Французы подступили к стенам Ареццо 18 октября 1800 года и немедленно начали жестокий артиллерийский обстрел. Они даже не стали требовать сдачи, как предписывал тогдашний военный протокол. Город отвечал залпами нескольких пушек и звоном множества колоколов. Так продолжалось до заката. На следующее утро французы пробили пушечным огнем брешь в городских воротах и устремились на его улицы. Любого встречного с оружием немедленно убивали. Весь день шли грабежи, солдаты мародерствовали. В церквах и монастырях захватчики вели себя с особой наглостью. Нескольких монахинь, пытавшихся спрятать под своими просторными одеяниями серебряную и золотую церковную утварь, раздели догола.

Когда через несколько дней завоеватели оставляли Ареццо, то захватили с собой три сотни пленников, всю городскую артиллерию и богатую добычу. Для перевозки были отобраны повозки, лошади и мулы. Они потребовали у муниципалитета уплаты контрибуции 50 тысяч эскудо. Затем взорвали крепость и сровняли ее с землей. Наконец – и это было впервые за всю историю войн – французы лишили языков все городские колокола. В Ареццо установилась гнетущая тишина.

Тем временем Наполеон двигался к Риму, где на престоле уже сидел новый папа Но на этот раз поход был затеян не с целью низвергнуть главу католической церкви. Наполеон шел повидаться с папой для выработки соглашения, которое и было ратифицировано в следующем году. Нет никакого сомнения, что желание первого консула договориться с церковью – по крайней мере, частично – было следствием «эпизода Вива Мария!» и других подобных же восстаний «армий веры» на оккупированных территориях.

Именно поэтому духовенство смогло сохранить значительную часть своей традиционной власти и привилегий при правлении Наполеона. 1800 год ознаменовался окончанием той революционной лихорадки, которая трясла всю Европу на протяжении десятилетия. Наполеон вскоре женился на дочери австрийского императора, объявил императором себя самого и затем даже был коронован папой. Мы не можем с уверенностью заявить, что все это имеет прямое отношение к чуду «Мадонны Ареццо», но нельзя не заметить, что именно оно послужило отправной точкой для немаловажного поворота в истории.

ЦЕЛЕБНЫЕ ВОДЫ ЛУРДА

Городок Лурд, что юге Франции, – вероятно, одно из самых популярных в христианском мире мест паломничества. Ежегодно его посещают тысячи пилигримов, привлекаемых сюда слухами о целебных свойствах местной воды и ее способности восстанавливать физические и духовные силы. Откуда у Лурда такая репутация? Почему крестьянская девочка, впоследствии известная как святая Бернадетта, удостоилась нескольких видений Блаженной Девы, которые и привели к строительству скинии в Лурде? Отправимся к самому началу той каменистой тропы, с которой начались чудеса исцеления.

Лурд – город парадоксов. Приезжий, ожидающий увидеть тихую деревушку посреди живописных Пиренейских гор, погруженную в благодать своего славного прошлого, будет ошеломлен царящим здесь духом суетливого торгашества. Гостиницы переполнены, в витринах магазинов – всевозможные мелочи католических культов, на улицах – неумолчный гул. И тем не менее Лурд остается одним из крупнейших духовных центров христианского мира.

Главный парадокс Лурда как раз и состоит в том, что из всех возможных мест на земле Дева Мария избрала именно это затерянное местечко для распространения своей вести. Причем орудием ее послужила Бернадетта, неграмотная четырнадцатилетняя девочка без гроша в кармане, страдающая от астмы и туберкулеза и совершенно ничего не значащая в этом мире. И почему, когда Бернадетта спросила ее имя, Богородица не сказала: «Я Мария, мать Господня» или: «Я Мария, зачавшая без греха»? Или не представилась еще как-нибудь попонятней для простых христиан? Почему вместо этого она сказала: «Я – Непорочное Зачатие» – имя, которое ничего не говорило Бернадетте?

Почему именно Лурд? Ведь даже происхождение этого города весьма неясно. Первоначальными его обитателями были кельты, и есть свидетельства того, что на месте Лурда люди жили еще в каменном веке. В исторические времена предки Бернадетты пережили нашествие римских легионеров Красса, вестготов, арабов, англичан и, наконец, французов. Со времен постройки его крепости в 800-х годах Лурд был самым известным местом во всей Бигорской провинции.

Как и многие средневековые поселения, Лурд вырос вокруг защищенного места. До 1858 года – времени начала чудес – видений Бернадетты левый берег реки По не был заселен. Сегодня город располагается на обоих берегах По, его исконное население насчитывает 25 тысяч человек, а паломников ежегодно приезжает более миллиона. Эти странники получают жетоны на память о Лурде, они слоняются по городу, выбирая четки, медальоны и другие безделушки для себя, своих родственников и друзей.

