воскресят в генетической памяти необходимые черты и качества. Ангела Меркель, возглавлявшая в то время Министерство по делам семьи и молодежи, лично прибыла в Росток для улаживание ситуации, и набрала в те дни очень важные политические очки, сделавшие ее впоследствии лидером Германии и самым сильным политиком Евросоюза.

Кстати, после случившегося в Росток почти перестали селить вьетнамских беженцев и румынских цыган, зато активно стали предлагать этот город в качестве постоянного места проживания русским-немцам, а с ними у нацистов дела не заладились. И, как итог, вскоре в Ростоке неонацистов не осталось вовсе.

Конечно, Германия, как страна, некогда создавшая и проповедавшая фашизм, последние семьдесят лет всеми силами пытается от него дистанцироваться. Ведь, после поражения немецкой армии речь шла о том, будет ли вообще существовать такая страна – Германия. Разделенная на оккупационные зоны между СССР, США, Великобританией и Францией, а впоследствии поделенная на ФРГ и ГДР, страна пыталась выжить в новых, непривычных условиях фатального диктата со стороны победителей. Но теперь, спустя годы, в сознании граждан фашистская Германия представляется вовсе не такой ужасной. Наоборот, многие вспоминают былое величие страны, ее силу и мощь. Преступления же, совершенные в те времена нацистами, забываются и нивелируются, а достижения приобретают в массовом сознании некую исключительность. Впрочем, к счастью, на государственном уровне фашизм всесторонне порицается. А частные мнения – это лишь частные мнения.

В остальной Европе, как левые, так и правые партии с националистическим уклоном набирают все больше и больше сторонников среди населения.

Пожалуй, самой известной националистической партии Франции является «Национальный фронт» с их нынешним лидером – Марин Ла Пен. На выборах в Европарламент в 2014 году они заняли во Франции первое место с 25,4% и увеличили свое присутствие с 3 до 22 депутатов. В настоящее время Марин Ле Пен активно готовится к предстоящим в 2017 году президентским выборам, надеясь, и не без оснований, их выиграть.

Не стоит забывать и греческую партию радикальных левых сил «Сириза» Алексиса Ципраса – главную европейскую неожиданность последнего времени, большой сюрприз для всех.

Тенденция на лицо – в Европе меняется расстановка сил на политической арене. Традиционные партии теряют очки, которые ловко отбирают у них партии левого толка, умело играющие на ожиданиях граждан. Сказываются многие факторы: растущая безработица, потери от российско-европейских санкций, отсутствие надежды на скорое улучшение ситуации. Многим странам надоело грубоватое доминирование Германии, которая в свою очередь сильно подвержена влиянию США, но так просто изменить ситуацию не получается. Поэтому приходят новые лидеры, уже не столь лояльно настроенные по отношению к устоявшейся за годы политике внутри самого ЕС.

Но левые политические партии – это надежда Европы, в то время, как ультраправые – ее прошлое и позор, который не должен повториться.

«Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит» (Артур Шопенгауэр)

Так как же становятся националистами? Когда идея о превосходстве одной нации (или расы) над остальными завладевает сознанием?

Простой российский пример. Идет обычный человек по улице, вдруг рядом останавливается машина, оттуда выходит «гость города» и с сильным акцентом требует сигарету. Или кто-то видит, как приезжие мигранты пристают к беззащитной девушке. Естественно, нормальный человек возмутится. А потом из машины выйдут еще несколько «гостей», и в лучшем случае бедолага отделывается легким сотрясением мозга, в худшем же – многочисленными проникающими ножевыми ранениями. Потом, когда он придет в себя в больнице, то что проснется в его душе, кроме ненависти? И ненависть эта естественным образом перенесется на всех представителей Кавказа и малых республик без исключения. Ведь человек боится всех змей инстинктивно, а не разбирается с каждой в отдельности – собирается она укусить или нет, он не интересуется, в мирном ли настроении змея или в следующую минуту атакует. Нет, человек берет лопату и убивает змею. Так и в этом случае. Только в качестве лопаты выступают разного рода ультраправые организации, которых в последнее время расплодилось великое множество. Там человек находит своих «единомышленников», готовых помочь. Сплоченность коллектива, принцип «один за всех и все за одного», постоянная готовность противостоять внешним угрозам – все это привлекает сознание, напоминая старые книги о приключениях мушкетеров. Все мы в последние годы привыкли, что в случае чего, рассчитывать можно только на свои силы. Никто не придет и не поможет. А здесь все иначе, тут есть люди, которые готовы встать рядом, только вот цена за подобную помощь может оказаться очень высокой… И очень скоро новый адепт в душе пожалеет о своем выборе, только пути назад уже не будет.