Сегодня старый квартал на западном берегу соединен с новым мостом, который заходит на главную улицу, ведущую к базилике, церкви Четок и гроту с целебной водой, туда, как сказала Блаженная Дева Мария Бернадетте Субиру, где она должна появиться. Над гротом на выступающей части скалы возвышается статуя Богородицы. Базилика была пристроена к гроту в 1876 году, а церковь Четок, что чуть ниже и впереди от нее, возводилась с 1884 по 1889 год. В 1907 году папа Пий X повелел, чтобы празднование явления непорочной Девы Марии в Лурде проходило 11 февраля, и это придало гроту окончательный статус святости.

Но что было необычайного в лурдских чудесах? Отчасти это оттенок некой противопоставленности, вызова, брошенного всем тем, кто, будучи поглощенным различными удовольствиями и тягой к процветанию, устанавливал духовный климат во Франции середины прошлого века. Интеллигенция того времени была привержена позитивизму, который учил среди прочего, что чудеса невозможны. Многие, веря, что этот постулат – единственное разрешение всех человеческих проблем, пришли к мнению, что всякая религия излишня. Эти интеллигенты имели «научное мировоззрение», и никакой нужды в Боге у них не было. И вот тут-то Бог, выказав особую милость, проявляет себя в образе Богоматери и подтверждает ее весть чудесными исцелениями!

Конечно, невозможно со всей определенностью ответить на вопрос, почему Господь послал Деву Марию в этот захолустный городок. На ум приходит несколько вероятных причин, но все они довольно умозрительны и не касаются самой сути тайны. Одна из версий – Бог решил засвидетельствовать святой образ жизни Бернадетты. Другая, быть может, – подтвердить догмат о Непорочном Зачатии, раскрыв это имя Богородицы. Сам догмат был заявлен римской церковью всего за четыре года до лурдских чудес, и возвещение папы не только подтверждало старый культ Богоматери, но и устанавливало непогрешимость самого папы. Чудесные исцеления, которые происходили на месте видений, как бы настаивали на исполнении посланий святой Девы: «Покайтесь… Молитесь за грешников… Славьте Иисуса… Придите сюда крестным ходом… Постройте здесь часовню».

Кто же такая была Мари-Бернар Субиру (Бернадетта), которой явилась Богоматерь и передала ей свои приказы? Бернадетта, старший ребенок Франсуа и Луизы Субиру, родилась 7 января 1844 года на мельнице Боли, недалеко от стен лурдской крепости. Отец Бернадетты не был способен вести дела, был безмерно ленив и к лету 1854 года, когда ей было десять лет, потерял мельницу.

Здоровье девочки было слабым с рождения. После перенесенной холеры, прошедшей по Пиренеям в 1855 году, она заболела хронической астмой. Зима того же года была трудной, подступал голод. В эту тяжелую пору Бернадетту отдали кормиться к тетушке Бернарде, которая унаследовала от покойного мужа бар. В свои одиннадцать-двенадцать лет Бернадетта отрабатывала свой хлеб, присматривая за детьми и от случая к случаю прислуживая за стойкой бара. К маю 1856-го Субиру продали все свое имущество и переехали в бывшую городскую тюрьму, куда к ним вернулась и Бернадетта.

Отец был вынужден искать случайные заработки где только мог. Мать нанималась стирать, убирать по дому и на сезонные работы в поле. Бернадетта заботилась о младших детях, а когда мать сама оставалась дома – собирала дрова, тряпки, кости, старое железо на продажу.

Слишком старая и слишком грязная тюрьма кишела паразитами, которых завезли жившие здесь раньше испанские батраки-иммигранты. Вдобавок ко всем бедам отец Бернадетты был арестован в 1857 году за кражу и посажен в новую тюрьму на восемь дней. Его освободили за отсутствием улик, но обвинения так и не сняли.

Тогдашнее положение семейства Субиру хорошо описал исследователь феномена Бернадетты Алан Ним. Отец ее был назван им расточителем, который «проигрывал деньги в карты» (что неправда, ибо деньги у него вообще редко водились); что он и его жена пили (конечно же правда). Пить было гораздо «дешевле и приятней, чем есть».

На зиму 1857/58 года, чтобы избавиться от лишнего рта, Бернадетту отослали к ее крестной матери, вздорной женщине по имени Мари Лагуэ. Готовясь к первому причастию, Бернадетта должна была выучить катехизис, но память у нее была очень слабая, и все попытки часто кончались тем, что крестная мать швыряла в нее катехизис, а сама Бернадетта разражалась слезами. Предположительно девочка ничего не слышала о Святой Троице и других христианских догмах; ко времени ее видений она, как кажется, знала лишь «Отче наш», «Богородица Дева радуйся», «Славься» и «Символ веры» – то есть то немногое, чему ее выучили в родном доме.

Относительно пребывания Бернадетты у крестной матери возникают многочисленные вопросы, не последний из которых: как именно проходило празднование Непорочного Зачатия 8 декабря 1857 года? Была ли месса? Посетила ли ее Бернадетта? Верующие настаивают на буквальном понимании слов Бернадетты, что она никогда до видений не слышала слов «непорочное зачатие».

Единственное, что мы знаем: в четверг 11 февраля 1858 года Бернадетта, ее сестра Туанетта и их подружка Жанна Абади отправились в лес за дровами. День был холодный. Перейдя через мельничный поток Сави, две другие девочки устали и начали хныкать. Бернадетта, оставшись на другом берегу, дрожала от холода и отказывалась ступать в мелкую речку. Оставив ее, девочки убежали. Бернадетта в конце концов сняла чулки и перешла через поток.

По самым ранним записям ее рассказа (28 мая 1861 года), дальше с ней случилось следующее:

«Я прошла еще немного дальше, чтобы посмотреть, не могла ли я где-нибудь перейти, не снимая туфель и чулков. Выяснив, что не могла, вернулась обратно к гроту… Тут услышала шум, повернулась к лугу и увидела, что деревья совсем не колышутся, продолжала снимать чулочки и снова слышала этот шум, подняла голову, поглядела на грот и увидела женщину, на ней были белое платье и синий пояс, и желтая роза на каждой ноге, цвета цепочки ее четок. Когда я увидела это, то стала тереть глаза, я подумала, что мне все чудится… я хотела перекреститься, но не смогла поднести руку ко лбу, она падала. Тогда видение перекрестилось, затем моя рука задрожала, я снова попыталась перекреститься, и, сделав это, я произнесла молитву, видение перебирало четки, но губами не двигало, а когда я кончила свою молитву, видение внезапно исчезло…»

Это была первая из 18 встреч, произошедших до середины июля. Однако настоящее чудо, может быть, и не имеет никакого отношения к переживаниям Бер-надетты, ибо никто, кроме нее, не видел и не слышал тогда Богородицу.

Сделаем отступление.

Экстатичные люди часто нечувствительны к жару, боли, холоду, шуму, движениям и другим внешним раздражителям. Более того, они не страдают от ожогов, уколов и падений, когда находятся в трансе. И таким образом, нечувствительность Бернадетты к холоду воды мельничного потока, к жару и боли (при так называемом чуде со свечой 7 апреля), к внезапным звукам и резким движениям (14 февраля) и к увеличивающемуся числу других людей, наблюдавших за ней на протяжении всего времени ее видений, – все это только доказывает ее экстатическое, трансоподобное состояние и, может быть (а может, и нет), имеет отношение к чуду. А чудесными были сами исцеления, которые последовали после того, как забил ключ.

Открытие святого источника в Лурде – теперь часть мирового фольклора. Благодаря роману Франца Верфеля «Песнь Бернадетты» и одноименному фильму, получившему «Оскара», история святой Бернадетты теперь стала известной. Тем не менее позволим себе напомнить кое-какие детали.

Мари-Бернар Субиру было четырнадцать лет, когда она удостоилась 18 посещений Богоматери. Когда слух о ее видениях прошел по деревне, местные мальчишки кидали в нее камни. Священник отец Пейрамаль предположил, что все видения были бесовским наваждением, и мать Бернадетты запретила ей выходить из дому. На второй свой визит к гроту Бернадетта принесла пузырек святой воды, которую Богоматерь повелела пролить на землю, в том самом месте, где позднее забил святой ключ. Другие дети, услышав звуки падающих камней, в страхе бросились к дому мельника за помощью. Мельник и его жена отнесли впавшую в транс Бернадетту домой.

Теперь о ее видениях заговорил весь город. К счастью для Бернадетты, одна именитая его обитательница, Антуанетта Пейре, решила, что видение могло быть духом ее покойной подруги, Элизы Латапи, которая была руководительницей лурдского собрания ордена детей Марии. Вместе с другой своей подругой Элиза убедила мать Бернадетты отпустить девочку в пещеру еще раз. Элиза взяла с собой свечи, как велела Бернадетте святая Дева; они оставили их в гроте. Хотя женщины сами ничего не видели и не слышали, но их весьма впечатлила горячность молитвы впавшей в прострацию Бернадетты. Обратно в деревню они пришли, прославляя ее, и с тех пор никто не чинил препятствий на пути у девочки.

В пятую встречу, 21 февраля 1858 года, Богоматерь научила Бернадетту молитве, которую та продолжала читать всю свою жизнь, но слов которой никому не открыла. В шестое посещение девочке было сказано: «Молись за грешников». Врач, доктор Дозу, осмотрел Бернадетту, когда она пребывала в трансе. Он отметил, что «ее пульс был нормальным, дыхание незатрудненным, и ничто не указывало на нервное возбуждение». На этот раз Бернадетгу сопровождало уже несколько сот человек. Некоторые пришли из деревень с равнины, чтобы поглядеть на крестьянскую девочку за молитвой. Начались паломничества, которых и требовала Богоматерь.