Обязательно нужно разделять понятия «национализма» и «консерватизма». Консерватизм вовсе не означает застой. Напротив, в идеологии консерваторов главное – это поиск нового, лучшего для своей страны, народа. Консерватор – по сути, новатор, но радеющий при этом за традиционные ценности. При этом консерватор никогда не проводит разделения по цвету кожи или вероисповеданию. Главным является любовь к Родине, пусть это и звучит несколько пафосно, но зато верно отражает суть. И националисты, и консерваторы хотят создать сильное государство, только методы у них сильно различаются.

«Патриот – это человек, любящий свою родину, а националист – ненавидящий другие народы и страны» (Йоханнес Рау)

В России на данный момент насчитывается больше пятидесяти националистических организаций, в том числе около десяти запрещенных, но, тем не менее, продолжающих функционировать. Они разделяются на умеренные, радикальные и запрещенные. К умеренным относятся, например, «Национал-демократическая Партия» (НДП), «Русские», «Русское демократическое братство» и другие. Они не призывают к открытой агрессии, у многих из партий умеренного толка отсутствует расизм и антисемитизм в идеологии. Многие подобные партии весьма полезны обществу, помогая расследовать различные коррупционные и уголовные дела на самом высоком уровне. Другие же – радикальные, как, например, «Другая Россия» Лимонова, НПФ «Память», «Гвардия Баркашова» и т.п. не ограничиваются правовыми нормами, прописанными законом, а действуют, исходя из собственного понимания правды и неправды. Разумеется, многие их действия, даже не криминального характера, тем не менее подпадают под ту или иную статью закона. После чего их запрещают, как организацию «Формат 18» под руководством небезызвестного Максима Марцинкевича (Тесака), партия распускается или реорганизуется (что случается чаще) и продолжает свою работу дальше. Опять же не стоит забывать о финансировании подобных партий и о тех лицах, кто фактически направляет их работу, руководствуясь исключительно собственными интересами. Ведь сеть боевых ячеек с готовыми к действиям хорошо вооруженными и обученными бойцами – это практически мини-армия. И сколько таких армий насчитывается у нас в стране – никому не известно.

Недавнее громкое уголовное дело националиста Горячева вновь заставило общественность обратиться к теме неофашизма. Горячев – лидер БОРН (Боевой Организации Русских Националистов) получил высшую меру наказания – пожизненный срок за причастность к девяти убийствам, организацию банды, незаконном обороте оружием. Но достаточная ли это цена за его действия? Не получится ли так, что через 10-12 лет он подпадет под очередную амнистию и выйдет на свободу? Как при этом не вспомнить Брейвика, с комфортом содержащегося в норвежской тюрьме: он имеет возможность пользоваться интернетом, играть на приставке, читать, работать, заниматься спортом. При этом из-за тюремного распорядка он отказался волей-неволей от всех пагубных привычек. Логично предположить, что к концу своего срока Брейвик не только будет жив, но и весьма крепок физически, при этом у него уже есть масса поклонников-фанатов, готовых продолжить его дело.

С одной стороны, подобная лояльность выглядит, как подтверждение демократических ценностей, проповедуемых Европой. Каждый преступник получает только то, что причитается ему по закону, и не больше. Когда в законе отсутствует смертная казнь и существует граница максимального срока – это один из признаков демократии. Но с другой стороны, убийца многих десятков человек ведет даже в тюрьме вполне комфортную жизнь – это ли не глумление над погибшими?..

«Национализм – это идеология и политика, заключающаяся в проповеди национальной обособленности и исключительности, недоверия к другим нациям и межнациональной вражды» (Фролов)

Нацизм и фашизм, хоть и не являются религиями в прямом смысле, но их адепты ничуть не менее ярые фанатики, чем радикальные исламисты. Поэтому, проводя параллели, хочется затронуть еще одну, может быть, самую главную угрозу наших дней – ИГИЛ (Исламское государство Ирака и Леванта) – или попросту ИГ (Исламское государство) – непризнанное государство с шариатской формой правления. По сути, террористическая организация, образованная путем слияния множества крупных радикальных исламистских группировок. ИГИЛ прославилась многочисленными особо жестокими убийствами в Ираке, Сирии и других странах. Цель ИГ – создание единого ортодоксального суннитского государства во всем исламском мире. ИГИЛ хочет ни много ни мало – управлять планетой.