Когда толпы, сопровождавшие ее к месту видений, стали быстро увеличиваться, отцы города забеспокоились. Мсье Дютур, прокурор, заявил Бернадетте, что ей все почудилось и незачем больше ходить к пещере. Бернадетта очень серьезно отвечала, что она ничего не придумывает и что дала слово Деве Марии вернуться. Дютур отступился.

Другого чиновника мэрии, мсье Эстраде, настолько потрясла история девочки, что он стал ее ближайшим другом и записывал слово в слово ее последующие рассказы. А глава полиции Джакоме решил действовать сурово. Однажды, когда Бернадетта возвращалась домой с вечерни, ее остановили и препроводили в полицейский участок. Именно здесь она впервые встретила мсье Эстраде. Он пришел удостовериться, что никто не нарушает ее законных прав. Джакоме попросил девочку описать сцены в гроте. Она выполнила его просьбу спокойно.

Так же спокойно опровергла обвинение полицейского в том, что она пытается привлечь к себе внимание и заслужить уважение других детей. Глава полиции стал угрожать, что если она не отступится «от всех своих глупостей», то ему придется посадить ее в тюрьму. Здесь мсье Эстраде мягко посоветовал девочке дать слово не приходить больше в грот. И снова она отказалась.

Девочка была намерена сдержать свое обещание, данное Богоматери. И хотя она пошла в очередной раз к пещере кружным путем, полиция ее все же выследила. Пока она молилась на коленях, полицейские почтительно стояли рядом, но стоило ей закончить, как ее тут же спросили, были ли у нее видения.

«Нет, в этот раз я ничего не видела», – отвечала она.

Через два дня она вернулась и была удостоена блаженной Девой сообщения о «трех дивных тайнах». Их девочка поклялась хранить и так никогда и не раскрыла.

В восьмое посещение ей трижды было сказано о покаянии, а на следующий день Богородица повелела: «Выпей воды из фонтана и вымойся в нем». Бернадетта была озадачена: у Массабейля никогда не было ни источника, ни фонтана. Тем не менее она последовала приказанию Богоматери и стала скрести землю. При виде этого зрелища наблюдатели засомневались. Скептики начали всячески высмеивать ее, уверенные, что девочка потеряла остатки рассудка и что они имеют дело просто-напросто с деревенской дурочкой. Но вскоре из земли выступила вода. Бернадетта напилась из грязной лужи и вымыла в ней лицо. Даже самые верные из собравшихся посчитали себя обманутыми. Но на следующий день на месте лужи забил родник и вода заструилась по скалам.

При десятом посещении Бернадетте было велено «поцеловать землю за всех грешников», что она немедленно выполнила. Многие из тех, кто собрался тогда, последовали ее примеру. Следующие повеления Богоматери исполнить было сложнее. В одиннадцатый и двенадцатый визиты в пещеру Бернадетте было приказано требовать у местных священников построить часовню у грота и организовать паломничества. Но как могла она, бедная и больная, безграмотная крестьянка, требовать у церкви постройки часовни?

Тем не менее Бернадетта отправилась к аббату Пейрамалю, которого боялась больше начальника полиции, и сообщила ему о желании Богоматери. Священник в этот момент читал требник и был недоволен, что Бернадетта помешала ему. Он грубо сказал девочке, что церковь не строит часовен по требованию каждого незнакомца и что Дама должна назвать себя, а если этого не сделает, то, значит, она лишь самозванка или просто плод галлюцинаций Бернадетты. Через три дня Бернадетта вернулась рассказать аббату о том, что Дама требует крестного хода к источнику. На этот раз священник швырнул в нее требником.

Когда она пришла в грот 4 марта, там ее ждали не только тысячи простых людей, но и солдаты и конная полиция, посланные мэром и местным комендантом. Когда появилась Бернадетта со свечкой, 20 тысяч человек глухо зашептали: «Вот она! Вот она!»

Разочарование толпы было неизбежным. Они приходили в надежде увидеть и услышать Богоматерь. А вместо этого видели маленькую крестьянку на коленях, окруженную странным сиянием. По крайней мере, они уповали на какое-нибудь чудо. Но «знамение», которого все ждали, еще только должно было произойти. И оно произошло, когда Бернадетта осталась одна!

Шестнадцатое посещение было в день Благовещения. Мсье Эстраде, теперь друг Бернадетты, сидел со своей сестрой, когда возбужденная девочка буквально ворвалась в его дом. Она только что была в пещере и упросила Блаженную Даму раскрыть свое имя, но совершенно не поняла ее ответных слов, хотя слышала их очень ясно. После этого она спросила на своем горном наречии (наполовину французском, наполовину испанском) у Эстраде: «Что такое Непорочное Зачатие?»

Эстраде терпеливо объяснил девочке значение этих слов, но те, кому разъяснения не требовались, уже бросились к гроту. Барон Масс, префект департамента, был весьма раздосадован всей этой кутерьмой. Он не желал в своем департаменте никаких подобных чудес и приказал, чтобы беспокойное дитя осмотрели три известных врача. Те сообщили, что Бернадетта физически и психически совершенно здорова.

Бернадетта всегда приносила в пещеру свечку, как ей велела Блаженная Дама. И вот во время семнадцатого посещения девочка стала на колени, погрузившись в транс. Словно подчиняясь какому-то приказу, она протянула правую руку в самое пламя и продолжала молиться, а огонь сиял сквозь ладонь.

Когда Бернадетта вышла из транса, доктор Дозу осмотрел ее руку, но не нашел ни следа от ожога. Он взял другую свечу и поднес ее к руке Бернадетты, она тут же вскрикнула от боли.

Мэр отправил протест префекту: грот становится «местом не разрешенных церковной властью публичных молебнов». Префект, еще надеясь положить конец затянувшимся многотысячным сборищам, призвал епископа вмешаться. Епископ, однако, не спешил с ответом.

Префект решил действовать самостоятельно. Он приказал разобрать примитивный алтарь и выстроить у грота баррикаду. Теперь, когда Бернадетта была удостоена обещанного числа видений и Блаженная Дама раскрыла свое имя, девочке не было особой надобности возвращаться к пещере. Но вскоре после причастия на празднестве Богоматери Кармельской Горы она почувствовала знакомый призыв. В сопровождении своей тетки она пришла к гроту и нашла перед ним группу из нескольких благочестивых женщин. Бернадетта встала на колени перед баррикадой. Ее снова охватило знакомое преображение, и девочка удостоилась последнего посещения Богоматери.

Многочисленные исцеления уже происходили у родника, но одно из них было особенно примечательным. В сентябре 1858 года некая мадам Бруа посетила источник, чтобы набрать немного воды и отвезти в Париж. Когда полицейские заметили ее за сбором цветов у баррикады, то тут же задержали. Но женщина раскрыла свое имя, и выяснилось, что она – жена знаменитого адмирала Бруа, а сама является домоправительницей императора Франции Луи Наполеона III и его жены императрицы Евгении и что императрица поручила ей достать воды для лечения больного инфанта, Луи, известного как Лу-Лу.

Когда мадам Бруа вернулась в Париж, вода, вероятно, была использована для исцеления Лу-Лу. Можно только предполагать, насколько успешным оказался курс лечения.

Во всяком случае, император прислал короткую и недвусмысленную телеграмму префекту: «Доступ широкой публики к гроту на западе от Лурда должен быть немедленно обеспечен. Наполеон». Баррикады, естественно, тут же сняли.

С этого времени тысячи верующих, особенно старые и больные, устремились к пещере у Массабейля. Святая Бернадетта провела остаток жизни в монастыре, посвятив себя только молитвам.

Лурдские исцеления, независимо от того, как к ним относиться, росли в числе. Первое явное исцеление было ниспослано Луи Бурьетту, каменщику, который лишился глаза во время несчастного случая в каменоломне и прожил полуслепым 20 лет. Услышав о видениях в гроте, вопреки отговорам деревенских скептиков, каменщик пришел к гроту и опустил лицо в воду на несколько минут, затем перекрестился и помолился Богоматери. И, к его невыразимой радости, зрение к нему вернулось!

В тот же вечер Бурьетт с группой друзей из каменоломни пришел к пещере и установил каменную чашу размером с купель для крещения. По сей день вода из источника проливается в первую очередь на стенки этой купели.

Через несколько дней двухлетнего малыша семьи Бугугор, больного с рождения, разбил паралич. Врачи говорили, что надежд на выздоровление нет. Но, услышав об исцелении каменщика, мать схватила на руки младенца и побежала к источнику. Там она несколько раз погрузила малыша в холодную воду, моля Богородицу явить свою милость. И ребенок зашевелился! А на следующий день сел в колыбели и начал играть. Доктора признали ребенка совершенно здоровым.

Нет нужды говорить, что и эта новость в мгновение ока распространилась по Лурду. На следующее утро у пещеры стояли тысячи страждущих в ожидании, когда явится Бернадетта говорить с Богоматерью.

Один из самых близких к нашему времени случаев излечения ребенка – история с Франциском Паскалем. Как всегда, проявляя осторожность, церковь признала его исцеление, произошедшее в 1938 году, только в 1952-м. Малышу Паскалю было всего четыре, когда его привезли в Лурд. Весь предыдущий год его мучили разные жуткие хвори: менингит, паралич и прогрессирующая слепота. Никакие средства не помогали.

Диагноз лечащего врача, доктора Дарда, подтвердили шесть независимых специалистов. Дард писал: «Вернувшись через несколько дней из Лурда, мадам Паскаль привела малыша ко мне. Он ходил. Я удостоверяю исчезновение паралича и возвращение зрения. Он ходил совершенно нормально, если исключить некбторую неуверенность. С каждым днем ему становилось все лучше. И это новое состояние наступило после купания в лурдской воде. Чисто помедицински такой результат необъясним».