ИГ активно участвует в войнах, ведет экстремистскую деятельность, количество их боевиков достигает десятков тысяч человек. Помимо этого ведется активная работа с детьми – все они подвергаются соответствующей идеологической подготовке, в ходе которой детей учат убивать, практикуясь на рабах – христианах, иудеях, а так же курдских суфистах.

По некоторым данным, на стороне ИГ воюют наемники и добровольцы из 80-ти стран мира, в том числе несколько тысяч русскоязычных – в основном кавказцы, из числа прошедших чеченские войны. Порядка 15% британских подростков (в основном мусульманского вероисповедания) поддерживают ИГИЛ. Это означает огромную потенциальную внутреннюю угрозу внутри стран еврозоны.

Число сторонников ИГ во всем мире растет день ото дня так же благодаря агитационной деятельности, которую члены ИГИЛ активно проводят, как в Евросоюзе, так и в России. Помимо этого постоянно создаются боевые ячейки, задачей которых является проведение серии массовых терактов в нужный момент.

ИГИЛ так же отличает уничтожение культурных ценностей на подконтрольных им территориях. Только в феврале 2015 года террористы взорвали библиотеку Мосула, уничтожив хранящиеся там ценные книги и экспонаты.

Многочисленные вербовки ведутся в том числе и через интернет. Завербованных сопровождают из Турции в Сирию, снабжая поддельными документами. Только в этом году из самых престижных вузов Москвы в ИГ сбежали несколько студенток, хотя в основном жертвами пропаганды становятся малообразованные молодые люди. Главное – успеть перехватить их до момента пересечения границы с Сирией, дальше искать не представляется возможным. Методики пропаганды весьма разнообразны – начиная с предложения выплатить долги, заканчивая обещаниями места в раю. ИГИЛ стараются поженить присоединившихся к ним молодых людей, тем самым создавая более надежные связи.

В Турции ведется практически открытая пропаганда ИГ, там открыты несколько центров, а после пятничных намазов людей призывают на джихад. Пропаганда в социальных сетях ведется следующим образом: создаются форумы, на которых поднимаются определенные темы. Потом со всеми, кто принял участие в обсуждении, связываются и стараются привлечь в качестве новых сторонников. Эта тактика зачастую приносит успех, потому как вербовщики стараются найти к каждому индивидуальный подход.

Молодые девушки особо ценятся в ИГ. Некоторых сразу отдают замуж в качестве поощрения заслуженным бойцам, других используют в секс-джихаде. Тех, кто отказывается, жестоко казнят в назидание другим. Не так давно ИГИЛ даже издал некий прейскурант на христианских рабынь, в котором цена за женщину варьировалась в зависимости от возраста и составляла от пары до нескольких тысяч долларов. Скорее всего, подобная судьба ждала и беглых российских студенток, не зависимо от их религиозных воззрений и того, что им наобещали вербовщики. Но, тем не менее, европейские женщины средних лет, не обремененные семьями, все чаще стараются проникнуть в Сирию. Кто-то из внутренних убеждений, другие – от излишнего романтического настроя. Им кажется, что именно в ИГИЛ их ожидает счастливое будущее, в итоге же все кончается секс-джихадом.

Впрочем, даже у прожженных пропагандистов ИГИЛ иногда случаются проколы. Так, например, известны случаи, когда чеченских девушек, имевших аккаунты в социальных сетях, пытались заманить в ряды ИГИЛ и даже высылали деньги на дорогу. Но после получения денег, счета тут же закрывались, как и фейковые страницы девушек в соц.сетях. ИГИЛ попросту стали жертвой мошенников, которые устроили из этого самый настоящий бизнес, самостоятельно отыскивая вербовщиков и предлагая им себя через все новые и новые аккаунты. ИГИЛ просто не знали, с кем связываются…

Тем не менее, следует быть крайне осторожными и следить за настроениями своих детей, многие из которых в силу возраста и присущего подросткам радикализма способны поддаться на пропаганду боевиков. Если вы вдруг слышите от подростков непривычные суждения, если они начинают оправдывать казни и массовые убийства или проявляют повышенный интерес к событиям в Сирии, а среди их контактов в сети появились подозрительные знакомые – стоит быть внимательным, иначе есть вероятность упустить момент. Пропаганда – самое опасное оружие современности!