Годы спустя медицинский совет Лурда провел консилиум силами двадцати независимых докторов. Все они подписали документ, в котором говорилось: «Излечение Франциска Паскаля не имеет никаких научных объяснений. Его состояние не ухудшается вот уже десять лет. Мы располагаем свидетельствами, доказывающими наличие у него прежде серьезной болезни и ее резкого отступления, совершенно необъяснимого с человеческой точки зрения».

Однако не все исцеления, признанные чудесными, касались только слепых или парализованных детей. В некоторых случаях происходила регенерация костей и скорое заживление открытых ран. Эти исцеления особенно поразительны, поскольку связаны с созданием новых тканей; другие примечательны, наоборот, разрушением тканей, например раковых опухолей. В то же время третьи происходят с немедленным рубцеванием или образованием новой кожи на обширных участках тела. В общем, все исцеления подпадают под одну из этих категорий или сразу под несколько.

Конечно, случаев гораздо больше, чем сообщается в официальных источниках. Но за первые сто лет, прошедшие со времени открытия Бернадеттой источника, более чем две тысячи их было тщательно изучено и задокуменгировано медицинским советом и группой научных экспертов, созданными в 1884 году специально для исследования предполагаемых чудесных исцелений. Из этих многих тысяч случаев только чуть больше 50 были признаны церковью как чудесные.

В чем же тогда состоит чудо? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны обратиться к различению Римской католической церковью вселенских и личных откровений. Вселенские откровения – это те, что переданы в Библии и апостольской традиции, хранимой церковью. В эти чудесные откровения можно и должно верить всем католикам без исключения. С другой стороны, частные откровения, те, какие, например, были дарованы Бернадетте, совсем не обязательны для повсеместного принятия; церковь просто говорит, что в них можно верить.

Два старых, когда-то общих определения – что чудеса состоят из вмешательства неземных сил и при временном прекращении действия естественных законов природы и что именно это и предстает гарантией божественного происхождения – теперь совершенно забыты. Чудеса ныне считаются чем-то обыденным, неким простым исключением из естественного порядка вещей, известного нам: чудом оно является лишь для людей, а для Господа – вполне разумное действие.

Для установления чудесного исцеления медицинское исследование должно подтвердить, что болезнь была соматического характера и касалась функциональных расстройств. Пациент должен быть признан безнадежно больным, так чтобы врачи предсказали ему близкую и неминуемую смерть; недуг должен легко диагностироваться, безо всяких неясностей, и должно быть четкое физическое доказательство изменения состояния пациента. Также чудесное выздоровление должно происходить быстрее, чем естественное, или же без участия каких-либо медицинских средств.

В противоположность широко распространенному убеждению, чудеса не обязательно происходят собственно в Лурде. Они могут случаться и в гроте, и в церкви, и в номере отеля, и в поезде на пути домой или даже вообще в очень далеком от источника месте. Человек может и не молиться в то время, как случается исцеление. Это демонстрирует случай Катерины Лапейр.

Женщина умирала от рака языка, шеи и крови. При операции ей отрезали четверть языка, а от дальнейшего хирургического вмешательства она отказалась. Так как сама поехать в Лурд она не могла, то поклялась сочинять гимны Блаженной Деве и промывать каждый день рот водой из источника. На девятый день молитв опухоли исчезли, она оказалась совершенно здоровой. Маленький белый шрам на языке остался как память об операции.

Однако подобные поразительные происшествия не должны отвлекать нас от истинного значения лурдского чуда. Богоматерь ничего не говорила Бернадетте об исцелениях. Сама святая, говоря о слепом, который прозрел, напомнила нам: гораздо важнее, чем излеченная физическая слепота, исцеление слепоты духовной. Бернадетта во всех чудесных событиях видела себя лишь грубым инструментом и говорила: «Если бы Блаженная Дева захотела выбрать кого-нибудь поученей, чем я, Она бы сделала это; но Она подняла меня, как камешек из-под глыбы».

ЧУДЕСА ПАДРЕ ПИО

Действительно ли падре Пио творил чудеса? Мог ли он на самом деле предсказывать будущее и видеть божественные создания? Обладал ли он даром биолокации? Мог ли он исцелять? Правда ли, что он даже носил на своем теле знаки Христа, напоминающие о его муках на кресте? И если все это правда, что означают эти дары свыше? До сих пор итальянский священник остается противоречивой загадкой и церковь воздерживается от признания его чудес.

Всю свою долгую жизнь падре Пио (1887-1968), казалось, служил иллюстрацией к словам его преосвященства Коррадо кардинала Урси: «На протяжении веков Бог посылает избранных людей, чтобы они взывали к душам детей Божьих. Такие люди воплощают в себе явление Христа народу, Спасителя, пришедшего, чтобы возродить мир». Падре Пио сотворил много чудес, вероятно являясь проводником Божественной любви, таким образом проповедуя примирение с Богом, что он делал с полным самоотречением.