ИГИЛ открыто угрожает расправой даже первым лицам европейских государств, таким, как, например, Ангела Меркель в ответ на действия немецких войск в Афганистане. Они открыто призывает всех европейских мусульман к джихаду на территории, как Германии, так и всей Европы.

Возвращаясь к грядущему столкновению двух совершенно разных миров с разной идеологией, не стоит забывать, что сейчас, когда в Европу хлынула многотысячная толпа беженцев с Ближнего Востока, а у принимающих служб попросту не хватает времени на подробное рассмотрение каждого вновь прибывшего в отдельности, сотни террористов ИГИЛ с фальшивыми сирийскими паспортами попали в Германию, Австрию и другие страны. Они стараются затеряться среди прочих беженцев, и это им вполне удается. Логично предположить, что через некоторое время им отдадут приказ действовать, и тогда Европу захлестнет волна беспорядков и терактов. За 2015 и 2016 годы в Европу должно прибыть примерно миллион двести тысяч беженцев (возможно, точная цифра в итоге окажется еще выше, ведь прошлые прогнозы аналитиков не оправдались). И даже если лишь каждый сотый из них окажется тайным сторонником ИГИЛ, то этой армии с избытком хватит, чтобы дестабилизировать ситуацию. При этом власти прекрасно осознают происходящее, но либо просто ничего не могут с этим поделать, либо специально готовятся обострить обстановку внутри ЕС. Ведь даже нескольких спровоцированных инцидентов достаточно, чтобы вместо цветов и воздушных шариков, с которыми сейчас немцы встречают беженцев, в Европе началась паника и всеобщая истерия.

Излишняя показная толерантность не доведет до добра. Канцлер Германии Ангела Меркель еще несколько лет назад признала, что попытки создать в стране мультикультурное общество «совершенно не удались». Разумеется, в первую очередь речь шла о мусульманах, которые совершенно не хотели интегрироваться. Теперь же, когда Германию буквально заливает волна беженцев, при этом не работящих турок, а малообразованных сирийцев и ливийцев, единственная цель которых – получить вид на жительство в богатой стране, логично предположить, что антимусульманские настроения в Европе в скорости достигнут небывалых высот, и никакие государственные программы, призывающие граждан к терпимости, не помогут. К тому же такую толпу народа еще нужно прокормить, а это означает повышение налогов и цен, что не может понравиться населению. Европу ждет новый пик национализма и антиисламизма. Возможно, скоро появится новый лидер, который, как Гитлер в свое время, забудет о толерантности и сумеет сыграть на этих обострившихся отношениях, придя к власти вполне демократическим путем.

Респектабельная Европа чудовищно быстрыми темпами превращается в арену противостояния исламских религиозных фашистов и европейских нео-наци. Кто победит? Неизвестно. Нацисты сжигают общежития для беженцев, стараясь не допустить их появления в своих городах. Но это не мешает новым и новым сотням тысяч прибывать в Германию. Число столкновений будет только расти, и правительство не сможет этому помешать, тем более что далеко не все вновь прибывшие настроены мирно. Полицейское начальство уже сделало аккуратный прогноз о 10% криминальных мигрантов среди беженцев, но это число стоит увеличить минимум в два-три раза. Скоро наступят те дни, когда беженцы, слегка обжившись на «новой родине», начнут открытое противостояние с местными на новом уровне. Официальные же власти всячески будут стараться скрыть любые факты, дабы не допустить новой «Варфоломеевской ночи».

Большой вопрос: кто же в данный момент является главным врагом с точки зрения США – Россия или ИГИЛ? Но если с Россией пытаются бороться с помощью экономических санкций, то с ИГИЛ возможна лишь вооруженная конфронтация. Но в ответ стоит ожидать многочисленные теракты по всему миру. Боевики не сложат оружие, не сдадутся на милость «демократических ценностей». Они живут в другом мире, где смерть во имя идеи – это достойное завершение жизни. И «Аль-Каида» вскоре может показаться детским садом по сравнению с ИГИЛ.