Самым невероятным чудом в жизни падре Пио а его жизнь была полна чудес – явилось получение им на своем теле стигматов, или копий пяти священных ран Христа. Он стал первым священником современности, который получил видимые и ощутимые знаки распятого Спасителя.

Вдобавок к постоянным физическим мучениям он подвергался еще более длительным и болезненным обследованиям медиков. Первым врачом, осматривавшим падре Пио, был Луиджи Романелли да Барлетте, приглашенный архиепископом. Основными пунктами его заключения были следующие: «Раны на руках покрыты тонкой пленкой красновато-коричневого цвета, они не кровоточат, не нарывают, ткани не воспалены»; «кровь артериального происхождения»; «раны глубокие, не поверхностные»; «ткань вокруг ран… чувствительна даже к легким прикосновениям». Романелли подвел итог следующими словами: «За пятнадцать месяцев я осматривал падре Пио пять раз. Я нашел несколько изменений, но я не в состоянии классифицировать эти раны».

В своих опытах врач сдавливал пальцами рану с обеих сторон, пытаясь обнаружить щель, которая бы указала на ее сквозной характер. Он писал: «Я повторял кажущийся садистским эксперимент несколько раз за вечер…»

В июле 1919 года эстафету у Романелли принял профессор А. Биньями, агностик из Римского университета. Он заявил, что раны не сквозные, отверг предположения об их сверхъестественном происхождении, но не мог отрицать само наличие ран, а также доказать, что священник их нанес себе сам. Он заключил, что раны возникли «из-за некроза эпидермиса невротического характера», а значение их крестообразной формы, «возможно, несознательно преувеличено». Он заявил, что не обнаружил ничего, что нельзя было бы объяснить естественными способами.

Следующим врачом, исследовавшим падре Пио в октябре 1919 года, был доктор Г. Феста из Рима. Он сделал вывод, что в отчете Биньями содержалось «много неточностей», и решил вернуться к проверке вместе с доктором Романелли. Они установили, что «верхние слои раны покрыты коркой высохшей крови, при снятии которой показывается кровь, как и происходит при настоящем повреждении». Попытки определить глубину раны не производились «из-за высокой чувствительности окружающих тканей». Врачи заключили, что это «настоящие глубокие колотые раны, нанесенные, вероятно, острым орудием».

Рассматривались различные версии происхождения этих ран. Все могла бы объяснить гемофилия, но обнаружилось, что другие раны, сделанные на теле падре Пио, заживали абсолютно нормально. Некоторые считали, что причина кроется в истерии, но падре Пио казался психически здоровым человеком «добродушным, веселым и, по всей вероятности, не слишком впечатлительным». Тем не менее мы не должны исключать возможность истерии.

Из всех чудесных исцелений падре Пио самое удивительное произошло с Верой-Марией Каландра, 1966 года рождения, у которой были сильные врожденные пороки почек и мочеточников. Врачи говорили, что она не выживет. После четырех сложных операций выяснилось, что ей придется удалить мочевой пузырь. Ее мать написала падре Пио письмо, умоляя его с помощью чудотворных способностей спасти ее дочь.

В праздник Успения пресвятой Богородицы во время молитвы в своем доме синьора Каландра почувствовала сильный аромат, напоминающий аромат свежих роз. Этот запах, одна из харизм падре Пио, свидетельствовал о его незримом присутствии. Синьора Каландра решилась отправиться в монастырь падре Пио – обитель милосердной Девы Марии в СанДжованни-Ротондо.

Падре Пио возложил руки со стигматами на головы двухлетней девочки и ее младшей сестры Кристины-Розы, а синьора Каландра получила возможность поцеловать раненые руки священника. Через четыре дня она показала Веру врачам в больнице. Вот как она сама рассказывает об этом:

"17 сентября, в праздник Франциска Ассизского, который получил такие же стигматы, как падре Пио, хирург, оперировавший маленькую Веру, сказал, что на месте удаленного мочевого пузыря появился «зачаток мочевого пузыря». «Доктор, вы ведь не хотите сказать, что у девочки растет новый пузырь – это же невероятно! Только Бог может сотворить такое чудо».

Шесть месяцев спустя, в апреле 1969 года, врач подтвердил наличие «зачатков мочевого пузыря». Это был первый подобный случай в медицине. Сегодня Вера – здоровая женщина.

Наверное, самое потрясающее чудо падре Пио исцеление слепой девочки Джеммы да Джорджи из Риберы, Сицилия. Она родилась без зрачков, а без них, как известно, видеть невозможно.

В 1947 году бабушка решила отвезти Джемму к падре Пио и помолиться за чудесное выздоровление. Они проехали лишь полпути от Сицилии до Фоджи, а, по словам бабушки, девочка уже начала различать море и пароход.

После исповеди падре Пио бабушка попросила его подарить зрение Джемме. Она так рассказывала об этом:

«Я попросила отпущения грехов ддя Джеммы… никогда не забуду его спокойный, мягкий голос, он сказал:»Веруешь ли ты, дочь моя? Девочка не должна плакать, и ты не должна, поскольку она видит, и ты знаешь, что она видит". Я поняла позже, что падре Пио имел в виду море и корабль…

После того как падре Пио дал Джемме первое святое причащение… он теми же пальцами, что держали святую евхаристию, снова, во второй раз, очертил крест перед Обоими глазами Джеммы. Наконец мы пустились в обратный путь, но, так как путешествие оказалось слишком изнуряющим, у меня началась лихорадка, и меня положили в муниципальную больницу в Козенце. Как только я поправилась, тотчас пошла с Джеммой к глазному врачу, который заявил, что у Джеммы нет зрачков и что она слепа. А я-то, бедная, невежественная старуха, вообразила, что, если Джемма может видеть, значит, у нее появились зрачки. Я не понимала, что даже без зрачков по воле Божьей дитя может прозреть. Поэтому я опечалилась, когда услышала слова окулиста.

Чтобы убедить меня, врач показал Джемме несколько предметов, и, когда она назвала их и сказала, что видит их без затруднений, окулист замер и проговорил: «Без зрачков невозможно видеть…» После этого множество докторов со всей Италии просили у меня разрешения осмотреть Джемму. Многие приезжали даже к нам домой, и все заявляли одно и то же: что никто не может видеть без зрачков и что это настоящее чудо".

И спустя четыре десятилетия Джемма продолжала видеть. В медицинской практике зафиксирован еще только один подобный случай, когда человек видел без зрачков. Это было в Лурде.

Но не меньше падре Пио беспокоила духовная слепота людей. Удивительный случай произошел с известным фотографом Федерико Абрешем в 1928 году. Абреш родился в лютеранской семье в Германии, потом переехал в Болонью, чтобы организовать там фотостудию. Там он обратился в католическую веру, скорее из-за желания угодить молодой жене, нежели по убеждению. В Италии Абреш начал заниматься спиритизмом и, по его словам, «добился значительных успехов в оккультизме и магии». Но, как он сам говорит, «эксперименты (в магии. – Ред.) подготовили его к исповеди падре Пио, способности которого включали и некоторые сверхъестественные психические возможности, например телепатию».

Когда Абреш впервые услышал о священнике-капуцине, который носит на теле стигматы и творит чудеса, он захотел встретиться с ним. Вот как Абреш описывает первую беседу с падре Пио.

"Говорил не я, а отец Пио. Он поведал мне о тяжелых грехах, которые я упустил при предыдущих исповедях, и спросил, насколько крепка моя вера.

В ответ я сказал, что считал исповедь полезной с психологической точки зрения, но не верил в божественную природу причастия. Однако, пораженный до глубины души тем, что он сам рассказал мне о моем прошлом, я воскликнул: – Впрочем, теперь я верю. – Это все ересь, – сказал он и, казалось, сильно опечалился. – Все твои причастия были святотатством. Тебе нужно сделать главное признание. Серьезно подумай и вспомни, когда ты в последний раз честно исповедовался. Иисус был более милосерден к тебе, чем к Иуде. Он прогнал меня со словами: – Хвала Иисусу и Марии". Когда Абреш снова пришел к падре Пио, тот спросил его:

"– Когда в последний раз ты честно исповедовался?

– Отец, когда я был…

Падре Пио оборвал его:

– Да, ты хорошо исповедался, когда возвращался из свадебного путешествия, давай отбросим все остальное и начнем прямо отсюда". Абреш добавляет:

"Я онемел от осознания, что соприкоснулся со сверхъестественным… Он перечислил абсолютно точно все мои смертные грехи. Произнеся яркую, впечатляющую речь, он заставил меня осознать всю мою греховность, добавив мрачным тоном, который я никогда не забуду:

– Ты пел гимны сатане, тогда как Иисус, любящий всех, умер за тебя.

Потом он наложил на меня епитимью и отпустил грехи".

Однако телепатия, дар, который падре Пио использовал обычно при исповеди, не самая удивительная из его сверхъестественных споробностей. Он обладал еще даром выходить из своего тела и появляться в другом месте. Первый такой случай произошел в январе 1905 года, когда падре Пио был еще семинаристом, изучавшим философию в капуцинском монастыре святого Ильи в Пьянизи. Об этом случае, когда он переместился в богатый дом в городе Удине, лучше всего рассказал сам падре Пио:

"Около 11 часов вечера (18 января 1905 года) я с братом Анастасио был на хорах. Внезапно я обнаружил, что нахожусь в то же время во дворце очень богатой семьи. Хозяин этого дома умирал, и у него вот-вот должна была родиться дочь.